Свет во тьме

Два месяца... два бесконечных месяца с тех пор, как я стала собственностью этой проклятой арены. Две недели с того леденящего душу момента, когда Локи... предатель. Само это имя до сих пор обжигало язык горечью. Два месяца настоящего ада, выкованного из боли и унижения. Терракс. Огромный, как ожившая скала, он изматывал меня бесконечными тренировками. Его хриплый голос, рычащий приказы, до сих пор звучал в ушах. Он жаждал увидеть ту силу, что, как он считал, дремлет во мне. И я пыталась. Изо всех сил, с отчаянием тонущего, я напрягала каждую клеточку своего существа, но... ничего. Пустота. Лишь усталость, разъедающая кости. Но, как ни странно, этот ад закалил меня. Под палящим светом прожекторов арены, под неусыпным взглядом Терракса, мое тело крепло. Каждая мышца наливалась силой, движения становились стремительнее. Я чувствовала, как обостряются мои рефлексы. Теперь... теперь я могла почти видеть намерения противника, едва он начинал движение. Словно тончайшие нити предчувствия связывали меня с его атакой, позволяя уклониться прежде, чем удар достигнет цели. Это было единственным лучом света в этой кромешной тьме. Однажды, после особенно изнурительной тренировки с тупыми мечами, когда каждая мышца горела, а в глазах плыли темные круги, Терракс остановился. Его массивное тело нависло надо мной, отбрасывая длинную тень. Я лежала на раскаленном песке, пытаясь отдышаться, и смотрела на него снизу вверх. В его обычно непроницаемых глазах мелькнуло что-то... почти похожее на разочарование. — Ничего, — прорычал он, его голос был чуть тише обычного. — Снова ничего. Я молчала, не в силах выдавить из себя ни слова. Что я могла сказать? Что я пытаюсь? Что мне больно? Внезапно он протянул мне руку. Огромную, грубую ладонь. Я инстинктивно съежилась. Он что, собирается ударить? Но вместо этого он просто ждал. Неуверенно, с опаской, я вложила свою ладонь в его. Его хватка оказалась на удивление бережной, хотя пальцы все равно казались каменными. Он помог мне подняться. - Сегодня у нас будут важные гости Аврора, - сказал он, глядя куда-то поверх моей головы, - мои девочки помогут тебе подготовиться. Я подняла взгляд на Терракса, пытаясь прочесть хоть что-то на его каменном лице. — Подготовиться к чему? — осмелилась спросить я, и мой голос дрогнул, выдавая внутреннее волнение. Он не смотрел на меня. Его взгляд был устремлен куда-то за пределы арены, словно он уже видел этих "важных гостей". — Встречать их конечно же, а что еще? — бросил он небрежно, словно речь шла о какой-то формальности, не имеющей ко мне никакого отношения. Но я чувствовала, как внутри нарастает тревога. Что значит "встречать"? И кто эти люди, ради которых меня будут наряжать, словно куклу? Затем его взгляд скользнул по мне, и в нем мелькнуло что-то похожее на... предупреждение? Или даже угрозу? — А вечером снова выступишь напару с их воином. Будь готова и не разочаруй меня. "Снова выступишь". Эти слова отозвались болезненным уколом. Каждая битва на арене оставляла не только физические раны, но и глубокие шрамы в душе. Снова этот унизительный танец смерти, снова чужие жадные взгляды, снова страх не справиться, подвести... разочаровать его. Он развернулся, оставляя меня в одиночестве с ворохом тревожных мыслей. Вскоре ко мне подошли две молодые женщины, одетые в яркие шелка. "Девочки Терракса", как он их назвал. Их лица были надменными, а взгляды скользили по мне с презрением. Они принялись безмолвно ощупывать мою грубую одежду, переглядываясь и кривя губы. Одна из них, с волосами цвета воронова крыла, процедила ледяным тоном: — И это то, что он выставляет на арену? Удивительно. Другая, с золотыми локонами, усмехнулась: — Сейчас мы это исправим. Идем. Они взяли меня под руки, их хватка была холодной и повелительной, и потащили прочь с арены. Куда? Что они собираются со мной делать? Внутри нарастало глухое отчаяние. Я чувствовала себя марионеткой в чужой жестокой игре, лишенной воли и права голоса. Единственное, что оставалось, — это стиснуть зубы и попытаться сохранить хоть каплю собственного достоинства в этом унизительном процессе. Меня привели в небольшую, но роскошно убранную комнату. Мягкие ковры поглощали шаги, а стены были украшены шелковыми драпировками. Здесь уже стояла большая ванна, наполненная теплой, благоухающей травами водой. Девушки принялись деловито раздевать меня, их пальцы скользили по моей измученной тренировками коже без малейшего сочувствия. — Смотрите, какие синяки, — презрительно бросила золотоволосая, указывая на мою руку. — Настоящая дикарка. Я молчала, стараясь не показывать ни стыда, ни злости. Зачем тратить силы на пустые препирательства? Меня погрузили в теплую воду. Несколько мгновений я просто лежала, позволяя теплу расслабить забитые мышцы. Это было первое подобие покоя за последние недели. Но даже эта минута облегчения была омрачена присутствием этих двух надменных девиц, которые наблюдали за мной свысока. — Она даже не умеет себя вести, — фыркнула черноволосая, когда я попыталась немного откинуться на край ванны. — Сиди прямо. Ты должна выглядеть... достойно. Для гостей. — Достойно для чего? Чтобы они получше рассмотрели товар? — съязвила я, не выдержав. Золотоволосая усмехнулась. — О, у нее есть язык. Интересно. Посмотрим, как запоешь вечером на арене. После банных процедур меня вытерли мягкими полотенцами и подвели к столу, уставленному различными флаконами и шкатулками. Начался процесс "преображения". Мои волосы