Арка перемен: Галактика

      Ранним вечером на улицах Намимори никогда не темнело до той черты, когда перед носом сложно было бы что-то увидеть. Но некоторые фонари уже были зажжены, а окна в домах отражали наличие там их жителей. Тсуна понуро бредёт по адресу, подкинутому Реборном вместе с пинком наружу. Конечная точка его шествия значится у многоквартирного дома с еле заметно обветшалыми стенами. Но сверкающий новизной домофон у главной двери определённо вызывает подозрительные ассоциации. Конечно, может жители дома решили скинуться на ремонт и стены снаружи просто остались напоследок, но будущего босса Вонголы отвлекает другая мысль. Ему придётся позвонить через этот домофон в съёмную квартиру новоиспечённого одноклассника, и не факт, что ему ответят, да откроют. Увы, выбора ему Реборн не оставил ещё тогда, когда договорился с другим киллером о наблюдении за ровесником Тсунаёши.       В самом нерешительном настрое он набирает номер квартиры и ожидает чего угодно, но желательно отсутствие ответа, чтобы просто пойти домой и не вспоминать о свалившейся на голову обязанности. Скорее даже не обязанности, а принуждении. Быстро его надежды рушатся с характерным звуком ответа и бодреньким вопросом от явно не Окамото:       — Кто это?       — А!-.., - Савада прерывает себя, осознавая, что знать не знает, что говорить.       — А?...       — П-простите, это ведь квартира Окамото-куна? Я Савада Тсунаёши, его временный одноклассник.       Временный звучит словно нелепая шутка. Ещё более нелеп его визит и красноречиво молчание собеседника. Кажется, что последнего тоже смутила ситуация, но юный Вонгола уверен, что уж тот голос принадлежит человеку более спокойного плана и рассуждений. Более с опаской Тсунаёши подумал, что мог вызвать лишние подозрения в свою сторону. Ведь раз ответил не Окамото, ответила его мафия. Или вообще кто-то иной. Тембр, передаваемый динамиком, оказалось трудновато различить.       — Савада?...А, точно. Ты что-то хотел от Ока-куна?       — Эм...да. Мне нужно поговорить. Можно мне зайти к вам?       Стоять как дурак на улице он не желал. А уж уцепившись за обращение к Окамото, осознал, что с ним разговаривает ни кто иной, как Медичи. Можно было догадаться, но каков был шанс, что там не был бы кто-то помимо него? Знать, естественно, Тсунаёши не хотел, ведь от очередной подобной мысли ходили по спине мурашки. Спустя некоторое время молчания дверь в подъезд щёлкнула, а из спикера домофона раздалось краткое указание, куда ему нужно подняться.       В этом доме не оказалось адекватного лифта - один был помечен сломанным, а на месте второго зияла опасная дыра, перекрываемая обычной строительной лентой. О безопасности для дураков в этом месте не слышали. Но суть в том, что Савада, пересиливая себя, теперь взбирается по ступенькам на - как же это место проклято - девятый этаж. Кем бы домовладельцы не являлись, они определённо обладали садистскими наклонностями, уж в этом Тсунаёши уверил себя несколько раз, совершая передышку у двери в квартиру одноклассника. Возможно, ему не стоило отказываться от компании Гокудеры и Ямамото - волнение потряхивает его с головы до ног, пока рука уже тянется нажать на дверной звонок. И то, он не успевает это сделать, когда дверка сама открывается, чуть не впечатываясь краем в его лоб.       — Ой-ой! Ты в порядке?       — Хи-и!.., - в лёгком ужасе Савада делает шаг назад. Вышедший навстречу черновласый ровесник оказывается заляпан в каком-то красноватом мессиве. Капля на щеке и гигантское пятно на фартуке.       — Э? - озадаченный его реакцией, Медичи в свою очередь остаётся на месте, только бровь на лице вверх дёргается. - Ты чего, Савада-кун?...       И не успевает юный Вонгола как-либо ответить и прийти наконец в более спокойное состояние, как знакомый Окамото просто махает рукой в лёгком пренебрежительном жесте, проходя обратно в квартиру:       — В любом случае, давай не будем стоять на пороге. На твоё счастье, Ока-кун ещё не закрылся у себя.       Уже чуть позже оказавшись следом вне коридора, а в простеньком коридоре, страдающем обилием минималистического стиля ввиду отсутствия банального шкафчика для обуви или небольшой тумбочки для вещей, Тсунаёши медленно глотает свой страх и убеждает себя, что встретивший его человек никого не резал до его прихода. И кровь это вовсе не кровь. И Медичи не маньяк. Наверное, он может вполне ошибаться.       