Heavy is the crown

Лу стояла на крыше, не отрывая взгляда от тусклого пятна вертолёта, пока тот не растворился в облаках. До неё окончательно дошло — четыре дня. Четыре. Мать его. Дня. Слишком долго. До ужаса долго. Что делать? Звонить? И что она скажет? «Привет, я дура. Наговорила всякой херни и теперь жалею?» Великолепно, Лу. Просто блеск. В голову, наконец, пришла светлая мысль. Баретти. Нужен Баретти. Псионичка резко развернулась, побежала вниз по лестнице, едва не спотыкаясь о собственные ноги. Но в приемной было уже пусто, а кабинет начальника охраны закрыт. — Твою мать, — выдохнула сквозь зубы, проклиная весь свет. — Когда не надо, торчит здесь сутками, а как только нужен — уже упиздовал домой. Вот же сука… И я тоже сука. Лу села на диван и достала телефон. Хоть бы связь в небе ловила, а то когда они прилетят, возможно уже сигнала не будет. Лу: Кей, а куда вы полетели?) Девушка поднялась и стала нервно ходить по комнате в напряженном ожидании. Только через десять минут пришел ответ. Кей: Лу, я не могу разглашать перемещения Приора) Спроси у него сама) Лу: … «Издевается что ли?» Она стала гневно набирать сообщение о том, что это жизненно необходимая информация, и вообще, друг он ей или не друг. Но не успела она дописать, как на экране загорелось новое уведомление. Кей: 53.8903556500231, 27.554319626984352 Лу: Лучший!!! Кей: Надеюсь, я не пожалею об этом. На лице мелькнула улыбка. Лу тоже на это надеялась. Открыла карту, вбила координаты. Деревня возле Периметра, рядом медицинское предприятие. Вспомнила, что они там бывали пару раз. Правда, на машине ехать пять часов, если верить навигатору. — Пфф, — Лу прикинула маршрут. — За три доеду. Не теряя времени, поднялась в апартаменты. Решимость толкала её действовать. Но, войдя в гостиную, Лу снова увидела виолончель и снова сердце сжалось. Девушка присела рядом, аккуратно провела пальцами по сломанному дереву, извиняясь, и собрала обломки, один за другим. Нет, так оставлять нельзя. Псионичка потянулась за планшетом и набрала в поиске магазин музыкальных инструментов, нашла какой-то элитный. — Здравствуйте… у вас есть виолончели в наличии? На том конце линии помолчали, потом уточнили детали. Лу назвала модель, которая была у Иво, и стала ждать вердикт. — Именно такие изготавливаются только на заказ, в течение месяца, — ответил мастер. Месяц? Лу от досады прикусила щеку. — Нет. Это слишком долго. Мне нужно раньше. — Срочность возможна, но будет внушительная доплата… — осторожно сказал консультант и озвучил цифру. — Сколько?! — вырвалось случайно. Голос дрогнул, и она поспешно прокашлялась. — Кхм… Я имею в виду… сколько, повторите, пожалуйста. «Крэп, дороже моего байка.» Пока мастер объяснял детали — довольно редкая модель, ручная работа, индивидуальная настройка, — Лу на телефоне уже открыла банковское приложение и зашла на личный счет. Норм, жить можно. — Делайте, — твёрдо сказала она. — Я переведу деньги. Через минуту оплата была произведена. Лу выключила планшет и на мгновение закрыла глаза. Первый шаг к искуплению был сделан. «Иво восстановил мою игрушку, а я восстановлю его. Да хоть все отдам, лишь бы он снова мог играть.» Лу стала наскоро собираться и кидала вещи в спортивную сумку. Застегнула молнию, сунула телефон в карман и уже на полпути к двери вспомнила. Где шлем? Начала шарить по квартире по привычным местам, его нигде не было, как и времени, чтобы его продолжать искать. Она схватила шлем Иво и на бегу написала Кею: «Не знаю, будет ли в вашей дыре связь, но через три часа встреть меня на блок-посте.» И, не дождавшись ответа, сунула телефон обратно в карман. На парковке её ждал байк. Псионичка нежно провела рукой по рулю. — Ну что, малыш, скучал? Мать вернулась. Откинула сиденье, чтобы положить сумку, а ее шлем, оказывается, лежал в багажнике. Ну и ладно. Возвращаться в квартиру не хотелось, да и не было смысла. Впихнула сумку и поспешила покинуть этот злосчастный Нью-Пари. Девушка не ехала. Она летела. Волосы развевались, куртка хлопала по спине, тело было вытянуто вдоль сидения навстречу прохладному ветру. Контроль происходящего и возвращение к себе. Было приятно, почти умиротворенно, настолько умиротворенно, насколько может быть на скорости 140 км/ч. Крейзи. Но, к сожалению, сосредоточиться полностью на дороге не выходило — мысли упорно возвращались к Иво. Как он сейчас? О чём думает? О чём думал вчера? Вряд ли о чём-то хорошем. Лу знала, что разговор будет трудным. Но знала и другое — если не увидит его в ближайшее время, не успокоится. Прибавила газу. Двигатель рявкнул в ответ, и мир вокруг растворился в движении. Лу ехала быстро, слишком быстро. Хотела обогнать время, свое чувство вины, всю тревогу, все свои страхи, а свет фар выхватывал из темноты белые полосы света, рисуя путь к Иво Мартену. По мере приближения к деревне поток машин редел, зато людей в форме становилось больше. Девушка сбавила скорость, и через пару минут впереди показалось КПП. Кей уже ждал её у шлагбаума. Судя по прикиду рабочий день его был окончен — эмпатик был в черном свитере и спортивных штанах. Он приветственно кивнул, когда Лу сняла шлем, откинула волосы и слегка улыбнулась. — Сообщение дошло? — Какое сообщение? Я почувствовал, что на деревню несется сильный ураган. По прогнозу не передавали, тогда оставался один вариант — ты. — Очень смешно, обхохочешься. — Лу приобняла эмпатика за плечи, в ответ получив хлопок по спине. — Ты, кстати, быстро. Я думал, только к часу ночи приедешь. — Макс Ферстаппен. Кей ничего не понял и вопросительно уставился на псионичку. — Забей. Просто кто-то слишком много видео в отпуске посмотрел, пока лежал в депрессии, — отмахнулась Лу и затем уже без смеха посмотрела на друга, нервно сжав пальцы на ремешке шлема: — … Где он? От этого вопроса пульс подскочил на 120, если не больше. Скоро, совсем скоро она увидит его. Странное, горько-сладкое предвкушение встречи, от которого сердце изводится в бешеном ритме, замирает и падает вниз. Кей почувствовал этот всплеск и насмешливо посмотрел на подругу. — Пошли. Кивнул охране: — Она со мной. Те молча пропустили. Стоун провёл до небольшого домика, на ходу рассказывая, как они долетели, чем занимались. Лу слушала вполуха, кивала в нужных местах, но мысли её были не здесь, и эмпатик это прекрасно понимал. Кей всё понимал — и то, что между этими двумя что-то произошло, и то, что оба переживали. Словно сериал смотрит. За несколько шагов до дома он улыбнулся и тихо подбодрил: — Удачи. Если что, мой соседний. И ушёл, не дожидаясь ответа. Лу осталась одна перед дверью. Замерла, прожигая её взглядом. Сердце било в груди так громко, что было даже удивительно, как Иво его еще не услышал. Лу выдохнула. Постучала. Ответа не было несколько секунд. По ощущениям прошла вечность, и дверь открылась. На пороге показался ее муж и застыл в проеме. Ни один мускул на лице не дрогнул, а его глаза прошлись по жене спокойным, убийственно равнодушным взглядом. Если Иво и был удивлён появлением Лу, то превосходно это скрыл. Чем хуже ему было, тем лучше он держался. А сейчас держался изо всех сил, и только едва заметные круги под глазами показывали, как тяжело ему далась прошлая ночь. Лу хотелось кинуться к нему, прижаться, зарыться руками в его черные волосы, но понимала, что нельзя. Пока рано. Сначала нужно поговорить. — Пустишь к себе? — тихо спросила она. Иво молча отошёл в сторону и жестом пригласил войти. Лу принялась ходить по комнате, якобы осматриваясь, но по факту не видела ничего. Просто теперь избегала его взгляда. Все слова, которые она продумывала по дороге, вылетели из головы к чёрту. Ветром, наверное, сдуло. В черепной коробочке теперь сидела обезьяна, которая истерически смеялась и хлопала в тарелочки. Иво же стоял в центре, скрестив руки на груди. Замкнутый, неподвижный. — Уютно тут у тебя, — произнесла Лу, чтобы сказать хоть что-то. — Зачем ты приехала? Она остановилась и наконец повернулась к нему, посмотрела в глаза. Лучше бы этого не делала. Там было так холодно и пусто, что можно было задохнуться. Базовый набор Приора. И сейчас от этого набора хотелось кричать. — Сказать прости. — Я на тебя не злюсь, — Иво даже не поменял интонацию голоса. Ровная. Безразличная. — Всё, что я тебе сказала тогда… — Лу сглотнула, — я не это имела в виду. — Нужно отвечать за свои слова, Лу. За то, что и кому ты говоришь. Я вчера услышал достаточно. Мне хватило. Его голос оставался всё таким же спокойным. Ни единой посторонней эмоции. Как стена. Лу открыла рот, хотела возразить, но Иво не дал себя перебить: — Мне очень жаль, что брак со мной принёс тебе столько боли. К моему огромному сожалению, я не могу отмотать время назад и забрать твои переживания. Если бы я мог что-то изменить… я бы сделал это и не обременял тебя своим присутствием. Тогда бы у тебя ничего плохого не произошло, и ты была бы счастлива... Просто бы не появился в твоей жизни, вот и всё. Вот и всё. Его слова ударили под дых, отправили в нокаут без боя. Как же невыносимо больно было это слышать. Но хуже было видеть. Потому что Иво отвернулся и отошел к окну. Отвернулся, чтобы не выдать себя. И это хуже всего. Ситуация, когда человек держится не из-за того, что ничего не чувствует, а потому, что чувствует слишком много всего. Он часто видел страх в смотрящих на него глазах. Душа горела, а сердце болело из-за любви. Да лучше его не было бы вовсе. Только одни трудности. Лу прикрыла глаза, сжала губы, чтобы не дать слезам выйти наружу. Единый, что же он себе надумал за эту ночь? Что перевернул в голове, чтобы произнести это таким тоном, будто уже всё решил? Будто уже прощался. Сама виновата. Сама довела его до этого. Давай же, Лу Рид, соберись. Найди слова. Найди путь к его закрытому сердцу. Верни его, не дай замкнуться окончательно. Глядя на спину Иво, она понимала — задача со звёздочкой. Как всегда. Но решить её жизненно необходимо. — Хорошо, — произнесла она наконец. — Я не снимаю с себя ответственность. Да, я сказала лишнее. И я знаю, тебе было больно это слышать. Пауза. Никакой реакции. Иво даже не двинулся. — Но кроме того, что я тогда вывалила, — продолжила Лу, — есть ещё факты. Правда. Прямо, честно, как ты любишь. Так что слушай. Я не жалею ни об одном дне, проведенным рядом с тобой. Я знала, на что шла. Никто меня не заставлял. Если бы я не хотела, не приехала бы тогда к тебе. Не принесла бы кольцо... Иво не ответил. Только пальцы с тем самым кольцом едва заметно сжались на подоконнике. Лу сделала вдох, как перед нырком на глубину. Выплыть бы только. — Всё, что было… трудно, больно, страшно, порой невыносимо… я бы прошла через это ещё миллион раз, снова и снова, если бы знала, что в конце окажусь рядом с тобой. Слезам было плевать, они уже вовсю катились из глаз, независимо от её стараний сдержаться. Голос дрожал, но нужно было идти до конца. — Потому что ты — мой самый близкий человек. Ближе нет никого. И я умру за тебя, если придётся. Без колебаний. Это не красивые слова, Иво. Это факты. Иво не выдержал. Сильнее опёрся ладонями о подоконник, опустил голову. — Лу… — он выдохнул её имя, словно оно обжигало горло. А оно так и было. — Ты не должна так говорить. — Должна. Потому что это правда. И ничего ты с этим не сделаешь. Свет из окна ложился на его профиль, чёткий, упрямый, и в то же время такой бесконечно хрупкий. Лу смотрела на него и думала, как можно быть таким сильным и таким беззащитным одновременно. Она всё сказала. Каждое слово вытащила из себя, обнажая до боли. Хватило ли? Услышал ли он хоть что-то, кроме собственного самообвинения? Лу не была уверена. Но и ждать не хотела. Она едва заметно сделала шаг в сторону, чтобы Иво если захотел, то боковым зрением смог ее увидеть. Рука с мизинцем поднялась сама. А что ещё делать-то? Слова уже закончились. И плевать было на загоны, на гордость, на страх выглядеть глупо. Плевать на всё, только чтобы он снова её коснулся, чтобы поверил. Зачем всё усложнять? Они любят друг друга, и поэтому сейчас оба так страдают. И ничего