Иллюзариум

Ты ждешь, пока кто-то другой сделает первый шаг?

Разве ты не знаешь в своем сердце,

Что есть сила изменить всё?

Разве ты не знаешь в своем сердце,

Что есть сила изменить всё?

Время вернуться по кругу,

Ты вот-вот всё упустишь.

Приди ко мне когда-нибудь,

Я жду тебя очень, очень долго.

Подари мне немного своего солнечного света.

      Она чувствовала себя обнажённой. До самых костей. Раньше привычное, знакомое до каждой трещинки древко волшебной палочки, которое выбрала в лавке Олливандера так давно, что это, казалось, было миллион лет назад, теперь остро ощущалось своим отсутствием. Прохладная стена, что, казалось, никогда не согреется от её тела, уже сделала невосприимчивой кожу от холода. Суматоха произошедших событий вертелась перед глазами, словно осколки разноцветного стекла в узкой прорези калейдоскопа. Их схватили, и Гермиона закричала от боли. Её первой увели, она была на грани обморока из-за болевого шока. Аппарация только усугубила ситуацию: её вырвало прямо на резиновые ботинки колдомедика, который её осматривал. К счастью, он не обиделся. Быстро сняв чувствительность с её нервов, он провёл манипуляции со спиной. Гермиона слышала неприятный хруст, как будто обломки костей скрежетали друг о друга. Затем хмурый аврор, даже не взглянув на неё, отобрал волшебную палочку и втолкнул в камеру. Там её уже ждали остальные. Все они были одеты в яркие цирковые костюмы, но теперь они были порваны и испачканы песком, который размыло дождём. Пэнси обняла Гермиону, стирая подсохшую солёную плёнку на её щеках. — Тебя допрашивали? — спросила она участливо. Гермиона покачала головой. Вдруг стекло за её спиной проявилось, и все звуки исчезли. Странная тишина теперь давила на уши. Они оказались в огромном круглом зале с гладкими стенами из белоснежного мрамора с бирюзовыми прожилками. В центре располагался холл, который плавно уходил в стороны, а все камеры были отделены друг от друга прозрачными стенами, не пропускающими звуки. В одной камере находились Гермиона, Луна и Пэнси, а Блейз — в соседней. Его рука лежала на стекле, к которому теперь прижималась щекой Пэнси. Блейз постучал по стеклу, пытаясь привлечь её внимание, но безуспешно. Пэнси устало взглянула на него. Блейз наклонился и дыхнул на стекло, заставив его запотеть. Затем он пальцем нарисовал кривое сердечко. На его лице появилась одобрительная улыбка, и он подмигнул Пэнси. Она устало растянула губы в ответной улыбке. — Он милый, — тихо заметила Луна. Гермиона вздрогнула от её голоса, который звонко отразился от стен. Пэнси посмотрела на Луну и вздохнула. — За это я его и люблю. Он моя опора. Гермиона нервно переступила с ноги на ногу. В голове билась только одна мысль: Драко здесь нет. Ни в одной камере, куда её вели по мрачным коридорам, его не было. Паника поднималась в горле, как кислотная волна. Тишина. И лишь их дыхание усиливали тревогу. Пэнси заметила это и повернулась к ней. — За нами придут. Министерство нас не оставит. Гермиона хотела съязвить, что их скорее оставят здесь, чтобы не навредить репутации. Луна достала из кармана колоду карт, села на пол и начала раскладывать их перед собой. Пэнси закатила глаза. — Тебя ведь обыскивали? — Обыскивали, — ответила Луна равнодушно. — Но у меня много карманов. Гермиона подняла брови, когда Пэнси взглянула на неё с лукавой улыбкой. — А гитару ты взяла? Гермиона выразительно посмотрела на Пэнси, а Луна едва заметно улыбнулась. — Драко не хотел, чтобы я пела на сцене, поэтому я не взяла гитару, — спокойно ответила Луна. Гермиона закрыла глаза, слушая тихий шорох картонок. Луна что-то тихо бормотала. Это действительно немного успокаивало. Судьба Драко была в неизвестности, и это сводило её с ума. Пэнси присвистнула, а Гермиона удивлённо уставилась на появившиеся перед камерой фигуры. В первой она узнала аврора, который забрал Драко. Тёмные вьющиеся волосы и хищные прищуренные глаза. А вот вторая… — Гарри! — Гермиона бросилась к нему. Стеклянная перегородка исчезла, и Гермиона упала в его объятия. Гарри порывисто обнял её, затем взял за плечи и чуть отстранил. — Ты в порядке? Мне сказали, что