Пока не рассеется дым

Коридоры Министерства пусты и гулки и каждый шаг в них звучит как выстрел. Она чувствует, как от воспоминаний о недавнем разговоре сжимаются кулаки. Им всё равно, что она чувствует, им важно что она должна. Что ж, она станет такой, как они её уже нарисовали, но на своих условиях. Она толкает дверь. В лаборатории полумрак, горит один светильник. Он там, у лабораторного стола в мантии, закатанной по локоть, волосы чуть растрёпаны. Что-то записывает, склонившись над свитком, поднимает голову и удивленно замирает. — Ты один? — спрашивает Гермиона. — Да, — отвечает Драко с удивленно поднятой бровью. — Блейз ушёл час назад. Он рассматривает её и что-то в её виде говорит: не задавай лишних вопросов, но он всё равно не сдерживается. — Что-то случилось? — Нет, — резко говорит она и сама усмехается своему ответу. — Или да, неважно. Я пришла не за разговорами. Она подходит ближе. — Хочешь меня? Он снова вскидывает бровь. — Серьёзно? — Абсолютно. Он не отвечает сразу. — Ты хочешь использовать меня, чтобы сбросить злость и отомстить? — спокойно. — Да, и мне нужен хороший секс. А судя по тому, как ты меня целовал…Я очень на это рассчитываю. Он недоверчиво смотрит ей в глаза. — Я ценю твою решительность, но ты уверена, что не передумаешь? Она делает шаг ближе, почти касается его. — Ты уверен, что хочешь, чтобы я передумала? Он коротко усмехается и бросает взгляд на дверь. Закрывает её заклинанием и склоняясь к самому её уху шепчет: — Нет, Грейнджер, я хочу почувствовать, как ты будешь кончать на мне и носить это как медаль всю свою грёбаную жизнь. Она роняет мантию и тянется к нему, целует. Её пальцы проходят по его груди, распахивают рубашку. Он целует её в ответ. Сначала осторожно, словно боится, что всё закончится, но не может остановиться. Его руки касаются её сначала колеблясь, потом с уверенностью. Он касается так, будто знает, как именно ей нужно, хотя делает это впервые. Её тело отвечает, как будто ждало и она растворяется в его движениях, в его пальцах, в его дыхании. Он целует её шею и она не сдерживает стон. Он почти срывает с неё блузку, юбка соскальзывает по ногам и Драко отстраняется, чтобы посмотреть. В его взгляде не только желание, еще восхищение и оттенок чего-то собственнического. Он усаживает её на стол, расстёгивает лифчик, целует сосок так медленно, с наслаждением. Гермиона прогибается, резко выдыхает, пока он продолжает ласкать её ртом, пальцами, теряя себя в её стонах, пока она крепко обвивает его ногами. Её тонкие пальцы тянутся к его рубашке, скользят по его груди, очерчивая мышцы, шрамы, лаская и нежно царапая кожу. Потом расстёгивает брюки, проводит рукой ниже и замирает. — Не только самомнением, значит, можешь похвастаться, — шепчет она, не пряча игривой улыбки. Он усмехается, пока она стягивает с него одежду. И касается её сначала через ткань, потом под ней. Двигается плавно, ловко, в точку, пока её спина выгибается и она цепляется за стол. — Ещё, Драко… Я почти… Он наклоняется, целует её снова, рука не прекращает двигаться. Он гладит, ласкает, легко царапает спину, целует шею со страстью, которая оставит след. — Ты такая горячая, — шепчет он. — Идеальная. Я с ума схожу, Грейнджер. Он вводит в неё палец, вторым пальцем продолжая круговые движения. Её тело вздрагивает и она кончает с выдохом, который становится стоном, пока он смотрит на неё, как на чудо. Как будто впечатывает в память выражение её лица, сокращения, тепло, мгновение, когда она забыла всё. — Талантливый засранец, — выдыхает она, целует его. Её рука спускается к его члену. — Почему ты ещё в брюках? Он усмехается и одежда исчезает. — Видишь? Магия. — Хочешь фокус? — усмехается она, и ее белье исчезает тоже. Он прижимает её к себе, целует, руки скользят по её телу. Он разворачивает её, нагибает к столу и медленно проводит ладонью по спине, обводит линию бедра и резко входит в неё. Они оба замирают на миг и он начинает двигаться. Её пальцы вцепляются в край стола. Он шепчет, тяжело дыша: — Ты не представляешь, как ты хороша… Он сжимает её бёдра, шлёпает по ягодице. Звук получается громкий, влажный. Она сладко вскрикивает и он ускоряется. — Давай, Грейнджер. Я хочу, чтобы ты снова… Он касается её клитора, пальцами в унисон с каждым толчком и она кончает. Снова, со стоном, выгибаясь, теряя равновесие. Он чувствует это и срывается сам. Его толчки становятся резкими, беспорядочными. Он кончает, уткнувшись лицом ей в шею, с глухим стоном. Они остаются так всего на пару секунд. Потом он медленно выходит, тяжело дыша. Тянется за палочкой и без слов наводит очищающее и контрацептивное заклинание. Гермиона усмехается, накидывает мантию на голое тело. Находит в сумочке тонкую, изящную сигарету, подпаливает её кончиком палочки и в воздухе мгновенно появляется аромат вишни с шоколадом. Драко хмыкает: — Ты полна тайного греха, Грейнджер. Я никак не мог понять, откуда в аврорате периодически появляется этот запах. Она улыбается, выпускает тонкую струйку дыма вверх, а потом протягивает ему сигарету… не из пачки, из своих губ. Он берёт её, едва касаясь её пальцев. Жест интимный до мурашек. Делает глубокую затяжку. Секунда и вкус раскрывается: вишня, дым, шоколад…и она. Сильная магическая подпись в послевкусии. — Мое личное изобретение, — лениво бросает она. — Сочетание маггловской технологии и магии. Только для личного пользования. Он выдыхает, наслаждаясь. — Все знают, что ты талантлива, — говорит он тихо. — Но мне определённо повезло узнать, что в греховных вещах ты талантлива особенно. Гермиона смеётся по-настоящему, звонко и свободно, а он ловит этот звук, как будто хочет оставить себе. — Полегчало? — спрашивает он, не глядя на неё, будто между прочим. — Два оргазма это, знаешь ли, эффективнее, чем терапия, — отвечает она, вытягивая ноги и поднимая бровь. — Если я всё правильно понял… — протягивает он, задумчиво откидываясь на край стола, — то Уизли, сам того не понимая, аккуратно подвёл тебя прямиком к моей кровати. В смысле… к моему лабораторному столу. Мне стоит отправить ему благодарственное письмо. Она делает ещё одну затяжку и с улыбкой бросает: — Ты невыносим. — Но чертовски полезен, да? — отвечает он.