The Whale Store/Китовый магазинчик

После пережитого семейного посвящения всё наконец вернулось к миру. Словно в доме улеглась пыль после долгой бури. Отец Силь устроил настоящее представление — холодный, сдержанный, как будто каждый взгляд был сценой. Даже тётя Рам и остальные вели себя отстранённо, будто я — чужая, незваная. Я всерьёз думала, что придётся всё бросить и начинать заново. Но, похоже, я прошла это испытание. Спасибо тебе за выдержку, Пи Вэйл. Когда наступило долгожданное время отдыха, Мэвнам повела меня в свою комнату. Тётя Рам уже принесла туда мой чемодан днём. — Это моя комната! Разве она не красивая? — с гордостью произнесла Мэвнам, распахивая дверь. Комната и правда была просторной, со вкусом оформленной: мягкие тона, тёплый свет, уютный беспорядок. Я кивнула, всё ещё слегка ошеломлённая. — Очень красивая, — сказала я честно. — Сегодня спим здесь, ладно? Ах, я так скучала по этой кровати! — Мэвнам плюхнулась на матрас и потянулась, как довольная кошка. Мой взгляд скользил по комнате и остановился на толстом фотоальбоме на полке. — Это фотоальбом? — Ага. Можешь взглянуть, если хочешь, — небрежно отозвалась она. Я достала альбом, устроилась на краю кровати и открыла его. Внутри — Силь. Снова и снова. В форме, в гражданском, с книгами, с кофе, смеющаяся и серьёзная. Юбка с плиссировкой подчёркивала её стройность, волосы казались мягкими даже на фото. Очаровательна. Не оторваться. Но кое-что вызывало тревогу: на большинстве снимков рядом с ней была одна и та же девушка. Та же улыбка, тот же ракурс. Слишком часто. — Эта девушка рядом с Силь... вы были очень близки? Я указала на фото, где они вдвоём смотрели в камеру, прижавшись щеками. — А, это Ти. Моя лучшая подруга, — ответила Мэвнам, откидываясь назад. — Лучшая подруга? Я пролистнула дальше. Та же девушка. Почти в каждой сцене — будь то группа или кадр на двоих. И всё в её взгляде, в теле — говорило не о дружбе. Подтверждение пришло на следующем развороте. — Лучшие друзья отмечают годовщины? — спросила я, указывая на фото с надписью «С годовщиной 3 месяца», выведенной крупно, с сердечками. Силь подошла и тут же замерла. Глаза расширились. Всё лицо говорило: поймана. — Бывшая... Прости, Пи Вэйл. Я не хотела, чтобы ты чувствовала себя плохо, — выдавила Силь, сев рядом с виноватым лицом. Я выдержала паузу. — А как же «я буду ждать тебя»? Мой голос был ровным, но под ним уже клубилась ревность. — Тогда она призналась мне... Я подумала: может, стоит попробовать. Мы встречались недолго — четыре или пять месяцев. Но я всё это время думала только о тебе. Мы расстались, потому что... я не могла чувствовать с ней того, что чувствую с тобой. Бывшая, значит? — Неудивительно, что ты такая опытная, — сказала я с тихим уколом, от которого сама же тут же пожалела. Силь смущённо улыбнулась, чуть опустив голову. Она знала, что её промах больно кольнул меня. Я смотрела на фото в своих руках. Девушка на снимке держала Силь за руку — крепко, уверенно. Я ведь тоже так делала. И всё же внутри сжалось. — Это было в прошлом! Сейчас я люблю только тебя, — Силь старалась говорить уверенно, но в её голосе проскальзывало беспокойство. Она изо всех сил пыталась успокоить меня. — Я не собираюсь с тобой разговаривать. — Давай помиримся, ладно?.. — Никаких объятий, — отрезала я, оттолкнув её, чтобы дать понять: просто так я не сдамся. — Пи Вэйл... Силь посмотрела на меня с лицом обиженного щенка. Очаровательная, конечно, как всегда, но даже такой взгляд не мог спасти её от маленького наказания. — Я прощу тебя. Но прикасаться можно только мне. Тебе – нет. Поняла? Я усмехнулась, прищурившись. Силь заколебалась, но всё же кивнула. — Ладно... — Лжец заслуживает наказания, — прошептала я, притянув её в свои объятия, едва касаясь губами её уха. — Пи Вэйл... Шлёп! Я легонько шлёпнула её по руке, предугадав её попытку ослушаться. Она отдёрнула ладонь, и я сразу же наградила её жарким, глубоким поцелуем. Тот