расчесали, ловко укладывая в сложную прическу, украшенную тонкими золотыми нитями. На лицо нанесли легкий макияж, подчеркнув глаза и губы. Я чувствовала себя куклой в их руках, безвольной и безмолвной. Затем мне протянули платье. Оно было выполнено из струящейся золотой ткани, очень легкой и, как мне показалось, довольно откровенной. Глубокий вырез на спине и высокий разрез сбоку открывали слишком много кожи. — Ну вот, теперь ты почти выглядишь как человек, — протянула золотоволосая, оглядывая меня с деланым одобрением. — Только вот взгляд все еще волчий, — добавила черноволосая, прищурившись. — Надо что-то с этим сделать. Улыбайся. Ты должна им понравиться. — Понравиться? Зачем? Чтобы они сделали более высокую ставку? — мой голос звучал холодно и отстраненно. Черноволосая фыркнула. — Ты совсем не понимаешь. Это честь — предстать перед такими гостями. — Честь — быть выставленной напоказ? Увольте, у нас разные понятия о чести, — парировала я, чувствуя, как внутри поднимается волна горечи и презрения. Золотоволосая рассмеялась, ее смех прозвучал фальшиво и неприятно. — Какая дерзкая рабыня. Боюсь, вечером тебе это не поможет. Они закончили мои "приготовления", и я посмотрела на свое отражение в большом зеркале. Незнакомая девушка смотрела на меня оттуда. Красивая, но какая-то чужая. Золотое платье, блестящие волосы, подчеркнутые глаза... но внутри все оставалось прежним: боль, гнев и неугасающее желание свободы. — Иди, — властно сказала черноволосая, толкнув меня в плечо. — Хозяин ждет. Не заставляй важных гостей ждать. Я вышла из комнаты, чувствуя себя не собой. Облаченная в это роскошное, но такое чужое платье, я шла навстречу неизвестности, сжимая кулаки и стараясь сохранить внутри себя ту искру непокорности, которая еще не погасла. Длинные, богато украшенные коридоры тянулись передо мной, казалось, уводя в самую глубь этого мрачного места. Каждый шаг отдавался тихим шелестом золотой ткани моего платья. Чувствовала себя странно — наряженной куклой, выставленной на всеобщее обозрение. Внутри все сжималось от неприязни к этому наряду, к этой ситуации. Наконец, я достигла главного входа в арену. Терракс стоял там, возвышаясь над своими слугами, словно каменная глыба среди мелких валунов. Его одежда, обычно грубая и практичная, сегодня была безупречно чистой, без единой складки. Рядом с ним выстроились и другие слуги, все одетые с непривычной для этого места опрятностью. Их напряженные лица и почтительное молчание лишь подтверждали мои догадки: "важные шишки", как я мысленно их окрестила. Кто же они такие, что даже Терракс так старается произвести на них впечатление? Он бросил на меня мимолетный взгляд, скользнув по золотой ткани платья, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на... удовлетворение? Но тут же это выражение исчезло, сменившись привычной суровостью. — Иди сюда, Аврора, — его голос был на удивление ровным, без обычного рычания. — Веди себя достойно. "Достойно". Это слово снова прозвучало, иронично отпечатываясь в моем сознании. Что для него "достойно"? Молчаливо стоять и красоваться, как трофей? Или покорно кивать на каждое его слово? Я подошла ближе, стараясь сохранить на лице нейтральное выражение, хотя внутри бушевала целая гамма чувств: от тревоги до глухого презрения. В этот момент у входа показались несколько богато одетых фигур. Их одежды сверкали драгоценными камнями, а сопровождавшая их свита была многочисленной и вооруженной. Вот они, "важные гости". Их надменные взгляды скользили по окружающим, оценивая и презирая. Когда их глаза остановились на мне, я почувствовала себя пойманной под микроскопом. Одна из женщин, облаченная в пурпурный бархат, смерила меня долгим, изучающим взглядом и, обращаясь к Терраксу, произнесла мелодичным, но холодным голосом: — Какая... экзотическая птичка. Это и есть твоя новая игрушка, Терракс? Я невольно стиснула зубы. "Игрушка". Вот как. Терракс склонил голову. — Одна из моих самых... многообещающих, госпожа Валериус. Сегодня вечером вы сможете сами в этом убедиться. Госпожа Валериус? Значит, это кто-то действительно влиятельный. Ее взгляд снова скользнул по мне, на этот раз с примесью любопытства. — Она выглядит... необычно. Что в ней такого особенного? Я чувствовала, как нарастает напряжение. Терракс усмехнулся, но в этой усмешке не было тепла. — У нее есть... талант. Который она пока не в полной мере осознает. Но мы над этим работаем. Не так ли, Аврора? Его взгляд скользнул ко мне, требуя подтверждения. Я встретила его взгляд, стараясь не выдать ни страха, ни ненависти. — Да, — ровно ответила я. — Мы работаем. Госпожа Валериус кивнула, ее губы тронула едва заметная улыбка. — Что ж, посмотрим. Я слышала много о твоих бойцах, Терракс. Надеюсь, эта... "птичка" не разочарует нас. Терракс расплылся в широкой, неестественной улыбке. — Можете не сомневаться, госпожа Валериус. Сегодняшний вечер будет... зрелищным. Прошу вас. Он жестом пригласил гостей пройти внутрь арены. Я осталась стоять у входа, чувствуя на себе их оценивающие взгляды. "Зрелищным". Что он задумал? И какую роль в этом зрелище отвел мне? Страх снова закрался в душу, но вместе с ним поднималось и упрямое желание выстоять. Что бы ни случилось, я не дам им увидеть мою слабость. Пока Терракс учтиво провожал знатных гостей внутрь арены, мое внимание невольно привлекло движение в их свите. Краем глаза я уловила знакомый силуэт, заставивший мое сердце пропустить удар. Гамора. Она стояла чуть позади госпожи Валериус, ее