Мятная орхидея

Вечер выдался по-домашнему тёплым. В гостиной мягко потрескивают свечи, на столе — лёгкие угощения, чай и вино. Все уже знают, зачем собрались. Беременность Чонгука больше не была секретом, но Тэхён настаивал, что кое-что они всё же хотят сказать лично. Намджун сдержанно улыбался, приобнимая Джина за плечи. Дэсу устроился у окна, неторопливо прихлёбывая чай. Юнги и Чимин сидели рядышком. А Ёнсу, как всегда, молча наблюдал за происходящим. Чонгук встал. Ненадолго замолчал, будто собираясь с духом, и посмотрел на Тэхёна. Тот одобрительно кивнул. — Мы хотели сказать… — начал Чонгук, — что у нас будет не один ребенок. — А два, — улыбаясь, добавил Тэхён. — У нас будет двойня! — Двойня?! — выдохнул Чимин, вскакивая с места. — О боже, — воскликнул Джин. — Я уже представлял себе крошечного Чонгука. А теперь будет два маленьких альфы? Или омежек? Или и того, и другого? — Мы пока не знаем, — ответил Тэхён — Узнаем, когда малыши родятся. Намджун обнял Джина и, смеясь, покачал головой: — Значит, и обнимашек будет вдвое больше. И хлопот. И счастья. Дэсу поставил чашку и встал. — Это благословение, — сказал он спокойно, но в голосе звучала гордость. — Кланы Ким и Чон будут крепнуть. Я горжусь тобой, Чонгук. И тобой, Тэхён. Вы сильные. Вы — семья. Юнги хмыкнул и откинулся на спинку кресла: — Думаю, пора начинать строить игровую комнату. — И запастись берушами, — добавил Чимин. Ёнсу подошёл к ним, сгребая обоих в крепкие объятия. — Это отличная новость, дети мои! Комната наполнилась радостью — живой и настоящей. И в самом центре этого света были Чонгук и Тэхён. Руки переплетены. Сердца бьются в унисон. И где-то внутри уже теплится двойное пламя любви, ради которого всё это имело смысл.

***

Когда смех утих, и гости разошлись с чашками и разговорами, Ёнсу подошёл к Дэсу, который безмятежно смотрел в окно. В комнате витал пряный аромат травяного чая и тихий гул голосов. — Ты понимаешь, что эта новость значит для кланов? — тихо, но с ясной ноткой вызова произнёс Ёнсу, глядя вперёд, будто обращался к ночи за окном. — Понимаю, — отозвался Дэсу, скрестив руки на груди. — Двойня. Это не просто редкость. Это символ. Знак. Баланс. — Или вызов судьбы, — заметил Ёнсу, повернув голову. — У нас будет два наследника. И теперь вопрос не будет ли кто-то из них продолжать род… а кто именно. Дэсу прищурился: — Один — наследник Кимов, один — Чонов. В этом я не сомневаюсь. Всё честно. Оба понимали — это был не спор, а скорее проверка границ, привычная игра двух стратегов, которые знали друг друга всю жизнь. — Всё решит их суть, — продолжил Дэсу. — Мы будем наблюдать. Слушать. Видеть, к чему тянется их душа. Кто из них примет на себя огонь ответственности, а кто — свободу. — И, возможно, ни один из них не захочет управлять кланом, — мягко заметил Ёнсу. — И правда, — произнёс Дэсу чуть тише. — Мы можем сражаться за право назвать одного из детей своим… но правда в том, что оба они теперь наша кровинка, что бы они не решили для себя в будущем. — Наша семья, — подтвердил Ёнсу. На секунду оба замолчали. Затем Дэсу вдруг усмехнулся: — Представляешь, если оба наших внучонка родятся омегами? Ёнсу посмотрел на него исподлобья. — Тогда ты станешь тем дедом, который будет учить их метать ножи и плести интриги с пелёнок? — Это скорее про тебя, — хитро прищурился Дэсу. — А я буду их учить дипломатии. — И одновременно — как подставить врага и остаться чистым. Я все ещё помню те славные времена, когда ты решал дела кулаками, Дэсу. — Да.. Прошли те бурные годы, когда мы были главами. Они обменялись взглядами — тёплыми, полными уважения, и в них читалось: мы стояли друг напротив друга на переговорах, на войнах, в битвах умов… но теперь — по одну сторону. Ради них. — Уже наследников делите, а? — прозвучал голос сзади, хрипловатый, с ленивой усмешкой. Дэсу и Ёнсу обернулись. В дверном проёме стояли Юнги и Намджун — бок о бок, с чашками в руках, взглядами, полными иронии, но и интереса. — Мы-то думали, что заглянули за чаем, — добавил Намджун, — а тут, оказывается, династическое собрание проходит. — Привыкайте, — сдержанно усмехнулся Дэсу. — У нас теперь два наследника на горизонте. Вопрос, кто куда. Юнги прислонился к стене. — Думаете, уже можно делить? Они ведь ещё даже не родились. — Это всего лишь вопрос времени, — невозмутимо заметил Ёнсу. — Готовность начинается с мечты, а кланы — с планов. — При условии, что оба захотят быть главами, — напомнил Намджун. — А если оба захотят быть художниками? Или музыкантами? — Мы не будем на них давить, — сказал Дэсу, — но мы обязаны готовить почву. Мы не говорим "ты будешь", мы говорим: "у тебя есть путь, если ты захочешь". Намджун перевёл взгляд на окно, за которым мягко шелестели ветви. — Надеюсь у них будет веселое детство. Чтобы они смеялись, падали в грязь, ели руками и не боялись ошибиться. — Именно потому мы всё это и обсуждаем, — сказал Ёнсу мягко. — Чтобы в нужный момент их окружала сила. Семья. Наступила тишина — глубокая, пропитанная осознанием: на горизонте рождались не просто дети. Рождались эпохи. Истории. Переплетение крови и судеб. Намджун первым нарушил молчание: — Только вы, пожалуйста, не спорьте, кто из них чей. А то представлю, как на первом дне рождения вы оба принесёте по короне. — Уже заказал, — мрачно сказал Дэсу, и все четверо рассмеялись.

