На границе миров

— Линчевательство, да? Мне бы сначала с проблемой отсутствия еды и своей подозрительностью разобраться! Черт! Вот почему в жизни не может быть как в клишированном фильме допричудного века, про героев или ночных мстителей, где всё у главного героя идёт как по маслу, а не как у меня?! — тихо бурчал и ругался Изуку пытаясь вытащить свою лежанку из-под мусорного завала который скатился с вершины мусорных гор. — Эту свалку необходимо разобрать, может какую-нибудь одежду, которая не является школьной формой, найду. — то-ли себе, то-ли для своего тотема шопотом бормочет Мидория. (Желательно бы ещё целую, воровать я не хочу, даже по мелочам. А чтобы честно что-то приобрести нужно найти работу, которую никто не даст 14-летнему подростку, которого все мёртвым считают и который совсем не выглядит на свой возраст! Хотя есть ещё здешний доя-гаи — Фукуичи… Но это только на самый крайний случай!) Прошло уже трое суток со дня пожара смерти Ин… . За это время Изуку ел очень мало, даже в сравнении с тем что было до этого. Пара бутербродов со школы, сендвич забытый кем-то на лавочке (слава богу он был даже не распечатан и не просрочен) и несколько яблок от милой старушки которой он помог. (Раньше хотя бы завтрак нормальный был, и ужин если не тошнит после побоев…) — угрюмо вспомнил Мидория, его живот отчаянно заревел, подавая тревожные сигналы о нехватке питания. Нагло проигнорировав потребности организма, парень стал рыться в той куче, под которой недавно была погребена его лежанка. Здесь было…ну.много всего, если честно. От осколков посуды и битого стекла до видавшего лучшие годы грузовика. Среди разнообразного хлама были и по настоящему полезные находки: неработающие, но целые электронные часы (если найду отвёртку, то возможно смогу пересобрать их и заставлю работать), протертая кепка, выцветшая и, местами дырявая рубашка в клетку, больше его размера, а также растянутая футболка и пара рваных брезентов. (Проблема с одеждой решена! Хотя стоит её подшить при возможности) — думал Изуку, подворачивая рукава рубашки накинутой поверх футболки. Его чёрные школьные брюки не выделялись так сильно как верхняя часть формы, соответственно их заменять не нужно. Взяв особенно острый осколок стекла и завернув один конец в кусочек резины, Мидория сделал на кепке разрезы под рога. Дыры получились неровными и сильно мохнатились нитками. Нацепив кепку, парень подошёл к глади воды чтобы увидеть своё отражение. Вид у него был потрёпанный. А прикид лишь добавлял антуража бродяжки. (Пф, если найдутся сердобольные, может на еду подадут?) — с некоторой иронией и КАПЕЛЬКОЙ сарказма подумал Мидория, разглядывая себя в отражении. (Но шутки в сторону, как мне заработать хотя бы на еду?) — окинув взглядом мусорные горы ещё раз, Изуку серьёзно задумывается над этой проблемой. (А что если собрать весь металлолом и сдать его?!) — лицо юноши озаряется от внезапной идеи. (Это и мне тренировка, и на еду хоть немного заработаю!) — с этой мыслью Мидория стал разбирать мусорный завал с ещё большим энтузиазмом.

***

Взгляд зацепился за какую-то ручку, торчавшую из мусорной горы. Аккуратно подобравшись к ней Мидория хотел поднять её, но кажется ручка за что-то зацепилась. Потянув чуть сильнее Изуку не рассчитал силы и совсем скоро на него вместо ручки от двери полетел старый велосипед. Глаза парня расширяются от удивления и испуга. Ещё секунда и небольшое количество мусора вместе с велосипедом и Изуку катятся с мусорной кучи кубарем вниз. Столкновение с землёй происходит неожиданно. На весь пляж слышится жуткий грохот. (Сначала буду убирать мусор с самой вершины этих завалов) — с горечью думает парень потирая ушибленный зад и осматривая ободранные ладони и ноги.

***

В ходе приборки Мидория даже нашёл грузовой контейнер, какие перевозят на кораблях, который был зарыт под одной мусорной горой его закутка. Ключевое слово был. Теперь после пары часов приборки контейнер можно было открыть, а из-под мусорной горы было видно некоторую его часть. (Что-ж, возможно если в контейнере провести уборку — я смогу перехать туда? Ну или вдруг найду там что-нибудь полезное!) — с этой оптимистичной мыслью Изуку радастно распахивает железные дверцы… …Чтобы мгновенно оказаться заваленым кучей пластика. — Кои, спаси-и — жалобно хрипит рогатый, придавленный огромным количеством мусора.