ты ранена, — он быстро осмотрел её, и в его глазах вспыхнула злость. Он раздражённо посмотрел на сопровождавшего его аврора, но тот остался невозмутим. — Остальные? — Отделались лёгким испугом, — криво усмехнулась Пэнси. — Привет, Гарри, — Луна улыбнулась ему искренне. Он тут же опустил взгляд. — На допрос пойдут только по одному, — напомнил аврор с сильным французским акцентом. Гермиона посмотрела на него с подозрением. — Тогда начнём с неё, — Гарри выразительно посмотрел на остальных. — Нужно, чтобы ваши показания совпадали. Гермиона быстро взглянула на Пэнси — та кивнула ей. Блейз застыл в углу своей камеры, точно не слыша разговоров, с возмущённым выражением лица. Гермиона бы улыбнулась, если бы не напряжение Гарри и холодный взгляд аврора. Гарри пропустил её вперёд, придерживая за плечи. Они вышли в шумный коридор, где было много волшебников. Стены были белокаменными, потолок — матовым и светящимся. Что-то мерцало и двигалось за его матовой перегородкой. На плечи Гермионы упал пиджак Гарри, защищающий от любопытных взглядов. Она выглядела как попугай, побывавший в драке и грязи. — Говори честно, — шепнул Гарри ей на ухо, прежде чем их завели в просторную комнату. Вдоль стен стояли стеллажи с ящиками. Иногда они открывались, и из них вылетали листовки. Листовки сворачивались в трубочки и исчезали в отверстии на потолке. Гермиона приоткрыла рот от удивления. Она подумала, что здесь, как и в Британии, работает система магической почты. Посреди комнаты стоял простой стол и два стула. Аврор опустился на один из них. — Садитесь, — произнёс он, указав на второй стул. — Меня зовут Бастьен Рошевель. Я командор Аврората, также временно исполняю обязанности главы Бюро магических расследований. — Он произнёс это с лёгкой гримасой, как будто ему не нравилось. — Месье Поттер сам пришёл к нам, чтобы обеспечить вашу защиту. Начнём. Вы и ваши коллеги обвиняетесь в нарушении Статута о секретности и создании угрозы для граждан Французской Республики. И для начала… Пожалуйста, представьтесь. Гермиона посмотрела на ящик, из которого начали выскакивать листовки и исчезать в дыре на потолке. Бастьен снова пригласил её сесть, указав на стул. Гарри кивнул, создал ещё один стул и сел рядом с ней. Она глубоко вдохнула, чтобы унять сухость в горле, и плотнее запахнула пиджак. — Гермиона Джин Грейнджер, — представилась она, выпрямившись. — Вы работали в цирке вместе с остальными? — спросил Бастьен, прищурившись. — Расскажите подробнее. — Я работаю в «Иллюзариуме» уже больше года, — ответила Гермиона. — Вместе с другими участниками. Бастьен взмахнул палочкой. Ящики и шум исчезли в дымке, и за фигурой аврора появилось видение того самого поля, где стоял их цирк. Полумрак, зажжённые гирлянды, перепуганные люди на ярмарке. — Это оно? — лениво спросил аврор, оглядываясь. Гермиона напряжённо кивнула. Аврор приподнял брови, и из дымки к нему в руки полетели листки. Он расправил их на столе, пока не собралась внушительная папка. — Иностранные волшебники не регистрировались в нашей базе данных, но мы начали собирать её сами, — сказал Бастьен, взглянув на Гарри. Гарри наклонился вперёд. — Это не противоречит международному соглашению между нашими странами. Мистеру Малфою запретили занимать магические должности, а этот цирк предназначался только для маглов. Аврор слегка улыбнулся, и в его тёмных глазах отразились страницы, которые он просматривал. — И он… — он поднял внушительную стопку бумаг, — мастерски избегал проверок маглов. Гермиона бросила быстрый взгляд на Гарри, который сидел напряжённо. — Я ничего не знаю об этом, месье, — тихо сказала она, прикусив губу. В тот же миг вокруг неё начала волноваться дымка, вспыхивая ослепительными всполохами. Месье Рошевель слегка повернулся, чтобы убедиться, что происходит, и покачал головой. — Ответ неверный. Кажется, вся комната была зачарована, чтобы распознавать ложь. Гермиона в ужасе расширила глаза, осознав это. — Простите, я знала немного. Драко… то есть Драко Малфой однажды говорил, что цирк проверяют на количество участников, — быстро сказала она, опасаясь, что комната снова засияет. — Он подделывал