больше. Простые истины лежат на поверхности, всегда лежали. В мире и без того слишком много сложностей, чтобы ещё объяснять то, что можно просто почувствовать. Псионичка из Термитника протянула руку, без единой уверенности, что это сработает. А Приор Инквизиции Церкви Единства смотрел на неё с недоумением и не знал, как реагировать. Лу Рид стояла упрямо, не отводя взгляда, предлагая не аргументы, не оправдания, а простую человеческую связь. Она не умела говорить красиво, не знала, как прощают правильно. Она просто предложила мир так, как могла. Открыто, неловко, по-человечески. А Иво Мартен, привыкший держать в руках власть и принимать серьёзные решения, вдруг сделал то, чего сам от себя не ожидал. Да и никогда в жизни так не делал, разве что видел в старых фильмах. Он принял правила этой игры и медленно протянул руку в ответ, сцепив свой мизинец с её, как когда-то, в другой, более простой жизни дети клялись никогда не ссориться. И они тоже клялись. Лу замерла, глядя ему в глаза. А затем неожиданно тихо рассмеялась. От неловкости, от облегчения, от того, что всё получилось. Иво приподнял бровь, как всегда, когда не знал, как справиться с нахлынувшими чувствами. А потом улыбнулся. Улыбнулся теплом во взгляде и совсем чуть-чуть в уголках губ, удивляясь, что анатомия его лица ещё способна на такие действия. И оба не выдержали — тут же шагнули на встречу друг другу. Лу обвила его за плечи, поцеловала в висок, почувствовала, как его руки крепко обхватили её талию, как он уткнулся носом в шею, как горячее рваное дыхание коснулось кожи. — Прости меня, — шепнула она. Он выдохнул, закрыл глаза: — Уже. Они стояли так еще какое-то время. В комнате повисла тишина. Но она теперь не пугала, не угнетала, а восстанавливала, утешала, давала надежду двум бьющимся сердцам, которые получили такой желанный мир. Больше не было ничего, осталось только дыхание в унисон и прикосновения — его руки на её спине, её пальцы, мягко перебирающие его волосы. — Приехала на мотоцикле? — наконец спросил Иво, не открывая глаз. — Угу, — Лу всё ещё гладила его по волосам. — Неделю не ездила. — Всё-то ты знаешь. — Я переживал. — Знаешь, пламенная речь Йонаса и твой внезапный отъезд быстро вернули в чувство. — Что ж… спасибо Йонасу, — тихо произнёс Иво, рукой скользнув по лопаткам. — Ты была дома? — Была. Оба замолчали. Лу провела ладонью по его щеке, кончиками пальцев обрисовывая линию скулы. — Я заказала новую виолончель. Когда вернёшься, она уже будет ждать. Иво нахмурился. — Лу, не нужно было, я бы сам… — Нужно. Это не обсуждается. Приказ жены Приора. Мартен с едва заметной усмешкой покачал головой, взгляд смягчился. Большим пальцем стёр с её щеки блестящую дорожку. — Я смотрю, любите вы повторять мои слова, мадемуазель Рид. — А как же… Удобно очень. Вы, месье Мартен, после такого даже на всякие глупости соглашаетесь. Иво прищурился. Медленно провёл ладонью по её затылку, притянул ближе. Его дыхание коснулось ее губ, и Лу сама закрыла расстояние между ними. Их губы встретились в тихом бережном поцелуе без спешки. — Устала? — Иво немного отстранился, но руки с талии не убрал. Лу отрицательно покачала головой. — Тогда давай уедем. — Уедем? — переспросила Лу, не сразу поверив, что расслышала правильно. — Куда? А охрана? Иво чуть скривился как от головной боли. — Поедем вдвоём, — он сделал паузу, отвёл взгляд. — Я устал, Лу. От людей, от посторонних глаз. Мне просто… нужно вырваться, хотя бы ненадолго. Лу смотрела на него, чувствуя, как сжимается сердце — она понимала его состояние. Иво никогда не жаловался. Даже сейчас не жаловался, просто констатировал факт. — Напомню, у меня всё ещё нет пси. — Это не важно. Девушка провела ладонью по его спине, посмотрела в глаза. Там была просьба и решимость. И спорить уже не хотелось. Только быть с ним, ехать куда скажет. Устал от всех, кроме нее. — Хорошо. Собирайся, а я отойду на пару минут. В окнах соседнего дома горел свет — отлично, Кей ещё не спал. Лу постучала. Дверь открылась через несколько секунд, и перед ней возник эмпатик. Мужчина ошарашенно уставился на гостью. Зачем она к нему пришла? Что-то пошло не так? Не помирились? Хотя появление Рид не вязалось с ее текущим моральным состоянием, которое было спокойным. Даже радостным. Лу хмыкнула, представив, как это, должно быть, выглядит со стороны эмпатика. — Расслабься, — усмехнулась она и, не дожидаясь приглашения, прошла внутрь. Кей, всё ещё с подозрением глядя на неё, захлопнул дверь. — Что ты здесь делаешь? Почему ты не с Мартеном? — Потому что собираюсь, — бросила Лу, окинув Стоуна взглядом с ног до головы. — Кстати, подходит. Есть ещё такая одежда? Кей нахмурился, посмотрел на себя, потом снова на неё. — Если ты про свитер и штаны, то нет. Остальное — костюмы. — Херово, — сказала Лу и, как ни в чём не бывало, добавила: — Раздевайся. — Прости, что? — Раздевайся, — спокойно повторила, чуть приподняв бровь. — Я возьму одежду. У Кея Стоуна каждый день был как судный. Никогда не знаешь, когда прилетит статуэтка в голову или заставят раздеться до трусов. Что ж, он знал, с кем работает. — Может, всё-таки пояснишь? — Мы с Иво поедем покататься, — ответила Лу, осматриваясь по сторонам. — Без охраны. И если уж так, то нужно, чтобы нас не узнали. Приору не комильфо гонять в форме по ночным трассам. Кей моргнул, потом провёл рукой по лицу. — Лу, если Баретти узнает, что я допустил такое, он меня убьёт. Медленно и мучительно. — Всё будет ок, — псионичка усмехнулась и кинула ему небольшой бутылечек. — Витамины. От Йонаса. Кей поймал флакон, но в глазах читалось отчётливое недовольство. — Ты уверена, что это хорошая идея? — Не уверена. Но это не важно, — ответила она, слегка прищурившись. — Так что… поможешь или нет? Он долго смотрел на неё, вздохнул, потом всё же махнул рукой. — Отвернись хотя бы… — Кей, я тебе говорила, что ты лучший? — За сегодня уже дважды. Мне эта тенденция не нравится. Когда Лу вернулась, Иво сидел на краю кровати, уткнувшись в телефон. Рядом лежала аккуратно собранная небольшая сумка. Услышав шаги, он поднял голову. Взгляд скользнул по Лу, задержался на одежде в руках. Брови чуть приподнялись. — Это…? — Маскировка, — пояснила Лу, бросая на кровать свёрнутую одежду. — У Кея отдолжила. Так куда едем? Иво, не комментируя, протянул ей телефон. На экране была карта, отмеченная красной точкой где-то за деревней возле лесополосы. — Сюда. Лу запомнила расположение и отложила телефон. Происходящее перевоплощение инквизиторской Ханны Монтаны интересовало ее куда больше. Брюки сели идеально, а свитер был немного великоват, но все равно одежда на Иво смотрелась очень хорошо. Удивительно, ему стоит всего лишь переодеться из привычной формы, чтобы его жена потеряла дар речи. Мартен заметил её выражение лица и чуть приподнял уголок губ. — Что? — Ничего… Просто интересно, как много может сделать один свитер, — Лу подошла к нему и провела руками по его плечам, коснулась шеи. — Теперь, если тебя где-то и узнают, то только как самую сексуальную угрозу общественному порядку. Иво усмехнулся и коснулся ее подбородка. Долго задерживаться нельзя было, и так уже поздно. Легкое касание губ, и они вышли на улицу. Быстрым уверенным шагом, рука об руку, прошли мимо домов прямо к блок посту, где стоял мотоцикл. Лу украдкой оглядывалась по сторонам, чувствуя себя одновременно и преступницей, и сообщницей. Преступницей, потому что крала Приора. Сообщницей, потому что он был инициатором и сам в этом участвовал. Когда они проходили через КПП, один из охранников окликнул: — Эй, куда вы?.. Иво повернулся, его тут же узнали. Холодным взглядом пресек любые вопросы, начиная от своего внешнего вида, заканчивая какие люди и без охраны. Охранник тут же запнулся и отвел глаза, не проронив больше ни слова. Живее будет. Из-под сидения Лу достала шлемы и с самодовольным видом протянула один. — По счастливой случайности, их два. Иво надел его, и теперь от Приора не осталось и следа. Черта с два если кто увидит его в таком виде, узнает в нем второго человека Нью-Пари. Эта мысль успокоила Лу, и девушка завела двигатель. Она набрала скорость. Пейзаж начал размываться, деревья мелькали тенями, сливаясь в сплошную чёрную стену, а стрелка спидометра уверенно поднималась вверх. Ночной воздух приятно холодил кожу. Лу повернула чуть сильнее, и Иво машинально обнял её крепче. Тело откликалось быстрее, чем мысли. Он смотрел на дорогу перед ними и впервые не искал смысла. Не строил планы. Не думал, что будет дальше. Он закрыл глаза на пару секунд. Каждый метр растворял часть тревог, каждый порыв ветра выдувал из головы всё лишнее. Пусть дорога будет бесконечной. Пусть этот момент длится вечно. Они выехали к какой-то тёмной, на первый взгляд совершенно непримечательной поляне. Лу сбросила скорость, медленно прокатилась вперёд и остановилась. — Мы точно туда приехали? — спросила она через аудиосвязь, оборачиваясь к Иво. — Да. Только нужно немного дальше, по тропинке. — Какой тропинке? — не поняла Лу, приглядываясь вперёд. Иво протянул руку, указывая на едва заметную дорожку между деревьями. Лу пригляделась — действительно, тонкая, будто заброшенная тропинка, уходила вглубь. — Не волнуйся, там можно проехать. Лу ещё пару секунд сомневалась, потом кивнула и медленно тронулась вперёд. Мотоцикл глухо урчал, колёса мягко шуршали по влажной земле. Когда лес внезапно расступился, Лу не поверила глазам. Перед ними открылся берег узкого, вытянутого озера. Вода отражала луну и разбросанные по небу редкие звёзды, а сам берег уходил влево, образуя естественный закуток, укрытый деревьями со всех сторон. Лу остановила байк, заглушила двигатель. На мгновение стало слышно только, как вода тихо касается песка. Она сняла шлем и медленно повернула голову. — Охренеть… Обернулась к Иво, тот уже стоял рядом, сняв шлем, и рассматривал пейзаж. — Откуда ты вообще знаешь про это место? Его же даже на картах нет. Иво поднял руку, указал вдаль, на противоположный берег, где в темноте угадывались редкие контуры домов. — Это частная зона, — объяснил он. — Район для обеспеченных семей. Чтобы сохранить приватность, локацию просто убрали с карт. Не хотели, чтобы сюда сновали посторонние. КПП не ставили, решили, что лишние посты испортят вид. Они спрятали шлемы под сидение, достали сумку и расстелили покрывало, которое предусмотрительно взял Иво, как и полотенца. Лу усмехнулась, покосившись на него. — Я смотрю, ты подготовился. — Привычка, — коротко ответил он, стягивая через голову свитер. Лу молчала, наблюдая, как он медленно раздевается. На лунном свете кожа Иво казалась почти восковой. Он взглянул на неё через плечо. — Идёшь? Она кивнула, но продолжала сидеть, не отводя глаз. Иво усмехнулся и направился к воде. Сделал пару шагов по мокрому песку, а потом одним уверенным движением рванул в озеро. Глухой всплеск нарушил тишину, и по поверхности разошлись круги. Волны тихо плескались о берег, а Мартен, сильными движениями рук, поплыл вперёд по серебряной дорожке, нарисованной луной на поверхности воды. Лу улыбнулась, глядя на него. Восстанавливается. Иво проплыл еще чуть дальше и в воде развернулся в ее сторону, водя руками из стороны в сторону, удерживая себя на плаву. Лу наконец поднялась, скинула ботинки, стянула куртку и джинсы. Кожа покрылась мурашками от прохладного воздуха. «Крэп, Иво что в кипяток, что в ледяную воду входит так, будто делает это каждый день.» Шагнула к воде, коснулась поверхности пальцами и удивилась. Не угадала, вода была как молоко. И, уже теперь долго не церемонясь, разбежалась и нырнула. Холод сомкнулся вокруг тела, но через пару секунд перешёл в приятное тепло. Лу вынырнула, вздохнула и, моргнув, увидела Иво. Он уже стоял чуть поодаль, на отмели, по плечи в воде, и ждал её, протянув руку. Его глаза в лунном свете казались совсем чёрными. Лу подплыла к нему и сразу обвила руками за плечи, ногами за талию. Иво одной рукой придерживал ее под ягодицы, второй водил по спине. Губы тут же нашли ее и увлекли в долгий поцелуй. — На