Часть 13
16 мая 2025 г., 07:03
Чонгук мчался сквозь непроглядную ночь, городские огни, словно размытые мазки акварели, мелькали за окном автомобиля. В голове пульсировала лишь одна навязчивая мысль: успеть, во что бы то ни стало спасти Тэхёна, вырвать его из цепких объятий тьмы, поглотившей омегу.
Автомобиль Чона, подобно разъярённому зверю, ворвался во двор и застыл в мгновение ока у самого крыльца. Альфа выскочил из салона и, точно драгоценную ношу, бережно извлёк из машины Тэхёна. Бледное, измученное лицо омеги, обезображенное багровыми кровоподтёками, и чудовищная метка, будто клеймо, пылающая на нежной шее, опаляли сердце Чонгука неутолимой яростью.
Нежно держа Тэхёна на руках, как хрупкую фарфоровую куклу, он отнёс его в свою спальню. Пальцы вновь набрали номер доктора Чхве, старого друга семьи, много лет служившего личным врачом клана Чон.
Каждая секунда ожидания казалась невыносимой пыткой. Время словно застыло. Наконец, в дверях появился доктор Чхве, его лицо, обычно лучащееся спокойствием, сейчас было тронуто тревогой.
Чонгук встретил его взглядом, в котором отчаяние смешивалось с требовательным приказом.
– Доктор Чхве, здравствуйте. Прошу вас, скорее, ему срочно нужна ваша помощь.
Пожилой мужчина, не теряя ни секунды, лишь коротко кивнул в ответ и поспешил в спальню, где на кровати лежал Тэхён. Натянув стерильные перчатки, доктор Чхве немедленно приступил к осмотру.
– Помогите мне раздеть его, – тихо попросил он Чонгука.
Сердце альфы болезненно сжалось. С трепетом, точно прикасаясь к святыне, он освободил хрупкое тело омеги от изорванной одежды. Перед его взором предстала картина, от которой кровь стыла в жилах: нежная кожа Тэхёна была испещрена сетью синяков и ссадин, следами чужой жестокости. Челюсти Чонгука непроизвольно стиснулись от неконтролируемого гнева и острой, всепоглощающей боли.
– Принесите таз с тёплой водой и мягкое полотенце, – серьёзно произнёс доктор Чхве. – Нужно смыть кровь.
Чонгук, будто повинуясь безмолвному приказу, мгновенно бросился выполнять поручение. С предельным трепетом, словно искупая чужие грехи, он бережно омывал каждую рану, каждое повреждение на теле Тэхёна, стараясь не причинить ему ни малейшей боли.
Тем временем доктор Чхве подготовил капельницу. Установив систему, он аккуратно ввёл тонкую иглу в вену на запястье омеги.
– Переломов нет, – тихо подытожил он, закончив осмотр. – Но самая большая проблема – это метка. Несмотря на то, что она временная, организм омеги её активно отторгает, вызывая мучительную боль и сильнейший дискомфорт.
Чонгук, внимательно вслушиваясь в каждое слово доктора, процедил сквозь стиснутые зубы:
– Как я могу ему помочь? Что я должен сделать?
Врач достал из своего медицинского чемоданчика несколько шприцов и ампул, тщательно наполнил один из них прозрачной жидкостью.
– Введу препараты с подавителем феромонов, чтобы он как можно меньше чувствовал чужой запах и тот, что сейчас смешался с его собственным, вызывая отторжение. Обезболивающее и антисептик для обработки метки. Необходимо, чтобы он пришёл в себя, и организм начал бороться. Постепенно всё наладится. Когда немного окрепнет, привезите его ко мне в больницу, проведём полное, тщательное обследование, – закончил он, делая укол Тэхёну.
Чонгук неотрывно следил за каждым движением доктора, ловя каждое его слово, точно тонущий хватается за спасательный круг.
– Спасибо вам огромное, что так быстро приехали, – с облегчением выдохнул он.
Пожилой мужчина слегка улыбнулся, стараясь приободрить альфу.
– Ему необходим полный покой и забота. Я напишу рецепт на необходимые лекарства, а также рекомендации по обработке ран. Всё будет хорошо, он сильный, он справится, – доктор Чхве ободряюще похлопал Чонгука по плечу и, собрав свои вещи и выписав рецепт, покинул особняк.
Чонгук остался наедине с Тэхёном, чутко прислушиваясь к его ровному, спокойному дыханию, и безмолвно молясь всем известным и неизвестным богам о том, чтобы Тэхён как можно скорее пришёл в себя и навсегда избавился от боли и страданий.
