Not like that

      Машина преодолела последний поворот и остановилась недалеко от главного корпуса Сеульского университета. Так, чтобы наскоро высадить пассажира и отъехать. Джисон вздохнул и потянулся к ремню безопасности.       — Мы добрались слишком быстро, — произнес он, краем глаза поглядывая на Минхо и любуясь его острым, сосредоточенным профилем.       — Ты хотел, чтобы я опоздал еще больше? Скажи спасибо, что мне по пути, а то пешком бы шел.       Джисон усмехнулся. Минхо уже как десять минут должен был быть в своем офисе, но вместо этого подвозил его на учебу, потому что они опять проспали.       Воспоминания о ночи тут же всплыли в мыслях, и Джисон потянулся через рычаг переключения передач, чтобы оказаться ближе. Яркий лимонадный аромат Минхо ударил по рецепторам. Он не оседал и не обволакивал, как обычно происходило с омежьими ароматами, а практически обжигал, заставляя желание накатывать с новой силой. Джисон медленно сглотнул.       Ни один человек не вызывал у него такого притяжения — расставаться с Минхо не хотелось даже на минуту, не говоря уже о нескольких днях. Кончики пальцев закололо.       — Я могу прийти вечером? — спросил он, заглядывая в чужое лицо. — Впереди два выходных.       По-кошачьи хитрые глаза Минхо сощурились.       — Нет.       — Почему? — Джисон скользнул рукой ему на колено, но Минхо мигом его остановил.       — Потому что у каждого поступка есть последствие. Ты пришел вчера, хотя я просил тебя подождать один день. Всего один день, Джисон, — Минхо наклонился к нему, цепляя пальцами подбородок, — теперь считай выходные без меня последствием.       — Но ты ведь тоже хотел! А еще, между прочим…       Договорить не получилось — Минхо прервал его поцелуем. Долгожданным. Ему было достаточно легонько провести языком по нижней губе Джисона, чтобы Джисон забыл все, о чем собирался сказать, и послушно открыл рот, впуская его внутрь.       У них почти никогда не было нежных поцелуев. Минхо кусался — причем много, сносил напором и ошеломлял жадностью, а Джисон, хоть поначалу и терялся в этом, сумел быстро словить зависимость.       Может, потому что Минхо старше и опытнее. Может, потому что он знает, насколько привлекателен, и пользуется этим в полной мере… У Джисона не было четкого объяснения. Он плавился от касаний и мог сосредоточиться только на чужом сбившемся дыхании и своем бешено колотящемся сердце.       Его рука мягко легла на шею Минхо, а пальцы сжались, надавливая на ароматические железы. Минхо дернулся и тихо простонал. Джисону потребовалась вся сила воли, чтобы не откинуть сиденье и не…       Минхо твердо обхватил его подбородок и с влажным звуком отстранился, не позволяя поддаться следом. И это показалось настолько жестоким, что Джисон чуть не заскулил.       — Хен…       — Вчера я хотел подготовиться к встрече, которая у меня… — Минхо глянул на приборную панель. — Через двадцать семь минут. Мне придется импровизировать.       — Для тебя это не проблема. Просто признай, что вечер прошел прекрасно.       — Вечер прошел прекрасно, — прошептал Минхо ему в губы, — но он закончился. Поэтому вылезай из машины, мне надо ехать.       Джисон недовольно нахмурился и потянулся было к двери, но в последний момент замер и повернулся обратно.       — Сходи со мной свидание? Даже если не на этих выходных, можно же на следующих.       Минхо покачал головой.       — Мы и так проводим вместе слишком много времени. Не привязывайся ко мне.       — А если я уже?       — Тогда я буду реже приглашать тебя, чтобы ты успел отвыкнуть.       Джисон цокнул и все же открыл дверь.       — Хорошего дня!       — И тебе, хен.       Он не понимал, что за загоны были у Минхо. Они познакомились в клубе почти месяц назад, и тогда это действительно планировалось как одноразовый секс. Но Минхо так сильно зацепил его, что он не смог просто отступить. Весь вечер сначала пялился на него издалека, а потом вблизи, и в обоих вариантах со смесью восхищения и желания.       Спустя еще несколько их встреч это стало его сладкой мечтой — заполучить Минхо целиком. Он впервые испытывал настолько собственническое чувство. Ему хотелось быть с Минхо двадцать четыре на семь, чтобы Минхо не сводил с него искрящегося взгляда, чтобы смеялся легко и звонко, чтобы держал за руку… А еще хотел узнать его как человека. Вообще все: о чем он думает, о чем мечтает и что скрывает. Но самое главное — чтобы это не было односторонним.       Все еще опьяненный чужим ароматом, Джисон встал у дороги и с легкой тоской проследил, как машина тронулась с места и слилась с остальным потоком. Ничего. Минхо сказал только про выходные, так что два дня можно было потерпеть, а уже на третий попытаться снова.

