The Whale Store/Китовый магазинчик

— Ух ты, пап, он такой огромный! — Я огляделась по сторонам в новом парке развлечений, который открыли внутри торгового центра. Его рекламировали как грандиозный и роскошный, занимающий целый этаж. Сначала я подумала, что это обычное преувеличение. Но когда увидела всё своими глазами — он и правда оказался потрясающим! — Видишь? Я же говорил, скучно не будет. Сегодня мне пришлось поехать с папой в торговый центр в городе. У него была деловая встреча с клиентами. Я предлагала остаться дома — может, даже что-нибудь продать за это время. Зачем волочить меня за собой обузой? Но папа и слушать не хотел. — Моя дочка такая милая. Как я могу оставить тебя без присмотра? Ну вот, папа опять выкрикнул это так громко, что спорить уже было бесполезно. — Папа будет занят какое-то время. Подождёшь меня здесь, Абелуга? — Папа, ну хватит меня так называть! Я же просила не говорить это на людях, это стыдно! Я раздражённо посмотрела на него. Я столько раз просила его не звать меня Абелугой, но он всё равно продолжал! — Абелуга — милое имя. Чего тут стыдиться? Мне стыдно не от прозвища, а оттого, что это говорит мой папа. Я надула щёки, а папа тем временем, кажется, только гордился тем, что придумал это прозвище. Похоже, это уже стало его ежедневной шуткой. Он сам радовался тому, как дразнит меня, а мне оставалось только каждый раз кричать на него. Богам там, наверху, наверняка весело. Даже после того, как я сменила имя, папа продолжал звать меня полной версией моего старого прозвища. — Иди уже, пап. Мне уже десять, я сама о себе позабочусь. Если ко мне кто-то подойдёт, я закричу так, что весь молл задрожит. Я махнула ему рукой на прощание, держа в руке билет на вход в сухой бассейн с шариками. — Встретимся у входа в три часа, хорошо? Папа показал на талисмана парка — кролика в высокой шляпе с широкой улыбкой. — Хорошо, пап. Как только папа исчез из виду, я наконец расслабилась и с нетерпением посмотрела на бассейн с шариками. Ну кто в десять лет не захочет броситься в этот разноцветный вихрь? Это было так захватывающе! Впереди целых два часа, и я решила, что превращу этот бассейн в своё маленькое королевство. Насладившись горками и играми, я планировала найти укромное местечко и почитать мангу, которую принесла с собой, чтобы скоротать время. Маленький домик, утопающий в шариках, казался идеальным для этого. Если бы не странный круглый предмет, сидевший в углу этого домика… — Эй, а почему ты не играешь с другими? — … — Алло... ты вообще живая? Я позвала маленькую девочку, которая выглядела младше меня, просто из беспокойства. Но ответа не последовало. Может, просто уйти? В конце концов, если бы она была камнем в саду, это бы меня особо не тронуло. Но стоило мне развернуться, как кто-то резко дёрнул меня. Я едва удержалась, иначе свалилась бы лицом прямо в море пластмассовых шариков. Виновницей, конечно же, оказалась та самая круглая фигура, к которой я пыталась обратиться. — Опять… надо мной издеваются… УААААААА! — внезапно этот булочкообразный комочек начал рыдать в голос, а я просто растерялась. Эй, я вообще-то ничего не сделала! Я даже не успела сказать ничего плохого! Я просто почувствовала от неё какую-то грусть и решила проверить, всё ли в порядке. Но… подождите. Это же моя территория! Я не позволю какому-то печальному комку занять её. К тому же ты ещё и за рубашку меня схватила, чуть не уронив в шарики! — Можешь перестать плакать? Сейчас все подумают, что это я тебя довела, — попыталась я её успокоить, но безуспешно. Чем громче она ревела, тем сильнее мне хотелось заорать от досады. Я вообще-то не виновата! — УАААА! — чем громче кричала эта