ПлУш

      У их компании была странная политика. Раз в пару сотен лет он выпускали плюшевые игрушки своих работников. Работникам это естественно не нравилось. Кто вообще это придумал? Какой-то Босс?!?       — ДЕРЬМО! Предлагаю обсудить это, — ворчала Ена, белая часть лица гневно искажалась и она была готова вытащить из-под рубашки рупор, — Весьма... интересный способ вести бизнес, — встряла красная сторона.       — Здесь нет ни один пинквин! — жалуется Дратула.       — Таскани... Мне всегда казалось это плохой идеей. Мало ли, кто эти плюшки покупает... — Фрогги недовольно чесал левый глаз своей лягушки.       — И что с ними делает, — проругалась Ена. Ей никогда не нравилась её плюшка. Как будто бы Босс, выращенный из яйца. Такое себе удовольствие.       — Да! Я об этом и говорю!! — сказал Фрогги. Они стояли у прилавка, недовольно оглядывая противный плюш. Мягкие, гаденькие мини-копии их самих.       — По-крайней мере, моя игрушка не пользуется спросом, — хвастается Ена. Просто не все любили Ен. Точнее сказать, ПОЧТИ ВСЕ не любили Ен.       — Не сказала бы.. — встревает Кораллглас, — Стабильно вижу рост покупок именно твоей плюшевой версии, — она комментирует, печатая бумаги о статистике. Ену это волнует. С каких пор её популярность так выросла?       День ярмарк. Аукционы, мошенничество, бизнес. Где-то скребётся крыса Алекс, желая урвать какое-то дерьмецо. Шаман организовал новый шатёр, снова гадая. Фрогги скрещивает руки, когда все же снова натыкается на прилавок. Дерьмо.       — Тут ещё парочка плюшек есть, — Фрогги лезет за прилавок. Плюшка розового дельфина, пирамидки, Великого Рунаса...? Стоило моргнуть, плюш заглючил и испарился в пространстве.       — ...Воу — ахнула Ена.       Весь день прошёл скучно. Если не считать пару драк на аукционе на часы, в которых однажды сидела Часобака. Снова вернувшись к прилавку с плюшами, они обнаружили, что многих плюшей уже нет. В частности: плюшей Ены: совсем.       — Разве ты не сказала, что не пользуешься спросом? — удивляется Фрогги, заметив, что его плюши остались почти в том же количестве.       — Я надеялась, — замечает она, залезая под прилавок в поиске истории покупок и покупателей, — Так, ага, ага, десять чоколаток, каждая плюшка. Куплено... Тринадцать... Покупатель... — он закатывает глаза, — Вот блядство...       Вся история забита подписью подозрительного сталкера. И пока Фрогги, Кораллглас и Дратула не успели хоть что-то понять, та пихает историю покупок обратно. Как можно дальше. Чёрт его, чёрт!       — Так, что там? — Кораллглас снова интересуется статистикой.       — Неразбериха. Неважно. Предлагаю успеть продать остальное, чтобы не получить выговор, — предлагает Ена, включая свой «торговый» режим.       — Да, точно. Мы должны возвращаться к работе, Ена, — а остальные за компанию...       Где-то в Хабе Бэллхам снова занят чушью. Любезно связывает нитями тринадцать плюшевых Ен в один большой «букет». Как мило. Жаль, что они плюшевые.       Всё же, почти все Ен не любили. А кто любил — был чудиком и любил явно не в правильных планах.       «Тайна» покупки тринадцати Ен осталась неразгаданной (нет).