***

И именно в этот момент, когда Дэсу шутливо предложил выгравировать на пелёнках эмблемы кланов, в комнату вошли Чонгук и Тэхён. — Мы что-то пропустили? — спросил Чонгук, приподняв бровь, а Тэхён, держа его за руку, подозрительно сузил глаза. — Вы что-то замышляете, признайтесь. Намджун отпил из своей чашки, не без удовольствия наблюдая за происходящим. — Бывшие главы просто решают, кто из малышей будет наследником клана Чон, а кто — Ким. — Вы что? — Тэхён уставился на отца и Дэсу, будто те только что объявили о строительстве дворца во дворе. — Подожди… решили? — переспросил Чонгук, моргая. — А ничего, что они ещё даже… эм… ну… не родились? Дэсу нетерпеливо развёл руками: — Зато у нас уже есть план. Один идёт по стопам Кимов — дипломат, стратег. Второй — боевой лидер, как и подобает Чону. — Или наоборот, — вставил Ёнсу, бросив на Дэсу полушутливый, но вызывающий взгляд. — Важно не кто кем станет, — вставил Намджун, улыбаясь Чонгуку и Тэхёну. — Важно, что они будут расти в мире, где их ждут, где их поддержат, кем бы они ни стали. Тэхён сжал руку Чонгука и тихо выдохнул. Потом взглянул на всех — на близких, которые только что обсуждали будущую жизнь его детей с такой нежной серьёзностью. — Я просто надеюсь, — сказал он, глядя в глаза отцу, — что они сначала научатся ходить, а потом уже управлять кланами. — Ну это уже мы вам доверим, — ответил Ёнсу с мягкой улыбкой. — До этого момента — только планы. А реальность… она в ваших руках. Чонгук посмотрел на Тэхёна, и его голос стал тише: — В наших руках. И в маленьких ладошках, что скоро появятся. Тишина снова заполнила комнату — полная трепета. Предвкушения. И невидимой, но прочной нити, что соединяла их всех. — Знаете что, — внезапно произнёс Дэсу, прищурившись, — мы всё обсуждаем, планируем, спорим, а одно важное дело так и не сделали. — Что же? — удивился Юнги, опираясь на спинку кресла. — Не отпраздновали. Это же двойня — а не просто наследники. Это чудо, — Дэсу усмехнулся и сдвинул брови. — У такого события должен быть праздник. Настоящий, громкий, с традициями, благословениями, подарками. Всё как полагается. — Полностью поддерживаю, — подал голос Ёнсу. — Это достойно отдельной церемонии. А лучше — объединённой. Впервые за долгое время два клана будут связаны не политикой, не советом, а… семьёй. Кровью. — Мы устроим вечер под луной, с костром, музыкой, с приглашениями всех родных, — оживился Намджун. — Пусть все знают, что мы не просто объединяем кланы — мы празднуем новую эпоху. — И тогда, — задумчиво добавил Джин, склонив голову, — малыши вырастут, зная: они родились в любовь, в свет, в тепло. В праздник. Их ждали и чествовали с самого первого дня. — А я, — заявил Чимин с улыбкой, — уже заказал маленькие ханбоки. Просто… на всякий случай. Вдруг они понадобятся раньше, чем мы думаем. Все рассмеялись. А Чонгук с Тэхёном переглянулись, и в их взгляде светилось то самое — несказанное, сильное, общее. Двойняшки будут любимы. Они будут счастливы. У них будет всё. Когда смех улёгся, Ёнсу наклонился вперёд, сцепив пальцы: — Раз уж мы решили устроить праздник... и раз мы теперь знаем, что будет двойня... — он взглянул на Чонгука и Тэхёна. — Я думаю, пришло время объявить об этом официально. Кланам. — Да, — подхватил Дэсу. — Второй триместр — подходящее время. Да и не скроешь уже: живот у тебя, Чонгук, начнёт говорить за вас обоих очень скоро, хочешь ты того или нет. Тэхён помрачнел. Его пальцы легли поверх руки Чонгука. — Я не против, но… вдруг это ещё рано? Всё может пойти не так… мы всё ещё на середине пути. Чонгук повернулся к нему и мягко улыбнулся. — Даже если мы будем молчать ещё какое-то время, они сами заметят. А если узнают не от нас… будет хуже. Тэхён пристально посмотрел на него. Потом медленно кивнул. — Хорошо. Но я хочу, чтобы всё прошло спокойно. Без шума, без давления, без… — Если кто-то попробует устроить давление, — рыкнул Дэсу, — я первый врежу. Даже не сомневайся. Пусть только кто-то попробует вякнуть. — Я рядом, — подмигнул Ёнсу. — Мы с Дэсу устроим настоящий фронт поддержки. Им придётся иметь дело не только с главами кланов, но и с двумя опытными стариками, у которых язык острый, а связи — глубже, чем у любого из этих надутых советников. Юнги фыркнул: — Вот это уже звучит как весёлое собрание.