малышка, тем ближе я была к тому, чтобы самой закричать. Но потом поняла — это ничем не поможет. Если уж не получается заставить её замолчать... может, просто поорать вместе с ней? Нет, конечно. Мне же уже десять лет. Я не буду рыдать, как беззащитная булочка, только потому что кто-то меня игнорирует. Я полезла в рюкзак с единорогами, чтобы найти хоть что-нибудь, что могло бы отвлечь эту ревущую девочку. И нашла. — Вот, держи, — я протянула ей леденец с улыбкой. Сработало! Комочек перестал плакать и с интересом уставился на конфету. Но не успела я обрадоваться, как её маленькие брови нахмурились, и она отвернулась. — Папа сказал мне не брать ничего от незнакомцев! — сказала она твёрдо, и я вспотела. Родители сейчас и правда хорошо учат своих детей... может, даже чересчур. — Ээ… тогда я съем сама, чтобы показать, что там нет никакой дряни, — я быстро сняла обёртку и сунула леденец себе в рот. Но булочка передо мной поморщилась от отвращения. — Фу! Ты грязнуля! Ты хочешь, чтобы я ела твою слюну? — Ну, тогда возьми вот этот, — я достала ещё одну конфету. К счастью, у меня было в запасе несколько. Уф. — А вдруг и в этой что-то есть? — Не хочешь — не надо. Сама всё съем! — мне уже начинало надоедать капризное дитя, но я старалась не терять терпения. — Уааа… — и как только я начала убирать леденец обратно в рюкзак, малышка снова надулась. Ну конечно. И моё сердце, естественно, снова дрогнуло. — Ну вот. Привереда. Сама ведь сказала, что не хочешь. Я села рядом с заплаканной девочкой, которая теперь пыталась сдержать слёзы — её лицо покраснело. Вот они какие, дети. — Эй, я же не подложу туда ничего странного, не бойся. Я побуду тут с тобой, хорошо? — сказала я и снова протянула ей конфету. На этот раз она не отказалась. Маленькие руки осторожно развернули фантик, и, засунув леденец в рот, она подарила мне такую милую улыбку, что у меня чуть сердце не растаяло. — Но только никому не говори. Есть здесь вообще-то нельзя. Это наш маленький секрет, — прошептала я, и малышка энергично закивала. — Умничка. — … — А почему ты тут одна сидишь? Почему не играешь с другими? Теперь, когда у неё улучшилось настроение, я решила задать вопрос, который всё это время не давал мне покоя. — А ты сама одна сидишь. Какое у тебя право меня осуждать? — Ого, ты съела мою конфету — и уже дерзишь? — дразнила я, глядя на неё с преувеличенно округлёнными глазами. Она зыркнула в ответ, но я решила не обижаться. — Я вообще-то волк-одиночка, ясно? Мне не нужны друзья, — попыталась я найти оправдание, но она тут же покачала головой. — Это значит, что с тобой никто не хочет дружить? — Эй! Это неправда! Стоп… я же хотела у тебя что-то спросить… ах да, вспомнила! — воскликнула я, вспомнив, как мы отвлеклись. — Эй, ну расскажи, что случилось. Кто тебя обидел? — Они сказали, что моё имя — Тирак — смешное, и что у меня странные родители, раз назвали меня так. Вот я их и ударила, а потом убежала сюда, — наконец призналась малышка, её лицо немного покраснело, голос дрожал от обиды. Было видно, что она до сих пор злилась. Ну, по крайней мере, это не та, кто всё терпит молча. — А что если я помогу тебе придумать запасное имя? Ты же не можешь всех подряд бить. Вдруг попадётся кто-то крупнее, и ты проиграешь. Что тогда? — предложила я, пытаясь найти мирное решение. Малышка немного помолчала, а потом кивнула. — Ладно, старшая сестра. Ты предлагай первой. Если Тирак решит, что имя хорошее — Тирак его примет. — Ушёл с одной, вернулся с двумя? Глаза папы широко раскрылись, когда он увидел, как я держу за руку другую девочку. — Пап, не шути! Мне и так тяжело! — отрезала я, раздражённо. — С этой маленькой бедой и так хлопот