зеленая кожа выделялась среди остальных. Ее обычно непроницаемое лицо сейчас казалось напряженным. Что она здесь делает? Каким ветром ее занесло в это богом забытое место, да еще и в компании этих надменных аристократов? В голове тут же завертелись обрывки воспоминаний, смутные знания о хитросплетениях судеб в этой вселенной. Чертовы закулисные игры! Сколько раз я жалела, что мои знания об этом мире обрывочны и хаотичны, словно осколки разбитого зеркала. Какой толк от этих разрозненных фрагментов, если я не могу сложить их в цельную картину и использовать себе во благо? Неужели Терракс как-то связан с Таносом? Или Гамора здесь по какому-то другому делу? Мое сознание лихорадочно пыталось найти хоть какое-то логическое объяснение, но обрывочные знания лишь порождали новые вопросы. Я почувствовала, как внутри поднимается волна отчаяния. Я знаю так много... и в то же время так мало. Я предвидела некоторые опасности, но оказалась совершенно не готова к такому повороту событий. Гамора скользнула взглядом по толпе слуг, и на мгновение наши глаза встретились. Это длилось всего долю секунды, но этого хватило, чтобы я почувствовала странный укол. В ее зеленых глазах не было ни узнавания, ни ненависти — лишь мимолетное, почти рассеянное внимание, словно она машинально скользнула взглядом по толпе и на мгновение зацепилась за что-то необычное. Я проводила взглядом удаляющуюся группу, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Появление Гаморы внесло в и без того мрачную картину еще больше неопределенности и опасности. Теперь я знала наверняка: сегодняшний вечер будет не просто очередным боем на арене. Здесь кроется что-то большее. Что-то, что может изменить все. Собрав остатки самообладания, я повернулась, чтобы уйти. Мне нужно было подготовиться. Не только к вечернему выступлению, но и к тому, что может последовать за ним. Встреча с Гаморой зажгла во мне слабую искру надежды, но вместе с тем и усилила чувство опасности. В этой игре на выживание каждая деталь могла иметь значение. И я должна была быть готова ко всему. *** Вечер окутал арену предвкушением зрелища. Меня готовили к моему "показательному бою", словно редкую диковинку, которую выставляют напоказ перед важными гостями. Для этого случая мне даже сшили специальный костюм. Неслыханная щедрость для этого жестокого места. Передо мной лежал черный комбинезон, выполненный из гладкой, словно застывшая тень, кожи какой-то рептилии. Настолько темный, что, казалось, он способен поглотить весь свет, позволяя слиться с самой тьмой. Золотые вставки мерцали на его поверхности, словно отблески далеких звезд, обрамляя прочный нагрудник и крепления на голенищах и предплечьях. Но больше всего мое внимание привлекла маска. Золотая, искусно выполненная, она скрывала нижнюю часть моего лица, имитируя оскал какого-то хищного зверя — то ли кошки, то ли волка. Открытыми оставались лишь глаза, позволяя мне видеть, но скрывая мои эмоции от зрителей. И, конечно же, капюшон. От плаща, который прилагался к костюму, я отбивалась до последнего. Лишний вес и неудобство для бойца. Да, на экранах это может выглядеть эффектно, развевающийся за спиной плащ добавляет драматизма. Но в реальном бою он лишь сковывает движения. К счастью, в этом меня услышали. Зато в самом комбинезоне было множество потайных кармашков, достаточно, чтобы незаметно спрятать небольшое оружие. А на предплечьях я нащупала уже знакомые гладкие пластины — встроенные выдвижные клинки. Терракс потратил немало времени, чтобы научить меня молниеносно извлекать их и эффективно использовать в бою. Он говорил, что это мой "скрытый козырь". Надевая этот костюм, я чувствовала себя одновременно защищенной и выставленной напоказ. Черный цвет сливался с тенью, давая преимущество в бою, а золотые детали привлекали внимание, делая меня более заметной для зрителей. Маска же скрывала мои чувства, но позволяла сосредоточиться на предстоящей схватке. Это был компромисс, призванный, видимо, удовлетворить и практические нужды арены, и эстетические вкусы знатных гостей. Я посмотрела на свое отражение. Незнакомая воительница смотрела на меня из зеркала. Сильная, скрытая за маской, готовая к бою. Где-то глубоко внутри поднималось холодное чувство решимости. Я выйду на эту арену. Я покажу им бой. И пусть эти "важные шишки" видят не просто рабыню, а воина. Воина, который не сломлен. Воина, который выживет. Сердце билось ровно, размеренно, словно отсчитывая последние мгновения тишины перед бурей, несмотря на то нарастающее, почти физически ощутимое напряжение, которое клубилось в воздухе арены и во мне самой. Краем сознания я отметила это спокойствие, удивившись ему. Обычно в такие моменты внутри все дрожало мелкой дрожью предвкушения и страха. Сейчас же была лишь сосредоточенность, холодная и ясная. Кончиками пальцев я скользнула по рукоятям скрытых клинков, проверяя их готовность. Металл отозвался легкой прохладой. Механизм сработал идеально: лезвия выдвинулись плавно и бесшумно, словно продолжение моих собственных желаний. Удовлетворенно кивнув про себя, я почувствовала, как уверенность тихой волной разливается по телу. Костюм, словно вторая кожа, сидел идеально. Каждое движение, каждый поворот тела ощущались естественными и легкими, ничто не сковывало, не мешало. Я чувствовала себя хищницей, готовой к прыжку. Наконец, мои парные клинки легли в ладони. Знакомая тяжесть, острота лезвий, ощущаемая даже сквозь перчатки, – все это отозвалось во мне приливом