По кайфу

      Бужу Васю, прописав ему во сне с локтя по рёбрам. Правда, я сам не понял, что разбудил его, пока не проснулся от возмущений: «Ну ты, Савелий, и лось, вроде бы такой хрупкий, а как пизданёшь — мало не покажется».              — Это потому что я каратэ занимался лет с пяти, — отвечаю ещё в каком-то полусне, переворачиваясь на другой бок.              — А сейчас?              Ладно, видимо, пора просыпаться.              — Закончил за пару месяцев до экзаменов. Это ж чисто по фану было, для общего физического здоровья, — объясняю, присаживаясь на кровати.              — О, это получается, мы с тобой поспарринговаться можем?              — Получается так. Чё, пиздюлей отхватить хочешь?              — Слышь, мелочь, — наваливается на меня и щекотать начинает.              Ржу, пытаюсь отбрыкаться, но Вася объективно сильнее, руки мои над головой фиксирует и шепчет на ухо: «Сдаёшься?»              — Русские не сдаются, — обхватываю его ногами и притираюсь своим вставшим членом об его. Вася выдыхает громко, в глаза мне смотрит, а на лице лёгкая полуулыбка появляется.              — Хочешь, как тогда в море? — спрашивает, качнув бёдрами.              — Нет, — только он захват ослабляет, меняю нас местами и оказываюсь сверху. — Понял? Я выиграл.              Правда, от этого выигрыша получил сильный стояк.              — Хочешь, как вчера? — Вася из моего захвата руки совершенно спокойно освобождает, одну на спину кладёт, а второй задницу сжимает.              — Чё, понравилось, когда я сверху был?              — Понравилось.              — А вот и перебьёшься, — показываю язык, слезаю с него и собираюсь свалить в ванную, но бегать со стоящим членом дело крайне неудобное, поэтому меня быстро ловят и прижимают грудью к стене, заламывая руки.              — Добегался?              — Отпустишь? — спрашиваю, прогибаясь в пояснице, давая понять, что если он сейчас прекратит, то я сильно расстроюсь.              — Нет, — стягивает мои трусы, обхватывает член и проводит по всей длине вверх-вниз. Толкаюсь головкой ему в ладонь, негромко постанывая.              — Мне тебе рот закрыть? — спрашивает на ухо, после чего мочку прикусывает.              — Закрой, — кручу задницей максимально по-блядски, надеясь потереться об Васин стояк.              — Нарываешься, Савелий, — шлёпает с оттяжкой и вжимает меня грудью в стену. — Я же закрою.              — Надеюсь, своим членом, — Вася воздух сквозь зубы громко втягивает, сжимает мою ягодицу и отстраняется, а уже через секунду в моём рту оказывается его футболка. Что ж, допизделся. Справедливо. Спасибо, что не трусы. Хотя кто знает, насколько я изврат, может, от трусов во рту обкончался бы сразу. На меня и футболка как-то не очень отрезвляюще подействовала. Мычу, выгибаюсь, по члену своему рукой несколько раз провожу, пока Вася меня тянет.              — Подождёшь, — шлепок по заднице, а потом мои руки фиксируют жёстко сзади. Себе же хуже делаешь, Вась. Теперь не получится меня и тянуть, и лапать. Подаюсь назад на его пальцы, показывая, что он может так не запариваться. Готов, блин, уже ко всему.              — Савелий, ты ща допровоцируешься — прям так выебу, — я этого и добиваюсь, Василий. И если бы ты мне рот не закрыл, то я бы уже давно озвучил данную просьбу.              Входит в пару резких движений, замирает, а потом срывается на жёсткие толчки, придерживая меня за плечо. Наконец-то одна его рука обхватывает мой член. Кончаем от такой скорости быстро, с разницей всего в пару секунд.              ***              Отправляю Васю после совместного душа на работу, а сам заваливаюсь довольный на кровать. Не, ну в бар надо будет наведаться сегодня, посмотреть, жалом поводить возле этой Маши. Да и молочный коктейль лишним не будет.              