документы, чтобы нас не раскрыли. — Это можно рассматривать как защиту Статута, — сразу ответил Гарри. Рошевель неохотно кивнул. Его палочка медленно качнулась, и шатёр за его спиной исчез, уступив место арене, залитой дождём, с разрушенными трибунами и толпой маглов. Они карабкались по ступенькам, уклоняясь от чар, выпущенных из множества палочек. Хотя видение было беззвучным, его вид заставил Гермиону вздрогнуть. Рошевель остановил действие, указывая на фигуру Драко за своей спиной. Гермиона замерла, увидев, как напряжённый Драко обнимает её и прикрывает собой, словно хочет защитить. Его взгляд был устремлён прямо на неё, сидящую в комнате для допросов. Это воспоминание, очевидно, принадлежало самому Рошевелю. — Расскажите мне больше о месье Малфое, владельце вашего цирка. Вы ведь друзья, не так ли? Гермиона нервно облизнула губы, подбирая слова. — Да, мы друзья. Бастьен задумчиво кивнул, не меняя выражения лица. — Хорошо. Опишите его. — Он ответственный, честный и надёжный. Он всегда управлял делами цирка, а нам оставил только выступления. Он бы ни за что не допустил утечки информации о волшебниках. Всё, что произошло… Аврор резко взмахнул руками, пытаясь остановить её взволнованную речь. Гермиона прищурилась, но не остановилась. Рошевель удивлённо посмотрел на неё. — Если вы хотите обвинить его или нас в намерении навредить маглам, вы ошибаетесь, — её голос звенел в тишине. Дымка молчала. Рошевель чуть наклонил голову. — Вы не знали о планах месье Малфоя на вечер? Гермиона встала, и пиджак соскользнул с её плеч. В её голосе звенела ярость. — Я знала о планах Драко Малфоя, — она нависла над аврором. — У нас было запланировано выступление, как всегда. Я не видела, что стало причиной катастрофы, но клянусь магией, что Драко здесь ни при чём. Бастьен слегка улыбнулся и пожал плечами. — Вы не видели, но утверждаете, — спокойно сказал он. Это ещё больше разозлило её. — Сначала найдите доказательства его вины, а потом обвиняйте. Или Министерство Магии Франции не следует презумпции невиновности? Они на долю секунды пожирали друг друга взглядами, пока у неё не начало резать в глазах, затем Бастьен указал за её спину. — Вы получили травму. По чьей вине? — По моей собственной, — не задумываясь ни секунды, вскинула голову Гермиона. — Снаряд для выступления подвёл меня, я сорвалась вниз, а Драко смог поймать меня, минимизировав удар для меня. Дымка осталась недвижимой, Бастьен обвёл её глазами и вернул взгляд Гермионе. — Мне больше нечего сказать. С этого момента и до окончания расследования вам запрещено покидать Париж. Палочку вы сможете забрать в департаменте. Она почувствовала облегчение, но в его словах скрывался подтекст. — Только я? Где сейчас Драко? Его тоже отпустят? Бастьен долго смотрел на неё, затем отвернулся к бумагам, как будто разговор окончен. — Драко Малфой прошёл лечение, как и вы. Он в отдельном изоляторе и не покинет его, пока обстоятельства не прояснятся. Пока. В данный момент. Гермиона захотела снова возмутиться, что он не имел права. Согласно судебной системе Британии, она могла хотя бы навестить Драко. Но Гарри накинул на неё обратно пиджак и потащил за собой. — Пусть приведут следующего циркача, — лениво произнёс Бастьен Гарри. Тот кивнул. — Какого драного книззла тут происходит! — яростно прошипела Гермиона, как только дверь за ними закрылась. — Почему он ведёт себя так, как будто мы преступники? Гарри нахмурился и посмотрел на неё. — А кем бы ты называла чужаков, по чьей вине маглы твоей страны получили тяжёлые травмы, а память им изменяют до сих пор? — Его голос звучал строго, и она невольно поникла. — Сейчас идут переговоры между магловским премьер-министром и главой Министерства Магии Великобритании и Франции. Они клянутся, что это не теракт и не объявление войны. Гермиона, — он пристально посмотрел ей в глаза, — пострадали двадцать три магла с разными травмами, из них десять детей. Если бы подобное произошло в Британии, ты бы громче всех требовала справедливости. — Но мы же не виноваты… — тихо сказала она, схватив Гарри за портупею с его аврорским значком. — Ты ведь мне веришь? — Я тебе