Дальше коридора шла слитая с кухней гостиная и ещё три двери по бокам. За стойкой на барном стуле сидел искомый ровесник и пил кофе, судя по аромату, заедая сладкими снеками из одной небольшой упаковки. Внимания на Саваду Окамото никакого не обращает, только голову вскидывает, когда Медичи утаскивает пачку съестного в шкаф. На плите что-то размеренно шипит и, кажется, хочет убежать за пределы стоящей на ней кастрюльки. Чертыхнувшись на итальянском, брюнет убегает спасать ужин, пока другой отпрыск Галассии прожигает его взглядом, полным слабого раздражения.       — П-привет? Окамото-кун, - Савада решает не стоять столбом и наконец обратить внимание нелюдимого парня на себя. Быть игнорируемым ему не очень-то и нравилось, особенно с учётом того, сколько уже людей с момента появления у него крошечного репетитора порой не обращает внимание на его присутствие, или, да упасите, его мнение.       Безразличный в эту самую секунду, кандидат Галассии устало поворачивает голову в сторону Савады, отчего последний ощущает лёгкий дискомфорт. В этот раз в серых глазах плещется что-то уж больно нехорошее по сравнению с прошлыми днями. Как будто Тсунаёши успел принести мешок пакостей и вывалить Макото на голову.       — Здравствуй, - медленно кивая, Окамото опускает глаза на кружку кофе и в этом жесте юный Вонгола видит ничто иное, как странность. Как будто его собеседник понимает, что что-то не так с его взглядом и уводит это что-то прочь, лишь бы не задел самого Саваду. Забота или опаска перед чем-то, чего будущий Десятый не знает, однако сердце больно колет на мгновение. Теперь всё ощущается как-то неправильно. Как будто Тсунаёши правда залез в чужой шкаф порыться в скелетах. К большей растерянности, печали от Окамото не ощущается ни разу. Спокойно допив коричневатую жидкость, парень просто встаёт с места и закидывает в раковину, мельком что-то шепнув своему знакомому и подавая знак уже Саваде, чтобы шёл следом.       Савада машинально кивнул и только потом поспешил пойти за Окамото. В мыслях роились вопросы, а как же объяснить ситуацию и при этом не оказаться навязчивым. Уж по себе он прекрасно знает, насколько мафиози любят вылавливать его где бы он ни был и устраивать не иначе как шоу.       Они зашли в оду из трёх дверей, что была дальше от кухни, и оказались в небольшой спальне на одну персону, где ещё уместился и рабочий стол с большим гардеробом во всю стену. На столе лежит ноутбук, а на односпальной постели валяется чей-то чемодан. Беспардонно скинув увесистую вещь в сторонку, Окамото присаживается на край кровати и скрещивает руки на груди. Тсунаёши смотрит на всё с сомнением. Почему-то он всё сильнее ощущает, что приходить было действительно самой худшей идеей, которую ему могли подать. Тем более, идея была не его, а Реборна!       — О-окамото-кун, ты ведь помнишь, о чём договорились тот ваш парень и Реборн? - юный Вогола собирается с духом, пробуя подвести к нужной теме в более мягком темпе.       — Называй их правильно, Савада. Киллеры, - но ответом служит словесный тычок, да недовольное фыркание. - Помню, что дальше?       — Реборн...он выпнул меня на улицу, заявив, что я должен буквально следить за тобой, - помявшись на месте, Тсунаёши тяжко вздыхает.       Говорить было просто, но уж точно не поддерживать зрительный контакт. Сидя, находясь ниже на полторы головы, Окамото буквально сгущает над собой тучи и давит на него своим вниманием. Неприятно, продолжает мыслить юный Вонгола, очень неприятно.       — Это не мои проблемы.       — Ч-что? Но Окамото-кун, это правда важно!       — Мне не нужен очередной сталкер. Если тебе так надо слушаться киллера, подумай ещё разок, прежде чем угождать мафиози и злить других.       Тсунаёши замер. Внутри вскипевшие обида и беспомощность пропадают словно по щелчку пальцев. Сейчас он мог бы придумать, как уговорить собеседника, но в голове методично нарастает тревожный звоночек. На одной интуиции юный Вонгола понимает, что дальше идти нельзя. Остаётся только сдаться или...       — Ока-кун! Еда готова! - разносится со стороны кухни голосом Медичи.       Окликнутый закатывает глаза, как будто что-то было прервано. Резкое осознание прошибает Тсунаёши и он резко преграждает путь к двери.       — Давай просто обменяемся номерами! Я не потребую ничего более. Пожалуйста, Окамото-кун!       Ответная реакция следует запоздало. На лице парня проявляется нечто, похожее на растерянность, а из глаз исчезает опасный блеск. Легонько приподняв уголок губ на долю мгновения, он подходит к Тсунаёши и хлопает по плечу.       — Сперва пойдём поужинаем. Мы же не мафиози, чтобы пропускать ради их ереси приём пищи.       