Новый друг

В родное озеро Рус возвращался слегка ошалелым от груза впечатлений. Начать, пожалуй, стоило с того, что у драконов очень вкусно кормили. Во всяком случае, наваристый суп из морских гадов Рус оценил куда больше Гилтиаса и даже великодушно собирался одолеть и его порцию, которую драконенок все равно не собирался есть. Скай строго нахмурился и негромко проговорил: −Гилтиас, сначала суп, потом огоньки. И даже не думай увиливать. Гил потешно надул и без того пухлые губы, трогательно наморщил лоб и принялся по ложечке запихивать в себя ненавистное блюдо. Рус только головой покачал и просительно посмотрел на Ская. Старший дракон с каменным выражением лица подлил ему добавки. Трапезная у драконов была устроена на утесе, который сверху удобно накрывала еще одна скала – как крыша. Морская синева тянулась, насколько хватало глаз, смыкаясь на горизонте с таким же ясным и ярким небом. Рус смаковал густое ароматное варево, в котором попадались мелко нарезанные, но все равно узнаваемые осьминожьи щупальца, и балдел. Хорошо все-таки, что Гил свалился именно в его озеро. −Тиран и деспот. – хмуро объявил Гил, вырвав Руса из задумчивого созерцания. Драконенок показывал старшему почти пустую миску, в которой кучкой лежали забракованные щупальца. Вот же привереда золотая. Рус, пряча усмешку, ждал, что Скай все-таки заставит подопечного съесть все, но синий дракон только вздохнул и всыпал Гилтиасу в ладонь горсть каких-то янтарно-желтых ягод. −А что это? – полюбопытствовал Рус. Гил, отправивший в рот сразу пригоршню, блаженно зажмурился, прожевал и вдруг выпустил из-за губ облачко пара. −Огоньки. – пожал плечами юный дракон. – Такие ягоды. Они растут только в Твердыне Огня. Я тебе не предлагаю, потому что они очень горячие. Ну как много-много острого перца. Такое только драконы едят. −И все-таки я рискну. – Рус требовательно протянул руку ладонью вверх. Гилтиас покосился на невозмутимого Ская, пожал плечами и положил на ладонь Русу всего одну ягодку, напоминающую виноград, только косточек под тонкой янтарной шкуркой видно не было. −Учти, приятель, если ты от этого помрешь, я не буду возвращать труп к тебе домой. – предупредил Скай. – И вообще сделаю вид, что тебя здесь не было. −Логично. – хмыкнул Рус и отправил ягодку в рот. Тонкая кожура лопнула. Язык обожгло жидким огнем, от которого чуть не вылезли на лоб глаза. Огненный комок ухнул по горлу в пищевод и провалился в бездонное мавкино нутро, оставив после себя приятное тепло и едва уловимый кисловатый вкус, как от раннего яблока. −Вкусно. – постановил Рус, и изо рта у него вырвалось точно такое же облачко пара, как до этого у Гилтиаса. – Отсыплете мне с собой? −Да на здоровье. – пробормотал Скай. Оба дракона удивленно таращили на него глаза. Видимо, на их памяти никому больше огоньки по вкусу не приходились. Так что из Твердыни Огня Рус вернулся уставший от бесконечной беготни с Гилтиасом по живописным закоулкам острова и нагруженный целым мешком огоньков. Да еще и верхом на драконе. Уморившийся Гилтиас долго махал вслед Скаю, посадившему на себя Руса и легко взмывшему в начинающие алеть небеса. Лететь на большом драконе было намного удобнее и не так страшно, как на мелком Гиле. Рус устроился на мощной теплой шее, крепче прижал к себе мешок с гостинцем и даже почти задремал. Тем более Скаю ветер был нипочем и летел он так плавно, что, если закрыть глаза, полет почти переставал ощущаться. На берегу родного озера они приземлились уже почти в сумерках. Рус справедливо рассудил, что взрослый дракон вряд ли позволит гладить себя по носу, поэтому ограничился коротким поклоном и вежливой благодарностью. Скай церемонно склонил рогатую голову в ответ, напружинился и взмыл в небо. Ветер от драконьих крыльев встрепал Русу волосы, поднял в воздух песок и взволновал камыш. −Бу-бу-бу-буль. – неприязненно высказался выглянувший из-за камня водяной. Очевидно, в отсутствие Руса сосед выполз на берег оценивать ущерб своей драгоценной синей тушке, а явление мавки верхом уже на большом драконе загнало его обратно в свое убежище. −Сам такой. – дословно Рус водяного, конечно, не понял, но на всякий случай обиделся. – Видел, какие у меня теперь друзья? Вместо ответа в него полетел рыбий хвост. Рус ловко перехватил его у самого лица, попробовал на зуб и брезгливо сплюнул. −Извини, приятель, подношение не засчитано. В Твердыне Огня вкуснее кормят. Водяной, гневно булькнув, выскочил из воды по самый пояс. Некоторая поплющенность, оставшаяся после Гилтиаса, с него уже сошла и теперь ничто не мешало ему возмущенно таращить большие светлые глаза навыкате и грозно булькать в короткую бородку. −Да ладно