***

      Хенджин вернулся к учебе бодрый и, на удивление, отдохнувший. Но это не помешало ему почувствовать себя на грани. Там, в квартире Феликса он полностью растворился в себе — исчезли все его волнения и заботы. Это было похоже на сон без сновидений.       Теперь же он снова оказался в стремительном потоке жизни, и что-то ему подсказывало, что несло его куда далеко — в направлении водопада или водоворота.       В целом, за три дня отсутствия ничего критично не изменилось. Разве что некоторые студенты поглядывали на него с большим интересом, чем обычно.       Хенджин приблизился к своим одногруппникам, ожидавшим препода с ключами от кабинета, и его тут же оттащил в сторону Чанбин.       — Бро, как твои дела? Что нового? — его брови дернулись, а на губах появилась хитрая улыбка.       — Что у меня может быть нового? — недоуменно спросил Хенджин.       — Ну-у-у… Я ни на что не намекаю, но… Ты решил отказаться от Троя?       — В смысле?       Хенджин, кажется, начинал догадываться, к чему все это вело.       — Да брось. Этот бета — Феликс, — Чанбин подошел чуть ближе и заговорил чуть тише, — он пах тобой все это время.       Конечно, ведь Хенджин буквально пропитал собой его спальню! И это не просто какое-то лёгкое взаимодействие. Это были мощные феромоны, которые он никак не контролировал во время гона. Логично, что какая-то часть осталась на Феликсе, даже несмотря на его вторичный пол. Объяснять что-либо в данной ситуации было бесполезно.       — Тебе-то что? — ответил он, скрещивая руки на груди.       — Ну, — Чанбин замялся, — если ты больше не претендуешь на Троя…       — А если претендую?       — Тогда вопросов нет.       Чанбин поднял руки в защитном жесте и попятился назад. Студенты, стоящие неподалёку, резко отвернулись. Наверняка пытались подслушать. Хенджин закатил глаза.       И где только Джисона носило? По пятницам он обычно приходил вовремя, но, видимо, сегодняшняя пятница была исключением.       Хенджин прислонился к стене и полез в телефон, чтобы узнать тему предстоящей пары. Но стоило ему начать вникать в текст, как в коридоре стало заметно шумнее. Да и запахов прибавилось — все еще чувствительный после гона, Хенджин ощущал их достаточно хорошо, чтобы опознать знакомые.       Первым он заметил Троя. Тот шел явно чем-то опечаленный, и Хенджин, мигом собравшись, окликнул его. Как минимум, чтобы извиниться за прошлую встречу. Как максимум, поинтересоваться его состоянием.       И в этот раз улыбка Троя показалась ему натянутой — вроде бы такая же, как всегда, но глаз не коснулась.       — Что-то не так?       — С преподом проблемы, — ответил Трой, — не обращай внимания, это личное. А ты сам как?       И Хенджин хотел бы узнать, что там за препод такой противный, вот только прояснить свой побег показалось важнее.       — Я хотел извиниться за вторник…       Трой не дал ему договорить:       — Джисон рассказал мне. И… Я не хочу, чтобы ты думал обо мне как-то не так. Тот альфа всего лишь мой друг, я попросил его, потому что мы с тобой так и не пересеклись. Помнишь, это для Айрин?       Точно. Хенджин замер, переваривая информацию. Не то чтобы он успел подумать о Трое плохо — тот ведь был абсолютно свободен. Его ярость больше была направлена на незнакомого альфу, но теперь, когда он узнал причину, дышать стало легче. И, наверное, это сразу отразилось на его лице.       — Хенджин, ты такой ревнивый, — Трой хихикнул и легонько толкнул его в плечо.       — Это все гон!       — Я понял-понял. Вот только… Могу ли я спросить тебя кое о ком?       — О ком? — уже догадываясь.       — О… Эм, Феликсе?       «Ну что за…» — пронеслось в мыслях Хенджина. Насколько же сильно его запах прилип к Феликсу, если второй человек, с которым он сегодня говорит, спрашивает его об этом?       — Мы с ним не друзья, — пояснил он с опорой на ответ Троя и, поймав собственную ошибку, тут же поспешил исправиться, — в плане, что даже не друзья, понимаешь? Он же бета, поэтому я попросил его помочь.       Глаза Троя все равно удивленно распахнулись.       — Серьезно?       — Ты мне не веришь?       — Ну…       Хенджин раскрыл руки для объятия, про которое они, кажется, забыли. Трой колебался недолго — подался навстречу и прижался к его плечу.       — Я бы не стал делать этого, если бы был с кем-то, — произнес Хенджин, вдыхая полюбившийся аромат. Уже чистый, без всяких примесей. Трой что-то пробурчал в ответ, но отстраняться явно не планировал. — Что?       — Я говорю, что спросил у него, но он ничего не сказал. Поэтому я и подумал, может, у вас что-то было.       В груди разлилось приятное тепло. Означали ли действия Троя, что он тоже приревновал Хенджина?       На горизонте меж тем появился виновник всего происходящего. Феликс прошел мимо, кинув на Хенджина и Троя мимолетный взгляд, но даже так Хенджин успел понять, что там больше не было безразличия. Оно сменилось не то холодом, не то чем-то похуже. Что вообще успело произойти?       Мысль догнать Феликса появилась у Хенджина слишком поздно. Сначала Трой вновь обратил на себя внимание, потом прибежал Джисон, а следом за ним показался и препод. Времени попросту не было.

***

      — Дай угадаю, ты был с Минхо? — начал Хенджин прежде, чем Джисон раскрыл рот.       Пара была не самой важной, да и препод углубился в рассказ о том, как ходил с параллельной группой в театр. Джисон скосил на Хенджина глаза и улыбнулся.       — Он подбросил меня сегодня.       — Заметно, — фыркнул Хенджин. Вот, кто точно не вызывал вопросов — посторонний аромат на Джисоне чувствовался за версту.       — Еще чуть-чуть, и я уломаю его на свидание.       — А вы еще не?       — Мы еще не, — Джисон вздохнул, — он каждый раз говорит, что у него нет времени. А я ему как-то сказал, что в его возрасте пора бы это время находить, все же не двадцать лет уже, типа, не молодой. Но я не имел в виду, что совсем уж старый, окей? Это больше шутка была, а он мне после нее в чай вместо сахара соли насыпал!       — И ты выпил?       — А куда я денусь? Он сел напротив и ждал, пока я допью.       — Как романтично…       — Он лучше, чем ты думаешь! — Джисон не заметив перешел с обычного шепота на громкий, и словив пару взглядов в свою сторону, недовольно насупился. — Лучший омега из всех.       — Я бы поспорил.       — А я бы тебя послал. Кстати о…       — Спросишь про Феликса, стукну, — Хенджин решил подстраховаться. Хватило ему за сегодня расспросов, он, в конце концов, не попугай.       — Но мне же интересно! Ты решил проверить, что в нем Трой нашел, да?       — Нет, ничего не было.       — А хотелось?       Хенджин задумался. Ну, если брать исключительно физиологию, то, конечно. Он наверняка успел достать Феликса своими просьбами полежать вместе, чтобы получить хоть немного физического контакта. А когда Феликс отказывался, ссылаясь на дела, Хенджин требовал от него разговоров — это, конечно, не оказывало должного эффекта, зато давало понять, что рядом кто-то есть. Ну и фантазии, рождаемые перманентным возбуждением, тоже не с потолка брались.       — Нет, — противореча себе, ответил Хенджин, — если так интересно, я скину тебе статью про бет, поймешь, в чем фишка.       — Да мне вроде не надо. Но ты там, если что, держи в курсе.       Хенджин кивнул, лишь бы от него отвязались. На этом вопрос с Феликсом казался почти закрытым. Оставалось только уладить все с ним самим, потому что, вместо того, чтобы давать хоть какую-то реакцию, Феликс отмалчивался и плодил поводы для сплетен.       