удивление теплая, — Лу провела пальцами по воде, наблюдая, как свет луны дрожит на поверхности. — Я думала, будет ледяная как на озере Вьенн. — Здесь своя экосистема. Почва удерживает тепло, за счёт минералов и термальных потоков температур… Лу особо не вникала в смысл его слов. Просто смотрела на движение его губ, наслаждалась звучанием его голоса. Слушала бы вечно. Он, конечно, это заметил. — Ты ведь не слушаешь. Лу активно закивала, совсем не скрывая этого, и снова коснулась его губ. Иво отстранился едва-едва, посмотрел на нее, гипнотизируя взглядом. Поднял руку, провёл пальцем по линии её брови, убрал прядь, прилипшую ко лбу. — Ты снова улыбаешься, — тихо сказал он. — Я счастлив. Лу коснулась его ключицы, провела вверх, по шее. — Прости ещё раз, — выдохнула она. — За всё. Вела себя как идиотка. А ты просто хотел помочь. Сейчас стало легче… И после больницы тоже. — После больницы? — Ламар тебе привет передавал. Иво удивлённо посмотрел на неё, прося пояснения. Лу пересказала ему разговор. — Он сказал, что пси не могут исчезнуть бесследно. — Я тоже это знал. И рассказал бы, но ты тогда не дала вставить и слова. Лу цокнула языком и, брызгнув на мужа водой, отвернулась. Иво тихо рассмеялся, наклонился и поцеловал в щеку. Она снова повернулась к нему. В его взгляде не было ни тени упрёка, только тепло и внимание. — Ламар сказал, что благодарен тебе, — проговорила она тише. — За шанс всё исправить. И я подумала… я тоже хочу. Исправить хоть что-то. Иво покачал головой. — Лу, ты не виновата. Ни в чём. Если бы я хоть на секунду думал иначе — ты бы знала. — А если бы была? — спросила она, всматриваясь в его лицо. Мужчина ненадолго замолчал, перевёл взгляд на горизонт, где отражался лунный свет. — Ты бы не смогла совершить ничего плохого по своей воле, — произнёс он наконец. — Это не про тебя. Ни по характеру, ни по сути. Ты можешь ошибаться, спорить, делать глупости, но причинять вред осознанно? Никогда. Нельзя ожидать зла от человека, который вернулся из лаборатории с аккуратно сложенным детским рисунком. Лу провела пальцами по его плечу, потом заглянула в глаза. — Но… если вдруг появится возможность… ты поможешь мне? Иво замер. Ему не нравились подобные разговоры. За каждым из них стояла опасность. Но еще он понимал её состояние. И, может, в этом и была причина, почему он не стал спорить. Самому стало легче дышать только после свержения Жана-Франсуа. — Помогу. Лу крепко обвила его за шею. — Спасибо, — прошептала она. Мартен всё ещё держал Лу на руках и, не отпуская, сделал пару шагов. — Пошли, — сказал Иво с лёгкой усмешкой. — У тебя уже губы синие. Ветер с озера был прохладным, но в его руках ей было тепло. Несколько уверенных шагов, и они вышли на берег, Иво поставил её на ноги только на покрывале. Из сумки достал полотенца, одно протянул ей, другое набросил себе на плечи. Сел рядом, глядя на воду. Лу закуталась, убрала с лица мокрые пряди и тоже посмотрела на озеро. Вода была тёмной и спокойной, на поверхности мерцали отражённые огни домов на другом берегу. Луна светила тускло, размывая границы ночи. Лу коснулась его плеча. Он повернулся и посмотрел на нее. Замер. Залюбовался. Залюбовался взглядом, от которого она была не в силах оторваться, который пробирал до самой сути. Иво провёл рукой по её спине, потом по шее, кончиками пальцев коснулся подбородка и задержал там руку. Нежно погладил. — Я люблю тебя. Константа среди всех переменных. Хотя каждый из них друг про друга еще несколько часов назад думали иначе. Глупые потому что, подумала Лу и улыбнулась, поцеловала его, провела ладонью по скуле и прошептала в губы: — А я тебя. Иво навис над ней, продолжая целовать, заставил лечь. Руки блуждали по телу, гладили грудь, ласкали соски, сжимали бедра. Губы сплелись в настойчивом поцелуе так, что оба задыхались, а между вдохами появлялись лёгкие стоны. И остановиться были не в силах. Да и не хотелось. Зачем она всю эту неделю его отталкивала, если в его руках ей так нравилось? Зачем он думал, что лучше бы они никогда не встречались, если без ее поцелуев он бы не справился? Они доводили друг друга до исступления, а долгожданная разрядка окончательно убила напрочь все напряжение. И как писали классики, только луна была свидетелем их близости. Иво поднялся на локтях, взглядом медленно прошёлся по Лу. С удовольствием отметил растрёпанные волосы , щёки в лёгком румянце, чуть припухшие губы, которые соблазнительно блестели. Наклонился и мягко провёл по контурам пальцем, потом коснулся своими. Взял её ладонь, поцеловал костяшки пальцев, не отводя глаз. — Поздравь, — улыбаясь, выдохнула Лу. — Сегодня сбылась одна из моих мечт. — Какая? — Секс втроём. Мартен непонимающе моргнул, а Лу уже смеялась открыто, вытянув руку назад, коснулась пальцами мотоцикла, который стоял возле покрывала, на котором они разместились. — Нахождение в такой близости засчитаю как участие. Иво, не находя слов, вздохнул и опустил голову, но девушка уже заметила смех в глазах. Лу Рид живет по принципу угадай чё выкину. — У вас, мадемуазель… своеобразные желания, — он снова склонился к ней, опираясь рукой. — Облегчите жизнь своему мужу, огласите весь список. — Хм… Дайте-ка подумать, — Лу провела ладонью по его щеке, откинула прядь с лба. Улыбка медленно сошла, переходя на серьезность. — Счастливая пенсия с тобой. Теперь и уголки губ Иво опустились, а взгляд стал глубоким и задумчивым. Вот так, начинали на шутках, а закончили на вопросе, который в последнее время остро стоял, с учетом их насыщенной на события жизни. Как они дошли до того, что даже мечта о спокойствии стала чем-то почти недостижимым? Для кого-то базовый минимум, а для них, видимо, роскошный максимум. Лу вздохнула, чувствуя, что атмосфера тяжелеет, и усмехнулась, стараясь вернуть лёгкость: — Или че… надо просить реализуемое? Иво тут же покачал головой, взял её ладонь в свою, прижал к губам. — Нет, — тихо ответил он. — Всё будет. Я обещаю. И не давая ни секунды на сомнения, поцеловал. И в поцелуй пытался вложить то, что тяжело сказать словами. Точнее слов опять было недостаточно, чтобы выразить все чувства. Обещание, в которое он верил, клятва, на которую он ставил печать, и сделка, взамен на его душу. После неожиданных признаний они стали неспешно собираться. Лу застёгивала молнию на куртке, поглядывая на Иво. — У тебя там в доме еда вообще есть? — Нет. — Ладно, — протянула она и отвернулась. Мартен заметил, как она слишком быстро сменилa тему, и прищурился: — Когда ты в последний раз ела? Она сделала вид, что не слышит, и убрала полотенце в сумку. — Лу. Девушка вздохнула и нехотя ответила: — Позавчера. Иво нахмурился, опустил руки. — Позавчера? — Ну… мне не до еды было. Он тяжело вздохнул, покачал головой. — На другой дороге есть заправка. Купим там что-нибудь. Лу тут же вскинулась, глядя на него как на сумасшедшего: — Ты что, совсем экстрима захотел? А если тебя кто узнает? Или чего хуже? Мы и так за один вечер десятилетнюю норму превысили! — В этот момент её живот громко заурчал, и Лу опустила глаза вниз. Иво не выдержал, усмехнулся. Он скрестил руки на груди и произнёс с тихим удовольствием: — Поехали. — Поехали, крэп, поехали, — проворчала она, надевая шлем. — Гулять так гулять. Где там твоя заправка… Заправка, что стояла у дороги, была почти пустой и сияла неоном в темноте. На парковке стояли лишь одинокая фура да синий форд с запотевшими стёклами. Лу по старой привычке телохранителя огляделась по сторонам. Иво предусмотрительно даже не снял шлем. Хорошо — меньше шансов, что кто-нибудь узнает Приора. Ни лиц, ни вопросов. Они вместе зашли внутрь. У стойки скучающе сидела женщина лет пятидесяти, зевая и попивая кофе из одноразового стаканчика. За стеклом витрины переливался стандартный ассортимент придорожного счастья. Лу застыла перед вывеской и в предвкушении потерла ладони. — Сейчас я выберу самый жирный, самый сочный хот-дог на планете. И соусов туда нахреначу с солеными огурцами. И знаешь что? Мне будет таааак вкусно. Иво, стоявший чуть позади, только покачал головой. — Тебе тоже возьму. — Я не голоден, — в ответ был получен такой осуждающий взгляд, что пришлось передумать. — Ладно, возьми классический. Лу заказала два и бутылку колы. Продавщица, пробивая заказ, громко щёлкнула кассой и, буркнула, думая, что её не слышно: — Понаедут на ночь глядя… черти кто… дома, видимо, скучно сидеть. — Ой, согласна полностью, — громко сказала Лу и лукаво покосилась на Иво. Тот стоял с невозмутимым лицом, скрестив руки на груди. Точнее, он был в шлеме, и стоял с невозмутимым взглядом. Лу хоть и переживала в начале, теперь же ей было откровенно весело с ситуации. А продавщица уже молча продолжила готовить. Хот-доги и колу они взяли с собой в пакете, чтобы съесть уже дома. Лу бережно несла добычу, как трофей. Но стоило выйти за стеклянные двери, как обстановка изменилась. На заправке появилась еще одна машина. Те, кто на ней приехал, судя по всему, только что пообщались с водителем фуры — тот сидел у колеса, держась за окровавленный нос. Похоже, уже получил своё. И теперь внимание компании было приковано к другому объекту, к их мотоциклу. Необычно дорогой байк для такой дыры. Лу мгновенно оценила: двое впереди, трое по сторонам. Неприятный баланс. «Прекрасно». Псионичка покосилась на мужа, который тоже рассматривал новоприбывших гостей и вдруг двинулся в их сторону. — Куда? — Лу опешила. — Иво, ты чего… Мартен не остановился. — Ты что, совсем…?! — Псионичка поспешила за ним. «Единый, что ты сейчас будешь делать? Давай, пригрози виселицей, они, конечно же, сразу поверят. А потом нас отпиздят и байк заберут… Иво, твою мать». Все еще держа в руках пакеты, девушка мысленно материла все на свете. Их двое, тех пять. У нее нет пси, нет оружия, только Приор и блядская кола, которую она засунет кому-нибудь из этих придурков в зад, если вынудят. Когда подошли, один из мужчин шагнул вперёд, ухмыляясь. — Эй, ваш байк? Красавица, кидай своего утырка, прокатимся вместе. — Отошли от мотоцикла. — А если не отойдём? Че сделаешь? Смех стал только громче. Один из них специально подошёл ближе, явно проверяя, насколько далеко можно зайти. Лу пыталась сосредоточиться. Хоть чуть-чуть. Хоть малейшее ощущение силы. Пусто. Чуда не произошло. А вот Иво пошевелился. Незаметным движением руки он раскрыл ладонь, и из маленького футляра выскользнула тонкая металлическая плеть. Несколько гибких цилиндров сомкнулись, вспыхнули голубым светом под напряжением. Мартен спокойно шагнул вперёд, встав между Лу и мужчинами. Сама Лу замерла — теперь Иво прикрывал ее. Звенья зашипели, когда он слегка провёл плетью по воздуху. — Разработка Инквизиции. Разрезает металл в одно касание, — холодным тоном пояснил Приор. От его размеренного голоса у присутствующих прошелся мороз по коже. — И я бы предпочёл, чтобы наш вечер не заканчивался её демонстрацией на вас. Пять пар глаз уставились на него в полнейшем ужасе, шестая — с откровенным восхищением и обожанием. Типы замерли. Казалось, каждое слово прошло мимо их ушей, кроме животного страха перед неизвестным оружием. Лу поняла это, усмехнулась и, обойдя Иво сбоку, перевела с приорского: — Че застыли? Он сказал, свалили отсюда быстро! Ноги в руки и вперед, если жизнь дорога. Эффект был мгновенным. Они сорвались с места, словно кто-то дал сигнал к старту, и, матерясь, рванули к своей машине. Через минуту от них не осталось ни следа. Иво медленно убрал плеть и повернулся к Лу. — Всё в порядке? — Это было… — она запнулась, качнув головой. — Мощно. Тебе, конечно, стоит поработать над лексикой. Крэп, чувствую себя Малой, но должна признать, выглядел ты чертовски секси. Я бы сейчас тебя расцеловала… только, блин, в шлеме неудобно. Иво не ответил, но Лу заметила, как уголки его губ под забралом двинулись вверх. Он явно был доволен. И тем, что защитил её, и тем, что она это оценила. До деревни они доехали без приключений. Еда была съедена, и они очень уставшие, но счастливые, незамедлительно легли спать. Близился рассвет.