решимости. Сделав глубокий вдох, я вышла на залитую ослепительным светом арену. Яркий свет прожекторов отбрасывал причудливые танцующие тени, создавая ощущение нереальности происходящего. Гул толпы обрушился на меня, словно оглушительная волна, приветствуя выходящих на арену бойцов. В этом реве восторга и предвкушения битвы я попыталась отыскать знакомое лицо. Мой взгляд скользнул в сторону вип-ложи, возвышающейся над ареной, и я увидела его – Терракса, окруженного своими гостями. Его лицо, обычно непроницаемое, сейчас тронула легкая улыбка. Он едва заметно кивнул мне, и этот жест, исполненный, казалось, одобрения, на мгновение отогнал тревогу, кольцом сжимавшую мое сердце. Затем мой взгляд переместился на противоположную сторону залитой светом арены. Там стоял мой противник. Золотое облачение воина сияло в свете прожекторов, но еще больше поражала его кожа – гладкая, словно отполированный металл, и такого же насыщенного золотого оттенка, как и струящиеся волосы. "Суверен," – пронеслось у меня в голове, словно холодный удар. Мгновенно все внутри похолодело. "Мне конец," – эта мысль пронзила сознание ледяной иглой. Суверены... среди жителей этих мест шли разные слухи об их физическом совершенстве, о невероятной силе и ловкости, отточенных веками. Насколько мне было известно, они были практически непобедимы. Но тут же другая, более жесткая мысль оборвала панику. "Соберись!" – внутренний голос прозвучал резко и властно. "Сейчас не время предаваться мыслям и тем более сдаваться." Я стиснула зубы, отгоняя страх. Мне еще столько нужно сделать, вернуться домой на Землю, помочь главным персонажам этой Вселенной и не дать случиться Войне бесконечности. Голос глашатая, гулкий и торжественный, разорвал напряженную тишину арены. - Встречайте нашу Землянку – Рассвет! – прокатилось над ликующей толпой. Я почувствовала, как чьи-то прожекторы сфокусировались на мне, ослепляя на мгновение. Затем в голосе глашатая прозвучала насмешливая интонация, адресованная, скорее, вип-ложе: - Вы только посмотрите, в честь важных гостей как принарядилась, не слишком темный наряд для олицетворения своего имени, м-м-м? Я невольно скользнула взглядом по своему костюму – практичный, черный, идеально сливающийся с тенями. "Темный, говоришь?" – мысленно усмехнулась я. "Функциональность важнее блеска." Но слова глашатая, похоже, лишь подзадорили публику. Народ взорвался еще более громкими криками, скандируя мое имя: "Рассвет! Рассвет! Рассвет!" Эта волна поддержки, неожиданная и такая мощная, на миг отогнала внутреннее напряжение, согрев душу слабым, но приятным теплом. "Значит, не все здесь настроены враждебно," – подумала я, с благодарностью кивнув толпе. - Ее противник сегодня – представитель расы Суверен, член нашей делегации дорогих гостей, глава стражи – Эйгон Мракс! – объявил глашатай, и гул толпы мгновенно сменился уважительным шепотом. Мое внимание вновь обратилось к фигуре на противоположной стороне арены. Эйгон Мракс. Даже стоя неподвижно, он излучал силу и уверенность. Золотое облачение сверкало, словно расплавленное солнце, а его золотая кожа казалась неуязвимой. Встретившись с его холодным, пронзительным взглядом, я почувствовала, как по спине пробежал ледяной холодок. Никакой надменности, лишь спокойная, смертоносная уверенность. "Глава стражи," – пронеслось у меня в голове. Это говорило о многом. Он не просто воин, он – один из лучших среди своей совершенной расы. В этот момент голос Терракса, усиленный ретрансляторами, разнесся над ареной, спокойный и властный: - Надеюсь, вы покажете нам достойное зрелище, Рассвет. - в его тоне не было ни дружелюбия, ни враждебности, лишь холодное ожидание. Я вскинула подбородок, встречаясь с его взглядом. - Я постараюсь не разочаровать вас, Господин, – ответила я достаточно громко, чтобы меня услышали. Внутри все еще боролись тревога и решимость, но внешне я старалась сохранять спокойствие. Глашатай сделал широкий жест рукой. - Да начнется бой! Сердце забилось быстрее. Тишина, предшествовавшая схватке, казалась оглушительной. Эйгон Мракс не двигался, выжидая. Я чувствовала, как каждая мышца моего тела напряглась, готовая к рывку. Воздух наэлектризовался ожиданием. Что он предпримет первым? Каким будет его удар? В голове промелькнула лишь одна мысль: "Нельзя терять ни секунды." Инстинкт, отточенный тренировками Терракса, подсказал мне действовать первой. Не дать противнику инициативу, обрушить на него всю свою скорость и силу внезапным натиском. Сжав рукояти парных клинков, я ринулась вперед, словно тень, мои движения были быстры и смертоносны. Первый удар, второй – я вложила в них всю свою ярость и отчаяние. Но Эйгон Мракс двигался с поразительной грацией и спокойствием. Золотой клинок в его руке описал в воздухе плавную дугу, легко и непринужденно парируя мои атаки. Металл скрежетнул о металл, высекая искры. Я почувствовала, как сила моих ударов вязнет в его защите, словно наталкиваясь на невидимую стену. Внезапно он отступил на шаг, его золотые глаза скользнули по мне с едва заметным презрением. Его голос, ровный и мелодичный, но от этого еще более холодный, прозвучал над ареной: - Ты слишком слаба, землянка. Удивлен, что мне в противники досталась слабачка. Его слова, словно ледяная вода, окатили меня с головы до ног. Слабачка? Ярость вспыхнула внутри, мгновенно отодвинув страх. Как он смеет? Да, он представитель совершенной расы, но я не сдамся без боя. "Он пытается меня задеть," – промелькнуло в