хватает — не до шуток! Я же не специально — так вышло. Отпусти я её сейчас, и она снова разревётся! — Что так тревожит мою маленькую принцессу? — Ну, родители малышки сказали, что скоро её заберут, но пока так и не пришли, — объяснила я. — Я привела её с собой, потому что не могла просто оставить одну. — Тирак была непослушной, вот мама с папой и бросили Тирак, — мрачно сказала малышка, хотя в голосе явно слышались нотки шалости. — Тирак — грустный ребёнок. Нельзя положиться на старшую сестру, и даже мама с папой не любят Тирак. — Ну всё, хватит драматизировать! Только не реви! — Мне эта девчонка нравится, — сказал папа с улыбкой. — Дай-ка я с ней немного поговорю. Я закатила глаза. Ну да, ребёнок милый, но уж очень дерзкий. — Да пожалуйста, бери, — саркастично бросила я. — Раз так она тебе понравилась — заботься о ней сам. А я пошла за вкусняшками. Конечно, я никуда не ушла. Осталась неподалёку и наблюдала, как папа допрашивает малышку. Её растерянное лицо выглядело довольно забавно. Вскоре разговор снова вернулся к теме запасного имени. Но какие бы варианты я ни предлагала, эта привередливая малышка всё отвергала. — А как насчёт «Силь»? — бодро предложил папа. Я чуть глаза не закатила до затылка. Вот опять начинается! У него, как всегда, потрясающая способность придумывать странные имена. — А кто такая Силь? Тирак не знает… — Необязательно знать, как она выглядит! Это даже страннее, чем звать ребёнка Тирак! — попыталась я остановить папу, который уже достал носовой платок с изображением тюленя и кита, чтобы показать малышке, кто такая Силь. Конечно же, Тирак сразу заинтересовалась. Нет! Не ведись на его уловки! — Идеально сочетается с «Вэйл»! Знаешь, как зовут твою старшую сестру? Вэйл! Если ты будешь Силь, вы составите идеальную парочку! — папа с воодушевлением продолжал продвигать свою идею. — Силь, да? Тирак записала! На ладошке и в тетрадке! — продажа прошла успешно. Тирак схватила папину ручку и большими буквами написала «Силь» на своей ладошке, а потом и в маленьком блокноте, который всегда носила с собой. — Ой, это мой папа! Я побежала. Пока-пока, старшая сестра и добрый дядя! Папа! Папа, я здесь! — и малышка радостно побежала навстречу своему отцу. Я уже собиралась остаться и посмотреть на эту трогательную встречу, но тут папа внезапно схватил меня на руки, от чего я чуть не закричала. — Бежим, Абелуга. — Что? Подожди, папа! Я вскрикнула от неожиданности, когда папа подхватил меня на руки и унёс прямиком в зону фуд-корта, подальше от парка развлечений. — Слушай, Абелуга, — сказал папа серьёзным тоном, пока я всё ещё пыталась понять, что только что произошло. — Что...? — Давать чужому ребёнку новое имя — это вообще-то ужасно невежливо. Если бы её папа узнал, у меня могли бы быть проблемы, — прошептал он, будто раскрывал мне страшную тайну, хотя по его лицу было видно — ни капли он не переживает. Мой папа — это что-то с чем-то. Бесстрашный человек. — Но ведь ты всё равно дал ей имя? — Ну она же так обрадовалась! — Невероятно, — пробормотала я. — Ладно, Абелуга, что будешь есть? Угощаю! — Мороженое! — радостно ответила я и побежала за ним, снова почувствовав себя счастливой. — Если вдруг увидишь, что эту малышку снова кто-то обижает — не забудь защитить, ладно? Она такая маленькая, её надо оберегать, — вдруг сказал папа, когда мы уже ели мороженое. Кажется, он и правда привязался к этой булочной тюленихе. — Если снова увижу — помогу, — ответила я лениво, как будто мне было всё равно. Увидеть её ещё раз? Да я, может, уже завтра и не вспомню эту плаксивую крошку. Но… если вдруг нам суждено встретиться снова — Кит позаботится о тебе, тюлень с пухлыми щёчками.