***
В доме Мина царил хаос, густой, словно погребальный саван. Хосок, с ледяным спокойствием в глазах, отдал уцелевшим приказ собрать тела павших товарищей, увезти их прочь отсюда, предать земле с подобающими почестями. Сам же, с лицом, будто высеченным из серого гранита, сел в чёрный Mercedes-Benz и умчался в ночь, оставляя за собой лишь тлеющие угли. Когда огни фар растворились вдали, Юнги прикрыл веки, впуская внутрь себя тихий вздох, пропитанный горечью и леденящим предчувствием. Осознание надвигающейся бури обрушилось на него всей своей тяжестью, как кузнечный молот, грозя раздробить череп. Это было только начало – зловещая увертюра к кровавой симфонии, где каждая нота будет оплачена кровью. Без Тэхёна Юнги лишился незримой нити, связывавшей его с братьями Ким, утратил рычаг, позволявший искусно манипулировать их решениями. В голове Мина, точно в потревоженном муравейнике, лихорадочно роились мысли, плетя сложную паутину планов, требующих немедленной реализации. Из омута раздумий его вырвал тонкий, дрожащий голос, прозвучавший совсем рядом, словно треснувший хрусталь. – Что теперь будет? Зачем ты поставил метку Тэхёну? – в голосе Чимина слышались клубящиеся нотки негодования, затаённой обиды и неподдельного страха. Альфа открыл глаза, и усталый взгляд, как луч прожектора, скользнул по бледному лицу омеги. – Так было необходимо, – ровно ответил он, – я не ожидал, что твой супруг пойдёт на столь отчаянный, безрассудный шаг ради него. Чимин тихо выдохнул, словно выпустил из груди пойманную в клетку перепуганную птицу. – Я тоже не думал… Я был уверен, что он пришёл, чтобы убить меня. Мин усмехнулся, и в этом звуке проскользнуло что-то змеиное, холодное и угрожающее, как шипение гадюки, готовящейся к смертельному броску. – Как оказалось, Тэхён для него важнее. Это можно обратить себе на пользу, но прежде мне предстоит уладить дела с Намджуном и Джином. Юнги отдал своим людям чёткий приказ – вычистить дом до стерильной чистоты, стереть все следы недавней бойни, словно её никогда и не было. Забрать улики, залить кровь. Забрав Чимина, он покинул пропитанный смертью особняк и уехал в современную квартиру в Каннаме, недавно приобретённую для омеги. Туда же вызвал проверенных адвокатов и своего заместителя. Необходимо было подготовиться к любому сценарию, предусмотреть все возможные исходы предстоящего противостояния. Буря неотвратимо надвигалась, и встретить её нужно было во всеоружии.***
С первыми лучами солнца Чонгук, сидя у постели Тэхёна, наконец провалился в сон. За минувшую ночь его личный водитель раздобыл все необходимые медикаменты. Чонгук собственноручно заменил капельницу, тщательно обработал раны и ввёл обезболивающее. Слабый, охрипший голос вырвал альфу из объятий сна. – Воды… – едва слышно прошелестел омега. Чонгук встрепенулся, резко распахнул глаза и, сфокусировав взгляд на Тэхёне, убедился, что ему не померещилось. Стремительно наполнив стакан водой, он бережно помог омеге утолить жажду. Освежив пересохшее горло, Тэхён окинул взглядом незнакомую комнату. Тело болело не так сильно, как он ожидал. Тихо спросил: – Что происходит? Где я? Чонгук, присев на край кровати, нежно убрал непокорный локон, упавший на глаза омеги. Спокойным голосом произнёс: – Я похитил тебя. Теперь ты в моём доме. Вчера тебя осмотрел врач и настоятельно рекомендовал полный покой. Все разговоры отложим на потом. Здесь ты в безопасности. Тэхён сглотнул, кивнув в знак понимания. Тишину нарушило громкое урчание в животе. Чонгук удивлённо присвистнул. Тэхён, залившись краской, прошептал: – Я не виноват. Просто давно не ел. Чонгук, улыбаясь, ответил: – Сейчас распоряжусь, чтобы приготовили что-нибудь лёгкое для твоих китов. Чон, поднявшись с кровати, направился к двери, отдав распоряжение приготовить для Тэхёна лёгкий бульон и тосты. Вернувшись, он снова уселся рядом с омегой, наблюдая за тем, как тот пытается принять более удобное положение. – Позволь помочь, – предложил Чонгук, осторожно поддерживая Тэ, помогая ему приподняться и подложив под спину мягкие подушки. – Так лучше? Тэхён слабо улыбнулся, благодаря за заботу. Вскоре в комнату вошёл дворецкий с подносом, на котором аппетитно дымился бульон, а рядом красовались хрустящие тосты. Чонгук взял поднос и поставил его на прикроватный столик. – Ешь, тебе нужно набраться сил, – заботливо произнёс Чонгук, наблюдая за тем, как Тэхён с аппетитом принимается за еду. После еды Тэ почувствовал себя значительно лучше. Усталость постепенно отступала, и он смог более осознанно воспринимать происходящее. Чон молча сидел рядом, не нарушая тишину, давая омеге время прийти в себя. Он понимал, что Тэхёну нужно время, чтобы осмыслить произошедшее и привыкнуть к новой обстановке.***