Саваду осеняет. Неужели он смог? И не придётся слишком мучиться с поручением от Реборна. Более спокойный тон Окамото и заманчивое приглашение поесть вместе с этими ребятами только и делают, что улучшают его настроение. Правда, удивляет его, насколько угрюмый ровесник меняется в лице, когда его зовут кушать. Юный Вонгола начинает думать, что его собеседник тот ещё любитель поесть.       Выходя в коридор вместе, они подходят в стойку с барными стульями. На столешнице уже лежат тарелки, с которым к потолку вздымается пар. Горячее рагу в итальянском стиле предстаёт перед ними в гибридном виде ресторанного оформления. Савада не может сдержать своего удивления, переводя взгляд на повара. Ему ещё не доводилось пробовать такие иностранные блюда, но он уже поражён.       — Савада-кун, присоединяйся, чего стоишь? - улыбается Медичи уголком губ, заканчивая убирать за собой лишнюю посуду. Его порция также ждёт своего часа на столе. Чуть с задержкой Тсунаёши кивает, скромно улыбаясь и занимает ближайшее место. На секунду даже подумывает, что не против был бы погостить здесь ещё немного, лишь бы еду никто не пытался своровать из-под носа, как ныне происходит у него дома. Но увы, наглеть так ему вряд ли хоть кто-то позволит.       — Так вот, - Окамото обращается к нему в своём привычном угрюмом тоне.       — Свой номер я не дам.       — Э?!       — Но ты можешь обменяться с Медичи, - Савада облегчённо выдохнул, - Только никаких подробностей ни я, ни он, тебе сказать не сможем. И преследовать нас тоже не рекомендуется, - и сразу как-то напрягся.       Подозрительное дело, за которым они приехали сюда? - мелькнула мысль в его голове. И юный Вонгола решил, что так и есть. Ему не шибко хотелось разбираться, в чём конкретно дело и слова чужие только подтолкнули не лезть. Некое шестое яувство и вовсе царапало грань сознания, намекая, что так правильно. Всё, чем занимаются люди Галассии остаётся в секрете. Даже Гокудера-кун ведь говорил, что о них ничего почти неизвестно. А уж пока все они лишь мелкие пешки на столь огромном поле, то и подавно лучше держаться подальше. Хотя бы ради здоровья родных и самого себя.       — Хорошо, - твёрдо кивает Савада и встречает взглядом усталую серую бездну чужих глаз.       Они расходятся после ужина. Тсунаёши идёт домой неторопливо. Ему кажется, что-то здесь не так. А может он просто размечтался. Как его называет Реборн, он глупый и никчёмный Тсуна. Мало ли что в голову лезет, не всё является правдой или верным выводом. Однако один момент продолжает беспокоить. Неужели репетитор послал его, чтобы понять, насколько Вонгола может лезть к Галассии, пока их люди под присмотром королевской семьи? И насколько он может вспомнить, пусть киллеры обоих словно знали друг друга очень хорошо, но ни разу будущий Десятый не слышал, чтобы они как-либо дружили или находились в союзе.       Странности за странностями. Он взъерошивает свою шевелюру, устало простонав. Вот пусть Реборн с этим разбирается. Мафиози он или кто? А Тсунаёши ещё уроки делать, за которые, парень просто уверен, получит дополнительных тумаков, если не сделает вовремя.       ...К великому облегчению, и можно даже сказать, удивлению, репетитор его даже не пнул, когда выдался момент. Только остался сидеть за столом в его, тсуниной, комнате, попивая чай на японский манер. Саваде показалось, что всё было спланировано и его поход к Окамото был каким-то выверенным планом этого малыша.       — Ну и как тебе?       — Что? Что как?       — Галассия, Тсуна.       Юный Вонгола замялся, не найдясь с ответом. Но в итоге скромно улыбнулся, припомнив, как они с ним себя вели. Больше давали подсказок, нежели пытались убить или что-то подобное. Заметив подобную реакцию от него, Реборн хмыкнул, опустив края шляпы. Отпив ещё немного чая, он дождался, когда Савада выйдет из комнаты на зов маман. На детских устах не играла усмешка, а лицо выражало лишь огорчение.       — Ты слишком доверчив, Никчёмный Тсуна...       Так проходит спокойно ночь. Утром будущий Десятый завтракает с неким воодушевлением. Его бодрит мысль о том, что сегодня такой чудесный день, что никто даже не успевает украсть у него яичницу из-под носа. А уж небольшая смс-переписка, сработавшая будильником, удерживает улыбку на долю мгновений дольше. Он всё думает, какие же хорошие люди ему попались п о не самому счастливому случаю. С ними можно договориться! И они даже слушают! Кажется, что для счастья ему теперь большего и не надо.       