голове. "Вывести из равновесия." Я постаралась не поддаться на эту провокацию, сосредоточившись на его движениях. Его спокойствие было обманчивым. Я чувствовала скрытую мощь, готовую обрушиться на меня в любой момент. Стиснув зубы, я сделала выпад, целясь в брешь в его защите. - Посмотрим, кто из нас слаб, – прорычала я сквозь зубы, мои клинки вновь устремились к цели, - Я покажу тебе, на что способна 'слабачка' с Земли! Мой выпад, исполненный ярости и решимости доказать ему обратное, вновь встретил непробиваемую стену его защиты. Золотой клинок Эйгона двигался с пугающей точностью, словно являлся продолжением его мысли. Он не просто парировал, он предвидел мои движения. И прежде чем я успела отступить, его собственный удар молниеносно рассек воздух, задев мой бок. Резкая, обжигающая боль пронзила тело, и я почувствовала, как сквозь ткань костюма проступила горячая струйка крови. Царапина оказалась неприятно глубокой, жгучая боль быстро расползалась, напоминая о его скорости и точности. "Черт," – промелькнуло в голове. Он двигается быстрее, чем я думала. Его реакция невероятна. Мои тренировки с Терраксом были жесткими, но это... это был совершенно другой уровень. Я отскочила назад, стараясь увеличить дистанцию, одновременно оценивая повреждение. Боль отвлекала, но я не могла позволить ей взять верх. Нужно было собраться, проанализировать его тактику. Он выжидает, играет на своей силе и моей очевидной слабости в его глазах. "Нельзя дать ему поймать меня еще раз," – подумала я, чувствуя, как внутри нарастает холодная злость. Боль лишь подстегнула мою решимость. Я не позволю ему смотреть на меня свысока. Я найду его слабые места, чего бы мне это ни стоило. Приготовившись к следующей атаке, я внимательно следила за каждым его движением, стараясь уловить хоть малейшее колебание, предсказать его следующий удар. "Он может быть и совершенен, но он не непобедим," – твердила я себе, сжимая окровавленные пальцы на рукоятях клинков. Недовольство толпы обрушилось на меня резким свистом и гулом. Я почувствовала, как чьи-то взгляды, полные разочарования, прожигают меня. Слова глашатая, язвительные и уничижительные, лишь подлили масла в огонь моего раздражения. "- Похоже, наша землянка не справляется, впрочем, это было понятно с самого начала, человек и суверен, как думаете, кто победит?" – его голос, пропитанный самодовольством, разнесся по арене. "Ах ты, болтливая тыква!" – мысленно взвилась я. "Погоди, вот закончится этот чертов бой, и я обязательно найду способ заткнуть тебе глотку, острослов хренов!" Ярость, клокотавшая внутри, на мгновение затмила боль от царапины. Передо мной Эйгон Мракс двигался плавно и грациозно, словно опасный хищник, играющий с добычей. В каждом его движении чувствовалась уверенность в своем превосходстве. "- Ну что же, теперь, думаю, моя очередь нападать," – произнес он с наглой, самоуверенной ухмылкой, и в следующее мгновение его золотая фигура стремительно бросилась на меня. Время словно замедлилось. Я видела, как сверкает его клинок, как напряглись его мышцы. В этот момент в голове промелькнула лишь одна мысль: "Нельзя отступать." Инстинктивно скрестив свои парные клинки, я выставила их навстречу его стремительной атаке. Удар золотого клинка оказался невероятно мощным, словно меня ударила молния. Зубы стиснулись от напряжения, мышцы взвыли от перегрузки, но я устояла, сумев отбросить его от себя. Однако передышки не последовало. Эйгон Мракс обрушил на меня град выпадов, один за другим, словно безжалостная машина. Его золотой клинок мелькал в воздухе, оставляя за собой лишь размытые полосы света. Я едва успевала парировать, отступая шаг за шагом, чувствуя, как меня неумолимо оттесняют назад, к краю арены. Проклятая рана на боку горела все сильнее, каждое движение отзывалось острой, пульсирующей болью. Кровь, кажется, сочилась быстрее. "Нужно что-то менять," – отчаянно пронеслось в голове. "Так долго я не продержусь." Его натиск был неумолим. Он играл со мной, как кошка с мышью, наслаждаясь своим превосходством. В этот критический момент я почувствовала, как спиной упираюсь в холодный камень стены арены. "Прижата," – ледяная волна ужаса прокатилась по телу. Теперь мне некуда отступать. Он загнал меня в угол. В его золотых глазах мелькнуло что-то похожее на триумф. Что он предпримет сейчас? Решающий удар? Издевательски закончит бой? Собрав всю свою волю, я приготовилась к худшему, крепче сжимая рукояти клинков. "Нет," – прошептала я одними губами. "Я не сдамся." Внутри поднималась новая волна ярости, смешанная с отчаянием. Если это мой конец, то я встречу его достойно. Он снова бросился на меня, уверенный в своей победе. Но в этот раз что-то во мне словно щелкнуло. Отчаяние уступило место холодной, расчетливой ярости. С невероятной быстротой я парировала его выпад, ощутив, как металл скользит по металлу, и тут же, уклонившись от его следующего удара, проскользнула за его спину. "Сейчас!" – пронеслось в голове. Не теряя ни секунды, я взмахнула своими парными клинками. Лезвия полоснули по его золотой броне, оставляя глубокие борозды, и, судя по всему, задели плоть. Пронзительный крик боли вырвался из его губ, нарушив гул арены. Эйгон Мракс резко обернулся, его обычно невозмутимое лицо исказила гримаса ярости и неожиданности. С силой оттолкнув меня, он отбросил меня назад, и я с глухим ударом упала на песчаную землю. Боль пронзила все тело, но триумф от осознания, что я смогла его ранить, на мгновение заглушил физические