В полдень Намджун и Джин ступили на землю Сеула. У выхода из аэропорта их ждал автомобиль, который доставил братьев прямиком к резиденции Хосока. Едва переступив порог, Намджун с лицом, выражавшим стальную решимость, обрушил на хозяина вопрос: — Где Тэхён? Что произошло? Хосок, тронув уголки губ слабой тенью улыбки, жестом пригласил их в гостиную. Собравшись с мыслями, он начал объяснять: — С Тэхёном всё в порядке. Сейчас он у Чонгука, там он в безопасности. Как выяснилось, Юнги не намерен расторгать союз с Тэхёном, поскольку это обернётся для него крахом: он лишится значительной части своего состояния, утратит связи с вашей семьёй и части поддержки. Джин, задыхаясь от подступающей ярости, прошипел: — Да я переломаю ему кости! Скормлю псам! Как он посмел?! Какая ещё временная метка?! Мы столько раз вытаскивали его из грязи, доверили брата, гениального управляющего казино, и не только. Как он мог так поступить?! Намджун хранил молчание, всем своим видом излучая бушующий гнев. Хосок рассказал всё, что знал, умолчав о существовании сестры Тэхёна, полагая, что омега сам должен открыть эту тайну братьям. В конце повествования Намджун, с трудом сдерживая клокочущую ярость, произнёс: — Где сейчас Юнги? Убить его будет недостаточно. Мы должны лишить его всего, что ему дала наша семья, и добиться расторжения брака с Тэхёном. Сохраняя внешнее спокойствие, Хосок ответил: — Он уехал с Чимином. Точное местонахождение пока неизвестно. Намджун, скрестив руки на груди, погрузился в глубокие раздумья. «Лишить его всего – это наиболее разумный выход. Мы продемонстрируем ему, что значит предавать доверие семьи Ким». — Джин, немедленно свяжись с нашими юристами. Необходимо подготовить документацию для заморозки его активов и расторжения всех существующих соглашений. Брачный контракт был подписан не просто так, — нарушил тишину Намджун. Сокджин, достав телефон, сказал: — Законный бизнес мы прикроем, половину имущества отсудим, Тэхён с ним разведётся, казино развалится, но останется его нелегальный бизнес с наркотиками. Намджун небрежно бросил: — Многие перестанут иметь с ним дело, как только узнают, что мы прекратили всякое сотрудничество. Их прервал Хосок: — Чонгук тоже не останется в стороне. Если он не убьёт его, то хотя бы все партнёры Драконов отвернутся от Змей. Джин прищурился: — Почему Чонгук должен так поступить? Хосок, усмехнувшись, наконец открыл правду: — Чонгук и Тэхён – истинные. Джин, удивлённый открывшейся правдой, уставился на Хосока. «Истинные? Чонгук? Как такое возможно?» Его мысли прервал Намджун, чье лицо, казалось, окаменело от ярости и одновременно облегчения. — Это меняет дело, — произнес он медленно. — Если Чонгук встанет на сторону Тэхёна, у Юнги не останется ни единого шанса. Змеи не смогут противостоять Драконам, особенно если мы лишим Юнги финансовой и юридической поддержки. Сокджин кивнул, обдумывая новую информацию. Необходимо действовать быстро и решительно. «Юристы должны подготовить документы не только для расторжения брака и заморозки активов, но и для передачи доли Тэхёна обратно в его распоряжение. Кроме того, следует уведомить всех партнёров Юнги о прекращении сотрудничества с семьёй Ким». Хосок добавил: — Не стоит забывать о казино. Без Тэхёна оно потеряет значительную часть своей прибыли. Необходимо пересмотреть условия контракта и вернуть контроль над ним семье Ким. Намджун, глядя в окно, произнёс: — Юнги заплатит за свою жадность и предательство. Мы покажем ему, что значит играть с семьей Ким и пренебрегать чувствами Тэхёна.