тебе. – уже почти мирно махнул рукой Рус, развязывая мешок с лакомствами. – Хочешь, угощу? Правда, очень вкусно. Водяной выполз на камень и подозрительно прищурился, нервно постукивая сине-зеленым рыбьим хвостом. Руса всегда забавляло, что родичем морским сиренам был он сам, но сложением на этих паршивок больше походил водяной – до пояса человек, а ниже рыба. −Что, неужели не хочешь попробовать еду настоящих драконов? – усмехнулся Рус. – Не отравлено, честное слово. Водяной сощурился и невнятно пробулькал, что у мавок честных слов отродясь не водилось. Рус пожал плечами и закинул несколько ягодок себе в рот. Картинно облизал пальцы, причмокнул и с улыбкой проглотил обжигающую вкуснотищу. С каждой новой ягодкой огоньки нравились ему все больше и больше. Надо будет потом спросить у драконов, нельзя ли пару кустов посадить где-нибудь здесь? Вдруг, примутся. Не придется тогда клянчить, чего Рус делать ужасно не любил, но хорошо умел. Камень, на котором, важно подогнув под себя роскошный хвост, восседал водяной, валялся на мелководье, поэтому Рус все-таки добрел до него и протянул на раскрытой ладони пару ягодок. В лучах заходящего солнца они и правда напоминали маленькие огоньки. Водяной все еще подозрительно щурился, но все-таки подставил перепончатую руку, в которую Рус ссыпал ягоды, пожевал губами под щеткой зеленых усов и отправил угощение в рот. Мгновение ничего не происходило. Потом глаза у водяного стали огромными и круглыми, усы встопорщились, а рот скривился. Рус одним длинным прыжком оказался на берегу и залег в ближайших кустах. С долгим вибрирующим воплем соседа вознесло высоко над озерной гладью. На какое-то время он даже застыл в воздухе, молотя по нему руками и хвостом, как по воде. А потом сочно плюхнулся в воду, прямо в свой омут. Полетели брызги и поплыли клубы пара. Рус с хохотом покатился по песку, пытаясь одновременно не выпустить из рук драгоценный мешок и не помять его содержимое. −Ты же сам летать хотел! – звонко крикнул он водяному, от которого на поверхности торчали только встрепанная макушка и злющие глаза. – А рожденный ползать летать может только так! Вода в озере вспенилась. В хохочущего Руса полетела та самая коряга, которую он думал вручить Гилтиасу вместо балласта. Рус перекатом ушел от снаряда, юркнул в камыши и тихой сапой пробрался в свое убежище под корнями ивы. Уютная сухая пещерка как нельзя лучше подходила для того, чтобы свернуться в ней клубочком после долгого насыщенного дня и не спеша посмаковать впечатления. Ну и обозленный водяной здесь точно не достанет. Глубокой ночью Рус проснулся от ритмичных всплесков. Выбрался из своего логова, беззвучно прополз сквозь камыши и высунул любопытный нос. Луна мягко серебрила поверхность озера. Водяной сидел все на том же камне, задумчиво похлопывал хвостом по воде и булькал себе под нос любимую песенку. Рус никогда ее целиком не понимал, но припев разбирал отлично: −А мне летать… А мне летать… А мне летать охота… Покусав в нерешительности губу, Рус так же бесшумно скрылся в зарослях. Вот же ж… Какое все-таки неизгладимое впечатление произвел на соседа сегодняшний опыт. В бульканье отчетливо прорезались меланхоличные нотки. Рус вздохнул и, уже не скрываясь, выбрался из камышей. Водяной ожидаемо ощерился на него и зашипел, топорща усы, как разозленный сом. Рус показал ему пустые открытые ладони. −Да ладно тебе, сосед. Я извиниться пришел. Из глухого бульканья Рус разобрал несколько пожеланий, куда бы ему стоило засунуть свои извинения вместе со своей тройной отравой, от которой приличные водяные превращаются в гамаюн-птиц. −Прости меня. – настойчиво повторил Рус. – Я правда не думал, что так выйдет. В ответ в него полетели прохладные брызги и булькающее заверение, что мавки вообще думать не умеют. −Ну давай мириться. – Рус раскрытой ладонью вытер лицо и зачесал назад намокшие кудри. – А когда Скай с Гилом в следующий раз прилетят, я попрошу кого-нибудь из них тебя немного покатать. Водяной наморщил лоб и застыл, потешно хлопая глазами. −Бу-бу-буль. – выдавил, наконец, он и стремительно нырнул. Рус замер, озадаченно пытаясь расшифровать это высказывание, как вдруг холодная перепончатая рука схватила его под водой за щиколотку, дернула и слегка протащила, заставив с воплем грохнуться и побарахтаться в прохладной ночной воде. Выпустили его довольно быстро, даже на глубину не утянули. Рус сел на задницу, сплюнул воду и погрозил кулаком в сторону омута. Оттуда донеслось ехидное бульканье. −Ладно, будем считать, что мы квиты. – постановил Рус, встряхиваясь, как мокрый пес. А Гила или Ская он все-таки попросит покатать водяного. Соседи как-никак.