Единственный во вселенной

Корабль вошел в какой-то непривычный тихий режим. Около полутора часов назад весь 141-ый внезапно погрузился во тьму, и Гоуст не знал, что об этом думать. Обычно его предупреждали. Кениг, несомненно, был невероятно убежден в том, что темноты было достаточно, чтобы в крайней степени дестабилизировать человека. Но в этот раз никто ничего не сказал. Казалось заманчивым просто закрыть глаза и надеяться, что кто-то другой разберется с этой аномалией. Какое-то время он так и делал. Просто лежал, глядя в потолок и притворяясь, что виновник тишины – это не заглохший корабль, а звукоизоляция, на которой он настаивал, чтобы не сойти с ума от постоянного гула. Легко было бы притворяться еще добрых три-четыре часа, но что-то его останавливало. Вся эта хрень казалась неправильной. Поэтому он неохотно заставил себя выйти из каюты. Как и ожидалось, вокруг было темно, но красные аварийные огни, тянувшиеся вдоль нижней части коридоров, все еще горели, дав достаточно света, чтобы уверенно двигаться. Опустившись на корточки, Гоуст стянул перчатки и прижал руку к полу. Он ощутил легкий гул, который распознал как вялую работу двигателя. Если напрячь слух, то можно было услышать общий скрежет механизмов, но это был не тот шум, к которому он привык. Даже в такой поздний час он должен был слышать хотя бы чьи-нибудь голоса в соседних коридорах. Он тихо подобрался к следующей каюте. Недалеко от того места, где его поселили, но в этот раз расстояние оказалось достаточным, чтобы от ощущения отсутствия жизни волосы на затылке встали дыбом. Его шаги стали более осторожными. Дверь к Джонни была приоткрыта, но внутри его не было. В комнате царил беспорядок. Больше, чем обычно. Перевернутый дневник Джонни лежал на полу, письменные принадлежности были разбросаны вокруг. Гоуст перевернул его краем ботинка. Последняя страница была разорвана, словно дневник вырвали из его рук, прежде чем он успел его закрыть. Это был плохой знак, и Гоуст ощутил, как его сердцебиение участилось. Комната Газа пребывала в похожем состоянии. Как и остальные. Каждая новая открытая дверь все больше вырисовывала картину произошедшего. Знакомое онемение все больше проникало в его кости, пока он бродил по коридорам. Не было ни людей, ни оружия. Место было зачищено. Он был на полпути к главному залу, когда вступил во что-то липкое на полу. Оно влажно блестело, отражая в себе красные огни. Слишком вязкое и теплое на ощупь. Слишком сладкое на вкус и на запах. Чья-то кровь? Когда нашлось тело, это перестало быть вопросом. Мертвое существо валялось в углу. Пулевое отверстие в черепе сделало его лицо неузнаваемым, но униформа не была похожа ни на одну из тех, что носили на этом корабле. Нарушители. С этого момента тела стало легче заметить. Те, что он добавлял в эту кучу мертвецов, прятались им за дверями и оставлялись в темных углах. В его движениях не было никакой спешки. Был лишь зверь, отчаянно желающий вырваться и хищно рыскающий в его тени. Гоуст чувствовал, как он крепче впивался клыками в его грудную клетку каждый раз, когда он убивал очередного пришельца. Он лениво лакал кровь, отслеживая одного за другим. Следующий инопланетянин, с которым он столкнулся, оказался сильнее, чем он ожидал. Он был чем-то похожим на Кенига, судя по лицу гиганта без маски. Гоусту удалось вырваться из удушающего захвата и ударить локтем в живот. За то время, которое потребовалось ему, чтобы восстановить дыхание, его прижали к полу. Холодные склизкие щупальца сжали череп. Гоуст бесполезно задергался в его хватке. Он не мог дышать. Щупальца стиснулись сильнее. Он не мог дышать. Они сдавили его виски, выворачивая челюсть. Он. Не мог. Дышать. Его зрение поплыло. Щупальца обвивали и сдавливали его голову и шею, а острые клыки, сочащиеся ядом, были готовы впиться в его плоть. Давай, Саймон. Его зрение резко вернулось, когда он потерял контроль над внутренним зверем, и он вцепился зубами в одно из щупалец. Густая кровь хлынула ему в рот, заставив его давиться ее приторным вкусом. Он сжал сильнее. Пришелец издал сдавленный звук, пытаясь вырваться и не отпускать одновременно. С рычанием Гоуст задергался, пока не ощутил, как щупальце отвалилось, и инопланетянин наконец отступил, ускользая от него. Гоуст отбросил кусок