***

На следующий день псионичка проснулась, когда уже был за полдень. Несколько секунд не могла понять, где находится: потолок чужой, светлая постель, воздух свежее, чем обычно. Вспомнила. Перекатилась на другую, прохладную, половину кровати, уткнулась лицом в подушку и вдохнула запах. Полежала так еще какое-то время, обнимая подушку, потом потянулась за телефоном. В непрочитанных висело одно сообщение, отправленное четыре часа назад. «Как проснешься, напиши.» Лу хмыкнула и набрала: Доброе утро) Сон окончательно отступил. Девушка прошла в ванную принять душ и надеть свежие вещи. По таймингам все вышло идеально, она была уже полностью собранная, как раздался звонок в дверь. Лу открыла и на пороге увидела своего мужа, у которого руки были полностью заняты контейнерами и двумя стаканчиками кофе. — Доброе утро? — спросил он, чуть прищурившись. — Уже обед. — У меня, с учётом последних событий, сбился режим, — ответила Лу, потягиваясь. — Кстати, прекрасная курьерская доставка. Ставлю девять из десяти. Иво прошел внутрь, поставил еду на стол и вопросительно приподнял бровь: — Почему не десять? Лу подошла ближе, обвила его за талию и, прижавшись, пояснила: — Десять — это если бы курьер проснулся вместе со мной, а завтрак принёс кто-нибудь другой. Но это так, знаешь, из области влажных фантазий. Иво усмехнулся, поцеловал её в висок и отозвался: — Мы с Кеем с утра осмотрели всё предприятие по производству лекарств. Как раз когда вернулись, пришло твое сообщение. На удивление, там всё в порядке, нарушений нет. Так что оставшуюся часть дня я поработаю отсюда. — Какие прекрасные новости, — протянула Лу, садясь за стол. Иво сел рядом, достал планшет, стал что-то коротко набирать. Девушка открыла один из контейнеров и застыла. — Голубика? — удивилась она. — Где ты её вообще нашёл? Иво оторвался от экрана. — Тут неподалёку фермы. Узнали, что мы приехали, и решили угостить. Я взял для тебя. Лу усмехнулась, набирая в руку жменю. — Ладно. Сегодня можно поставить и десять из десяти. После, пара решила переместиться на улицу, благо расположение позволяло. У них был небольшой внутренний дворик с диваном и столом на веранде. Ничего лишнего, но вроде как даже уютно. Иво создает стены, а Лу в них уют. Короче, обоим хотелось побыть подольше на свежем воздухе вместо привычных душных четырех стен. Мартен выставил на столик переносной компьютер, включил голограмму и был полностью погружен в работу. Почти полностью. Лу обосновалась на диване, предварительно взяв с собой плед и подушку, вытянулась и положила ноги на колени мужа. Интернет в этом месте, как оказалось, ловил идеально — для Приора предусмотрели всё, вплоть до усилителей связи. Лу бездумно листала ленту, время от времени подсовывая Мартену телефон с самым, на ее взгляд, отборным контентом. Иво, по всей видимости, пока занимался рутинными задачами и позволял себе отвлекаться. Даже на такое. Лу смеялась не столько над самими картинками, сколько над тем, как на них реагировал Иво. Каждый раз, когда она его подзывала, Мартен наклонялся, думал, или надеялся, что там что-то стоящее, внимательно смотрел на экран и, осознав, ради чего его отвлекли от дел, либо тяжело вздыхал, либо бросал на девушку осуждающий взгляд, так как каждый новый мем становился все более чернушным. И Лу все время веселило выражение его лица. Пару раз приходилось объяснять своему бумеру, в чем прикол шутки. И когда Иво понимал, он возвращался к работе, а потом спустя время качал головой, и Лу с наслаждением замечала приподнятые уголки губ у этой Джоконды. Happy wife, happy life, и Иво Мартен себе это уже усвоил. Еще Лу наткнулась на какой-то смонтированный ролик про Викария и Приора под романтичную музыку, их замедленные взгляды и блёстки в кадре. Она едва сдерживала смех, но всё-таки не удержалась и показала видео Иво. Тот, не изменив ни одной черты лица, досмотрел ролик до конца. Даже не моргнул. — Это шедевр, — Лу придерживала рот кулаком, задыхаясь. Иво молчал несколько секунд, глядя в пустоту, потом сухо проговорил имя пользователя и уточнил: — Я правильно запомнил? Лу перестала смеяться. — Эм… да, вроде. А зачем тебе? — Напишу Даниэль, пусть найдет его и подготовит направление на принудительные работы в шахты за распространение ложной информации о Церкви. Лу уставилась на него с отвисшей челюстью. — Ты… серьёзно? Мартен медленно перевёл на неё взгляд, чуть приподняв бровь. Лу выдержала секунду, потом цокнула и закатила глаза, слегка толкнув его ногой по бедру: — Единый, я даже на секунду поверила. Немного полежав в тишине, Лу решила еще подоставать Иво, раз уж он был в хорошем настроении, и продолжила: — Вообще, я понимаю Викария. Мой начальник — Приор — очень хорош собой. Слышал про него? — Она хитро покосилась на Иво. Три года прошло, а эти шутки все еще самые любимые. Зачем себе отказывать в удовольствии? — Он у меня на первом месте в списке фаворитов. Иво, не отрывая взгляда от голограммы, отозвался: — Да, что-то слышал. Но, кажется, я тебе уже говорил, что не слишком его жалую. — Сделал паузу и всё же поднял глаза. — Что еще за список? Лу медленно вытянулась, поглаживая его ногой по бедру. — На первом месте, как я уже сказала, Приор. На втором мой байк. Иво перехватил её ступню, провёл большим пальцем по своду стопы. — Я не сомневался. — Да, все так. Ну и там, где-то в конце списка, в самом низу скромно разместился Иво Мартен. Мужчина тихо усмехнулся и сильнее сжал ногу. — Какой кошмар, — сказал он с показным вздохом. — Это нужно срочно исправлять. Мотоцикл я, разумеется, сместить не смогу, а вот с первым местом придётся потягаться. Лу, довольная его реакцией, зевнула и снова откинулась на подушку. — Ну, попробуй. Спустя время Мартен сильнее углубился в работу. Голограмма перед ним постоянно переливалась меняющимися окнами с картами, списками и данными. Несколько звонков подряд с разными людьми, короткие фразы, уточнения, сухие распоряжения, иногда Иво сильнее хмурился и что-то быстро печатал. Все в штатном режиме и по стандартным вопросам. И это было странно. Лу молча за ним наблюдала. Насколько девушка могла понять, Приор занимался своими обычными делами, а с заводом, ради которого они вообще сюда приехали, он уже закончил. Тогда зачем было оставаться? Зачем отъезд на четыре дня? Но эту мысль Лу приберегла на потом и оставила себе время подумать. Вместо этого она решила нарушить рабочую тишину другим вопросом. — Долго тебе ещё? Иво потер шею и взглянул на часы. — Примерно час. Потом пойдём ужинать. Лу кивнула и, сменив позу, легла так, чтобы её голова оказалась у него на коленях. Мужчина отстранился от голограммы, чуть удивлённо посмотрел на неё сверху вниз. — Не мешаю? Он едва заметно улыбнулся, качнул головой и снова вернулся к работе. — Нет. Сквозь дрёму псионичка чувствовала, как его ладонь скользит у нее по затылку, кончиками пальцев проходится по волосам, едва щекоча за ухом. На ужине они пересеклись с Кеем, который выглядел более отдохнувшим, чем в прошлый раз, когда его видела Лу. Перекинулись парой фраз, и вскоре Лу и Иво решили прогуляться по внутренней территории, где располагался небольшой парк, но по факту лес, аккуратно огороженный забором. Кея отправили отдыхать, так как территория была закрыта, да и охрана сновала повсюду. Эмпатик возражать не стал. Шли медленно, не спеша, между деревьев, наслаждаясь тишиной, спокойствием и вечерним воздухом. Разговаривали обо всём и ни о чём, просто чтобы слышать голоса друг друга. Лу запреметила поваленное дерево и попыталась поднять его телекинезом — вдруг отдых и свежий воздух хоть как-то повлияли на её способности. Но ничего не произошло. Никакого импульса, даже легкой вибрации. Она попыталась скрыть разочарование, но Иво всё понял, подошёл и заключил её в объятия. — Не переживай, они вернутся. Просто нужно время. Я перепроверил базу данных ещё раз, и таких случаев у псиоников не было. Силы восстанавливались всегда. — Может, я буду первой? — Не в этот раз, — покачал головой Иво. — Ты сейчас просто переживаешь о деле, и, скорее всего, это влияет на пси. В нужный момент всё вернётся. А если нет, поищем решение и найдём. Обещаю. Он поцеловал её в лоб, а Лу сжала его крепче за талию. Чтобы отвлечь от грустных мыслей, Иво тихо спросил: — Тебе понравилось на природе? Хотела бы бывать чаще? — Ну да, на свежем воздухе классно, есть куда пройтись… — пожала плечами Лу. — А что? Иво задумался, подбирал подходящие слова. — Думаю, мы могли бы потом купить где-нибудь в похожем месте дом. Не всю же жизнь провести в квартире над кабинетом Приора. Лу усмехнулась: — Что, теперь мысли о пенсии не отпускают? Он тоже слегка улыбнулся, но ответил серьёзно: — Можно хотя бы начинать продумывать. Сейчас, конечно, с нашей нагрузкой не до переездов, но когда всё станет поспокойнее… почему нет? Лу саркастично хмыкнула, на что Иво чуть сильнее сжал её руку, напоминая, что не на все нужно отвечать с иронией. — Ну ладно, — уже спокойнее сказала она. — Спокойная жизнь… чем же мы тогда будем заниматься? Посмотрела на мужа и встретилась с его многозначительным взглядом. Поняла его намек и с усмешкой отмахнулась. — Ну ясное дело, помимо занятий любовью. Что бы ты хотел делать? — Читать книги, смотреть старые фильмы, — ответил Иво после короткой паузы. — Играть на виолончели. Может быть, ходить на рыбалку. Иногда бы ходил в университет и давал лекции студентам. Лу прыснула от смеха, но мужчина сделал вид, что не заметил. — А ещё… Попробовал бы научить играть тебя. Девушка опешила. Так, они не в то русло свернули. Минное поле, опасно, надо переводить тему, чтобы не спалиться. — Ой, не-не. Мой максимум — играть на нервах Йонаса и Жонсьера. Иво тихо рассмеялся. — На моих ты тоже виртуоз. — Это другое. На нервах Йонаса и Жонсьера играть весело, а ваши нервы, месье Мартен, хочется любить, хранить и оберегать. Хотя в последнее время с этим не очень выходит. Он замолчал, на мгновение задумался. Потом тихо сказал: — Знаешь, в этом даже есть свои плюсы. После всего начинаешь больше ценить моменты, когда всё хорошо. — Ага, — проворчала Лу. — Постоянно как медовый месяц. — Можно и так сказать. Чуть замолчал, глядя на дорожку перед собой, потом негромко добавил: — И воспитывать детей. Лу замерла. У них этот разговор был еще перед свадьбой. Тогда они вдвоём решили, что пока не готовы. Слишком много дел, слишком мало времени, да и программы по повышению фертильности псиоников только начинали давать результаты. Так у Лу хотя бы появилось время даже просто свыкнуться с мыслью, что она вообще может быть матерью, когда ей всю жизнь твердили другое. Казалось, где она и где дети. С тех пор чуть-чуть мнение изменилось. Мысль о детях перестала пугать так отчаянно, как раньше, теперь страшнее было другое: а вдруг не получится вовсе? Она делилась с Иво своими страхами не раз. Но он всегда отвечал ей с такой уверенностью, что ее хватало на них двоих. И Лу была ему благодарна за это. За веру в них. За веру в нее. Сейчас, конечно, не самое подходящее время, но раз уж они начали такие разговоры, то погнали до конца. — А ты бы хотел мальчика или девочку? Иво улыбнулся уголком губ. — Для начала послушаю тебя. Кого бы хотела ты? А кого Лу хотела? Она затруднялась ответить, поэтому вывалила все в кучу. — Не знаю, блин. Если мальчик, то я бы хотела, чтобы он был похож на тебя, только более улыбчивая версия Иво Мартена… И мы бы с ним собирали всякие штуки, я бы его катала на мотоцикле… А если девочку… С ней бы тоже собирала всякие штуки и катала на мотоцикле. А еще.. Вот знаешь, был такой доштормовой рэпер, он так свою дочку любил, песни ей посвящал, в которых пел... всякое.. крэп... ну я не знаю, как объяснить, любил ее короче сильно, вот и я тебя представляю так с ней… От своего потока несвязных мыслей Лу даже засмущалась, но Иво ее слушал внимательно, не перебивал, наслаждался каждым словом, каждым смыслом, который она смогла передать, и понял то, что передать не смогла. Он все понял. За это он и любил Лу. И не только за это. Мартен наклонился и нежно поцеловал её, отгоняя любой малейший намек на тревогу и неуверенность в себе. Лу, чуть отстранившись, всё же спросила: — А ты? Он посмотрел прямо в глаза и ответил просто: — Хочу счастливого ребёнка. У которого будут здоровые и любящие родители. Лу сначала растрогалась, потом возмутилась от того, как в его коротком предложении оказалось больше смысла, чем во всей ее длинной речи. Политик, чтоб его. Но ее политик. После прогулки они вернулись домой. Иво сходил в душ первым и теперь лежал в кровати. Затем с душа вернулась Лу, которая решила наконец привести свой план в действие. Она откинула одеяло и без предупреждения села на Иво верхом, чей телефон в следующую секунду тихо упал на постель. Теперь всё внимание Приора было направлено на неё. Лу наклонилась ближе, массируя его плечи. — Месье Приор, — начала она деловым тоном. — Я заметила одну странность и хочу у вас прояснить момент. Иво изобразил серьёзность. — Я внимательно вас слушаю, мадемуазель Рид. Его руки скользнули к талии и чуть выше, но Лу перехватила их, прижав к кровати по обе стороны от головы. Склонилась ниже, почти касаясь его губ, наблюдая, как у Мартена вытянулось лицо для поцелуя, и в тот же миг поднялась. Иво замер, потом вздохнул, опуская голову на подушку, и бросил полный немого упрёка взгляд. — Так вот, о чем я… Баретти сказал, что у тебя командировка на четыре дня, — продолжила она, чуть приблизив лицо. — Но, судя по сегодняшнему дню, ты успел сделать всё запланированное… и занимался своими обычными делами. Верно? — Пожалуй. — Почему четыре дня? Мартен сощурил глаза и решил поддержать ее игру. — А ты сама как думаешь? Предлагай варианты. Я скажу, движешься ли ты в верном направлении. Лу ухмыльнулась. Легко не будет. Главное в своем расследовании не выйти на себя. Провела губами по его шее, медленно спускаясь к ключице. — Так, вариант первый. После нашей ссоры ты вдруг решил побыть наедине с природой и отложил дела в городе. — Она качнула головой. — Не похоже на тебя. Иво тихо рассмеялся, не подтверждая, но и не опровергая. — Всем сказал, что уехал. Чтобы Равель расслабился и решил, что город остался без защиты? — продолжала она, медленно опускаясь к его животу. Провела вокруг сережки, и дальше вниз. Кадык Мартена едва заметно дернулся. — Но ты, конечно, оставил Жонсьера. И, скорее всего, расставил охрану по всему городу. Ответом было молчание. Сам же Иво внимательно следил за девушкой, ожидая, что она дальше будет делать. И ему нравилось, что она была права. — Далее, — Лу сдвинулась вниз, потерлась пахом, — проверка предприятия по медикаментам — хорошее прикрытие. Звучит убедительно. Но ты поехал сюда не только ради отчётов, верно? Здесь тебе нужно что-то другое. Его взгляд стал опасно сосредоточенным, но псионичка лишь усмехнулась, явно наслаждаясь эффектом. Медленно скользнула ладонью к резинке его пижамных брюк, спустила вниз. Провела по уже затвердевшему члену. Интересно, что сильнее — возбуждение от её прикосновений или от того, что она уже близка к разгадке? Иво сильнее втянул воздух, а взгляд потемнел. Два уголька вместо зрачков. Она продолжила касаться, легко, лениво проводя вокруг головки. — Знаешь, что меня еще смутило? — Лу посмотрела прямо на мужа, нежно проводя ладонью по всей длине. Иво не двигался и сейчас испытывал на прочность все свое терпение. Но ему также было интересно, куда она выведет, и он всего лишь молча кивнул. — Озеро, на которое мы ездили. Ты точно знал, как туда пройти. Даже детали помнил. Слишком много информации, даже для тебя, Иво. Значит, кто-то живёт в тех домах, кто тебе нужен… ты всё узнал заранее? В точку. Иво резко перевернул её, не давая времени опомниться. Теперь он нависал над Лу и медленно наклонился к ее уху. — Что ж, — тихо произнёс, почти касаясь губами кожи, — вы абсолютно правы, мадемуазель Рид. Иво склонился к шее, удерживая запястье Лу над головой. Его дыхание было тёплым, размеренным, губы скользнули по коже шеи, оставляя влажный след. — После приёма у Норьеги, — начал он низким голосом, — я проверил всех, кто там был. Всех, до последнего. Слегка прикусил кожу. Лу старалась слушать, но тихий стон всё равно сорвался. — Сосредоточься, — сказал Иво. — Ты отвлекаешься. Мартен отпустил её руку, ладонью провёл вниз вдоль плеча, по линии груди, задержался на бедре. — Но знаешь, что привлекло мое внимание? Монтепен. Он всегда появлялся на подобных мероприятиях. Всегда, — продолжил Иво, едва касаясь губами её ключицы. — Это было его способом заявить, что он всё ещё имеет вес в Совете. Но в этот раз его не было. Ни там, ни в других публичных местах в последнее время. Кроме моего дня рождения. С чего это вдруг такое особое отношение к церкви? Внезапно решил проникнуться симпатией или попытка войти в доверие? Двинулся чуть ниже, поцеловал ложбинку между её грудей, всё так же продолжая говорить ровно, спокойно, будто не замечая, как она извивается под ним. — У тебя с концентрацией всё ещё хуже, чем с терпением, — усмехнулся Мартен. Лу сжала пальцы в его волосах, потянула за загривок. Иво недовольно сверкнул глазами из-за того, что его отвлекли, но в следующую секунду снова приблизился к ее лицу прикусил мочку уха, отчего Лу шумно вдохнула. — Может, просто устал от всей этой политики? — прошептала она, цепляясь за дыхание. — Может, — согласился он, скользнув ладонью вверх по внутренней стороне бедра. — Но есть одно но. Иво сделал паузу, чтобы понаблюдать за женой. Его пальцы продолжали движение, мягкое, методичное, выверенное до миллиметра. Девушка выгнулась, с трудом сдерживая звук, и услышала тихий, довольный выдох у своего уха. — Ты слушаешь меня? — Пытаюсь, — хрипло протянула Лу, не открывая глаз. — Плохо пытаешься, — Иво сильнее сжал её бёдра. — Я ещё не закончил. Он поцеловал её подбородок, потом нижнюю губу, не касаясь как следует, лишь дразня и заставляя тянуться к нему, в то время как его рука продолжала нежные движения вокруг чувствительной зоны. — Монтепен передал управление полицией советнику Моро. Сделал это тихо, без уведомления Совета. Его губы то и дело касались её кожи, рука продолжала стимулировать между ног, и каждое прикосновение ломало нить внимания Лу, вытягивая звуки, похожие на мольбы. — Официального распоряжения не было, Церковь никто не информировал. Мне пришлось привлечь Норьегу, чтобы получить подтверждение. И вот что странно — раньше у Монтепена и Моро не было никаких пересечений. Ни личных, ни деловых. Иво всё ещё держал контроль, а Лу уже нет. И поняла она это в тот момент, когда, сама не замечая, начала двигаться навстречу его руке, пальцы которой ласкали стенки влагалища. Уже не было попыток слушать. Все эти фамилии — Норьега, Монтепен, Моро — звучали в голове белым шумом. Был только Иво Мартен. Тот, кто держал её под собой, чьи пальцы касались с той мягкостью, от которой терялся рассудок. Тот, кто всё ещё говорил о политике ровным голосом, и при этом доводил её до безумия каждым движением. — Иво… — выдохнула она, не зная, что просит — признание поражения или пощады. Мартен другой рукой провёл по её щеке, чуть сжал подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза. — Вы сами это начали, мадемуазель Рид. Лу прикусила губу, чувствуя, как кожа под его ладонями горит. Молодец, Иво, победил. А она, как обычно, сама себя закопала. Псионичка не выдержала и притянула довольного собой Приора к себе, завлекая его в глубокий страстный поцелуй, на этот раз успешно — он не отстранился, завладел ее ртом, не давая шанса на передышку. Не отрываясь, подтянул ногу девушки, сильно, почти что грубо сжав бедро. Приподнялся на локте, второй рукой помог себе войти. Лу выгнулась навстречу, наконец получив желаемое. Несколько секунд на привыкание, и Мартен задвигался, жадно, резко, глубоко, навалившись всем телом под уже несдерживаемые стоны и сопутствующие звуки соприкосновения тел. Лу прижималась к нему ближе, водила ладонями по плечам, впиваясь ногтями в спину. Его пальцы впивались в её кожу, губы снова и снова находили её грудь, шею, плечо, доводя ее и себя до помутнения сознания. А с чего они вообще начали? Лу вспомнила про разговор намного позже, когда уже просто лежала в кровати. Иво в это время сладко спал, обхватив одной рукой подушку, другой рукой талию Лу. Девушка посмотрела на мужа и вздохнула. Так себе из нее конспиратор, узнала лишь часть информации. Иво хитрый жук. Сожалений, конечно, нет, но придется продолжить допрос утром. Поэтому на следующий день Лу вынуждена была встать по будильнику. Приор уже сидел в рабочем образе за столом и завтракал. — Доброе утро, — проговорил он с нечитаемым выражением лица, чуть кивнул в сторону стола. — Присоединяйся. Лу уселась и молча уставилась на мужчину. Его это явно забавляло, потому что он догадывался, что ей нужно, и не проронил ни слова, а во взгляде блестели искорки самодовольства. Лу приподняла бровь и откинулась на спинку стула, скрестив руки. — Ты вчера кое-что не дорассказал. Иво лениво отхлебнул кофе. — Вот как? Если мне не изменяет память, я хотел, но меня грубо прервали, мадемуазель дознаватель. — Он поцокал языком, насмешливо и совершенно невинно. Вылитый кот. Девушка закатила глаза. Вот же зараза, в ударе с самого утра. За две минуты юзанул больше эмоций, чем за прошлый месяц, и ещё посмеивается. Захотелось его придушить. Или хотя бы разочек толкнуть локтем в бок. Он реально издевается. С другой стороны, наблюдать за таким расслабленным Иво было… приятно. И всё же придушить хотелось больше. — Монтепен или Моро живут на том берегу? Кто-то из них? Иво одобрительно кивнул. — К Моро сейчас больше всего вопросов. Но прежде чем предпринимать что-то открыто, мне нужно узнать, на каких условиях он удерживает контроль над полицией. И да, ты права: один из тех домов действительно принадлежит Монтепену. Он взял чашку и коротко глотнул, продолжая: — Мы подстроим всё так, будто после инспекции на заводе мы проезжали через тот район и у машины случилась неисправность. Пока её будут чинить, у меня будет шанс устроить незапланированную аудиенцию. — Напросишься в гости? — с усмешкой уточнила Лу. Иво чуть склонил голову, тоже улыбнулся уголком губ: — Что-то вроде того. Меня известили, что в город он сейчас почти не выезжает. — Почему не вызвал его к себе? — Не хотелось привлекать внимание. Монтепен любит рассказывать всем подряд, когда его приглашают в Инквизицию. За ним так же могут следить. А в этом вопросе мне важна полная приватность. Чем меньше людей узнают, тем лучше. Особенно те, кто связан с Равелем. От этих слов Лу на секунду потупилась. Она понимала, что это касается и её. Её действий. Последствий. Иво заметил перемену в настроении, взял за руку. — Иди сюда. Пришлось подняться. Мужчина мягко потянул её, усадил к себе на колени и обнял, ладонью проводя по спине. — Я стараюсь действовать максимально аккуратно, — проговорил он тихо, без укора, глядя прямо в глаза. — Всё, чтобы минимизировать риски. Чтобы тебе ничто не могло навредить. Главное — ни о чём не беспокойся. Я тебя прошу. Лу вздохнула и провела по его волосам. Поехать бы с ним. Но а) её тошнило от одного вида Монтепена, б) вся одежда, что была с собой, не подходила. Ей попросту не в чем было поехать, и как бы выразился Баретти, «не стоит позорить образ Приора», и в) даже в роли телохранителя она сейчас, мягко говоря, бесполезна. Третий пункт был самым весомым, поэтому пришлось просто остаться ждать.

