Двое в тени

Пять лет. Руки Джея с силой сжимают холодные перила ограждения, пока он пытался осознать произнесенные судьей слова. Пять лет. Адвокат что-то шепчет на ухо, но шум в ушах перекрывает все фоновые звуки. Наркотики. Подстава. Пять лет. Судья закрывает папку. Звучит неприятный писк открытия двери, Джея берут под руки и уводят из зала суда. *** Джей сидит в машине, прижавшись лбом к решетке. Он не разглядывает прохожих и не думает о жизни, что была день, месяц или год назад. Там что-то про мороженое, солнце, там было что-то про ветер и птиц, но у него в голове сейчас пустота. Что-то мелькает перед глазами, до сознания доносятся обрывки увиденного. Все кажется нереальным, неестественным. Машину трясет, стекло дребезжит под кожей, но все звуки где-то далеко, за толщей воды. Мозг отказывается складывать происходящее во что-то реальное. Наконец в голове начинают зарождаться мысли. Скорее не мысли, а образы из фильмов, новостных сводок, страшных историй. Голые стены. Оскаленные зубы. Кровь. Боль. *** Двери открываются с лязгом. — Выходи! Чьи-то грубые руки хватают Джея за плечи. Его тело, ватное и чужое, неестественно двигаясь, вылезает наружу, в новую реальность. Мысли о том, кто будет забирать его вещи из квартиры и о других бытовых вещах прошлой жизни, закончились еще до входа в зал суда. А мысли о том, как он будет жить дальше, после выхода из тюрьмы, еще даже не формировались. *** Когда он стоял голый, когда холодные руки в перчатках осматривали места, куда он сам редко заглядывает, когда он надевал грубую робу с запахом хлорки, когда слушал первые указания, в его голове существовало только страшное и неотвратимое "сейчас". И сейчас надо было как-то жить. *** Джея пришлось не раз подтолкнуть вперед, так как его мыслительные процессы занимали столько энергии, что тело не успевало выполнять даже простые команды. Он задержал дыхание, когда его толкнули в общий зал. Десятки глаз направились к нему. Он сделал судорожный вдох и с удивлением отметил отсутствие неприятных запахов. Немного пахло пылью, но в целом никаких едких ароматов. Джей остался стоять на месте, с каждой секундой все больше осознавая реальность. Именно в этот момент картинка из кино, за которым он наблюдал со стороны все это время, словно со звуком, разбилась на осколки, и он понял, что: его ноги стоят на полу, его руки держат постельное белье, ему нужно начать двигаться и ему очень скоро придется еще и разговаривать. Глаза забегали по островкам людей, надеясь, что мозг сам выберет наиболее безопасную локацию, но времени выбирать, к сожалению, не было. В его сторону идут какие-то мужчины. Первое, что искажается, — звук. Голоса гнусаво тянутся, словно он погружается в густой мед, а слова растягиваются и теряют смысл. Мозг Джея, перегруженный знакомой угрозой, запускает защитный механизм. Замри, не дыши, не двигайся. Не лучшая стратегия при знакомстве. У мужчины напротив двигается рот, значит, он говорит. Джей замечает вещи урывками: вот рука с грязными ногтями приближается к его лицу, но прикосновения он не чувствует. Чувствует только дешевый табак и тюремный хлор. Странно, что в его купол безопасности проникают запахи. Его тело ощущается чужим, он не чувствует своих действий. Реальность снова разбивается на осколки когда звучит тюремный звон на обед. Волной на Джея накатывает звук перемещения стульев, шаги, разговоры. Он снова чувствует с какой силой сжимает постельное белье. Чувствует, как пересохло горло и как устали ноги. Сердце часто бьется, колени дрожат, и внезапно накатывает волна стыда. "Я в тюрьме. Эти люди сломают меня, если я не...если я не что?" Пока Джей приходил в себя, зал почти опустел, и рядом не оказалось его новых знакомых. Знакомых, потому что, насколько он понял, он все же им представился. Он последовал за толпой и очень скоро почувствовал дежавю. Столовая, много людей. Нужно найти, куда приткнуться. Отстояв очередь за своим пайком, Джей сделал глубокий вдох, обернулся и, игнорируя зазывающие жесты боковым зрением, двинулся в сторону столика пожилых зэков, который приметил еще на входе. Вскоре к его столику подошел новый знакомый с поучительным советом, и аппетит, которого и так особо не было, улетучился окончательно. Странно, но никто больше не пялился на него, будто он здесь сидит который год. Но Джей продолжал чувствовать на себе чей-то взгляд. *** Мысли о том, с кем ему предстоит жить в одной комнате, вызывали нарастающую панику, и Джей отчаянно пытался сосредоточиться на своих шагах, цепляться за реальность. "Не все такие, как он... И не все в тюрьме злодеи, тут ведь есть и я... Интересно, какова статистика несправедливо осужденных?" — Джей постепенно успокаивался от собственных рассуждений, абстрагируясь от возможных плохих сценариев, но недолго, поскольку вскоре дошел до нужной камеры. Он надеялся, что та окажется пустой. Пусть даже временно пустой. Ему жизненно необходимо было побыть наедине с собой. А плохие сценарии пусть сбудутся чуть-чуть попозже. Удача была не на его стороне. Парень встал в проходе и уставился на человека, лежащего на кровати. Книга загораживала лицо. Он быстро скользнул взглядом по вещам на столе, как будто проверяя, нет ли там орудий пыток или острых предметов. Книга на кровати пошевелилась и он столкнулся взглядом с новым соседом. Ничего не случилось, но Джей внезапно почувствовал облегчение. Возможно, сыграл стресс и ярое желание побыть в безопасности, но когда он посмотрел в спокойные голубые глаза напротив, он даже на секунду забыл, где находится и почему. Парень был даже красив, чего не скажешь о первых знакомых с золотыми зубами, каплями пота на лице и запахом сигарет. — Привет, — робко сказал новенький. — Привет, — равнодушно и коротко ответил сокамерник. — Меня Джей зовут, — предпринял еще одну попытку к разговору. — Гарсен, — произнес и вернулся к чтению. Джею стало очень обидно. Он и так всегда был склонен к драмам и очень чувствителен, а здесь, шагая как по минному полю, будучи на грани нервного срыва, ему было жизненно необходимо прямо сейчас, хотя бы на 5 минут, получить иллюзию островка защиты. И в его глазах единственный человек, который, на данный момент, не хочет ему вреда, не желает с ним общаться. Да, Джей был склонен к драмам и слезам. Он поспешно отвернулся, начав заправлять кровать. Что-то пошло не так, и кружка Гарсена разбилась. Джей ожидал от себя почувствовать страх, ужас, вину и стыд, но он не почувствовал ничего. Он тупо повернулся и стал ждать реакции. Реакция, как и его собственная, оказалась неожиданной. — Ты всегда такой, или специально привлекаешь внимание? А что говорить-то? Я ходячая катастрофа и странно, что я попал сюда за наркотики, а не за то, что запнулся, привел в действие цепь механизмов, которые в конечном итоге привели к гибели пол города и вообще начали апокалипсис? — Я… не специально, — губы парня немного надулись, он нахмурился. Как будто это Гарсену должно быть стыдно, что он его поругал. Неужели непонятно, что Джею и так тяжело? Сдалась ему эта кружка... Дальнейший диалог стал отрезвляющей таблеткой. Все, чего боялся Джей, огласилось вслух и как будто только что стало правдой. Он сел на свою кровать, так и не заправив ее до конца, и продолжил смотреть на отвернувшегося Гарсена.