момент, когда обычно непоколебимая Силь оказалась прижатой к изголовью, с румянцем на щеках и блестящими глазами, был... изумителен. Сейчас я имела полное право прикасаться к ней как хотела. И я собиралась этим пользоваться. — А... Ты сегодня такая покорная. Наверное, всё ещё злишься? — пробормотала Мэвнам, пока мои руки медленно скользили по её телу. — Тихо. Терпи, пока я не закончу. Потом сможешь требовать, — отрезала я, вкрадчиво, но строго. Мэвнам замерла подо мной и лишь тихо выдохнула, покорно принимая своё наказание. Я почувствовала, как её тело стало податливым, тёплым, готовым. И только тогда медленно ввела пальцы внутрь, осторожно исследуя её. Она чуть напряглась, но не сопротивлялась — только прикусила губу. — Мм... Пи Вэйл... Мне так хорошо... Её голос дрожал. Она прижималась к подушке, судорожно сжимая простыню, потому что, по нашему условию, не могла прикасаться ко мне. Только сдерживать всё в себе. — Можешь поцеловать меня?.. Пожалуйста... Я замерла. Такая милая. Такая безоружная. Моё намерение подразнить её обернулось тем, что я сама растаяла. Кто тебя научил быть настолько милой с этим лицом? Моё сердце не железное. — Ах... там. Пожалуйста... там... Она просила едва слышно, срывающимся голосом, когда я нащупала точку, от которой её тело вздрогнуло. — Пи Вэйл... люби меня сильнее... Пожалуйста... — Ещё быстрее... Я больше не могу... Моя кожа пылала. Я подчинилась без борьбы. Силь изогнулась подо мной, губы её сорвались на мои, в поцелуе — нежном, полном трепета. Я не знала уже, кто кем управляет. — Мы можем... обняться? — прошептала она с надеждой. Я молча кивнула и позволила ей заключить меня в объятия. — Подожду... пока Пи Вэйл снова не накажет меня, — с довольным, потным лицом прошептала она, и у меня внутри всё сжалось от смущения. — Если ты будешь вести себя плохо, я тебя не пощажу, — пробормотала я, прикрываясь суровостью, чтобы не выдать, насколько растаяла. — Пойдём в душ? Как будто только что не было ничего. Мэвнам уже встала, сияя, словно только проснулась, а не пережила целую бурю. И почему, чёрт возьми, лицо Силь выглядело ещё свежее, чем раньше? Я не успела возразить. Без предупреждения она взяла меня за руку и повела в ванную, соединённую со спальней. — Ух ты! Я не удержалась от восторженного восклицания, едва переступив порог. Это джакузи было настоящим произведением искусства — мраморные края, мягкое освещение, воздух пропитан ароматом чистоты и чего-то дорогого. Ванная комната была почти такой же просторной, как спальня. — Мы ещё купили вот это, — с гордостью сообщила Мэвнам, подняв ярко-голубую бомбочку для ванны. Она выглядела взволнованной, почти как ребёнок, который собирается впервые опробовать игрушку. Я замерла. Никогда раньше не пользовалась такими вещами. — Просто бросить её туда?.. — неуверенно спросила я. Мэвнам с улыбкой кивнула. Я опустила шарик в воду. Он зашипел и тут же начал растворяться, окрашивая воду в чистый лазурный оттенок. Пар поднялся, лёгкий аромат окутал меня, будто я погружалась не в воду, а в тропическое море, убаюкивающее, ласковое. Я осторожно вошла, чувствуя, как тёплая вода охватывает тело, расслабляя, убаюкивая. Это было... великолепно. — Позволь мне сделать тебе массаж, — сказала Мэвнам, подсев сзади. Я закрыла глаза, не возражая. Её пальцы легко нащупали плечи, мягко надавили, и я выдохнула от удовольствия. Напряжение спадало с каждой секундой. Но. Её руки начали сползать ниже. Слишком быстро. Слишком уверенно. — Силь!.. — Дополнительная услуга, — хмыкнула она. Я, конечно, не видела её лица, но чётко ощущала её лукавую улыбку. — Это обман. Это... вообще не расслабляет, — пробормотала я, когда её пальцы начали скользить ниже спины, исследуя, дразня. — Пи Вэйл нравится, когда я прикасаюсь. Немного — и ты уже дрожишь, — прошептала Силь мне на ухо, одновременно лаская мою самую чувствительную точку под водой. Я напряглась, но не остановила её. Хотела — но не