***

Визит в район Монтепена прошёл так, как и планировал Мартен. Кортеж Приора возвращался с места проведения проверки и вдруг остановился у главной дороги вдоль озера. Всё выглядело как досадная, но вполне рутинная неполадка. Пока охрана и водители делали вид, что оценивают ситуацию и думают как заменить неисправность, ведь по регламенту колонна не имеет право продолжать движение, Иво уже звонил напрямую советнику. Визит был вежливо, но холодно принят. Впрочем, отказывать Приору — не по этикету. Через несколько минут Иво с Кеем уже поднимались по лестнице к дверям его поместья. Мартен бы назвал особняк… чересчур вычурным и пафосным, и его улыбнула мысль, когда он представил, что бы сказала Лу. Монтепен встретил их с подчеркнутой вежливостью. Улыбка на лице была дежурной, как и вкрадчиво-ленивое движение руки, приглашающее войти. Он чувствовал себя хозяином положения, ведь гости пришли к нему, не он к ним. — Проблемы с кортежем, говорите? — лениво заметил он, провожая Иво и Кея в холл своего дома. — Какое совпадение, месье Приор. Хотя, если уж выбирать место, то лучше уж неподалёку от достойной компании. Иво позволил себе вежливую улыбку: — Удача, месье, склонна быть избирательной. Они присели. Пара бокалов — вино для хозяина, вода для гостей. Спокойная беседа начала петлять среди тем. Иво внимательно следил за каждым словом советника, отмеряя паузы и подталкивая разговор в нужное русло. Он не торопился. Выжидал. У Кея была своя задача — без физического контакта отслеживать эмоциональное состояние хозяина дома. Любое малейшее изменение в подозрительную сторону. — Пожалуй, вы выбрали не лучшее время для поездок, месье Мартен. Сейчас всем нам полагается быть начеку. В Нью-Пари и без того беспокойно, а власть, как вы понимаете, должна держать всё под жёстким контролем. Взаимопонимание между структурами — основа стабильности. — Вот и я так думаю, — согласился Иво. — После подрыва научного центра полиция сработала оперативно. Особенно порадовала точность действий шефа Рамо. Не без вашей, полагаю, помощи? Монтепен возгордился от похвалы и даже расправил плечи. Приору это было на руку. — Разумеется. Мы стараемся держать руку на пульсе. Даже в моём положении — уже не юноша — не позволительно терять хватку. Всё находится под контролем, лично курирую. — Это отрадно слышать, — сдержанно отозвался Приор. — Хотя… — Сделал паузу, как будто вспомнил что-то любопытное. — Мне довелось узнать, что ваш протеже, советник Моро, в последнее время активно вовлечён в административную часть. Поговаривают даже, что он неформально руководит управлением полиции. Слово «неформально» прозвучало мягко, почти как дружелюбный намёк, не стоящий внимания. Но глаза Иво не улыбались. Там уже мелькали виселицы. На мгновение лицо Монтепена стало пустым — слишком пустым, словно мысль о Моро только что впервые вообще появилась в его голове. Кей, стоящий возле окна, тоже напрягся. — Моро?.. Да… — проговорил он с неуверенным прищуром. — Он действительно оказывает помощь… Временное назначение. Я… наблюдаю за его работой. — Любопытно, — тихо заметил Иво. — Просто вы сами буквально минуту назад сказали, что власть должна действовать собранно и последовательно. Эксперименты с делегированием полномочий — рискованная тактика в текущей ситуации, вы не находите? Удивительно, что Инквизиция о ней узнаёт от посторонних источников. Монтепен приподнял бровь, хотел возразить, но не нашёл формулировки, которая бы звучала убедительно и не подставляла его окончательно. Он быстро отвёл взгляд, нашёл спасение в стакане воды и сделал глоток. — Как я уже сказал, месье Мартен, всё под контролем. Если ситуация изменится, Инквизиция, конечно же, будет поставлена в известность. — Разумеется, — мягко проговорил Иво. — В конце концов, мы ведь все на одной стороне. После этого тема была вежливо свернута, как и полагается в дипломатическом разговоре, но Иво уже получил главное. Слова Монтепена не совпадали с его реакцией, не совпадали между собой, и за внешним контролем маячила тревожная неуверенность, непривычная для такого человека. Сомнения Приора только укрепились. Когда за ними закрылась дверца автомобиля и колонна двинулась в сторону деревни, в салоне воцарилась тишина. Несколько секунд Иво смотрел в окно, наблюдая, как дома тают за тонированным стеклом. Затем, не оборачиваясь, тихо спросил Кея: — Что скажешь? — Лёгкий приступ паники. Удивление, замешательство, фоновая тревожность. Без прямого контакта я могу где-то ошибаться, но… Эмоции почти идентичны тем, что мы фиксировали у тех, кто подвергался влиянию Равеля. — Совпадение? — уточнил Мартен. — На восемьдесят процентов нет. Он не отдаёт отчёт в некоторых решениях. Это чувствовалось точно. Иво молча кивнул. Закрыл глаза, оперевшись головой о подголовник. Думал. Вспоминал замешательство советника. Как тот запнулся, как глаза на мгновение стали пустыми, а потом заполнились ложью, отрепетированной на ходу. Всё было видно. Всё. Монтепен и сам может не знать, что находится под влиянием. Если в этом признается, советник будет унижен, дискредитирован, уничтожен, а он не пойдет на это добровольно. Любая попытка вскрыть его состояние приведёт к яростному сопротивлению. А если он начнёт защищаться, то это сделает ситуацию только опаснее. Да и официальных улик и поводов для ареста нет. Когда вернулись в деревню, солнце уже начинало садиться. Иво с Кеем прошли по знакомой дорожке. Лу сидела на ступеньках дома, что-то читая в телефоне. Услышала голоса, заметила их и привстала. Мартен сейчас был не способен на улыбку, но взгляд смягчился. Ей этого хватило. — Завтра рано утром вылетаем в Нью-Пари, — сказал Приор Кею и Лу. Эмпатик кивнул и, попрощавшись, ушёл к себе. Лу провела его взглядом, потом, уже заходя в дом, спросила: — Завтра? Иво снял китель, бросил на спинку стула и направился к компьютеру. Под пальцами засветилась голограмма, когда он начал листать документы. — Да, — подтвердил он, не отрывая взгляда от экрана. — Всё, что нужно было, мы сделали. Больше тут оставаться нет смысла. Лу молча смотрела, как он работает. Потом села рядом, подтянув ноги под себя, и, глядя на голограмму, спросила: — Как съездили? Твои догадки подтвердились? — К сожалению, да. И в этом вся проблема. У нас есть наблюдения, анализ, выводы. Но всё это — не доказательства. Нет оснований для задержания обоих. Моро, скорее всего, связан с Равелем. Пока не знаю, ради каких целей, но сам он юридически чист. А Монтепен будет отрицать до последнего, чтобы не подставить себя. Единственное, что нам остаётся — найти Равеля. Только он может привести нас к остальным. Пока это единственный конец нити. Мартен провёл ладонью по лицу. Устал, очень устал, но продолжал работать. Открыл досье на Моро. Вспомнил, как тот два месяца назад на Совете с холодной улыбкой упрекал Приора в избирательной гуманности, особенно в отношении псиоников. Особенно в отношении Лу. Вот же… — Мразь, — тихо сказала Лу, глядя на его фотографию. — У него на лице написано, что придурок конченый. Этого на основание для официального задержания не хватит? Иво невольно усмехнулся: — Тогда бы полсовета пришлось вести на допрос. Он повернулся к псионичке и заговорил, уже немного мягче: — Я помню твой отчёт. Там, где ты писала о Равеле… Только он с тобой говорил? Ты уверена, что больше никого? Что информация, которую он получил — это только список псиоников и адрес? Лу нахмурилась, замолчала, мысленно возвращаясь в те события. Кивнула. — Да. Прости. Иво тут же взял её за руку и сжал. — Не забывай, что я тебе постоянно говорил. Пожалуйста. Лу снова кивнула, но настроение всё равно упало. Несколько секунд она молча смотрела на голограмму, задумавшись. Если Иво вылетает завтра, то… — Мне, наверное, надо ехать уже сегодня. Пока доеду… А то потом будет совсем поздно. Снова замолчала. Уезжать вообще не хотелось. Тут было как-то даже спокойно, как будто подальше от всех проблем, что были дома. Дни, что она провела здесь с Иво, стали тихой гаванью посреди шторма. Черт. Да и приезжать в пустую квартиру... не хотелось. Эти мысли внезапно стали давить. Иво всё это считал по её лицу. Несколько секунд смотрел, изучал, анализировал, чтобы в итоге предложить: — Останься со мной. Утром полетим вместе. — А как же… — Мотоцикл перевезём на стоянку Инквизиции. Попрошу бойцов. Лу обдумала все за и против. За было больше, естественно, поэтому она решила отсрочить возвращение в жестокую реальность, облегченно улыбнулась и кивнула. Иво тоже наметил улыбку и поцеловал ее в щеку. — Всё-таки Иво Мартен на первом месте в твоем списке. — Угу, — пробурчала Лу, положила лицо на руки и кивнула в сторону документа. — Покажешь, что там ещё в твоем досье? Мартен тоже склонился рядом, и они вдвоём дальше погрузились в работу.