страдания. "Я смогла," – промелькнуло в голове. "Он не неуязвим." Увидев кровь, проступившую сквозь рассеченную броню на его спине, во мне вспыхнула новая надежда. Он истекает кровью, как и все. Суверен развернулся ко мне лицом, его золотые глаза метали молнии. Ухмылка исчезла, сменившись звериной яростью. - Ты заплатишь за это, ничтожная земная тварь! – прорычал он, его голос дрожал от гнева. Я с трудом поднялась, опираясь на один из клинков, и выплюнула сгусток крови. - Попробуй забери свою плату, – прохрипела я в ответ, сжимая окровавленные клинки. Страх никуда не делся, но теперь к нему примешалась злая решимость. Бой только начался. С утробным рыком разъяренный Эйгон Мракс снова бросился на меня. Завязался яростный поединок, настоящий смертельный танец, где каждый выпад встречал молниеносное парирование. Звук сталкивающихся клинков эхом разносился по арене, сливаясь с возбужденными криками толпы. Я отбивала его яростные атаки, он – мои отчаянные контратаки. Внезапно, после очередного столкновения, один из моих клинков вылетел из ослабевшей от напряжения ладони, отброшенный сильным ударом его золотого оружия. Мгновенно перехватив оставшийся клинок обеими руками, я продолжила бой, чувствуя, как уменьшение моего арсенала ставит меня в еще более невыгодное положение. Время словно потеряло свой ход. Не знаю, сколько мы так сражались. Для меня это казалось вечностью, наполненной лишь звоном стали, болью и отчаянным желанием выжить. Усталость сковывала движения, мышцы горели, но Суверен продолжал неумолимо наступать, его золотая фигура нависала надо мной, словно воплощение неумолимой судьбы. И вот, последовал еще один мощный удар, и мой последний клинок с лязгом отлетел в сторону. Я осталась безоружной перед разъяренным сувереном, который теперь возвышался надо мной, его золотой клинок был готов обрушиться, завершая этот бой. Но сдаваться я не собиралась. В доли секунды, не мешкая, я активировала скрытые клинки в предплечьях. Лезвия бесшумно выскользнули из наручей, став моей последней надеждой. Собрав оставшиеся силы, я резким движением вонзила один из клинков ему в бедро. Крик боли снова огласил арену. Воспользовавшись его замешательством, я отскочила назад, стараясь увеличить дистанцию и судорожно глотнуть воздух, чувствуя, как легкие жжет от напряжения. Мой ход был отчаянным, но он сработал. Теперь мы оба были ранены. Шанс еще был. Ярость исказила его прекрасное лицо. - Ах ты дрянь! – прорычал Эйгон, и с невиданной доселе силой бросился на меня. Я не успела среагировать – его натиск был подобен удару стихии. Меня опрокинуло на землю, спина болезненно ударилась о твердый камень арены, дыхание перехватило. Он рывком сорвал выдвижные клинки с моих предплечий, отбросив их в сторону с презрительным фырканьем. Затем его сильная рука обхватила мою шею, сдавливая горло. Воздух перестал поступать в легкие, перед глазами поплыли темные пятна. Паника начала сковывать разум. "Нет... не сейчас..." – отчаянно подумала я, чувствуя, как жизнь ускользает. Но инстинкт самосохранения взял верх. В отчаянной попытке вырваться, я извернулась, обхватывая ногами его руку, державшую меня за горло. Собрав последние силы, я резко перекрутилась, используя его же вес как рычаг. Раздался глухой удар, и мы оба рухнули на землю. Я почувствовала, как хватка на моей шее ослабла, и судорожно вдохнула такой желанный воздух, кашляя и хватая ртом кислород. Лежа на спине, я с ужасом смотрела на распростертого рядом Эйгона. Он лежал неподвижно, видимо, оглушенный падением. "Сработало," – с облегчением пронеслось в голове, но тут же тревога вновь захлестнула меня. Это еще не конец. Он силен и разъярен. Следующая его атака может стать последней. Нужно действовать быстро, пока он не очнулся. Но не успела я пошевелиться. Эйгон Мракс резко распахнул глаза, и прежде чем я осознала, что происходит, его сильные руки снова сомкнулись на моей шее. Он рывком уселся на меня сверху, лишая всякой возможности дышать. "- Ну что, малышка," – прошипел он, мерзко ухмыляясь, его золотые глаза горели триумфом. "- Мне очень жаль, но победа за мной." Воздух перестал поступать в легкие. В голове запульсировала боль, перед глазами поплыли багровые круги. От бессилия и ужаса из глаз брызнули слезы. "Нет... нет..." – отчаянно взмолился внутренний голос. Это не может так закончиться. В последней, отчаянной попытке, собрав всю оставшуюся волю, я кое-как нашарила за поясом маленький нож, подарок Макуса. Дрожащей рукой я вытащила его и, не целясь, вонзила лезвие в открытый бок суверена. Эйгон захрипел, его хватка на моей шее ослабла, и он с глухим стоном повалился на бок. Я удивленно уставилась на него. Из раны, где торчал мой нож, помимо алой крови, сочилась какая-то густая, темно-зеленая жидкость. "Что это?" – промелькнуло в голове. Инстинктивно я быстро выдернула нож и спрятала его обратно, чувствуя необъяснимое волнение. Эйгон не шевелился, лишь судорожно дышал, его золотые глаза беспомощно моргали. "Похоже, ножичек был отравленным," – с запоздалым осознанием подумала я. "Надеюсь, за эту мою выходку меня не убьют... и этот не умрет." Внезапно над ареной разнесся удивленный голос глашатая: - Что ж, это было... неожиданно! – затем его тон сменился на восторженный. - Наша землянка победила, друзья мои! Она славно продержалась против суверена! Встречайте наш Рассвет! Гул ликующей толпы обрушился на меня, сметая остатки страха и отчаяния. Я победила. Но странная зеленая кровь и неподвижное тело