могла. Всё тело было уже в её власти. — Почему тебе нравится говорить такие... стыдные вещи? — прошептала я в ответ, срывающимся голосом. — Потому что ты сама сказала, что Пи Вэйл это любит. — Кто любит? Я не люблю... а-а!.. Я вздрогнула, когда она воспользовалась моментом и ввела пальцы внутрь — уверенно, без предупреждения. Тело предательски отреагировало быстрее, чем я успела возмутиться. — Цундэрэ, — прокомментировала она, будто объясняла что-то на уроке. — Что это? Моё дыхание сбивалось, кожа горела, вода казалась ещё горячее, но я умудрилась задать вопрос. — Это когда рот говорит «нет», а сердце — «да», — мурлыкнула Силь, продолжая двигаться внутри меня. — Нет... — Пи Вэйл любит, когда я делаю это. Просто всегда отнекивается, — заключила она с самодовольной мягкостью. — Нет! — выдохнула я, но тело уже предало меня — слишком быстро, слишком сильно. — Уже?.. Быстрее, чем обычно. Значит, когда ты наказывала меня, ты тоже что-то чувствовала, да? — прошептала Мэвнам, с лёгким удивлением в голосе. Что я могла сказать? Она красивая. И когда прикасается так... — Просто... ты красивая. Неудивительно, что я теряю контроль... Ах, хватит, — зашептала я, пытаясь отодвинуться, но её пальцы не отпускали. Напротив — они продолжали двигаться, медленно, дразняще. — А ты всегда говоришь такие милые вещи... — пробормотала Силь. — Специально, чтобы я вышла из себя. — Потому что Пи Вэйл слишком милая, — добавила она. Я хотела возразить. Хотела убежать. Но в итоге — только прижалась к ней сильнее, отдаваясь воде, жару и её движениям. — Обманщица… — простонала я, когда моё тело предательски выгнулось и, не дожидаясь просьбы о пощаде, сорвалось в оргазме. Всё внутри сжалось, а потом резко отпустило, оставив меня без сил, словно выжатую до капли. — Хочешь подняться первой? — тихо произнесла Силь, с хитрым прищуром. — Пи Вэйл такая горячая... У меня может закружиться голова. Из-за кого здесь жарко, а? Я бы возразила, закатила глаза, укусила в ответ — но я просто не могла. Даже контролировать дыхание сейчас давалось с трудом. Всё, чего мне хотелось, — это остаться в этой горячей воде и забыться. Силь аккуратно помогла мне усесться на бортик джакузи. Вода шумела, как будто ничего не произошло. Я только начала возвращаться к себе, когда почувствовала, как чьи-то мягкие, слишком знакомые руки снова коснулись моей талии. — Ты же обещала… — прошептала я. — Дополнительная забота, — отозвалась Мэвнам с самым невинным видом, хотя стояла уже на коленях у моих ног и двигалась опасно близко. — Ты обманываешь меня, — прохрипела я. — Признайся честно: ты хищница, а я твой ужин. — Пи Вэйл слишком легко дразнится. Слишком наивная. Я попыталась сомкнуть ноги, но мои силы покинули меня. И разве можно сопротивляться, когда она знает каждую мою слабую точку? Когда я сама выдала ей карту тела и подписи к каждому уязвимому месту? — Позволь мне любить тебя, Пи Вэйл... пожалуйста? Я обещаю, потом можешь отдохнуть, и я больше не буду... дразнить. Врунья. Но что мне оставалось? Я кивнула, обречённо, смиренно. Иногда быть пойманной в её сети было даже легче, чем бороться. — Почему ты всегда прикрываешь рот? Не даёшь мне услышать свой голос... Твой прекрасный голос, Пи Вэйл. Её губы коснулись внутренней стороны бедра, тёплые, мягкие, жадные. Я задохнулась. Щёки вспыхнули, как от пара, и всё лицо горело, будто я стояла в центре солнца. Мне всегда было неловко принимать ласку. — Нет... это неловко… Я не успела закончить. Язык Силь скользнул к самому чувствительному месту, и я вздрогнула всем телом. Так намеренно. Так ловко. Так... изматывающе. — Голос Пи Вэйл такой сладкий. Спой его вслух. Ванная звуконепроницаемая, — прошептала она, с дразнящей нежностью, продолжая двигаться. Я уверена, ванна была её изначальным коварным планом. Я — всего лишь гость, а она — хозяйка сценария. — Ты такая хитрая… ах! — выдохнула я, когда Силь внезапно схватила мои запястья и зафиксировала их. Сопротивляться