***

Проснулись рано утром. Погода была мерзкой, отвратительно мерзкой — зябко, сыро, спасибо, что хоть без дождя. За время отпуска Лу уже успела отвыкнуть от таких подъемов и теперь всерьёз жалела, что не поехала вечером на мотоцикле. Сейчас потребовалась большая сила воли подняться из кровати, потому что теплая постель манила еще больше, чем обычно. Проклиная все на свете, девушка поднялась вслед за Приором. Только кофе и объятия Иво помогли вернуть подобие человеческого состояния. Когда они вышли на улицу, бойцы уже собирались по машинам, а полусонный Кей и Даниэль уже ждали их, чтобы вместе пройти к вертолету. Иво перед самым вылетом распорядился с одним командиром, чтобы мотоцикл Лу доставили в целости и сохранности на ее парковочное место в Инквизиции. Лететь час, небо было все еще пасмурным и наводило на сон. Как только вертолет набрал высоту, Лу отстегнула ремни, устроилась удобнее и почти сразу уснула, положив голову на плечо мужа, пока тот просматривал отчетность в планшете. Ладно, все-таки были плюсы в том, что она не поехала одна. Уже на своем этаже псионики привычно опустились в мягкую зону, до этого сделав себе кофе. Лу откинулась на спинку дивана и наблюдала, как Иво с Даниэль и Баретти обсуждают распорядок сегодняшнего дня и безопасность проведения встреч. Все как обычно, ни минуты покоя для Приора. Вот и зря она так подумала — через пять минут в кабинет чуть ли не вбежал Жонсьер. Он выглядел взволнованным и даже не пытался это скрыть, что было для него весьма нехарактерно. Мартен повернул голову в его сторону и мгновенно насторожился. — Марк, здравствуй. Что случилось? — Камеры зафиксировали Равеля, сработало распознавание по биометрии. Он направился в сторону завода машинного оборудования. Сейчас уже, скорее всего, внутри. Иво мгновенно собрался и прошёл к своему креслу, не садясь. Уперся в его спинку руками, склонил голову. Наверняка уже продумывал множество вариантов сценария развития событий и отсеивал самые неподходящие. В кабинете повисла напряженная тишина. Все присутствующие замерли в ожидании. — Штурмом брать не получится. Завод слишком крупный — персонал, оборудование, замкнутые пространства. Там работают псионики, и если Равель поймёт, что за ним пришли, он может использовать флукс. Потери будут неминуемы. Иво провёл ладонью по лицу, собираясь с мыслями, и продолжил. — Сообщать напрямую администрации рискованно. Мы не знаем, что он там делает. Вариантов слишком много: укрытие, контакт, передача чего-то. Если есть сообщники внутри, они его предупредят и помогут скрыться. Приор снова замолчал, отстранённо взглянув в сторону. План вырисовывался и затем сразу рушился — слишком много переменных, а каждая минута была на вес золота. — Поступим так, — сказал наконец. — Я отправлю сигнал в администрацию завода от имени городской противопожарной службы. Якобы плановая проверка безопасности. Это даст нам формальное основание без паники эвакуировать персонал. Наши люди войдут на территорию под видом службы спасения. Их задача — найти и изолировать Равеля, пока он не понял, что происходит. Вторая группа будет снаружи. Иво повернулся к Даниэль: — Даниэль, подключись к системе городских камер в радиусе пяти километров. Мы не имеем права снова его упустить. Построй маршрут с момента входа и держи в реальном времени. Если понадобится, задействую команду из аналитического отдела. Даниэль кивнула и поспешила к своему компьютеру. Приор продолжил раздавать указания. — Марк, собирай спецгруппу и снабди всех пси-блокаторами и оружием с транквилизатором, на случай, если Равель кого-то подчинит себе. Выдвигайтесь немедленно. — Приор повернулся теперь к Кею. — Кей, отправляйся с ним. Сейчас пригодится опытный эмпатик, который в курсе дела. — Будет исполнено, месье Мартен. Лу затаила дыхание. Это был ее шанс. Просить Иво? Черта с два он ее отпустит, тем более без телекинеза. Она так-то его тоже бы не отпустила туда, где есть угроза жизни. Но это другое. Речь идет о ней самой. Селектор Приора внезапно ожил, и раздался голос Даниэль. — Месье Мартен, Викарий Юнал на линии, хочет срочно обсудить его предстоящее заседание с Советом. — Как не вовремя, — едва слышно проговорил Иво. «Как вовремя», — подумала Лу. Все внимание Приора теперь было сосредоточено на телефонном разговоре, и Лу неразборчиво пробормотала, мол, пойдет разбирать вещи и не будет отвлекать. Иво рассеянно кивнул, а девушка быстро покинула кабинет. Сама же поспешила за Кеем и Жонсьером. Догнала мужчин в коридоре, перехватила их на повороте, задыхаясь от быстрой ходьбы. — Я еду с вами, — сказала она, вставая рядом. — В качестве поддержки телекинетика. «Хорошо, что они не знают про пси.» Жонсьер отвел телефон от уха, на секунду задержал на ней взгляд. — Отпуск у тебя, Рид, похоже, совсем короткий. Вам со Стоуном на сборы пять минут. Я пойду объясню группе порядок операции. Встретимся внизу. Как же хорошо, что мысли Жонсьера сейчас были заняты другим, и он даже не додумался задать себе нужные вопросы. Кей же внимательно прожигал псионичку взглядом, поджав губы. Едва Марк скрылся за поворотом, и было только слышно, как он продолжил разговаривать по телефону и стал кому-то угрожать, Стоун схватил Лу за локоть и осуждающе сощурился. — Ты врёшь. Я чувствую твоё волнение. Приор ни за что бы тебя не отпустил. Лу выдернула руку. В глазах полыхнуло, и она гневно зашептала. — Я не собираюсь сидеть здесь сложа руки, пока кто-то другой идёт за этим ублюдком. — Лу… — Кей, пойми. Я должна быть там, должна отомстить. Иначе… просто не смогу. Стоун молчал, глядя на неё в упор. Она подняла руку и поднесла к нему ладонь: — Хочешь — считай. Считай всё, что у меня в душе. Я ничего не прячу. Кей долго всматривался в подругу, держа ее за руку. Выдохнул и отступил на шаг. — Делай как знаешь, своя голова на плечах. Но я предупредил — Мартен взбесится. И я не стану тебя прикрывать. — А всё же… мне повезло с напарником. Эмпатик ответил только недовольным взглядом, и они уже вместе направились к лифтам. Выехали тремя бронированными автомобилями, одной машиной службы спасения и пятёркой бойцов на мотоциклах. Лу сидела в машине с Кеем и Жонсьером и не могла отвести взгляд от мотоциклистов. Костюмы у бойцов отличались от стандартной формы — плотные, но на вид более эластичные, с вшитой защитой, как у хорошей мотоэкипировки, только аккуратнее и строже. Мотоциклы спортивные, похожие на её модель, но чёрные и без лишних украшательств. Иво постарался на славу с оборудованием. «Стильно.» За рулем сидел Кей, а на соседнем сидении Жонсьер по рации раздавал последние указания. — Объект — Люсьен Равель. Эмпатик. Высокий уровень угрозы. Остерегаться прямого контакта. Цель обезвредить и взять живым. Приоритет — перехват, блокировка выхода с завода, работа чётко по схеме без риска жизни для гражданских. Как только подъедем — ждём сигнала пожарной эвакуации и занимаем позиции. Без импровизации, здесь все серьезно. Обойдитесь минимальными потерями, не портите мне отчет своими смертями. На последнем предложении Лу закатила глаза. Типичный Жонсьер.

***

Цех термообработки. План был до боли простой. И безупречный. Равель с Моро просчитали всё: кадровый состав, график смен, количество псиоников. Профили способностей совпали почти идеально — все, кто им был нужен, работали здесь. Один заход, одна операция. Когда в Инквизиции узнают про похищение псиоников, под удар пойдет директор. Моро хотел избавиться от него — старые обиды, один однажды перешёл другому дорогу, вот Моро и хотел застрелить двух зайцев. Равелю было плевать. Ему, в отличие от Моро, был нужен результат, а не какие-то политические интриги. Менеджера из отдела кадров нашли быстро. Мягкий тип, легко внушаемый. За неделю мягкого воздействия эмпатии он превратился в послушного исполнителя, готового выполнить любую просьбу. Назначил плановый медосмотр для всех псиоников предприятия, оформил пропуск, отключил камеры в нужном крыле. Удобно, очень удобно. Псиоников приглашали по одному. В коридоре всё происходящее казалось обычной частью рабочей рутины, а вот за дверью внутри кабинета каждое касание Равеля превращало человека в безвольную куклу. Он чувствовал, как их сознание ломается и податливо сплетается под его влиянием. Когда остался последний, Равель позволил себе короткий вдох. Почти всё. Потом они согласно плану все вместе тихо и дружно пойдут в фургон, где лежит заготовленная бомба, и поедут к Периметру. Всё уже было расписано. Хорошо, что Приор в отъезде. И даже если он узнает о проникновении на завод и исчезновении псиоников, быстро сориентироваться не сможет, а они в это время будут уже далеко. Хотя все же жаль, что Рид до сих пор его не убила. Тогда было бы все намного легче. Видимо, не настолько Мартен всемогущ, раз все еще не сложил два плюс два. Но сирена перекрыла мысли. Системное сообщение пронеслось по громкой связи: — Внимание, персоналу. В связи с проверкой пожарной безопасности начата эвакуация. Просим немедленно покинуть здание. Повторяю… Равель выпрямился. Рука машинально сжалась в кулак. Нет. Так не должно быть. Он резко повернулся к менеджеру, стоявшему у двери. — Это запланировано? — Нет, — растерянно ответил тот. Интуиция вопила о смертельной опасности, а шестеренки в голове зашевелились. Равель выглянул в окно, благо они выходили на главный вход, и заметил черную машину в отдалении, которой еще час назад не было. Выругался и потянулся за телефоном, быстро набирая Моро. — Слушаю. — На заводе эвакуация. Ты что‑нибудь об этом знаешь? — Нет, впервые слышу. Может, совпадение? — Совпадение? Или ты решил меня подставить? — Я ничего про это не знаю, никто не должен был знать о твоем перемещении. Послушай, только не делай поспешных шагов… — Поздно для осторожности, — перебил Равель и отключил связь. Интуиция вопила. Это была ловушка, и он чувствовал это каждой клеткой. Ему нужно было уходить. Немедленно. Сейчас главное было спастись самому. Эмпатик посмотрел на псиоников, сидевших вдоль стены. Безвольные марионетки. Но этого должно хватить. У него с собой только два флакона флукса, придется разделить между ними. Он стал быстро вводить инъекции. Когда все было готово, застегнул белый халат, надел очки и хирургическую шапочку. Какая никакая, но маскировка. Посмотрел на менеджера. Его надо было тоже использовать. — Если кто‑нибудь попросит представиться, скажешь, что ты — Люсьен Равель. Менеджер кивнул. Равель открыл дверь, и они вышли в коридор. Он был пуст, а сирена все еще звучала. Через несколько минут они миновали термоцех, в котором тоже было уже пусто. У выхода из цеха Равель обернулся к одному из пирокинетиков и приказал: — Через две минуты уничтожить всё здесь. Тот с облегчением кивнул. Пламя под действием флукса уже рвалось наружу. В следующем коридоре, более просторном, показалась служба спасения. Один из пожарных что-то сказал в рацию и поднял руку, давая сигнал остановиться. — Почему так поздно выходите? Не слышали тревоги? Чего ждали? В ответ получили только молчание. Пожарные потянулись к спрятанному оружию и стали в боевой готовности. Спасатели, как же. Равель все-таки оказался прав. Чертова Инквизиция. — Кто вы? В этот момент менеджер оживился. Видимо, сработал триггер, заложенный эмпатиком. Мужчина выбежал вперёд, подняв руки. — Я Люсьен Равель! Это я! Как-то глупо получилось, не так оно должно было сработать. Бойцы замерли в полном шоке. Это что вообще такое? Что за несвойственное, неадекватное поведение? Кто‑то отшатнулся, кто-то снял предохранитель. Двое посмотрели друг на друга в полном недоумении. Один прищурился, вглядываясь в другого человека, стоящего чуть позади. — Это не он… — Затем резко вскинул пулемет, указывая в сторону врача. — Эй, ты. Сними маску. Стрелять было нельзя. Равель стоял за людьми, которые в данный момент служили живым щитом. Сам же эмпатик напрягся, собрал силы и громко заговорил в сторону бойцов, вкладывая внушение в каждое слово. — Вернитесь к своим. Они ваши враги, а не я. Вы должны уничтожить их. И всех, кто встанет у вас на пути. Тишина. Солдаты замерли, а потом резко развернулись и пошли в обратную от эмпатика сторону. Приказ сработал, хоть и забрал у Равеля много сил, ибо был произведен без тактильного контакта. На какое-то время этого должно хватить. Из глаз пошли кровавые слезы. Он их вытер и повернулся к псионикам. — Идите за солдатами. Защищайте их, устройте хаос. Большая часть ушла, кроме четырех человек, которые Равель оставил при себе в качестве защиты. Эмпатик вытер руку о халат и пошёл дальше. Завод скорее всего окружен, с других входов его тоже могут окружить. Но псиоников должно хватить на побег. Пока на главном входе будет суматоха, они должны успеть уйти.