Пересечься им удалось лишь под конец пар. Они столкнулись на заднем дворе — Хенджин шел покурить, а Феликс, видимо, сокращал путь до парковки.       — Эй, подожди! — крикнул Хенджин, туша сигарету об урну и устремляясь к нему.       Феликс обернулся с привычно недовольной миной.       — Что? Забыл что-то?       Хенджин даже немного опешил. Он не ждал, что Феликс особенно обрадуется встрече, но и не думал, что ответит таким тоном. Почти злым, что ли? Вообще-то, это Хенджин должен так на него смотреть и так с ним разговаривать — все-таки Феликс первый берега попутал. И Хенджин, по доброте душевной, посчитал, что, так и быть, готов на нейтралитет, а тут такое.       — Нет. Хочу прояснить…       — Повторяешься, — Феликс усмехнулся.       — Без драки, — уточнил Хенджин, — и без угроз. Почему ты никому не рассказал?       Он приблизился, и ветер подул как раз в нужную сторону, чтобы до него долетел тончайший намек на собственный запах от Феликса. Пиздец. Если бы он знал, хотя бы блокаторы прихватил или… Ладно, кого он обманывал, ничего бы не изменилось. И аромат бы на Феликсе все равно был.       От осознания, что три дня не прошли бесследно, его альфа внутри как-то подозрительно зашевелился. Этого только не хватало. Хенджин отстранился и поморщился — все еще гон, не иначе.       — А что я должен был рассказать? Что ты пришел ко мне весь такой умоляющий и сходящий с ума из-за омеги? — Феликс насмешливо сощурился. — Хорошо, займусь этим завтра.       — Нет, стой, — Хенджин мысленно попросил у вселенной терпения, — окей, я понял, а тем, кому надо, уже сам сказал. Просто… — но так и не выдержал. — Понять не могу, что я тебе сделал-то?       — Ты серьезно?       Краем глаза Хенджин заметил, как Феликс сжал в руке ключи от машины. И чего только бесился?       — Это я тут вообще-то злиться должен!       — Не смеши, во-первых, ты тут спасибо говорить должен, а, во-вторых, если твоя главная претензия — Трой, то разуй уже свои глаза: мне похуй на него!       — Так а хули ты начинаешь тогда?!       — Потому что кто-то по-тихому съебался!       — А что я должен был делать? Разбудить тебя завтраком в постель? Мы договорились, понадобится что-то — я сделаю!       — Да ты мне нихуя дать не можешь!       — Так а зачем тогда согласился?!       Неизвестно, сколько бы еще они стояли и орали на весь двор, если бы из одного окна не высунулась старая преподавательница и не гаркнула, чтобы они наконец заткнулись. Вот, наверное, весело кому-то на паре было.       — Отъебись от меня, — коротко и ясно. Феликс развернулся и собирался было свалить, но Хенджин успел поймать его за руку, чем заслужил недвусмысленный взгляд.       — Не рассказывай никому, — попросил он.       — О чем?       — Ты понял. О том, что было.       — И что мне за это будет?       Это была самая раздражающая фраза в жизни Хенджина, способная за секунду разжечь в нем жажду убивать. Серьезно, он не знал, как Феликс умудрялся попадать в яблочко каждый раз.       — Что тебе надо?       Феликс задумчиво возвел глаза к небу.       — Ммм, писать умеешь?       — Я сейчас все-таки перейду к угрозам, — ответил Хенджин, на всякий случай делая шаг назад, чтобы успеть уклониться.       — Сочту за «да». Из-за тебя я пропустил лекцию профессора Юна. Напиши мне полный конспект.       — Одной лекции?       Гаденькая ухмылочка вновь появилась на лице Феликса.       — Всех.       — Знаешь, я так-то тоже драться умею.       — Я не был ни на одной лекции, к тому же, у нас почерки разные, он сразу поймет. О, и учти, я по-корейски только говорю хорошо. Читаю вообще хреново, плюс термины не учу, поэтому мне нужно разборчиво.       — Да пошел ты…       — Уже иду.       С этими словами Феликс и правда пошел. К сожалению, в сторону стоянки, а не куда Хенджин мысленно его отправил, но сейчас и этого было достаточно.

