Часть 4 - Внезапная помощь
24 апреля 2025 г., 17:17
Прошло уже пару часов. За дверью комнаты Елены царила тишина, изредка нарушаемая еле слышным щелчком клавиш на телефоне или приглушённым смешком. Потом — шелест страниц, скрип ручки.
Ковальский не мешал — если ребёнок в тишине, значит всё нормально. Джим тоже не лез с вопросами, занятый больше разговором и второй чашкой чая.
— Я тебе говорю, у них на стройке даже план здания умудрились вверх ногами читать. А потом удивляются, почему лестница в стену упирается.
— Надо было тебе им ещё инструкцию приложить — «не ешьте кирпичи». — Ковальский усмехнулся, откинувшись на спинку стула.
— Не давай им идей.
Смех утих, и между ними повисло то самое спокойное молчание, которое не тянет заполнять. Было тихо, уютно, как в аквариуме, где даже звуки ходят босиком.
И вдруг — щёлкнула ручка двери.
Из коридора показалась Елена, в домашней кофте, с тетрадкой в руках и выражением лица «я сдалась».
Ковальский сразу выпрямился.
— Что-то случилось?
— Математика, — угрюмо протянула она, подходя ближе. — Я всё сделала, кроме неё. У нас эти уравнения с кучей букв... Я вообще не понимаю, чего от меня хотят.
Она махнула тетрадкой, чуть не уронив ручку.
Ковальский вздохнул и развёл руками.
— Ох.. боюсь я не могу помочь, я в математике не силён.
— А можно… — Она замялась, глянув на Джима, — ты не знаешь, случайно?..
Джим поднял брови, обернулся к ней с лёгкой улыбкой.
— Математику? Ну, смотря какую. Дай-ка взгляну.
Она нерешительно протянула тетрадь. Джим взял её аккуратно, как будто в ней могла лежать взрывчатка.
— Уравнения с неизвестными… да тут ничего сложного. Вот смотри.
Он подвинулся чуть ближе, похлопал по стулу рядом.
— Садись. Покажу, как раскусить эту задачу.
Елена на секунду посмотрела на Ковальского. Тот кивнул с лёгкой, почти невидимой улыбкой.
Она села.
— Вот тут ты правильно начала, — спокойно объяснял Джим, карандашом указывая строчки, — но потом забыла перенести минус. Смотри: когда переносишь число через знак равенства, оно меняет знак. Это как если бы ты перебрасывала яблоко на другую чашу весов — надо уравновесить.
— Ага… — Елена нахмурилась, но в голосе уже слышалась заинтересованность. — А дальше?
— Вот теперь раскрываешь скобки. Помнишь, как это делается?
— Чуть-чуть.
— Давай вместе.
Ковальский наблюдал за ними молча, слегка удивлённый, как Джим — тот самый, которого он привык видеть как не пробиваемую стену с редкими искрами иронии — теперь совершенно спокойно и терпеливо объясняет ребёнку алгебру.
Теперь он не выглядел как угрожающий незнакомец.
— Получается... вот так? — переспросила Елена.
— Именно. Умница. — Сказал Джим чуть потрепав Елену по волосам.
Она чуть улыбнулась, и впервые — искренне, не осторожно.
Ковальский незаметно отхлебнул чай, не мешая.
Джим тем временем продолжал:
— Можешь обратиться ко мне ещё если что-то будет опять не понятно. Я, конечно, не репетитор, но школьную программу вроде ещё помню.
— Спасибо… — Елена посмотрела на него иначе. Уже не как на картинку с обложки мафиозного боевика, а как на живого человека. Немного странного, но... терпимого. Возможно.
Она встала, возвращая тетрадь.
— Я пойду дальше делать.
— Зови, если что, — сказал Ковальский, подмигнув.
Когда она скрылась в своей комнате, Джим повернулся к нему с кривой полуулыбкой.
— Кажется, я сдал первое испытание.
— Ты сдал математику, Джим. Это уже подвиг. Я восхищён. — Ковальский слегка усмехнулся вновь отпевая чай из кружки.
Джим же, последовал примеру его несомненно "просто друга", и тоже взял свой чай.