***

— Не фуршет, не цветы, — Джин строго прервал Чимина, который уже держал в руках ленты. — Это не обычный праздник, Чимин. Это собрание. Мы не демонстрируем радость — мы заявляем позицию. Веселье — потом. Чимин надул губы, но подчинился, отложив украшения. В кабинете Юнги проверял список вместе с Намджуном. — Представители внутренних советов обоих кланов. Без младших, без омег младшего ранга — Тэхёну и Чонгуку нужен вес, не толпа, — Юнги отстукивал пальцами по столу. — Те, кто имеет голос и влияние. — И те, кто может возмутиться. Лучше заранее понимать, кто и где будет сидеть. — Намджун кивнул. — Мы с Джином займёмся рассадкой. Всё должно выглядеть уравновешенно: клан Ким и клан Чон — как одно целое, без перегибов. — Идеально. Учитывая, что у них будет двойня, — добавил Юнги с усмешкой. — Баланс уже задан самой судьбой. В другом конце дома Тэхён ходил по комнате, хмурясь, пока Чонгук сидел на краю кровати и застёгивал рубашку. — Я всё ещё чувствую, что нам рано объявлять о детях. — Лучше заявить об этом первыми и говорить уверенно, чем объясняться позже. — Двойня… Наследники двух кланов. Думаешь, они воспримут эту новость положительно? — Скоро узнаем.