было невозможно. Я даже дышать забывала, не то что бороться. — Абелуга не любит петь? Почему же ты не поёшь мне, Пи Вэйл? — Я... я не пою! Ты... ты такая дразнящая! Ах... з-злая!.. Я пыталась протестовать, но стоило ей надавить чуть сильнее — и я сорвалась. Взвизг, стон, что-то почти хриплое. Вода уже не могла скрыть того, что происходило со мной. — Пи Вэйл... ты плачешь? Я почувствовала, как по щеке скользнула тёплая капля. Не то от наслаждения, не то от невозможности всё это удержать внутри. — Это... просто слёзы. Ты всегда дразнишь меня. Я не справляюсь с тобой, — пробормотала я, утирая влажные глаза и надувая губы от стыда. — Ладно... ладно. Я больше не буду дразнить. Пойдём просто понежимся в воде, – пообещала Мэвнам, обняв меня сзади, ласково. — Уверена? Если ты снова начнёшь... я рассержусь. Я посмотрела на неё подозрительно, хотя мои ноги всё ещё дрожали, и взгляд больше просил, чем угрожал. — Обещаю. Если ты упадёшь в обморок, мама меня убьёт, — прошептала Силь, усаживая меня в тёплую воду и поддерживая за спину. Я выдохнула. — Услышав это, мне стало как-то спокойнее. Ах... отмокнуть в воде — настоящее блаженство… Я откинулась назад, позволив себе расслабиться, прижавшись спиной к телу Мэвнам. — Пи Вэйл… Её голос прозвучал мягко, почти извиняюще, а кончики пальцев нарисовали на моей коже круг, в котором мы остались вдвоём — в тепле, в паре, в любви. — Хм? — Можно мне ещё?.. — О, боже... Если я правда упаду в обморок — я тебя убью, — фыркнула я и повернулась, чтобы взглянуть на свою возлюбленную. — Ладно, ладно. Пи Вэйл отдыхает. Только обнимашки, — сдалась Мэвнам с игривой улыбкой, подняв руки, будто сдаётся. Когда я, наконец, добралась до кровати, то буквально рухнула. Всё тело было налито усталостью. Мэвнам в «режиме любви» — это как стихийное бедствие: ласковое, но без шансов выжить. Иногда мне кажется, что однажды я просто отключусь посреди процесса. — Мы сделаем это снова, хорошо? Её голос прозвучал в темноте — шёпотом, с мягкой надеждой. — Я подумаю… — пробормотала я, не совсем в силах шутить, потому что весь день казался мне ловко подстроенным спектаклем. Но потом я увидела, как лицо Мэвнам помрачнело, и просто не смогла удержаться. — Шучу. Конечно, сделаем. Но тебе стоит чаще навещать родителей. Они правда скучают по тебе. У меня больше нет семьи, и, наверное, поэтому мне так хотелось, чтобы у Мэвнам с её близкими всё было по-настоящему. Целостно. — Наша семья может быть немного хаотичной… но мы счастливы, — ответила она. — И мы бы хотели, чтобы ты была её частью. — Прямо как предложение, — хихикнула я, но тут же застыла, когда Мэвнам взяла мою руку и осторожно надела на безымянный палец тонкое, сияющее кольцо. — Мэвнам?.. — Прости… Это не слишком романтично, да? — прошептала она с застенчивой улыбкой. — Просто... захотелось сделать это сейчас. Кольцо перед сном. Не цветы, не свечи. Просто мы, в темноте, после горячей ванны, под одеялом. И, почему-то, от этого в груди стало по-настоящему тепло. — Серьёзно… Как я теперь усну с этим? — пробормотала я, уставившись на кольцо. И всё же улыбка сама скользнула на губы. — Это депозит, — сказала она. — Я хочу быть готова. Ты подождёшь меня? — Конечно. Я подожду столько, сколько понадобится. — Я уже тебя зарезервировала, Пи Вэйл. Ты моя. И только моя. — А ты, моя, Мэвнам, — прошептала я, прижимаясь ближе, обнимая её так крепко, как только могла. — Я люблю тебя. — И я тебя, Мэвнам. Спасибо, что стала частью моей семьи. Я закрыла глаза. Ритм наших сердец бился в унисон. Её тепло, её руки, её дыхание рядом — всё это обволакивало меня, давало ощущение покоя. Впервые за долгое время я не боялась будущего. Пусть оно будет каким угодно — с ней я справлюсь. Я не знала, какие испытания ждут нас впереди, но знала одно: если рядом будет Мэвнам, я выдержу всё. Хотя... Она ведь первая сунула мне кольцо. Ах ты, обманщица. Пожалуй, пришло время удивить её в ответ. И это будет громко.