***

Корпус Содействия занял позиции. Машина с руководством стояла чуть в отдалении, основная группа захвата и пожарные дежурили у главного входа. Все пока шло по плану, хотя в машине чувствовалось нервное напряжение. Жонсьер по рации отдавал распоряжения. Активировалась пожарная сигнализация и потиху стал выходить персонал с недовольными лицами. Лу с Кеем не отрывали взгляд от толпы, ведь там в любой момент могло показаться знакомое лицо. — Может нам тоже стоит войти? А если Равель почувствует опасность и сразу все поймет? А если… — Рид, мы идем строго по плану Приора, для обеспечения минимальных потерь среди гражданских. Если у тебя есть идеи получше, чем просто сломя голову идти напролом, я весь внимание. Псионичка замолчала, недовольно косясь на Жонсьера. У нее была чуйка, что сейчас все как обычно пойдет через одно место. Но плана получше у нее действительно не было. У Марка зазвонил телефон. — Приор, — сказал он, принимая вызов. Лу ощутила, как холод прошелся по спине. Кей тоже напрягся. — Бойцы на позициях, внешние выходы перекрыты, эвакуация идёт. Пожарные уже внутри, мы со Стоуном и Рид наблюдаем за ситуацией… Ну всё, теперь ей точно пиздец. Смерть наступит намного раньше, чем хотелось бы. — Повторите? — выдавил Жонсьер, нахмурившись. — Да… месье. Взяли в качестве поддержки телекинетика. Вы же сами… Марк осекся. Только сейчас он сообразил, что по факту такого приказа не было, и Рид развела его как школьника. Жонсьер молча слушал, и с каждым словом на другом конце провода его лицо всё больше каменело. Через зеркало заднего вида он кинул на девушку взгляд, явно не обещающий ничего хорошего. Лу тут же отвернулась, прикусив щеку, и заинтересованно уставилась в сторону. Только успела заметить Кея с выражением лица «а я тебя предупреждал». Крэп. — Да, месье Мартен… Понял. Отвечаю головой. Жонсьер сбросил вызов. В машине повисла гробовая тишина. Все трое молча уставились вперед. Кей даже чуть ухмылялся, а Лу облокотилась на коленку и подперла кулаком рот, всеми силами делая вид, что разговор только что был вовсе не о ней. Может пронесет? Жонсьер ещё некоторое время сидел неподвижно, собирая остатки самообладания, но потом не выдержал. — Рид… Я тебя убью. — Ну… в таком случае, становитесь в очередь. Кей напрягся, внимательнее уставившись в толпу. Внутри завода раздался сильный взрыв, потом еще один. Люди в панике отбежали подальше от здания, а в это время из главного входа вышли пожарные и еще несколько человек. Они начали обстреливать из пулеметов бойцов КС, те едва успели спрятаться за машинами. В кого-то попала пуля. Рядом стоявшие люди оказались псиониками, телекинетики рикошетили пули, а аквакинетик бил в солдат сильными потоками воды. Жонсьер выругался. — Чёрт, Равель на них воздействовал… — он тут же взял рацию и стал кричать. — Не стреляйте напрямую, там наши люди под влиянием эмпатика! Используйте транквилизаторы и пси-блокаторы вместо огнестрельного. Один псионик заметил машину, стоящую поодаль, и повернулся в их сторону. Жонсьер был занят и не заметил этого. Но интуиция Кея уже работала во всю. — ВСЕ ИЗ МАШИНЫ, БЫСТРО!!! Для Лу повторять дважды не понадобилось. Они втроем почти одновременно вывалились из автомобиля и отбежали в разные стороны. Через секунду машина взорвалась, и девушка упала на землю, закрывая голову руками. Взрыв оглушил ее, жар пронесся по всему телу. Но вроде цела. Посмотрела в сторону, Кей с Жонсьером шевелились, значит, тоже относительно в порядке. Не зря взяли эмпатика. Чертов пирокинетик. Девушка посмотрела в сторону входа и заметила, как небольшая группка под всеобщий хаос быстро выскользнула из здания и скрылась за углом. Равель скорее всего был среди них. Не теряя ни секунды, она тут же поднялась и бросилась следом за ними. — Рид, стой!!! — донёсся за спиной крик Жонсьера. Но она уже не слышала. На заводе раздался еще один взрыв. Волна жара обожгла кожу. Лу пригнулась, сквозь зубы выругавшись. Отвлекает, сука. У входа для сотрудников тоже шла перестрелка. Бойцы спрятавшись за импровизированными укрытиями пытались нейтрализовать псиоников под флуксом, не навредив им. Равеля, проследовавшего к фургону, никто не заметил. Никто, кроме Лу. Повсюду летели пули, и двигаться напрямую было опасно. Лу рванула в обход парковки, укрываясь за машинами, чтобы не попасть под шальной снаряд. Она не выглядела как боец, потому псионики и не обратили на нее никакого внимания. Равель уже отъезжал. Девушка напрягла силы, сконцентрировалась и попыталась телекинезом остановить фургон. Вытянула руку и… Ничего. Фургон набирал скорость и отъезжал с места действий. — Твою мать! — выдохнула она. — ЧЁРТ! Она резко огляделась. Пули продолжали свистеть вдалеке. Псионики и бойцы Инквизиции были заняты боем. Лу увидела раненого бойца, которого кто-то успел оттащить и мотоциклы, стоящие поодаль… Мотоцикл! Девушка подбежала к мужчине, вытянула у него из рук пистолет с пси-блокатором и взяла рядом валяющийся шлем. Нашла более-менее невредимый байк. Села, включила зажигание, мотор заурчал, и в ту же секунду псионичка почувствовала движение рядом. Чужая ладонь похлопала ее по плечу. — Я с тобой, — Кей сел позади, одной рукой перехватив ультиматум, второй за спину Лу, удерживая равновесие. Лу молча вывернула руль и нажала газ. Мотоцикл взвыл и сорвался с места. Грохот боя остался позади. Вперёд неслась дорога, в пыльной дымке маячил ускользающий силуэт машины Равеля.

***

— Марк, что там у вас? Все это время Приор Инквизиции сидел как на иголках. — Равель скрылся, — в наушнике зазвучал напряжённый голос Жонсьера. — Оставил прикрытие из псиоников и наших бойцов. Мы сдерживаем их. Но он уехал на фургоне. Рид и Стоун преследуют на мотоцикле. Иво болезненно зажмурился, сжав пальцы так, что ногти вдавились в кожу, и, ничего больше не сказав, сбросил вызов. Нажал на селектор. — Даниэль, подойди в мой кабинет, пожалуйста. Нужна твоя помощь. Вейсс не заставила себя ждать. Мартен тут же посвятил ее в курс дела. — Равель скрылся. Нам нужно знать, куда движется его фургон. Запусти анализ выездных сигналов с завода в пределах последних двух минут. То, что я просил тебя подготовить. Иво отодвинул кресло и предложил девушке сесть. Она тут же активировала голограмму компьютера. Перед ними развернулась карта города. Даниэль видела, что Мартен весь на нервах, и чтобы немного успокоить его, проговаривала все свои действия вслух. Её пальцы вбивали команды в заготовленном заранее коде, вызывая вторичные окна. — Запускаю алгоритм сканирования. Фиксируем все мобильные и машинные сигналы, вышедшие из области завода. Она сверила что-то в потоке данных и быстро отметила точку на экране. — Есть. Один зафиксированный сигнал, не обозначенный в системе. Вышел из промышленной зоны полторы минуты назад. Опережает скорость среднего потока машин. Вероятность, что это нужный нам автомобиль, 93 процента. На карте вспыхнула красная точка. Тонкая линия начала прорисовывать путь от завода через прилегающие улицы. — Месье Мартен, есть нюанс, — сказала Даниэль, не отрывая взгляда от компьютера. — Как только он выедет за пределы города, мы потеряем сигнал. Городская система мониторинга не покрывает пределы вне Нью-Пари. Иво смотрел на карту, не моргая, и медленно кивнул. — Лу. Где она? Отследи по телефону или шлему. — Момент, — Даниэль переключилась. — Есть. Синяя точка. На карте появилась вторая линия, стремительно сокращающая дистанцию между собой и фургоном. Иво склонился над голограммой, уперевшись ладонями о стол. — Пусть идёт в реальном времени. Прогнозируй возможные маршруты отхода.