***

Узкие дорожки между крыльями здания были тихо залиты светом — как и полагалось такому собранию. У входа дежурила охрана обоих кланов. Стражи из рода Ким в темных, почти военных костюмах, и более свободные, но не менее внушительные представители клана Чон. Их взгляды встречались, коротко, но без агрессии — сегодня не день вражды, а момент политики. Гостей проводили в главный зал. Там уже был подготовлен круглый стол, не слишком большой, но с местами строго по рангу. В центре — два кресла, рядом: для Чонгука и Тэхёна. Первым вошёл один из старейшин клана Ким — суровый альфа с сединой у висков. За ним — представители внутреннего круга Чонов, каждый сдержанно кивал, проходя внутрь. Говорили мало. Шепот был слышен только в углах. Когда прибыли все, Намджун, как правая рука Чонгука, занял место позади него. Юнги — за спиной Тэхёна. Тэхён первым взял слово. Его голос был ровным, когда он начал: — Мы собрали вас здесь чтобы озвучить важную новость. Семейную, но касающуюся обоих кланов. Он посмотрел на Чонгука, и тот встал рядом. — У нас с Тэхёном будет потомство, — продолжил Чонгук, — Это союз, который укрепит обе семьи. Наши дети — продолжение нашего мира. Ёнсу и Дэсу почти одновременно подались чуть вперёд, готовые в любой момент закрыть рот любому, кто осмелится возражать. Лица присутствующих были серьезными, без намека на радость. В воздухе висел вопрос, который все боялись задать, но который неизбежно должен был прозвучать. Советник Чонов поднял взгляд и, слегка прикрыв глаза, сказал: — Общие дети... Это меняет многое. Значит ли это, что наши кланы, Ким и Чон, будут объединяться? Тэхён почувствовал, как напряжение в зале усилилось, и на мгновение его рука сжалась в кулак. Он взглянул на Чонгука, его сердце ускоренно забилось, но тот, сдержанно улыбнувшись, ответил первым. — Это не решение, которое можно принимать столь быстро. Мы не объединяем кланы. Но наши дети — это важный шаг в их будущем. Всё будет зависеть от них. Мы решили быть честными с вами, ведь всем известно, что наши семьи стоят на стыке традиций, и важно понимать, что мы собираемся делать дальше. Советник Кимов, сидящий в углу, нахмурился, сжимая пальцы на руках, словно пытаясь взять себя в руки. — Но что это значит для каждого из клана? Будет ли это иметь влияние на руководство кланов? — спросил он решительным, почти строгим голосом. Другой советник Чонов вмешался: — Мы должны понимать, как это повлияет на позицию Тэхёна и Чонгука в их кланах. Кто будет наследником? Вопрос не только в семье, но и в том, как это скажется на праве и обязанностях. Чонгук ответил с неожиданной твердостью: — Мы понимаем важность этой новости, и да, это будет иметь последствия для обоих кланов. Но каждый из наших детей будет иметь возможность выбрать свой путь. Мы не будем навязывать им решения, которые они не примут сами. Вопросы начали сыпаться. — Как будут разделяться роли в случае, если дети примут руководство? — спросил один из советников, который сидел неподалеку. — Это только время покажет, — ответил Тэхён, его голос был спокойным, но в глазах читалась решимость. — Мы будем следить за тем, как наши дети растут, и будем готовы поддержать их выбор. Этот вопрос пока остаётся открытым. Тон собрания становился всё более напряжённым, и вопросы продолжали поступать. Ёнсу, заметив, что обсуждение заходит в тупик, вновь вмешался: — Давайте не будем спешить с выводами. Понимаем, что это сложно, но Тэхён и Чонгук уже на пути к важному моменту, и мы будем их поддерживать, даже если решение, которое они примут, будет противоречить устоявшимся традициям. Дэсу добавил: — Мы, как старшие, должны быть опорой для них, и если что-то пойдёт не так, мы будем рядом. Но помните, что наши дети — это будущее, и мы должны уважать их выбор. Напряжение в зале немного ослабло, и большинство советников начали принимать новости, разговор резко повернул в другую сторону, как только один из них старейшин клана Чон, поднял не менее важный вопрос. — Теперь, когда известно о беременности главы Чон, — сказал он, — его безопасность должна стать нашим главным приоритетом. Если враги разузнают, что глава носит наследников сразу двоих могущественных кланов, это может привести к попытке покушений. И не только на его жизнь, но и на жизнь будущих детей. Мы обязаны охранять его круглосуточно. Советники