Держи дистанцию

— Даже не подходи ко мне! – Завопил Антон, выставляя руки и отталкивая от себя Арсения. — Ты болеешь! — Ну, я не могу ничего с собой поделать, ты такой сексуальный.       Попов притянул к себе парня, вырывающегося из объятий и начал покрывать его шею поцелуями. — Блять, Арс, отъебись. – Захныкал Шастун. — У тебя карантин, четырнадцать дней.       Но Попов будто не слышал его, стягивая с него футболку и оглаживая тело рукой. Сжав сосок пальцами, он услышал стон и улыбнулся. Болеть Арсению не нравилось. По приезду из любимого Санкт-Петербурга, он заболел, пролежав в кровати три дня с высокой температурой. Но теперь, таблетки начали действовать, а иммунитет беспощадно боролся с инфекцией. Попову становилось лучше. А вместе и с хорошим самочувствием, пришла жажда жизни и секса. — Почему я должен терпеть, смотря на это прекрасное тело, к которому не могу прикоснуться? – Шептал он. — Ты болеешь, помнишь, что врач сказал? Две недели. – Громко сказал Антон, стараясь держать себя в руках. — Тебе, вообще, нужно сидеть в отдельной комнате и болеть, а не лезть ко мне. — Ну, зайчик. – Поднимая голубые глаза на парня, взмолился Арсений.       Он выглядел жалобно, словно кот, который ходил голодным по улице несколько дней. Ну, вот почему, болел Попов, а отдуваться опять Антону? Мало того, что он бегал, лечил парня; убирался в квартире; так помимо этого, еще и на работу ходил, переживая за Арсения на расстоянии. А теперь еще и это. Рука Попова медленно спустилась вниз, сжимая вставший член Антона. — Уже семь дней прошло. Может быть, уже можно? – Спросил он, продолжая покрывать шею парня поцелуями. — Арс, ну, нет, я не хочу заболеть. У меня съемки плотным графиком, проекты незаконченные. – Перечислял Шастун. — Нас Стас убьет, если узнает, что и я заболел.       Арсения уже было не остановить. Он завалил Антона на диван, нависая сверху, выцеловывая влажную дорожку от ключиц до груди. Кончиком языка он провел по окружности ореола соска, пальцами сжимая другой. Шастун выгнул спину, выдыхая и стремясь оказаться ближе к рукам Арсения. Он продолжал спускаться ниже, оглаживая нежную кожу торса, считая ребра, и облизывая тазобедренные косточки, выступающие из-под резинки домашних штанов. — Стас не узнает.       Поднимая взгляд наверх, он встретился с зелеными мутными от возбуждения глазами Антона, зажимая зубами резинку и оттягивая ее вниз. Член, налитый кровью, ударился об живот, заставляя Шастуна простонать и закусить нижнюю губу. — Я хочу слышать твои стоны. – Попросил Арсений, облизывая головку члена своим влажным языком.       Антон громко выдохнул, махнув бедрами вверх, чтобы войти в рот парня глубже. Ощущая каждой выступающей веной тепло, Шастун растворялся в ощущениях. Плотно сжав кольцом губ член, Арсений продолжал сосать, помогая себе рукой, которая сжимала орган у основания. Подняв одну руку к лицу Антона, он засунул два пальца ему в рот. Шастун облизнул их, оставляя слюну и тут же ощутил, как эти пальцы входят в его анальное отверстие, растягивая стенки внутри. Он простонал, дергая бедрами вверх, утыкаясь головкой члена в дальнюю стенку неба Арсения, одновременно насаживаясь на пальцы. — Я сейчас кончу, – прошептал Антон, продолжая двигать бедрами в такт движений Попова.       Резко вытащив член изо рта парня, он излился себе на живот, попадая каплями на лицо Арсения. Ноги сковала судорога, тут же расслабляя тело полностью. Он выдохнул и не успевая ничего сказать, ощутил чужие руки на своих бедрах. Попов перевернул его на живот, подтягивая за ноги ближе к себе, и уткнулся стоящим членом к голым ягодицам Антона. Стоя на коленях перед ним, задрав задницу и готовый для взятия, Шастун пытался перевести дух после минета. Арсений стянул белье, наблюдая, как Антон цепляется за подушки и простыни, стараясь расположиться на узком диване удобнее. Покрывая поцелуями нежную кожу ягодиц, впиваясь пальцами в них, Попов нанес несколько слабых ударов ладонью. На шлепки послышались тихие стоны и выдохи снизу. Тело Шастуна дрожало от потребности и желания, глаза темные, а губы приоткрыты, чтобы сделать очередной вдох.       Арсений приставил головку своего члена к колечку мышц, и медленно ввел внутрь, чувствуя, как Антон задыхается в стоне. Это было так горячо и так туго. Гораздо больше, чем он мог себе представить. Он может чувствовать, как мышцы парня растягиваются, чтобы вместить его с каждым толчком все глубже. Он гонится за этим чувством, продвигаясь дюйм за дюймом, пока не зайдет во всю длину. — Блять, ты большой, – простонал Шастун.       Он нетерпеливо отводит свою задницу назад, встречая каждый толчок лихорадочными движениями. Арсений ухмыляется и хватает его за бедра, вбиваясь все быстрее и глубже, попадая прямо по простате и не оставляя пространства между ними. Попов, зацикленный на грязном зрелище, наблюдал, как его член исчезает в теле Антона. Сияющий блеск смазки, растянутое кольцо мышц, звук его бедер, ударяющихся о ягодицы партнера. Всего этого так много. В ушах лишь слышны приглушенные крики, которые издает парень. Он сдерживает их — понимает Арсений.       Попов смещается так, что одна из его рук запутывается в кучерявых волосах Антона, поднимает голову, довольный, когда тот взвизгивает. Шастун начинает тяжело дышать, когда Арсений выставляет бедра вперед, а другой рукой обхватывает стоящий член партнера. Он такой узкий, более узкий, чем раньше. Антон все глубже зарывается в кровать, теперь свободно стонет с зажмуренными глазами, быстрыми темпами приближаясь к разрядке в очередной раз. — Блять, Тош! — Арсений чувствует, как зажимается от оргазма тело Шастуна, сильнее сжимая его член.       Он пытается замедлиться, остановиться, но слишком поздно. С прерывистым стоном он вырывается, и покрывает спину Антона спермой. — Ебануться, – с отдышкой проговаривает Попов, поправляя волосы, падающие на глаза. — Ты весь вспотел. – Констатирует Шастун, лежа на животе в ожидании салфетки. — Ну, вот, врач же говорил, что нужно потеть больше, – улыбнулся Арсений, хихикая. — Так лечиться мне нравится. Антон вздохнул, закатив глаза и упал лицом в подушку, пряча улыбку.