безжизненной плоти в сторону, поднимаясь и следуя за ним. Последнее, что прошипел инопланетянин, прежде чем Гоуст раздавил его голову - это сдавленное «…человек?». Это заставило его рассмеяться. Может, от того, что кислород ударил по мозгам. Все свое время на земле он настаивал, что больше не был человеком, притворяясь холодным оружием войны. Монстром в человеческой шкуре. Теперь он был здесь, окруженный открытой вселенной, и сотни видов были согласны с тем, что он был чудовищем. Человечество. Словно одна гребаная шутка. Саймон размял мышцы шеи и плеч. Нацелившись на последний удар по пришельцам, он вытащил свой нож из крепления на ноге и вытянул руку, позволив лезвию оставлять неровный глубокий след на стене, отслеживая его путь. Низкий визжащий скрежет успокаивал истерику внутри него и был угрозой для любого, кто посмел угрожать экипажу этого корабля. Шарф полностью соскользнул с его лица, и остался лежать еще одной кучей в темноте позади него. По его рту и подбородку была размазана липкая теплая влага, но он не мог заставить себя позаботиться об этом. Он отказался от гибкого подхода. Умный способ решать проблему занял бы слишком много времени. Теперь, когда он кружил у главного зала, он быстро и жестко расправлялся со всеми на своем пути. Не было ни времени, ни желания сохранять таинственность и прятать тела. Команда находилась в этом зале. Он чувствовал это. Слышал приглушенные голоса и знал, что врагов оставалось не много. Их численность уменьшалась с каждым шагом, который он делал по периметру, пока он не услышал, как кто-то внутри, кто находился рядом с его командой, начал паниковать. Они знали, что он шел за ними. Но они не знали, кем он был и где именно находился. Гоуст присел у входа, прижав ухо к двери, чтобы попытаться расслышать что-нибудь. Соуп знал, что Саймон был рядом. Он разорвет команду Грейвза на куски. Соуп даже не планировал сдержать болезненное удовлетворение, которое распространилось по нему при мысли об этом. Мужчина начал паниковать, когда понял, что ситуация вышла из-под его контроля. Скорее всего теперь у него осталось только четыре помощника. - Кто, черт возьми, там бродит, Прайс!? Шепард дал мне полный список вашей команды, и сейчас все вы находитесь здесь! Кто, блять, остался там?! - Грейвз грубо встряхнул Прайса, чтобы получить от него ответ, - Вы двое. Идите туда и разберитесь с тем, кого мы пропустили! Со всеми, кого найдете, немедленно! Двое солдат с секундной заминкой схватили свое оружие и ушли. - Так Шепард в этом замешан? Что ж, он выбрал далеко не лучший вариант. Грейвз обернулся к Ласвелл, его лицо практически раздулось от гнева. Или это был страх. - Следи за своим языком. Ты и твоя команда решили не подчиняться прямым приказам от… - Мы свободны в этом вопросе. И мы можем отклонить любой контракт, который захотим. Мужчина нахмурился, но не стал возражать. Все они знали, зачем он был здесь. Он положил глаз на 141-ый с того самого момента, как они позволили ему подняться на борт много лет назад. Соуп ощутил, как в нем росло беспокойство. Все это не было в стиле Шепарда. Грейвз мог быть непредсказуемым куском дерьма, но Шепард - нет. У него должна была быть другая причина поручать дело своим шестеркам. - Тогда вам не следует брать то, что не входит в ваши контракты. - Что? Грейвз повернулся к нему, как только эта мысль прозвучала вслух. Он жестом попросил своих схватить Соупа и толкнуть его вперед. - Я сказал, что вам не следует брать то, что вам не принадлежат. Ты случайно ничего об этом не знаешь, Джон? Соуп зарычал ему в лицо и получил пощечину за свои старания. Он вступил в рискованную игру, но ему нужно было, чтобы прямо сечас Грейвз сосредоточился на чем-то другом, а не на Саймоне. - Куда ты его дел? Ты жив, значит, оно при тебе. Мы проверили твою зону, и ничего не нашли. Просто скажи мне. Где. И как ты выжил. Тогда, может быть, я позволю тебе присоединиться ко мне, а не убью. Давай, Джон. Мы же друзья, не так ли? До Соупа дошла тревожная мысль о том, за чем именно Грейвза послали сюда. Он думал, что связался с контрабандистами, которые нацелились на что-то выше своего уровня, но теперь стало ясно, какие ниточки дергали все это время на заднем плане. Краем глаза Соуп увидел темную фигуру, движущуюся по краю зала. Он плюнул