верю, — сказал Гарри, сверкнув стёклами очков. — Но насчёт остальных я не уверен. — Но это же мои друзья, и твои тоже! — воскликнула Гермиона, толкнув его в грудь. — Даже не смей вспоминать свои претензии к Драко! Он меня спас! — Он сначала подверг тебя опасности, — внезапно вспылил Гарри. Он навис над Гермионой, но она легко его оттолкнула. Пиджак соскользнул с плеч, а их спор привлёк внимание окружающих. Дверь сбоку от них открылась, и на пороге появился Бастьен. Он посмотрел на них и слегка приподнял брови. — Я жду, — напомнил он. — Прошу прощения, я сейчас приведу ещё одного свидетеля, — Гарри изменился в лице. Дверь закрылась, и он бросил на Гермиону раздражённый взгляд. — Это не его вина, а моя! Без него я бы разбилась в лепёшку! Гарри ничего не ответил. Он схватил её за локоть и потащил за собой. Гермиона в отместку сжала его пальцы. Он не обратил на это внимания. Он провёл её по длинному коридору в комнату, похожую на зал ожидания. Там стояли несколько столов с мягкими креслами, большой стол с печеньем и колдокофемашиной. — Как ты ориентируешься здесь? — спросила Гермиона, оглядываясь. За год Гарри изменился. Он стал выше, появилась щетина, а в глазах появился взрослый взгляд. — Я здесь не первый раз, — ответил он, слегка закатив глаза. — Я старший аврор, и мне пришлось приложить усилия, чтобы именно меня отправили сюда. Подожди здесь, скоро придут остальные. Он уже развернулся, чтобы уйти, когда Гермиона окликнула его: — Гарри! А как Драко? Какое лечение он получил? Что говорил месье Рошевель? Гарри остановился в проходе, обдумывая ответ. — Малфой сломал руку и получил трещины на второй, когда поймал тебя, — наконец сказал он. Дверь бесшумно закрылась, и тут же послышались торопливые шаги удаляющегося человека. Гермиона обессиленно опустилась в кресло, закрыв лицо руками. Её лицо пылало, а глаза снова защипало от слёз. Драко даже не подал виду, что ему больно. Несмотря на серьёзные травмы, он пытался спасти маглов. Она вспоминала, как спокойно он шёл к Бастьену, чтобы сдаться, и как невозмутимо принял магические путы, которые сковали его. Ожидание в комнате тянулось бесконечно. Первой появилась Луна, за ней пришла Пэнси, а последним — Блейз, который сразу обнял Пэнси. Все они обсуждали одни и те же вопросы, которые задавал Бастьен. Никто из них не пытался обмануть, как это сделала Гермиона. Она невольно почувствовала себя более слизеринкой, чем они. — Есть новости о Драко? — Пэнси посмотрела на Гермиону. Та покачала головой. — А как насчёт Ганса? Гермиона сразу же перевела на неё взгляд, предупреждая. Неизвестно, прослушивается ли эта комната. Пока они не выяснят, в чём дело, лучше не подвергать Драко ещё большей опасности. Если французский аврорат узнает, что они влияли на сознание магла и об этом знали всё, это автоматически сделает их виновными. Пэнси замолчала и нервно теребила чашку с кофе. В этот момент вернулся Гарри. Он держал в руках несколько волшебных палочек, а за его спиной… — Привет, Тео, — с улыбкой сказала Луна. Гермиона резко подняла голову, и её шея хрустнула. Теодор стоял прямо позади Гарри с абсолютно невозмутимым выражением лица, игнорируя её обращенный к нему взгляд. В обычной магловской футболке с короткими рукавами и джинсах. Палочка небрежно торчала в переднем кармане, а на его плече в красной жилетке и шлейке сидел Джек. Пэнси ахнула и бросилась его обнимать. Обхватила быстро и порывисто, а потом, не размыкая объятий, начала душить. Тео зашипел, пытаясь сбросить её. Джек возмущённо заверещал. Блейз оттащил Пэнси, не обнимая, но пожал руку Тео. Его настороженный взгляд скользнул по фигуре Тео, а сам он встал с другой стороны от Поттера, который раздавал палочки. Гермиона рассеянно взяла свою, не отрывая глаз от Тео. Это не укрылось от внимания Гарри. Он осмотрел всех и поджал губы. — Я внёс залог за всех. Требования одни и те же: не покидать Париж, пока дело Малфоя не будет закрыто. — Залог? — Гермиона растерянно посмотрела на Гарри. — То есть нас не просто отпустили? Мы же не виноваты! Зелёные глаза Гарри прищурились, и подобие улыбки тронуло его губы. — Вы все дорого мне