***

      Не достаточно было только выходных, чтобы написать Феликсу весь его пиздец и успеть заняться своей домашкой. Еще и этот вредный профессор Юн свои лекции никуда не выкладывал — Хенджин осознал всю трудность просьбы Феликса, только когда поспрашивал у знакомых, которые с этим преподом занимались, и не добившись ни полных лекций, ни номера телефона, приперся в субботу в главный вуз, чтобы упрашивать профессора лично.       — Зачем вам? — профессор Юн не мог не поинтересоваться. — Я у вас не веду.       — Мне очень нужно, правда.       — А мне нужна причина, вдруг, вы потом всему потоку отправите. Как мне тогда наказывать должников?       И Хенджину пришлось сказать ему, что это для омеги, в которого он безумно влюблен. Он же альфа, все-таки. Должен брать трудности пары на себя. А спустя полчаса, когда к их разговору присоединился еще один препод, профессор Юн таки сжалился.       — Но учтите, если это пойдет дальше одного человека, вы поссоритесь не только со мной, а со всей кафедрой.        Звучало вполне убедительно. Хенджин и не собирался никому ничего перекидывать.       Все оставшиеся выходные он потратил на писанину. И ему никогда не говорили, что он писал как курица лапой, потому что умирающая курица отрубленной лапой — подходило лучше, но Феликс четко высказал требования. Должно быть понятно.       И под конец субботы Хенджин даже решил, что с него хватит: подумаешь, ну посплетничают о нем еще недельку, ну и что с того? А потому вспомнил, что честь надо беречь смолоду, и продолжил мучения.       Буквы были почти печатные, он старался изо всех сил, а слова, которые Феликсу могли бы показаться сложными, отмечал стикерами и пояснял. Черт, у него самого за всю жизнь таких конспектов отродясь не было, и если Феликс к чему-то придерется, Хенджин кинет тетрадь ему в лицо.       Этот боевой настрой он сохранил до самого понедельника, когда уставший и не выспавшийся поплелся к иностранцам.       Феликс обнаружился на задней парте. Как всегда в капюшоне, дебильных очках и с унылой рожей.       — Вот, — Хенджин положил тетрадь прямо ему под нос.       — Это че?       — Лекции твои.       — От профессора Юна? — то ли глумясь, то ли реально не понимая, спросил Феликс.       — От хуюна. Ты просил, я написал.       Феликс даже телефон в сторону отложил. Открыл конспекты, пролистал несколько страниц и присвистнул.       — Ты где их взял? Пытал его что ли?       — Попросил вежливо, — съязвил Хенджин, — это все?       Феликс поправил очки и с гордым видом пихнул тетрадь обратно в руки Хенджина.       — Вообще-то, я пошутил тогда.       Сначала Хенджин подумал, что ослышался. Но потом у него дернулся глаз, и это подтвердило — Феликс сказал, что сказал.       — Ты…       — Откуда я мог знать, что ты реально напишешь, профессор Юн же никому их не дает.       — Да посрать. Забирай.       — Они мне не нужны.       — Ты же пропустил одну.       — Вообще-то нет.       — Что?       — Я на красный иду, у меня все плюсики должны быть, так что я ничего не пропускаю. И я думал, ты не найдешь их и забьешь.       У Хенджина аж кулаки зачесались. Так и хотелось взять и вдарить хорошенько, чтобы убрать это насмешливое выражение с чужого лица. Дальше продолжать диалог было невозможно. Хенджин швырнул тетрадь обратно и, игнорируя крики Феликса о том, что она полетит в мусорку, отправился на собственную пару, в надежде успеть списать домашку у Джисона. Нахер этого бету и нахер его тупые шутки.