Грейвзу в лицо. Соуп ожидал удара и попытался отвернуться, так что Грейвзу пришлось отойти от оставшихся солдат, чтобы оттащить его за волосы. Этого было достаточно, чтобы дать Гоусту шанс разобраться. Человек воспользовался возможностью, будто только ее и ожидал. Два ножа вонзились в затылки солдат, и они безвольно рухнули на пол. Грейвс замер, услышав это. Комната участливо затаила дыхание, когда Гоуст ступил в круг тусклого красного света. Мужчина – ужас наяву. Его шарф пропал по пути к ним, и его не прикрытое ничем лицо было преисполнено холодной опасной жаждой. Его зубы – обманчиво плоские и тупые кости - были сжаты в хищном оскале. Казалось, что все его тело замерло словно перед прыжком, пока он не оторвал взгляд от своей следующей цели. Свет отразился в крови, капающей с его челюсти. Она пачкала ткань его рубашки, покрывала ботинки и руки и была темнее обычного - практически черная в тусклом свете. Соуп со вздохом облегчения понял, что она принадлежала не человеку. Зеленый оттенок как у Алемов. Кениг сморщился от этого зрелища. Где-то позади себя Соуп мог услышать, как Газ пробормотал: «Адские зубы. Да пошел ты, Грейвз». Грейвз споткнулся о валяющееся на полу оружие с выражением ужаса и неверия. Он не успел. Гоуст настиг его и за горло поднял на уровень глаз, прежде чем тот смог сделать хоть что-то. - Ты выпустил его!? Низкий рык вырвался из глотки человека, как только Грейвз заговорил. Почти ностальгический звук для Соупа. Он уже несколько месяцев не слышал, чтобы Гоуст был таким взбешенным. Глаза Саймона внезапно метнулись к нему. И в них появился вопрос. Соуп лишь пожал плечами. Комната вздрогнула, когда Гоуст с влажным хрустом сжал чужое горло, даже не моргнув. Грейвз упал, булькающие звуки эхом разнеслись по залу, пока он дергался на полу. Саймон наблюдал за ним до тех пор, пока его тело не замерло. Затем он подтолкнул его ботинком, чтобы убедиться, что оно действительно мертво, прежде чем повернуться, чтобы освободить команду. Точнее он отпустил Соупа и Газа, позволив последнему самому возиться со всеми остальными, пока Соуп суетился с рядом. Он остро осознал, что это был первый раз, когда команда видела его в действии. Учитывая их общую реакцию на человечество, они, вероятно, держались бы на безопасном расстоянии от него после такого выступления. - Фу, Гоуст. Посмотри-ка на меня. У тебя что, кровь во рту? Ты кого-то загрыз? Гоуст фыркнул, когда Соуп попытался стереть кровь с его лица. Она уже частично высохла и потрескалась, и было далеко неприятно, когда кто-то тер ее рукавом. Но Гоуст все равно позволил вторгнуться в свое пространство. Джонни явно был расстроен. - Оно знало обо мне. Утверждение - чистая правда. Любой, кто хоть немного понимал язык, мог уловить смысл слов Грейвза, прежде чем Гоуст заткнул его навсегда. - Так оно и есть, сынок. Он повернулся к Прайсу, который остановился, мрачно рассматривая тело мертвого инопланетянина, прежде чем продолжить. - Кто-нибудь еще остался? Гоуст молча покачал головой. Он был уверен, что поймал всех. - Тогда предлагаю сначала обыскать их корабль. Затем мы сделаем все возможное, чтобы все выглядело так, будто они попали в астероидное поле, так и не добравшись до нас. Ласвелл, есть идеи, где они нас взяли на абордаж? - Скорее всего с правого борта. Мы бы заметили, как кто-то пробирается через главную зону. Гоуст поймал Соупа, похлопав его по макушке, прежде чем крепко подхватить его под затылок и направиться туда, куда указала Ласвелл. Соуп изо всех сил старался не отставать от Саймона, держащего его за шею. Гоуст не стал проверять, кто еще шел за ними. В любом случае, это было неважно, сейчас он был не в настроении доверять чьим-либо глазам и ушам, кроме своих собственных. Соуп попытался вырваться, и Саймон не смог удержать грохочущий звук, в неудовольствии вырвавшийся из его груди. Мысленно он тянулся к зверю внутри себя и боролся с ним, заставляя его подчиниться. Шум, каким бы страшным со стороны он ни был, сработал. Джонни прекратил бороться и смирился с тем, что его тащили за шиворот. - Это унизительно, но я говорю себе, что это ради блага 141-го. Гоуст без предупреждения отпустил его, просто чтобы посмотреть, как Джонни растянется на полу. Знакомое выражение, которое он получил в ответ, творило