Mera

Мера не ожидала увидеть, что лабиринтом является что-то настолько реальное — стены, входы, повороты. Когда Хелен объясняла, в какую сторону лучше не бежать, это всё равно казалось чем-то далёким, ненастоящим. Поворот за поворотом, стена за стеной. Девушка слышала какие-то голоса, как будто издалека, но чётко чувствовала, что за ней наблюдают эти монстры. Смотрят представление, как в кинотеатре. Начало спадать внушение, о котором тоже рассказала Хелен. Вампиры открывали дверь, что-то шептали, и вот участники уже против своей воли начинали переодеваться прямо при них и покорно идти на свою возможную смерть. Так случилось и утром. Высокий мужчина нагло наблюдал, как, под действием внушения, Мера переодевалась в принесённую одежду. На следующем повороте голоса стали громче, кто-то из них выкрикивал номера, явно болея за своего участника. Сил становилось всё меньше — сказывалось отсутствие привычных приёмов пищи. За очередной стеной Мера чуть не столкнулась с другим участником, от неожиданности отпрыгнула назад. Это был очень высокий парень, примерно её возраста. Он тяжело дышал, из-под рукава чёрной футболки текла струйка крови от незажившей раны с прошлых забегов. Девушка отошла с дороги, пропуская его, но парень остался стоять на месте. — Тебя взяли вместо неё, — с нескрываемой злостью процедил он. — Я не знаю, о чём ты. Дай мне пройти, пожалуйста. Он начал медленно наступать в сторону Меры, которая уже пыталась продумать, куда бежать. — Они убили её и взяли тебя. Мы пережили четыре лабиринта, им стало скучно, и они убили её. — Эй, мне очень жаль, ладно? Но сейчас надо думать о том, как спасти свою задницу. Прошу, дай мне пройти. Но отходить он не планировал. Стало ясно, что он целенаправленно либо бежал за ней, либо просто поставил целью — догнать и отомстить. Отомстить за что? За то, что какие-то существа, до которых в древности не добралась инквизиция, устраивают тут скачки на выживание. Голос начал дрожать, руки тоже. Вместо того, чтобы объединиться и попытаться всем выжить, люди ещё и пытаются воевать друг с другом. Номер десять, а именно такой номер носил этот парень, уже замахнулся, чтобы ударить Меру, как кто-то резко выбежал из-за стены, схватил её за руку. — Хелен! — Беги быстрее, этот псих совсем озверел. Хелен бежала впереди, не отпуская руки новой подруги. Истощение, усталость и голод мешали двигаться быстро, Мера давно перестала считать повороты и просто доверилась. Возникла шальная мысль свернуть куда-то и убежать подальше от этого места, но все повороты и проходы вели только к продолжению лабиринта. Крики и смех становились громче, проходы шире. Ноги стали ватными, казалось, что она вот-вот упадёт. — Мера, как только выйдем, беги к столу и хватай всё, что можешь, я не добегу, — задыхаясь, но продолжая идти, попросила Хелен. — Я возьму для нас обеих, обещаю, я тебя тоже не оставлю. На очередном повороте Хелен отпустила руку Меры и подтолкнула вперёд, а сама упала на колени, тяжело дыша. Мера бросилась бежать из последних сил и выскочила на большую светлую поляну. Посередине находился огромный стол, на котором стояли коробки, бутылки с водой, одеяла. А чуть дальше, расположились зрительские места. От растерянности она даже замедлилась. На неё смотрели с интересом и надменностью. Женщины были в платьях, мужчины в костюмах, ну точно в театр пришли. Ужасно неуютно, ещё и всюду мерещилась опасность. Как будто прямо сейчас из-за очередного угла выйдет огромный лев и она превратится в гладиатора, а лабиринт в амфитеатр. Сбоку она заметила ещё одного участника, выбежавшего на поляну. Теперь они оба бежали к столу, но Мера изначально выбежала раньше, поэтому смогла добраться первой. Как только она коснулась стола, ноги перестали слушаться, Мера рухнула на землю, цепляясь руками за этот стол, как за спасательный круг. Раздался сигнал, похожий на громкую сирену. — Игра окончена! Мера подняла взгляд на трибуну и увидела пожилого мужчину. Он улыбался, как будто наблюдал только что за маленькими котятами, а не за битвой за еду и выживание. Они встретились взглядами. — Как говорят у вас, юная леди, победитель получает всё! Раздались аплодисменты. Игрок рядом повалился на землю и горько заплакал. Мере было стыдно даже повернуться в его сторону. Ведь своим выигрышем, возможно, обрекла его или кого-то из других игроков на смерть. Злость и отчаяние вырывались наружу, когда она видела, как эти существа в белых рубашечках пожимали друг другу руки, женщины хихикали, а она — грязная, мокрая, холодная, лежит на земле и радуется, что её сегодня не убьют. Это неправильно. Это жестоко. Это больно. Мера с трудом поднялась на ноги, её руки ужасно дрожали, а слёзы