Гокудера слегка недоумевает, когда приветствуя Саваду, получает более приятную улыбку и ответное приветствие. Позже присоединившийся к ним Ямамото только безобидно смеётся, что сегодня Тсуна в ударе, и спрашивает, что такого успело случиться.       — Идиот! Он не обязан перед тобой отчитываться, - фыркает подрывник. - Но мне тоже интересно, Джудаймэ.       — А, ну...ничего особого, - Саваду слегка смущает столь резкое внимание. - Просто я смог найти общий язык, наверно?       — С кем же, Тсуна?       — Окамото-кун и Медичи-кун. Они хорошие люди.       Между повисает неловкое молчание. Они идут дальше, резко понимая, что Савада кажется предпочёл компанию новеньких больше, чем их. По крайней мере, так только думает Гокудера, искренне веря, что Джудаймэ обманули!...       — Ну-ну! Гокудера, ты чего? Я рад, что Тсуна удалось с ними подружиться. Может и нам попробовать? - улыбается бейсболист, закинув руки за голову.       — Да чёрта с два я к ним подойду! И Джудаймэ не пущу!       — Эм, ребята?...       Тсунаёши пытается успокоить разгоревшийся спор, но в результате устало вздыхает. И вот опять. До ворот школы они дошли достаточно шумно, а там уж на них очень красноречиво посмотрел дражайший ГДК школы. Одни лишь тонфа в руках блеснуть успевают, но парень остаётся на месте, завидев за их спинами других нарушителей порядка.       Только уже в классе Тсунаёши замечает одну вещь. Окамото сегодня не пришёл. Только Медичи прислал ему смс о том, что их не будет в школе по семейным делам. Даже учитель заозирался, не завидев новенького на своём месте. По какой-то причине Саваде стало неспокойно, а по спине пробежали мурашки. Он решает уточнить, отсылая вопрос новым знакомым, что у них случилось. Но ответ его в достаточной мере пугает:       "Нас не будет два дня, Савада-кун. Не волнуйся, город мы не разрушим"       В этот самый момент юный Вонгола бледнеет и хватается за голову руками, вскакивая с места.       — В смысле?...Что они собрались делать?!...       — Савада! Урок идёт, сядь на место.       Целый день после он не может успокоиться, чем вынуждает волноваться и своих друзей. На обеде он ходит из стороны в сторону, пытаясь понять причину столь резкого поворота. Потом приходит к пониманию - мафиози же. И под конец всё же прекращает слишком многом думать, делая вывод. Дело это не совсем его, да и совать свой нос в то, чем занимаются люди Галассии себе дороже.       Дома и вовсе Савада с опаской смотрит на Реборна, надеясь, что тот не спросит с него отчёт о том, что делают те двое. В конце-то концов! Репетитор должен понимать как никто другой, как это всё опасно выглядит. И даже если его вынудят побегать пару кругов по городу, Тсунаёши в этот раз решает упрямо стоять на своём - никуда он за ними теперь не пойдёт, пока не получит новую смс от Медичи.       Сидя за столом в своей комнате, гипнотизируя домашнее задание с тяжёлым вздохом, будущий Десятый старается верить, что ребята ничем плохим не занимаются, а его впечатление не рушится под напором подозрений. Слишком не хочется, чтобы установившийся контакт был разрушен жуткими потрясениями. Ему их на данный момент уже было достаточно. И если со своими проблемами он ещё способен постепенно смириться, то когда уедут Окамото и Медичи, будет поздно что-либо говорить и спрашивать.              — Волнуешься?       Реборн появляется рядом, как чёрт из табакерки. Кратко взвизгнув от неожиданности, Савада отшатывается в сторону и только потом выдыхает.       — Да, - кивает, не собираясь скрывать своего беспокойства.       — Значит, ничто не помешает устроить тебе внеплановую тренировку.       — Что? Нет! - возмущается парень, взирая на чужую ухмылку, выглянувшую из-под шляпы.       — Значит, решили. Мы идём в горы, Тсуна! Можешь прихватить Гокудеру и Ямамото, если боишься.       На это Савада простанывает крайне измождённо, его глаза полны возмущения. Только не это, думает. И зачем им идти на тренировку в горы, если он вообще-то говорил о совершенно другом. Но на секунду его поражает одна мысль. Реборн не сделал бы это просто так. Возможно, парочка ребят сейчас чем-то занята в горах и репетитор об этом знает.       В сомнениях Тсунаёши смотрит на киллера, гадая, а стоит ли правда туда идти. Вдруг они столкнутся с чем-то, за что их пристрелят? Его бросает в дрожь, однако здесь же понимает и иное. Вряд ли они станут вмешиваться во что бы там ни было. Просто случайно столкнутся. И будущему Десятому не придётся оправдываться за то, что обещал не следить за каждым шагом Окамото и Медичи.       — Хорошо, Реборн.       Этот вечер обещает быть особенным...