Искупление

Аластор глубоко вздохнул, заходя в уже известное ему вдоль и поперёк помещение. Привычный затхлый запах, беспорядок и горы резиновых уток на полу. Мужчина перевёл взгляд на кровать Люцифера, которая, как оказалось, пустовала. Демон хмыкнул и сделал пару шагов в сторону кухни, как вдруг его взгляд привлекла маленькая деталь, которую он из-за банальной усталости не заметил. Полка с лекарствами, что находилась вне досягаемости Люцифера, отсутствовала. Буквально. Не было ни самой полки, ни лекарств. Ни одной баночки. Радио-демон так и замер на месте, не сделав последний шаг, чтобы пройти в коридор на пути к кухне. Уши прижались к макушке, а глаза расширились. Появилось странное чувство... дежавю. И тревоги. Всё в точности как в тот раз: он небрежно заходит в комнату, даже ничего не заподозрив, и обнаруживает отсутствие лекарств на полке, а после проходит по коридору и... Аластор быстрым шагом пошёл на кухню, попутно доставая из внутреннего кармана пиджака телефон. Мать его, опять?! Перед глазами всё ещё стояла картина, как Люцифер сидит на стуле, уронив голову на стол и молча ожидая смерти с закрытыми глазами, словно он просто спит. В тот момент он уже потерял сознание, но не казалось, чтобы он хоть на секунду задумался о том, чтобы позвонить в скорую или хотя бы кому-нибудь, чёрт возьми! Его действия были обдуманными и холодными, он давно решился на это, просто пытался подгадать момент. И не подгадал. Это было через две недели после смерти Чарли. Никто и не думал, что Люцифер будет способен на такое. Аластор пришёл к нему лишь потому, что Вельзевул, наверное, единственная, кто ещё беспокоился о состоянии короля, отправила ему письмо с просьбой проведать беднягу на всякий случай. Именно с тех пор оленю-трудяге приходится следить за ним, дабы избежать лишнего переполоха, связанного со смертью короля ада. Правда, вряд ли после его смерти изменилось бы хоть что-то, ведь Люцифер не выполняет даже свои самые минимальные обязанности, всем этим теперь занимаются одни лишь грехи. Аду просто нужна видимость того, что всё под контролем. — Привет.—Послышался немного недоумевающий голос позади Аластора, и тот обернулся, чувствуя, словно груз упал с плеч. — Добрый вечер, Ваше Величество. Если вас ещё можно так назвать.— Как всегда едко ответил демон, смотря на то, как Самаэль прикрепляет упавшую полку обратно к стене.

***

Они прошли обратно в дом. И всё это было только ради часовой прогулки? Хотя, по правде, это уже лучше, чем посещение психиатрической больницы. Люцифер зашёл внутрь своей комнаты, оставляя дверь при этом открытой. Ворота он, кстати, тоже никогда не запирал. Зачем? Какой дурак решит сунуться во двор к королю ада? Даже пускай и мёртвому, по слухам. Проводив блондина до его спальни, Аластор развернулся, чтобы уйти. Он, конечно, мог телепортироваться и в этой комнате, но всё же предпочитал сохранять формальность. Люцифер же, абсолютно вымотанный, поплёлся к шкафу и распахнул его дверцы. Он стал расстёгивать пуговицы на рубашке и просто закинул её на случайную полку, не ровняя. Аластор вновь застыл, словно программа в мозгу дала сбой, стоя сбоку от короля. И причиной этому были шрамы. Сделанные не поперёк руки, как в фильмах, а вдоль, именно с намерением убить себя. С неровными краями, кожа торчала в некоторых местах. А что было бы, если бы Вельзевул не написала ему в тот день? Люцифер бы просто валялся у себя в комнате и гнил? Только теперь уже буквально. Шрамы были уже белыми, от чего их было почти не видно. Повезло, что у этого придурка отличная регенерация. Иначе... Сменив уличную одежду на клетчатые пижамные штаны с чёрной футболкой, Люцифер повернулся, чтобы вернуться к кровати, после чего остановился на секунду. Он повернул голову в сторону демона, недоумевающе смотря на него, на что Аластор, наконец, перевёл взгляд с рук мужчины на его лицо, спокойно, словно не понимая, что он сделал не так. — Ээ... Ты стоял тут всё это время? Аластор вздрогнул. Блять. Действительно, со стороны Люцифера это выглядело чересчур... Похабно. Что демон, стоя в тёмном углу его комнаты, наблюдал за тем, как тот переодевается. И как, спрашивается, доказывать ему, что Аластор совсем не пялился и не имел таких прискорбных желаний? Ладно, может, пялился, пускай и не совсем на его тело, и столь пристально рассматривать чужие шрамы тоже не слишком вежливо, но кому вообще есть до этого дело? В общем-то, в таких ситуациях нужно отвечать уверенно. — Да. — Ладно.— Вздохнул Люцифер, заползая обратно на свою кровать.— Спокойной ночи. — Взаимно, Ваше Величество.— Кивнул Аластор, наблюдая за тем, как собеседник устраивается поудобнее и закрывает глаза. Как он вообще может закрывать глаза, находясь с кем-то в одной комнате? Он либо слишком самоуверен, либо совсем растерял инстинкт самосохранения. Аластор в жизни не смог бы так расслабляться, находясь с кем-нибудь, вообще кем-либо в комнате. Пускай он и может выглядеть спокойно, в голове всегда «играет в шахматы» сам с собой. Если он попытается напасть со спины, что мне следует сделать сначала? А что, если я ударю первым? А если у него в кармане нож? Но, кажется, Люцифера это совсем не волновало. Демон сделал шаг вперёд. Да, Люцифер был спокоен. Более чем. Отчасти от усталости, отчасти потому, что не боялся смерти, а отчасти потому, что просто... не верил в то, что Аластор сможет просто убить его во сне. Это было бы совсем не в его стиле, да и смысла это вовсе не имело бы. Так долго крутиться вокруг человека (ну, падшего ангела), чтобы не с того ни с сего прикончить? Это что, дешёвый детектив? Аластор скрестил руки на груди, пристально вглядываясь в лицо Люцифера. Ни один мускул на его бледном лице не дрогнул, даже когда радио-демон сделал шаг вперёд. И ещё один, пока не оказался около кровати, сбоку, прямо перед королём. Ноль реакции. Может, он уже спит? Демон медленно наклонил голову в бок, рассматривая мужчину перед собой. И как проверить? Улыбашка медленно протянул руку вперёд. Реакции не последовало. Его рука легла на щёку Люцифера, чья кожа, как оказалось, была тёплой, градусов 36 контрастируя с температурой тела радио-демона. Аластор резко одёрнул руку, выпрямляясь. Он вздохнул. — Хороших снов, Ваше Величество.— Вполголоса произнёс он, прежде чем раствориться. — И тебе.— Улыбнулся Люцифер, с какой-то насмешкой.