в зале оживились, все осознали серьёзность положения. Намджун, как всегда, сдержанно вглядывался в Чонгука, словно проверяя его реакцию. Чонгук, однако, сохранял спокойствие, не показывая беспокойства. — Мы понимаем, — начал советник Чонов, — что нужно увеличить меры безопасности. Но у нас в клане Чон достаточно людей, чтобы защитить Чонгука. Мы позаботимся о его безопасности, — добавил он, не сводя взгляда с тех, кто сидел за столом. Кимы не замедлили с ответом. — Но, извините, — резко вставил один из советников Кимов, — Глава Чон носит детей главы Кима, это означает, что ответственность за его безопасность также ложится и на нас. — Кимы, — возразил советник Чонов, — у нас достаточно людей, чтобы гарантировать безопасность. Мы справимся с этим, и если нужно, мы будем рядом с главой Чон круглосуточно. Но тот же советник Кимов не унимался. — Мы понимаем, что ваших людей хватает, но члены нашего клана уже не посторонние люди. Так что, по правде говоря, ответственность за безопасность главы Чон делится на оба клана. Слова были сказаны с явной претензией, и вся атмосфера снова накалилась. Кимы начали переглядываться между собой, а Чоны, в свою очередь, покачивали головами, не скрывая недовольства. — А вы думаете, что мы не можем позаботиться о безопасности нашего собственного главы? — жестко ответил один из представителей клана Чон, его голос был полон уверенности, если не высокомерия. — Наши люди проверены не одним десятком лет службы, и мы уверены, что справимся. Если Кимы так переживают, мы можем лишь предложить сотрудничество. Но не навязывайте нам свою охрану, — добавил он, немного ожесточенно. Обстановка становилась всё более напряжённой, когда Тэхён строго вмешался в обсуждение. — Хватит, — голос альфы был твёрд и строг. — Вместо того, чтобы спорить, нам всем стоит объединить усилия и работать вместе. Безопасность главы Чон в данный момент должна стать нашим главным приоритетом. Чонгук, как главная тема обсуждения, тоже взял слово, решив повлиять на ход событий. — Мы будем сотрудничать, но хочу сразу предупредить, что доверие и поддержка между кланами не должно подвергать сомнению единство, которое мы выстраивали долгие годы. Я надеюсь, что все мы будем работать как единая сила ради безопасности. Иначе, — он сделал паузу, — это не будет ни для кого выгодно. В зале наступила тишина — плотная, как вечерний туман. Первым отозвался Ёнсу: — Я поддерживаю главу Чон. Речь идет о защите будущих наследников обоих кланов. Мы не должны вести себя как соперники. Он перевёл взгляд на Дэсу. — Ты ведь тоже не хочешь, чтобы потом кто-то сказал, что мы из-за гордости поставили под удар их безопасность? Дэсу кивнул. — Разумеется. Наши амбиции не стоят жизни детей. Он обвёл взглядом всех в комнате. — С этого момента создаём объединённую охранную группу. Половина из Чонов, половина из Кимов. Отбором мы с Ёнсу займемся лично. И, если кто-то не согласен — прошу выйти сейчас. Я не собираюсь спорить по второму кругу. Слова Дэсу прозвучали, как приказ, и ни один советник не посмел возразить. Даже самые строптивые тихо опустили взгляды. Юнги усмехнулся себе под нос и, перекинув взгляд на Намджуна, негромко пробормотал: — Вот и пошёл процесс объединения кланов. Намджун, не сдержав улыбку, молча кивнул. Тем временем, один из младших советников Кима, осторожно подняв руку, спросил: — Глава Чон, глава Ким… простите за прямоту, но... если мы говорим о будущем кланов, не можем ли мы узнать — вы собираетесь пожениться? Или… это будет союз только ради наследников? Вопрос повис в воздухе, вызвав новую волну напряжения. Все взгляды обратились к Тэхёну и Чонгуку. «Пожениться».. Тэхён смущенно опустил глаза на свои сцепленные пальцы, а Чонгук выпрямился, медленно, но с уверенностью. — Мы объявим об этом, когда будем готовы, — сказал он спокойно. — Сейчас мы хотим защитить наших детей. И друг друга. Всё остальное… вторично. Тэхён поднял взгляд — и в его глазах было то же, что чувствовал Чонгук: решимость и тихая, неколебимая вера. И хотя никто больше не задал вопросов, взгляд многих советников изменился: в нём было что-то новое — уважение, даже у тех, кто ещё минуту назад колебался. Кимы и Чоны больше не имели право враждовать. Отныне их объединяло нечто общее, что имело равное значение для них всех. Будущие наследники кланов Ким и Чон.