начали непроизвольно течь, как будто только и ждали этой минуты. Она забралась ногами на стол и повернулась лицом к своим «зрителям». Некоторые из них сразу обратили на неё своё внимание. — А знаете, как ещё у нас говорят? — крикнула Мера, вся оставшаяся публика резко замолчала. — Пошли вы все к чёрту! Её крик прозвучал так громко и так отчаянно, что вампиры застыли от неожиданности. — Что, весело вам? — уже чуть тише продолжила Мера. — Неужели, имея такую силу, вам нравится вот это? Вы просто жалкие животные! Мера спрыгнула со стола, чуть не подвернула ногу. Она взяла со стола три бутылки воды, пакет с жареными сосисками и перекинула через плечо плед. Проходя мимо парня, который так и остался лежать на земле, но теперь с изумлением на неё смотрел, бросила ему одну бутылку и прошла дальше. Хелен сидела на прежнем месте, но дойти к ней Мера не успела, всех начали уводить, некоторых даже уносить, в свои камеры. Как только дверь захлопнулась, Мера вновь видела перед собой лишь темноту, она подползла к дыре в стене и просунула Хелен воду и несколько сосисок. — Ты это зря сделала, — тихо сказала Хелен, открывая бутылку. — Они такое не простят. — Нас же всё равно убьют, — всхлипнула Мера. Начало приходить осознание того, что всё это по-настоящему. — Но теперь тебя убьют быстрее. От непривычной за эти дни еды, начало немного подташнивать. Мера старалась кушать медленно, хотя это было невероятно сложно — хотелось проглотить целого слона. — Ты их видела вообще? — возмущалась она. — Сидят в своих воротничках. — Видела, поэтому и переживаю. Слышала, как те, кто нас гипнотизировал друг с другом обсуждали каких-то американских шишек. Что-то вроде главных вампиров. И вот надо было тебе выступить. — Они убили мою подругу, и этот бугай чуть меня не убил, если бы не ты. — Мера, не понимаешь ты! Это не просто подпольные бои или сексуальное рабство. Нас держат как еду! Они чудовища. Надо тебе бежать. — Ты же сама говорила, что не сбежать отсюда никак. — Я так говорила, потому что думала, что ты сможешь выжить. А сейчас нет выбора. Ночью попробуем ещё вытащить пару досок, я переберусь к тебе и рискнём. Следующие два часа прошли ужасно. Голова раскалывалась, по ощущениям поднялась температура. Либо от нервов, либо от этой бесконечной беготни под дождём. Хелен уснула, не с кем даже было поделиться своими чувствами. Хотелось плакать, уехать домой и никогда больше обо всём этом не вспоминать. Мера где-то понимала, что этот побег — всего лишь жалкая попытка. Она была уверена, что всё пройдёт неудачно и её обязательно убьют. Со стороны двери послышалась слабая возня, кто-то пытался нащупать дверь или просто рукой трогал доски. Мера подумала, что это и есть её погибель — они наверняка пришли за ней. Через пару секунд возня прекратилась, послышались отдаляющиеся шаги. И это был стук туфель, а не ботинок, в которых ходят местные «работники». Но шаги были тяжёлыми, мужскими. Мера подползла к двери и рукой нащупала что-то маленькое и плоское. Этого здесь точно раньше не было, а значит незнакомец что-то подбросил через щель. — Хелен, проснись, пожалуйста, — за стенкой послышался недовольный стон. — Прошу, мне нужен свет. — Какой ещё свет? — Не знаю, любой. Мне только что что-то подбросили, а я не могу разглядеть, что это. — Милая, у тебя уже галлюцинации из-за лихорадки. Попробуй уснуть. Хелен снова засопела, а Мера принялась ощупывать все доски, раскачивая их. Пока ни одна не поддавалась. Она даже забыла о своей температуре. Через какое-то время и кучу царапин на пальцах, одна из досточек всё-таки поддалась, но не вытащилась полностью, а лишь слегка сдвинулась. На улице был уже вечер, света было очень мало, но Мера упорно пыталась разглядеть вещицу в своих руках. Пришлось даже для этого долго стоять на носочках, пытаясь поймать нужный угол. — Шоколад? Серьезно? — с досадой прошептала девушка. В руке она действительно держала маленькую шоколадку. Такие обычно лежат в красивых вазах в салонах красоты. Но на этой был изображён маленький золотистый самолётик. Его очень тяжело было разглядеть при таком свете. Одной рукой Мера развернула обёртку, внутри которой лежал кубик молочного шоколада, а вот бумажная часть обёртки внутри заинтересовала её гораздо больше. Там точно была какая-то надпись. После ещё некоторых усилий, у девушки загорелись глаза надеждой. Уже не так было важно, кто так находчиво подкинул записку. Хотелось довериться, даже если какая-то часть мозга пыталась подсказать, что это могло быть ловушкой. Нет, не может быть в жизни всё настолько паршиво, хочется верить в чудо. «Это был очень смелый, но невероятно глупый поступок. Если хочешь выжить, за час до рассвета будь на старте»