Вы: «на море идёте?»              Ма: «Не-а, у нас запланировано романтичное лежание в номере».              Вы: «что, хорошо вчера на дискотеке оторвались?»              Па: «Ага, как тромбы».              Ма: «Папа преувеличивает, мы просто на вашу романтичную парочку насмотрелись, и тоже на такое потянуло».              Ууу… это что ж у меня сегодня телевизор орать должен? Фууу… не могут они таким заниматься, они же родители. Им нельзя. Пойду-ка я из номера куда подальше.              Вы: «ну вы короче это».              Вы: «я короче свалю минут через пятнадцать, и вы там только тогда к своим плотским утехам приступайте, чтоб травму сыну не нанести».              Слышу, как из-за стены родители ржать начинают.              Одеваюсь по-быстрому, кидаю маленькое полотенце в шоппер и сваливаю из номера.              Теперь, стоя на крыльце отеля, возникает главный вопрос, куда податься? Налево пойду — до бара дойду. Направо пойду — до моря дойду. А вот прямо пойду — развлечения на свою задницу найду. Ну, туда нам и надо. Фоток хоть прикольных сделаю. Прохожу по какой-то узкой, вихляющей в разные стороны тропе. Кто-то вниз спускается, мне навстречу, кто-то меня обгоняет, какая-то пожилая парочка идёт сзади и дышит мне прям в затылок. Поднимаюсь и охреневаю от красоты. Теперь понятно, где все фотки для туристов были сделаны. Отсюда же прям рай земной получается. Никаких тебе коней, шашлычек, пьяных мужиков в десять утра. Только природа, море и отели, которые издалека выглядят вполне прилично. Фоткаюсь сам, фоткаю природу, фоткаю пожилую пару. На нескольких снимках дедуле всё-таки удалось своей жене рожки подставить.              — Мы же с Галочкой тут познакомились, когда ещё союз был и она по путёвке в санаторий приезжала, — рассказывает мне дедушка, фотографируя свою зазнобу. — Два года переписывались перед тем, как я в Ленинград к ней приехал.              — Везёт. Надеюсь, меня моя любовь через неделю не забудет.              — Если любит, ни за что не забудет, — говорит серьёзно, повернув ко мне голову.              Улыбаюсь легонько и прохожу дальше, хотя смотреть тут, по сути, больше нечего. Фоткаю виды с разных ракурсов и отправляю родителям.              Вы: «видали, какая локация офигенная. вам сюда тоже надо».              Па: «Мы ещё в первый день сходили, когда ты в номере валялся».              Не, ну нормальные? Они же про море говорили. А как только я отказался, пошли в кайфовое место? Спасибо хоть в бар с собой взяли, а то я бы даже любовь всей своей жизни не встретил.              — До свидания, — прощаюсь с милой пожилой парой и решаю пройтись до моря. А у бабули там прям фотосессия в полном разгаре, дедуля её только и успевает щёлкать.              — Савушка, ты нас ещё на фотоаппарат сними, — просит дедуля, протягивая «Инстакс» .              — Ого, прикольный.                — Да, хотели с Галочкой для настоящего «Полароида» карточки купить, но шибко дорого это оказалось. Внуки вот этот подарили. А давай мы и тебя потом снимем.              Плечами жму, засмущавшись прям, но соглашаюсь. Фотографирую сначала их, а потом они меня.              — Ну красавец, держи, — отдают фотку, которую я сразу под чехол и убираю.              — Спасибо.              ***              На море одному оказывается пиздец как скучно, а ещё немного стрёмно, потому что все мои вещи валяются без какого-либо присмотра. Интересно, тут реально до сих пор воруют, как папа рассказывал? Делаю быстрый заплыв, потом минут десять обсыхаю и решаю идти в бар.              ***              Захожу, сажусь за стойку, Маша мне меню пододвигает и берётся кому-то шейкерить коктейль. А где Вася? Заказываю «Пина коладу», а у меня паспорт требовать начинают. Не, ну нормально? Я тут так-то с братом босса сплю.              — Мне тут без паспорта наливают, — произношу максимально вежливо.              — Ага, а у меня папа Цукерберг, а тут я чисто по фану работаю. Малой, у нас тут камеры, при всём желании не могу.                Да пиздец. А где Василия носит? Что мне теперь, как в этих дебильных сериалах, скандал устраивать и говорить: «Да я, знаешь, кому сейчас наберу?». И с какого это хрена я малой? Самой на вид лет шестнадцать.              — О, Вась, «Пина коладу» сделаешь? — прошу, как только он из кухни выходит.              — «Пина коладу»? — спрашивает удивлённо. — А паспорт есть?              Да он издевается, что ли? Подзываю Васю к себе поближе и шепчу на ухо:              — На жопе шерсть есть.              Он хихикает с моего комментария пятилетки, сначала так же тихо на ухо отвечает: «А я что-то и не заметил», а потом уже громко говорит:              — Ну какие нынче наглые подростки пошли.              Вы: «отсосу тебе за Пина коладу».              Печатаю быстро и отправляю Васе. Он телефон из кармана достаёт, читает и воздухом давится.              Вы: «погнали в туалет».              — Маш, сделай ему коктейль. Я ща, — и на кухню уносится. Эээй, а я? Куда без меня?              Маша только ему вслед кричит: «Вась, я на зону не поеду, и Миша меня придушит».              — Всё нормально, — выходит с мокрым и слегка покрасневшим лицом за стойку. — Есть ему восемнадцать. Я сам сделаю, можешь покурить сходить.              Маша смотрит на нас странно как-то пару секунд, а потом довольная на улицу убегает.              — Савелий, у тебя хоть какой-то стыд вообще имеется? — бубнит, уперевшись взглядом в бутылки.              — Не-а, я бесстыдник.              — Я заметил, — хмыкает, заливая какую-то хрень в шейкер. — Свой фирменный тебе сделаю, — объясняет, замечая мой любопытный взгляд.              — Но предложение бессрочное, если что. Вдруг передумаешь, — сообщаю ему, водя пальцем по меню. А если я сейчас парочку коктейлей выпью, то могу и на что-то другое расщедриться. Но лучше Васе этого не говорить, а то выставит меня из бара за домогательства.              Сижу, цежу что-то неизвестное, но по вкусу очень приятное, пока ребята работают. Ладно, пора сходить прогуляться, а то накидаюсь ещё и тогда придётся лечь под барной стойкой до конца Васиной смены.              — Ты во сколько заканчиваешь? — спрашиваю перед уходом.               — В восемь с Машей смену сдаём.              — Зайду за тобой, — протягиваю карту, а Вася глаза закатывает. Но я тоже не дурак. Наличка у меня теперь имеется. Подхожу и в коробку для чая деньги закидываю.              Не успеваю от бара отойти, как мне обратно деньги на карту капают. Детский сад. Он думает, я не найду место, куда ему их запихнуть можно?              ***              Вытащить родителей из номера удаётся только после обеда. Сидим в местной столовой и обедаем в четыре вечера. Оказывается, они завтра сваливают на какую-то экскурсию. Предлагают нам с Васей тоже сгонять, но я нас отмазываю. Не сто лет, чтоб по каким-то водопадам шорохаться целый день.              Пока идём до пляжа хвастаюсь родителям фоткой, которую мне дедуля сделал. Заодно рассказываю, что одному на пляже тоскливо и одиноко.              А вот идея купить два водных пистолета оказывается не самой умной. Пофиг, что люди хотят нам санитаров вызвать, просто один шкет сейчас с такой завистью на мой крутой пистолет смотрит, что ещё минута и я ему его отдам. А я не хочу отдавать пистолет. Он мой. Уй, сука, ну нахренаж прям в затылок, папа?              — Ты знаешь, кто со спины обычно заходит? — спрашиваю, оборачиваясь и стреляя в ответку.              — Нет, но думаю, ты знаешь? — от моей атаки у него скрыться не получается, поэтому он принимает решение идти на таран.              — Мужчины, здесь помимо вас ещё люди есть. Вы всем мешаете, — отчитывает нас какая-то вредная дамочка. Вот надо такой занудой быть? По виду не настолько уж и старше родителей.              — Мальчики, реально, вас сейчас тут притопит кто-нибудь, — сообщает мама тихо, подплывая к нам.              Блин, ну ладно, пора сворачиваться тогда. Где там этот шкет?              — Держи. Подарок, — отдаю ребёнку свой пистолет и иду обсыхать на берег.              — Какой щедрый, а я вот свой никому не отдам, — улыбается папа, добрызгивая мне в бок остатки воды.              — Даже мне? — спрашиваю, глазами хлопая. В детстве всегда помогало.              — Держи, вымогатель, — о, и сейчас работает.              Провожаю родителей до отеля и иду в «Причал» к Васе. Минут сорок, конечно, подождать придётся, но ничего. Заодно коктейль ещё один его фирменный можно будет пропустить.              ***              Только захожу в бар и вижу, что Вася какой-то не такой. Какой-то он дёрганный, суетливый. Меня замечает и сразу фартук снимает.              — Маш, смену сама сможешь сдать?              — Без проблем, договорились же уже.              Это что за новости. Даже за стойку присесть не успеваю, Вася меня на выход тянет, а на улице прикуривает сразу.              — Пошли прогуляемся? — предлагает, кивая в сторону пляжа.              — Ты меня пугаешь, что случилось?              — Да не, нормально всё. Крутой ствол. Где брал? — улыбается натянуто, показывая на водный пистолет.              Блин, а как я его родителям-то забыл отдать? Доходим практически молча до набережной, уходим в ту сторону, где людей поменьше и, соответственно, потише. Вася снова прикуривает, и вот это мне сейчас совсем не нравится.              — Я тебя сейчас замочу, если ты не скажешь, что случилось? — угрожаю ему, приставляя пистолет к груди.              — Миша и Геля пригласили нас на семейный ужин.              — И?              — Ты не против, что ли?              — Вась, ты совсем того? — стучу пистолетом по своей голове, и звук получается подходяще пустым. Нахрена ж меня на таких эмоциональных качелях-то катать? Пока шли, я уже успел надумать истории от жены с тремя детьми и хромой собакой до неизлечимой смертельной болезни, которая заберёт его от меня через пару дней.              — Блин, правда? Пойдём? — лезет обниматься. Сжимает меня крепко в объятьях, не давая вздохнуть. — Думал, нахрен пошлёшь. Просто Геля, ну она ж, короче, как клещ энцефалитный, присосалась и «покажи-покажи», «познакомь-познакомь».              — Ва-ась, — пищу, пока он меня сдавливает.              — Ой, извини, — выпускает из своего удушающего и поправляет мою футболку.              — Ты такой чудик иногда бываешь. С хера ли мне против быть? Ты вон вообще с моими родителями почти сразу познакомился, — а то, что Миша их пьяных до отеля довозил, я вообще молчу.              — Да не знаю, накрутил себя с нихера, подумал, что вдруг ты подумаешь, что я на тебя давлю. Я-то сам не против знакомства был, а тут получается, что я тебя прям заставляю и перед фактом ставлю.              — Выдыхай, — навожу на него пистолет, нажимаю на курок, а там оказывается ещё совсем немного каплюшечек воды осталось, которые выплёвываются на Васину футболку. — Ой.              — Что-то твоё «ой» звучит без грамма сожаления, — хочет меня к себе притянуть, но вспоминает, что мы на улице так-то. — Придётся в номере наказать.              Кто ещё кого накажет.              — Пошли, наказатор.