чудеса, ослабляя грязную и тяжелую жажду крови, которая цеплялась за него. - Веди, - приказал он, наслаждаясь взглядом, который бросили в его сторону. Джонни, по крайней мере, остался непоколебим перед лицом самой уродливой стороны человечества. - Знаешь, ты не умрешь, если скажешь «пожалуйста»… - Хмм? Соуп потащился вперед, пробормотав что-то очень красочное. Пока он сосредоточился на том, чтобы освободить путь между кораблями, Гоусту потребовалось немного времени, чтобы размять руки. Адреналин начал падать, и он ощутил, как дрожь, начавшаяся с кончиков пальцев, стала сильнее. - Пошли, Гоуст. Он встряхнулся и последовал за Соупом... Который поднял руки, сцепив их в замок на шее. Гоуст усмехнулся, пользуясь этим удовольствием. Они быстро осмотрелись. Распорядок был знаком, и Гоуст цеплялся за это, игнорируя укол разочарования от того, что противников больше не было. - Все чисто. И кэп говорит, что с их стороны тоже. Хочешь немного пошпионить? Гоуст не стал утруждать себя ответом. Он нацелился на стопку файлов. Слова в основном ничего не значили для него. По крайней мере, он мог бы поискать что-нибудь написанное на старом добром человеческом. Соуп уставился в экран на другой стороне комнаты. - Эй, иди сюда... Он оставил файлы, чтобы вернуться к Соупу. Инопланетянин указал на ряд слов на экране, и Гоуст издал вопросительный звук, чтобы побудить его объясниться. - Похоже, они потеряли какой-то груз. Что-то важное. Не знаю, что именно. Но знаю, кто его забрал. Какой-то пиратский корабль за пределами галактики Растры взял их корабль на абордаж, пока они были на планете. Не повезло. Голос Прайса возник из коммуникатора на форме Джонни, как раз когда он закончил свою цепочку мыслей. - Похоже, Грейвз действовал по-своему. Не могу найти приказа от Шепарда, но я бы не исключил, что он заметет следы. Вы, ребята, нашли что-нибудь? Джонни отошел от экрана, чтобы позволить Гоусту повозиться. - Пока ничего от Шепарда, сэр. Но есть догадка о том, что задумал Грейвз. Похоже, они потеряли какой-то важный груз за пределами Растры. На кону была голова Грейвза, и ему нужен был способ вернуть к себе расположение. - Хорошая работа, продолжай просматривать записи. Есть вероятность, что Шепард даже не в курсе, что у нас есть Гоуст. Мы дадим знать, если что-нибудь найдем. Связь прервалась. Соуп повернулся обратно к Гоусту и обнаружил, что человек хмурится, глубоко задумавшись. - Что случилось, здоровяк? Гоуст кивнул в сторону планшета. - Это живой груз. Зрачки Соупа расширились. Черт. Он не думал, что Грейвз опустился так низко. Этот парень, конечно, был угрозой, но... Он смотрел на экран, который привлек внимание Гоуста. Там висело сообщение. Изображение пустой клетки с распахнутой дверью. Он взглянул на Гоуста в поисках объяснений, но человек смотрел куда-то вдаль, бездумно оттирая пальцами кровь, высыхающую на его коже. Соуп снова отвернулся, чтобы прищуриться на изображение. Стена камеры привлекла его внимание. Угол был покрыт странными кривыми надписями и рисунками. Будто кто-то взял красный карандаш и разрисовал его. Соуп стиснул зубы. Были некоторые границы, которые нельзя было пересекать. - Гоуст, кажется, они удерживали ребенка. В глазах мужчины мелькнуло что-то странное, когда он встретился с глазами Соупа. - Хмм, - вот и все, что он добавил, вернувшись к изображению. Это заставило Соупа занервничать, но он не знал почему. Может быть, это из-за маски отрешенности, которой Гоуст пытался задушить все остальное. Соуп на мгновение замер, пытаясь оценить хоть что-нибудь по выражению его лица, но так ничего и не получил. - Мне нужно поговорить с Прайсом. Саймон обернулся, наблюдая как инопланетянин уходит. Так Джонни подумал, что в опасности был ребенок. Отлично, это в какой-то мере играло в пользу Саймона. Слова на экране насмешливо смотрели на него. Когда Джонни ушел, он снова обошел корабль, чтобы найти камеру. Ему потребовалось некоторое время, чтобы выискать замаскированную панель, которая подняла ограждение перед ним. Конечно, вся задняя сторона была покрыта красным. Джонни, должно быть, подумал, что это краска. Стало почти смешно в каком-то болезненном смысле. Вблизи слова стало легче прочитать. «Хер я вам дамся» «Инопланетные ублюдки» Гоуст сомневался, что это был ребенок.