***

Лу с Кеем вылетели на большой перекресток. Куда дальше? Слева переулок, справа промзона, впереди широкий проспект. И везде пусто. Лу замедлила ход и в отчаянии остановила мотоцикл посреди пустой развилки. Опустила ногу, выдохнула и с силой ударила по рулю. — Блять… Да как так-то?! Куда теперь?! Она не видела, в какую сторону свернул Равель. Он мог поехать куда угодно. Может, он свернул направо. Может, налево. Может, мимо проскочил, когда они только выезжали. Пара секунд, и всё. Всё. Всё. Кей сидел за спиной, тревожно вглядывался в улицы, но был так же потерян. Его интуиция, когда она так была нужна, молчала. — Прямо? — нерешительно предложил эмпатик, но ответа не последовало. Лу сжала руль до боли в пальцах. Горло сдавило. Всё внутри кричало от злости. А на смену злости пришло отчаяние и ненависть на себя. Она упустила его. Опять. Бесполезная, ни на что непригодная. Кей почувствовал этот всплеск. Хотел сказать что-то ободряющее — про КС, про то, что они хотя бы сорвали план. Но Лу была не согласна. Если он до этого успешно скрывался, сможет и сейчас. А она не справилась. Снова. Неожиданно в шлеме активировалось аудио. Сначала были помехи, потом… Потом раздался голос, который Лу никак не ожидала сейчас услышать. — Равель поехал в сторону южного выезда с Нью-Пари. Если поедешь параллельно, сможешь перехватить его у моста. Осознание настигло не сразу. Но сердце отозвалось раньше головы. Иво был с ней. Он помогал. Его четкий, уверенный голос появился на горизонте как маяк, когда она уже потеряла надежду выплыть. Воздух снова наполнил лёгкие. Грудная клетка расправилась. Всё встало на место. Двигатель мотоцикла взревел, и псионики резко сорвались с места с удвоенной скоростью, с новой верой, с маршрутом, лично проложенным Иво Мартеном. Лу не знала, успеет ли. Не знала, получится ли. Но зато знала, что она не одна. Догадывалась ли Лу Рид, как человеку на том конце линии тяжело далось это решение? Скорее всего, да. Иво видел на карте, что они остановились на перекрестке. Понял, что сбились, что потеряли след. Мартен бы, конечно, предпочёл, чтобы на месте Лу был кто-то другой. Другой, посторонний человек, готовый выполнить миссию, а его жена была бы рядом с ним, в безопасности, без угрозы для своей жизни. Но нет. Это была именно Лу. Лу, которой он пообещал помочь, если предоставится шанс. И вот, этот шанс настал. Иво знал — если она не доведёт дело до конца, будет винить себя, не успокоится, будет возвращаться к этому, пока не изведет себя окончательно. И так же знал — если с ней что-то случится, он не простит себе. Никогда. И вот стоял выбор. Какую таблетку возьмете, месье Мартен? Синяя — остановить её, не вмешиваться? Или красная — отпустить, довериться, помочь сделать все, что возможно? Скрепя сердцем, Иво принял решение — поставил ее чувства выше своих. Потому что верил в нее. Но даже вера не спасала от страха. Мужчина стоял неподвижно, слушая её дыхание в наушнике, и боялся, что, может быть, принял неправильное решение. Но отступать было уже поздно. Приор стоял у голограммы, не отрывая взгляда от двух движущихся точек. Равель стал притормаживать. Иво взглянул на другую карту и понял, в чем причина. — Слушай внимательно, — проговорил он в микрофон, — фургон сейчас выезжает на Ривьер-де-Франс. Там ремонт дороги, он притормозит. У тебя будет время. Начинай брать левее, в сторону набережной. — Поняла. Иво склонился ближе к карте, смотрел, как синяя точка Лу немного отклоняется от маршрута Равеля. Все идет как задумано. — Ты справишься. Лу усмехнулась и подала газу. Равель мчал по пустой полосе прямо к мосту. С каждой секундой он чувствовал всё более явно: что-то не так. Но что именно? Погони не было, а внутри жгло. Интуиция, та самая, что никогда не подводила, теперь буквально выла. Но он заглушал её. Мост уже был близко, совсем рядом. Пятьсот метров. Свобода рукой подать. Тем временем, совсем на другой улице, Лу с Кеем вынырнули из-за поворота. Вдали уже виднелся тот самый мост. Если расчёты Иво были верны — а Лу знала, они были верны — кольцевая развязка выведет их прямо на фургон. — Держишься идеально. Через пару секунд увидишь его. Кей почувствовал, как Лу напряглась, и сам тоже собрался. Девушка слегка оторвала руку от руля на миг, сделала жест в сторону моста и изобразила пистолет. Кей понял. Ответом был крепкий сжатый хват на её талии — готов. В это время в кабинете Иво почти не дышал. — Тридцать метров, — сказала Даниэль, не отрываясь от экрана. Мотоцикл вылетел с боковой улицы. Фургон уже въезжал на кольцо, и Лу резко выкрутила руль вправо, подставляя мотоцикл вбок, не перекрывая путь. Иво на выдохе проговорил в наушник: — …давай. — ДАВАЙ!!! — прокричала Лу. Кей выставил ультиматум и произвёл несколько точных выстрелов по колёсам с правой стороны, по одной оси. Все пули вошли в шины. Мотоцикл проехал дальше, и Лу направила их на разворот. А фургон сильно занесло в сторону из-за смещения нагрузки, Равель пытался выровнять руль, но инерция швырнула кузов вправо, потом резко влево. Машину прокрутило по часовой стрелке, и она врезалась в столб. Две точки на голограмме застыли. — Лу? — Получилось… Иво наконец выдохнул, расслабил кулак, который до этого сжимал так, что костяшки побелели, даже не замечая этого. Кивнул Даниэль, от чего та открыто улыбнулась. —Только не снимай шлем, оставайся на связи. Лу с Кеем подошли к искорёженной машине. Из-под капота валился дым. Кей резко рванул водительскую дверь, почти сорвав её с петель, и с усилием вытащил из салона Равеля. Тот обмяк в его руках, но был ещё в сознании. Лоб рассечён, кровь стекала по щеке. — Он твой. Я проверю фургон. Лу подошла ближе. Равель присел, привалившись спиной к машине, и тяжело дышал. — Ну вот мы снова встретились, Рид… Лу молчала, сжав зубы, и рукой шарила по карманам в поисках блокатора. А Равель снова к ней обратился, сменив интонацию в голосе. — Обезвредь напарника… Он нам мешает… Лу застыла, уперевшись в эмпатика взглядом, а рука продолжила нащупывать инъектор. Но Иво услышал голос Равеля и напрягся. — Лу, не слушай его. Не дай ему на тебя повлиять. — Мы с тобой союзники, Рид. Не враги. Я тебе не враг. Ты должна помочь мне… — Лу, отойди от него. Сейчас же. — Рид! — Лу… Девушка не выдержала и произнесла: — Да завали ты свой ебальник, как же ты меня достал. И ударила с ноги Равеля в живот. Смачно, хлестко. — Это тебе за псиоников. Эмпатик захрипел, скрючился, прижав руки к себе. Иво поморщился от слишком громкого звука в ухе и отодвинул наушник, но на губах расплылась мрачная улыбка. — Это тебе за научный центр, — Лу ударила в нос. Кровь брызнула, он откинулся на асфальт. И третий удар, финальный, прямо в пах. — А это тебе за Приора, ублюдок. Девушка вытащила пси-блокатор, вколола ампулу в шею. Все, теперь точно обезврежен. В шлеме раздался голос Иво, который решил на всякий случай поинтересоваться. — Ты там хоть не убила его? — А надо было? — Пока нет. Хотя честно… я всерьез испугался, когда ты… кхм… попросила его замолчать. На секунду даже подумал, что адресовано мне. — Тебе? — Лу удивлённо вскинула бровь, а затем ухмыльнулась. — Не… Тебе бы я сказала что-нибудь вроде… «Закройте, пожалуйста, ваши уста, месье Мартен». Но точно не так. На том конце связи повисла тишина. Но Лу почти видела, как он улыбается. Может, даже с покачиванием головы и закрытыми глазами. Псионичка усмехнулась уже шире. Да, напряжение спадало. Наконец. Из-за багажника показался Кей. Прошелся взглядом по Равелю и подошел к Лу. Кивнул на ее шлем, показывая, кому он адресует полученную информацию. — В багажнике устройство. По сборке и проводке очень похоже на бомбу. — Чего?.. — у Лу вытянулось лицо. — Блять. — Что с устройством? Активна? — спросил Иво. Лу передала вопрос Кею. — Не уверен, на сколько точно я могу оценить. Внешне не подключена. Питание не подведено, часть проводов вывернута наружу. Большая установка. — Понял, — отозвался Иво. — Я отправил координаты Жонсьеру. Завод зачищен, группа уже на пути к вам. До их прибытия ничего не трогайте. Кей посмотрел на фургон, затем на Лу. Оба понимали, насколько близко всё было к катастрофе. Лу стояла неподвижно, вглядываясь в искорёженный металл и висящие провода. В голове мелькала лишь одна мысль, медленно и страшно оседающая в груди. — …Бомба, крэп. Стоун перетащил Равеля к багажнику и принялся его охранять, устало сев на бордюр. Лу собиралась к нему присоединится, не успела подойти, как снова раздался голос Иво. — Лу, пока бойцы в пути, постарайся найти телефон Равеля. Лучше, чтобы он оказался у нас, а не у следовательной группы. Что ж, логично. А то потом будут читать ее переписку всей Инквизицией. Иво даже это продумал. Лу поднялась и направилась к кабине. Перелезла на передние сиденья, быстро осмотрела бардачок, пространство под приборной панелью. Нашла смартфон на полу под пассажирским сидением. — Нашла. — Отлично, — отозвался Иво. Он дождался, когда Лу сделает все необходимое, и продолжил, но уже с другой интонацией в голосе. — Хочу тебя предупредить: когда ты вернёшься, нам с тобой предстоит серьёзный разговор. Лу насторожилась, нахмурилась: — О чём? — Аколит Рид. Вы нарушили устав. Самовольно покинули Инквизицию, не доложили командованию, вступили в боевую операцию без приказа, подвергли себя и других риску. Это прямое нарушение служебной дисциплины. Вас ожидает депремирование, взыскание, и, вероятно, пересмотр текущей должности. Ну она. Список, конечно, внушительный, но последствия, мягко говоря, огорчают. Премии лишат? Увольнение? Ну зашибись. Лу приоткрыла рот, растерянно уставилась в приборную панель. — Подождите. Мы же поймали Равеля! Всё обошлось… относительно нормально. — Обошлось — не аргумент, — жёстко ответил Мартен. — Это не профессиональный подход — полагаться на удачу и безрассудство. Всё могло сложиться иначе. Псионичка вздохнула. Нужно было пользоваться последним методом, самым крайним. Как раз для таких ситуаций. — Иво… Ты ведь в курсе, что я тебя люблю? — В курсе. Я тебя тоже. Но в данном случае, мадемуазель Рид, вам это не поможет. Хочу видеть официальный отчет, где будет подробный разбор действий и осознание допущенных ошибок. — Крэп… У девушки мелькнула мысль — может теперь отключить Приора от связи? Вроде как уже особой надобности нет. А в это время в другой части города, в кабинете, среди голограмм и бумаг, мужчина, сидящий за столом в одном наушнике, снова позволил себе небольшую улыбку. На горизонте замелькали машины. Лу с Кеем переглянулись и поднялись на ноги, выходя вперёд, чтобы встретить прибывающих. По мере приближения автомобилей, псионики успели разглядеть, что это была не Инквизиция. Полиция. Несколько машин остановились, и оттуда высыпались люди в форме с оружием наготове. Оружием, направленным на них. — На землю! Бросить оружие! Руки за голову! Кей положил на пол ультиматум и посмотрел на ближайшего мужчину. — Мы из Инквизиции. Операция проходит под личным контролем Приора. Из-за спин полицейских шагнул вперёд офицер. Видимо, старший. — Мы знаем. Вам приказано не сопротивляться. Немедленно лечь на землю. Иначе будет открыт огонь. За спиной псиоников послышался короткий смешок. Люсьен Равель, до этого лежавший неподвижно, скривил губы в ухмылке. Лу, не поворачиваясь, прошептала в шлеме. — Ты это слышал? — Да. Я прямо сейчас связываюсь с Рамо, — ответил Иво. К ней снова обратились: — Мадемуазель, снимите шлем. Лу на это не успела отреагировать, так как к ним подъехало еще две машины. Они с грохотом остановился, и из одной вылетел Жонсьер с группой бойцов КС. Оружие тоже наготове. Но их было меньше. Намного меньше. — Что здесь происходит?! — заорал Жонсьер, пробираясь сквозь строй. — Почему вы наставили оружие на сотрудников Корпуса Содействия?! С противоположной стороны прозвучал ответ: — По приказу Национального Суда и членов Общественного Совета. Марк Жонсьер. Лу Рид. Кей Стоун. Вы обязаны проследовать с нами для дачи показаний. В это же время, в другом конце города, в своём кабинете Приор Инквизиции резко встал из-за стола, когда дверь открылась и заглянул внутрь Баретти. — Месье Мартен. Представитель полиции… лично. Вошёл Рамо. Иво не потратил ни секунды на приветствие. — Почему полиция врывается в операцию Инквизиции и направляет оружие на моих людей? — Месье Приор, по решению Национального Суда и Совета Инквизиция, вы и ваши приближённые люди подозреваетесь в подготовке теракта и угрозе безопасности Нью-Пари. Вам придётся проехать в Синод для немедленного разбирательства. В кабинете повисла тяжелая пауза. Потом Мартен холодно сказал: — Дайте мне минуту. Когда Рамо вышел, Иво молниеносно включил микрофон в наушнике, надеясь, что связь с Лу ещё активна. — Лу. Избавься от телефона.

***

— Мадемуазель, я повторяю, снимите шлем. И вы втроем должны проехать с нами. Наконец, Лу сняла шлем и положила его на пол. Жонсьер ощетинился, сделал шаг вперёд и встал перед псиониками. — Это жена Приора и его телохранитель. Вы в своём уме? Куда вы вообще собрались их забирать? — У Приора, боюсь, сейчас своих забот хватает, — с холодной усмешкой ответил полицейский. От этих слов внутри у Лу все похолодело, и она сорвалась. — В чём мы подозреваемся?! Мы только что поймали создателя флукса! — Она резко указала на Равеля, всё ещё сидящего у фургона. Тот криво усмехался, почти торжествующе. И тогда произошло то, чего не ожидал никто. Главный отряда полиции молча поднял пистолет и выстрелил. Пуля вошла прямо в лоб Люсьена Равеля. Он дёрнулся и рухнул на асфальт. Мёртвый. Лу застыла. Кей тоже. Даже Жонсьер секунду не двигался, не веря в то, что только что произошло. — Что вы творите, уроды?! — голос Лу взвился. Она бросилась вперёд. — Он был нужен живым! Он должен был дать показания! Вы… Кей поймал её за плечи и потянул на себя, шепча: — Успокойся. Нас провоцируют. Зато Жонсьер сдерживаться не стал. — ЭТОГО человека нужно было доставить на допрос! Что вы, чёрт побери, делаете? Где ордер? Где решение Синода? Кто вы такие вообще, чтобы отменять приказы Приора?! Он вышел вперёд, толкнул в плечо командира отряда. В ответ тот без слов ударил его в живот и уложил на землю, а через две секунды уже двое полицейских скручивали Жонсьера. Бойцы КС вскинули оружие. Полицейские тоже. — У нас приказ, — с нажимом проговорил офицер. — И он выше полномочий Приора. Последний раз повторяю: не оказывайте сопротивление. У них появилась компания — на место происшествия посъезжались репортеры с камерами. Как будто их для полного счастья не хватало. Кто-то заранее все подготовил. Жонсьера подняли, держа за руки. Тот тяжело дышал, лицо было перекошено яростью. Кей и Лу переглянулись. К ним уже подходили. Лу краем глаза заметила канализационную решётку у обочины. Повернулась к эмпатику, едва шевеля губами: — Прикрой меня. Стоун сделал шаг вперёд, заслоняя её собой. Лу сделала вид будто споткнулась, упала на руки и, пока бойцы сближались, незаметно вытащила из кармана телефон и скинула его в щель между решётками. Полицейские тут же разняли их, схватили за локти, грубо подняли. Лу не сопротивлялась. Кей тоже. Жонсьера уже вели к автозаку. Псионикам вкололи блокатор. Лу даже усмехнулась — как будто без блокатора она бы сейчас много чего сделала. А вот на отходняк отсутствие пси вряд ли как-то поменяет. Псиоников затолкнули к Жонсьеру, чтоб он один в автозаке не скучал. Дверь машины плотно закрылась, и они поехали.

***

Аттестат в крови, по бокам конвой А меня везут под сирены вой И теперь там ждут друзья новые А предметы там уголовные