обошлись, — Гарри отошёл к дверям, зачем-то осматривая потолок. — Платил из своего кармана. Пошли. — Надеюсь, что у тебя глубокие карманы, — хлопнул его по плечу Блейз. — Спасибо, Поттер, прости, отплатить пока нечем. — Гарри может прийти на наше выступление, — спокойно заметила Луна. Она единственная улыбалась, переглядываясь с Тео. Гарри удивлённо посмотрел на неё. — Не думаю, что цирк будет ещё работать. Она чувствовала на себе изучающий взгляд, пока шла за Гарри через бесконечные коридоры. Остановилась лишь на миг в просторном холле, который тянулся на два этажа. Здесь и там стояли бронзовые статуи женщин с маленькими крыльями, стены были исписаны фразами на незнакомом ей языке, вероятно, французском. Свод холла, напоминающий половину сферы, был сделан из матового материала, похожего на стекло, и расписан фантастическими созвездиями. Внизу располагались ряды одинаковых столов с большими синими лампами. За каждым столом сидели сотрудницы, напротив них — посетители. У главной стойки девушка в синей униформе с замысловатой шляпкой бросила на них любопытный взгляд. Над выходом висел герб из рябящего материала. На нём были вертикальные синие, белые и красные линии, а на фоне — профиль волшебницы в мантии. Под гербом была надпись: «Incanté, Envouté, Conjuré». В конце холла находилась странная конструкция. Три её стены были стеклянными, а четвёртая напоминала живую ткань, которая слегка колыхалась. Гарри остановился перед ней и открыл дверь. — По одному, — сказал он и, не давая объяснения, посмотрел на Гермиону. — Зачаруй свою одежду. Гермиона взглянула на Тео, который стоял в обычной магловской одежде, и быстро создала на себе лёгкое летнее платье. Оно скрыло её яркий цирковой костюм. Пиджак она вернула Гарри. Гарри кивнул в сторону кабинки, и Гермиона вошла внутрь. Она откинула трепещущую ткань и с удивлением увидела ночную улицу. Выйдя из кабинки, она осмотрелась. За её спиной ткань снова превратилась в одну из стен фонтана. Гермиона оказалась в узком колодце, окружённом невысокими, построенными в классическом стиле зданиями. В центре переулка находился крошечный сквер с единственным фонтаном. Следом за ней вышли остальные, последним был Гарри. Он поднял рукав рубашки, чтобы проверить время. — Надеюсь, у вас есть где переночевать, — сказал он с хмурым выражением лица. — А то законный порт-ключ в Лондон я уже не достану. Они аппарировали группами, Гермиона оказалась с Луной. Оставшийся здесь вид не внушал надежды на хороший ночлег. Гарри с сомнением посмотрел на покосившийся красно-белый шатёр с разбитыми лампами у входа и разбросанной едой. Глубокой ночью их освещала только луна. Ярмарка у шатра была заброшена: большинство палаток убраны, другие разрушены. Сзади раздался приглушённый свист Тео, на что Пэнси раздражённо оглянулась. — Заткнись, придурок. Она первой шагнула в шатёр, но невидимая сила отбросила её назад. Гарри покачал головой. — Всё здесь зачаровано для расследования, — устало сказал он, потирая лицо. — Доступны только личные вещи. — Прекрасно, спасибо за разрешение, — с сарказмом процедила она. — Пэнс, — перебила Гермиона. — Гарри не хочет нам зла. Гермиона подошла к Гарри и взяла его за руку. Она хотела защитить его от злого взгляда Пэнси. Но понимала её чувства, сама ощущая невыносимую усталость. — Еда на кухне, наверное, ещё не тронута, — спокойно сказала Луна, выходя вперёд с лёгкой улыбкой. — Ужинаем и поговорим, а Гарри найдём место для ночлега. Летняя кухня залилась светом. Гермиона, Пэнси и Луна расставляли посуду, а Гарри и Блейз колдовали над барьером от насекомых. Тео курил где-то в стороне, и запах сигаретного дыма доносился до Гермионы. Она чувствовала на себе его взгляд, хотя его самого не было видно. Когда все расселись, Гарри встал в центре стола, обводя собравшихся усталым взглядом. В тусклом мерцании свечей было заметно, как он измождён. — Теперь я хочу знать правду. Почему меня вытащили из постели и отправили разбираться с покушением на маглов? Даже не думайте мне соврать. Я особенно хочу знать, с какого чёрта среди описанных вещей имущества цирка оказалось зачарованное зеркало Еиналеж.