Эйгона заставляли сердце сжиматься от неясной тревоги. Прибывшие медики осторожно подняли неподвижное тело суверена и поспешно удалились, оставляя меня в центре арены под пристальными взглядами толпы. Вскоре ко мне приблизился Терракс в сопровождении госпожи Валериус и ее многочисленной свиты. Госпожа Валериус, чьи глаза, казалось, просвечивали насквозь, внимательно меня осматривала, словно диковинную зверушку. На ее губах играла едва заметная, холодная улыбка. - Достойное сражение, – произнесла она, ее голос звучал мелодично, но в нем чувствовалась властность, – и небывалая жажда жизни. Вы, люди, умеете удивлять. – она перевела взгляд на Терракса. - Впечатляет, Терракс. Сколько ты хочешь за нее? "Что?" – эта мысль обожгла меня, словно удар хлыста. Купить? Меня? Внутри все похолодело от унижения и страха. Неужели я всего лишь товар? Терракс бросил на госпожу Валериус быстрый, предостерегающий взгляд. - Обсудим это отдельно, госпожа Валериус, – его голос был ровным, но в нем проскользнули стальные нотки. Затем он повернулся ко мне, и в его обычно непроницаемых глазах мелькнуло что-то похожее на... уважение? - А ты, Аврора, иди отдохни. Ты это заслужила. Чуть позже нас ждет празднество. Празднество? После всего этого? Я чувствовала себя выжатой как лимон, все тело ныло от боли и усталости. Но предложение отдохнуть прозвучало как манна небесная. Я кивнула, не в силах произнести ни слова, и позволила одному из слуг проводить меня прочь с залитой кровью арены, чувствуя на себе любопытные взгляды знати. "Что ждет меня дальше?" – тревожно подумала я, покидая освещенный круг арены и погружаясь в полумрак коридоров. После мучительной усталости, пронизывавшей каждую клеточку тела, возможность принять горячий душ показалась райским наслаждением. Смывая с себя липкую смесь пота и крови, я чувствовала, как напряжение постепенно покидает мышцы. Затем я бережно обработала ноющую царапину на боку, стараясь не думать о том, что могло бы случиться, будь удар суверена чуть точнее. Снова облачившись в выданное мне платье – на этот раз оно было из струящейся ткани приглушенного синего цвета – я ощутила легкое волнение. Помощницы Терракса, тихие и умелые, принялись за мое преображение. Их проворные пальцы ловко касались моих волос, сплетая их в изысканную прическу, а легкие прикосновения кисточек наносили на лицо невесомый макияж, скрывая следы усталости и придавая взгляду выразительность. Я смотрела на свое отражение в зеркале, чувствуя себя одновременно чужой и обновленной. Завершив приготовления, мы вместе направились в главный зал. Помощницы шли чуть позади, их присутствие было ненавязчивым, но ощутимым. Внутри меня нарастало любопытство и легкое беспокойство. Нужно попытаться поговорить с Гаморой. Уверена она здесь не просто так. Возможно с ее помощью я смогу сбежать. Пока я погружалась в свои раздумья, мы уже подошли к массивным дверям главного зала. Звуки музыки стали громче, смех и обрывки разговоров доносились оттуда. Сердце забилось чуть быстрее от волнения. "Вот сейчас и посмотрим," – подумала я, делая глубокий вдох, прежде чем переступить порог. Мягкий полумрак окутывал огромный зал, наполненный приглушенным гомоном голосов и мелодиями экзотической музыки. Представители самых разных рас, одетые в свои лучшие наряды, непринужденно общались, предаваясь атмосфере праздника. За главным столом, освещенным ярче других, восседал Терракс в окружении своих знатных гостей. Девушки, сопровождавшие меня, едва заметно подтолкнули в сторону хозяина. Терракс мельком взглянул на меня и едва уловимым жестом указал на один из соседних столиков. Я проследила за его взглядом и похолодела. Рядом со свободным местом, которое, очевидно, предназначалось для меня, уже сидели Эйгон и Гамора. "Черт," – мысленно выругалась я. Какая досадная случайность! Присутствие суверена явно осложнит мой план поговорить с Гаморой. Его холодный, проницательный взгляд наверняка будет прикован ко мне. Но сдаваться я не собиралась. "Ничего, что-нибудь придумаем," – промелькнула упрямая мысль. Нужно будет проявить осторожность и смекалку. Сделав глубокий вдох, я постаралась изобразить непринужденную улыбку и направилась к указанному столику, чувствуя на себе изучающие взгляды присутствующих. "Главное – не подавать виду," – твердила я себе, стараясь скрыть внутреннее напряжение. При моем приближении суверен окинул меня оценивающим взглядом, и на его золотых губах появилась едва заметная, но от этого не менее самодовольная ухмылка. К моему удивлению, он поднялся из-за стола и, отодвинув предназначенный для меня стул, галантно предложил мне сесть. - Спасибо, – пробормотала я тихо, чувствуя себя немного обескураженной его неожиданной вежливостью. Он снова сел, продолжая смотреть на меня с каким-то странным выражением. - Должен признать, не ожидал такой прыти от человека, – произнес он, слегка наклонив голову. - Ты сражалась достаточно сносно. Его слова прозвучали как снисходительная похвала, и внутри меня снова вспыхнуло раздражение. Но вслух я ничего не сказала, лишь слегка кивнула, стараясь сохранить нейтральное выражение лица. "Нужно быть осторожной," – подумала я. "Он наблюдает за мной." Гамора, сидевшая рядом, хранила молчание, ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, словно она не замечала нашего диалога. Это давало мне надежду на возможность заговорить с ней позже, когда суверен отвлечется. Эйгон Мракс слегка повернулся ко мне, и в его золотых глазах мелькнуло