Тени войны, свет любви

***

Отдел Тайн официально не существовал. Но любой, кто хоть раз спускался ниже шестого уровня Министерства, чувствовал: есть место, где воздух становится тяжелее, стены — живыми, а магия — опасной. Гарри и Гермиона знали путь — благодаря воспоминаниям о пятом курсе, когда всё началось. Только теперь проход был другим. — Он передвинут, — шепнула Гермиона, останавливаясь у холодной металлической плиты в стене. — Раньше дверь была здесь. Сейчас... чувствуешь? Гарри кивнул. Он почувствовал, как магия слегка покалывает пальцы. Он провёл по стене и пробормотал: — Aperio Veritas. Плита дрогнула. На ней проступил символ — тот самый, из подвала Роула. Но теперь — перекрещённый с гербом Министерства. — Это же слияние, — прошептала Гермиона. — Культ больше не действует извне. Он внутри. Дверь отворилась без звука. Внутри — тёмный, извилистый коридор, слабо освещённый самоцветными факелами, мерцающими, как дыхание чего-то живого. Магия здесь была плотной, как туман. Каждое их движение отзывалось в пространстве, как будто стены слушали. — Nox Tempus, — произнесла Гермиона, активируя заклинание защиты от временных искажений. — Всё ещё помнишь, как это делать, — усмехнулся Гарри. — Даже спустя годы. — Я никогда не забываю важное. Особенно, если ты в опасности. Они вошли в первый зал — Круг Воспоминаний. Здесь хранились сгустки памяти, извлечённые из заключённых, свидетелей… и агентов. На пьедестале крутилась серебряная чаша. Над ней — табличка: "M.T." — Майлз Торнтон, — сказала Гермиона. — Это его личная память. И она активна. То есть он не мёртв… он всё ещё действует. Возможно, прямо сейчас. — Проверим? — предложил Гарри. Она кивнула. Они вместе наклонились, погрузив пальцы в чашу. Память затянула их — мгновенно. Они очутились в кабинете, полном книг, схем и зеркал. Торнтон стоял у окна и говорил с кем-то, чьего лица видно не было — только тень, только силуэт в дымке. — Мы почти завершили настройку портала, — говорил он. — Артефакт реагирует на эмоционную привязку. Поттер и Грейнджер связаны сильнее, чем мы думали. — Идеально, — прошептал силуэт. — Тогда один из них принесёт то, что нужно. Ключ. Осталось подбросить нужную искру. Торнтон обернулся. — Но они сильны. Их чувства — это не слабость, а щит. — Щит можно обойти, — раздался ледяной голос. — Особенно, если направить клинок в спину. Изнутри. Память оборвалась. Они резко вернулись в зал. Гермиона едва стояла на ногах. — Кто это был… голос? Не Торнтон. Кто-то другой. Выше него. — И этот кто-то знает, как нас использовать. Не просто уничтожить… а использовать как ключи. Но к чему?

***

Следующий коридор оказался узким, словно сужающимся при каждом шаге. Впереди — ещё одна дверь. Без ручки. Только надпись на древнем кельтском: «Тот, кто несёт пепел, да войдёт с сердцем чистым.» — Это защита, — прошептала Гермиона. — Старая как мир. Нужно жертвовать магией… или воспоминанием. — Я сделаю это, — сказал Гарри, уже поднимая палочку. — Нет. Ты уже слишком многое отдал, Гарри. Позволь мне. Она достала серебряную каплю из кулона на шее — одно из своих самых болезненных воспоминаний. Он сразу понял, какое. — Первый раз, когда я подумала, что ты можешь не вернуться, — прошептала она. — Лес. Волдеморт. Я знала, что ты ушёл… и у меня сжалось всё. Я не забуду, но… готова отдать это. Ради нас. Она вложила каплю в нишу. Дверь открылась. Зал за ней был полон рунических кругов. Посреди — пьедестал. На нём — свиток, обмотанный нитями тёмной магии. — Это… план. Манифест культа. Его ядро, — Гермиона смотрела широко раскрытыми глазами. — Значит, мы нашли сердце. Он хотел дотронуться, но в этот момент стены зашевелились. — Кто-то идёт. Сбоку — потайной проход открылся сам. Словно кто-то ждал их. Но вместо того, чтобы обрушить ловушку, коридор приглашал дальше. Гарри и Гермиона переглянулись. — Нас ведут, — сказал он. — Игра началась, — ответила она. Они пошли дальше — прямо в сердце Тьмы.