что-то похожее на любопытство, смешанное с легким удивлением. - Как вы себя чувствуете? – спросил он, и в его голосе впервые прозвучали не высокомерие, а скорее... участие? - Прекрасно, – ответила я, стараясь скрыть ноющую боль в боку и волнение от его неожиданного вопроса. Он усмехнулся, и эта ухмылка уже не казалась такой надменной, как прежде. - Твой последний выпад, признаться, был довольно смелым и дерзким решением. Чей яд ты использовала? На нас, суверенов, практически не действуют обычные яды. Я пожала плечами, стараясь выглядеть как можно более невинно. - Признаюсь, понятия не имею." В действительности, я и сама была удивлена действием ножа Макуса. Взгляд суверена стал более серьезным. - Что ж, на будущее будь осторожна и проверяй свое оружие, если не хочешь кого-нибудь убить. - в его словах прозвучало скорее предостережение, чем угроза. - Учту, – коротко ответила я, чувствуя некоторое замешательство. Этот разговор складывался совсем не так, как я ожидала. Вместо враждебности я чувствовала какое-то странное... любопытство с его стороны. Краем глаза я заметила, что Гамора по-прежнему сидит молча, не вмешиваясь в наш диалог, но теперь ее взгляд был устремлен на нас, и в нем читалось какое-то сложное, не поддающееся определению чувство. "Может быть, не все потеряно," – подумала я, украдкой взглянув на зеленокожую женщину. Понимая, что прямой разговор о побеге с Эйгоном невозможен, я решила попробовать заговорить с Гаморой. Нужно было найти хоть какую-то точку соприкосновения. - Как вам здесь? – спросила я, стараясь придать своему голосу непринужденность, хотя внутри меня нарастало волнение. Гамора медленно повернулась ко мне. Ее глаза, обычно казавшиеся холодными и отстраненными, сейчас были наполнены какой-то усталой печалью. - Так же, как и везде, – сухо отозвалась Гамора, и в ее низком, слегка хрипловатом голосе чувствовалась усталость, въевшаяся глубже, чем просто от долгого дня. - Там, где играет власть и жестокость. - Вам это знакомо, – скорее утвердительно, чем вопросительно произнесла я, чувствуя, как между нами возникает хрупкая нить понимания. - Больше, чем кому-либо, – последовал ее краткий, но емкий ответ, в котором сквозила целая история боли и борьбы. - Меня зовут Аврора, – представилась я, надеясь на более личный контакт.- А вас? - Гамора, – отозвалась она, и в ее голосе промелькнула едва заметная тень. Тут в разговор вмешался Эйгон, слегка улыбнувшись: - Одна из дочерей Таноса. Гамора бросила на него холодный, испепеляющий взгляд, в котором читалось неприятие и нежелание обсуждать свое происхождение. - Вы здесь с какой-то особенной целью? – поинтересовалась я, стараясь сгладить неловкость и делая глоток из предложенного кубка с искрящимся напитком. Эйгон наклонился ко мне, понизив голос до шепота. - У нее важное задание, – пробормотал он, лукаво взглянув на Гамору. - Не так ли, Гамора? Зеленокожая женщина промолчала, ее взгляд оставался отстраненным, но я почувствовала исходящее от нее напряжение. Внезапно Гамора поднялась из-за стола. Ничего не сказав, она направилась к выходу из зала. Инстинкт подсказал мне действовать немедленно. Я быстро последовала за ней, стараясь не привлекать внимания. Мы оказались в полутемном коридоре, где никого не было. Гамора остановилась и резко обернулась ко мне, ее зеленое лицо выражало нетерпение. - Чего тебе? – спросила она сухо, в ее голосе звучала усталость. - Я... эмм... в общем, может быть, я смогу вам помочь? – выпалила я, чувствуя неуверенность. Гамора скептически вскинула бровь. - И как же ты мне поможешь? Я сделала глубокий вдох, решившись. - Я знаю, какое задание вам поручил Танос. Между нами повисло ощутимое напряжение, словно воздух стал гуще. - Вот как, – насмешливо протянула она, скрестив руки на груди. - И что же? - Вы ищете Камни Бесконечности, – произнесла я более уверенно, чувствуя, как внутри нарастает волнение. - Я знаю, где они находятся. Гамора усмехнулась. - О местонахождении Камней никому неизвестно. Откуда землянке может быть это известно? Не трать мое время. - она уже собиралась уходить, сделав шаг в сторону. - Я знаю, что Танос уже обрел Камень Разума! – выпалила я, стараясь ее остановить. - Он в скипетре Читаури. Гамора резко замерла и медленно повернулась ко мне, ее темные глаза сузились, в них читалось недоверие и... что-то еще, похожее на проблеск интереса.. - Говори, – бросила Гамора, ее голос стал жестче, а взгляд – пронзительнее. В ее зеленых глазах читалось настороженное ожидание. Я почувствовала, как внутри нарастает волнение. Предложение было рискованным, но это мой единственный шанс. - Я расскажу, где находится Камень Души, а взамен ты поможешь мне сбежать отсюда. Гамора усмехнулась, в ее усмешке сквозило неверие. - Как я могу тебе доверять? Слова – это пустой звук. - Я отправлюсь с тобой, чтобы ты убедилась в правдивости моих слов, – твердо заявила я, стараясь скрыть внутреннее волнение. - А после ты поможешь мне вернуться на Землю. Она задумалась, внимательно оглядывая меня с ног до головы, словно пытаясь разгадать, блефую я или говорю правду. Ее взгляд скользил по моему лицу, пытаясь уловить малейшую ложь. Долгая пауза заставила мое сердце забиться быстрее. Наконец, после мучительного ожидания, Гамора медленно кивнула. - Хорошо. - ее голос был ровным, но в нем чувствовалась какая-то скрытая решимость. - Но если ты обманешь меня, землянка, ты пожалеешь об этом. Музыка к главе: Arctic Monkeys - Do I Wanna Know? Evanescence - Afterlife