***

Спустя ещё пару часов упорной работы было собрано около десяти пакетов алюминиевых банок, трёх стопок различной макулатуры, четырнадцать деревяшек более-менее похожих на доски, пара дырявых брезентов, металические шесты около шести штук, довольно погнутое железное ведро, а также куча тряпья которое когда-то было одеждой, но сейчас годится только на половые тряпки. Весь остальной мусор, непригодный для использования, Изуку вынёс в ближайшие мусорные контейнеры. Осматривая плоды своих трудов Мидория слабо улыбается, покачиваясь от усталости. Ноги совсем ватные, но в то же время словно налились свинцом. Солнце сегодня нещадно пекло весь день. Поэтому Изуку после долгой и трудной работы под солнцем был весь мокрый. Перед глазами мигают тёмные пятна, зрение то расплывается то снова становится чётким. Изуку резко повело в сторону и он полетел на песок теряя сознание. (Ох, кажется я переоценил свою силу и выносливость…) — было последней связанной мыслью измотанного парня.

»…»

Сознание возвращалось потихоньку. Нежный ветер с моря трепал лохматые волосы Изуку и неприятно холодил тело. Перед глазами всё ещё появлялись темные пятна, а живот скручивало от голода. Из саднящего горла вырвались хрипы помирающей жабы. Жутко хотелось пить, а во рту кажется образовалась пустыня. Был ли это солнечный удар или Мидория свалился в обморок от истощения, вобщем то не важно. По всей видимости валялся он в отключке совсем недолго, а значит ещё есть время отнести весь этот хлам. (И попить хотябы из-под крана, не впервой же…) Со стоном боли Изуку приподнялся на локтях чтобы осмотреть все пакеты мусора, которые он насобирал за день. Проморгался. Ещё раз. Потер глаза и с протяжным «уффф» упал обратно на песок. (Я помру если потащу ВСЁ ЭТО разом!) — мысленно воскликнул Изуку.

***

(Ну это стоило всех моих усилий!) — с некоторой радостью подумал Мидория, идя обратно на пляж с пакетом. На те деньги что он выручил со сдачи лома, Изуку купил себе побольше мыла (чтобы не загнутся от болезни), еды (чтобы не загнутся уже от голода) и разных мелочей по типу ниток и иголки, бинтов, пластырей. Если постараться можно отмыть контейнер и перетащить свою лежанку уже туда, под крышу. Чтобы во время сезона дождей не простыть и не скончаться от пневмонии. — Раз уж у меня теперь есть еда, наверное стоит усилить тренировки — пробормотал себе под нос зеленоволосый, прежде чем откусить от мягкой булочки. Кои завозился у него под боком, перелезая на колени, совсем как кот.

***

Его первое линчивательское дело произошло спустя пару недель совершенно случайно. Изуку завершал пробежку по району близ Дагобы, когда услышал крик из переулка. Не раздумывая парень сразу же бросился туда. В переулке его глазам предстала такая картина: высокий бугай с омерзительным тотемом прижимал к стенке непримечательного мужчину, а его тотем нервно трясся возле ног. Мидория притормозил и тихо, насколько мог, притаился за мусорным баком. — А ну живо гони бабки! — рыкнул бугай и превратив свою руку в лезвие подставил его к горлу жертвы. — Н-но-но-н-о, эт-то всё что у меня б-было — нервно заикаясь и трясясь от страха пробормотал мужчина, подняв руки в применительно жесте. Изуку не отрывая взгляда от мужчин, аккуратно присел и пошарил рукой вокруг себя. Ощутив металл под пальцами Мидория подтянул к себе округлый предмет, коим оказалась консервная банка. Когда вор снова зарычал, Мидория подал знак Кои чтобы тот по сигналу хватал чужой тотем. И не секунды не медля вскочил на мусорный бак, а оттолкнувшись от него запрыгнул на спину бугая, сразу же вдарив ему по голове, со всей силы, консервной банкой. Кои уже придавил к стенке визжащее и извивающиеся лезвие — тотем вора. Жертва — мужчина в офисном костюме быстро подхватил чемодан и стремительно выбежал из переулка. (Ну и хорошо, не думаю что смог бы остаться целым и защитить жертву) — подумал Изуку сильнее сдавливая шею сопротивляющегося бугая. К сожалению силы удара Мидории не хватило на то чтобы вырубить здоровенного мужика. Зато сил Кои хватало на то чтобы удержать тотем их противника дабы вор не мог активировать свою причуду. Разозлённый тем что не мог использовать причуду, преступник бился спиной об стены переулка, пытаясь скинуть прилипшего к нему как банный лист парня. Но Мидория держался очень крепко, потому что понимал при прямом столкновении даже без причуды этот мужик забьёт его до смерти. Поэтому лишь сильнее стискивал руки и ноги вокруг шеи бугая постепенно душа его. Спустя неопределёное количество времени вор потерял сознание и рухнул на землю как мешок с рисом. Изуку расцепил свою хватку и извиваясь кое-как выполз из-под туши. Всё его тело напоминало один большой синяк и болело везде. Изуку попытавшись встать, зашипел и с силой прикусив губу упёрся локтями в асфальт стоя на коленях. (Я сделал это… Я спас кого-то!) — осознание того что произошло волнами накатывали на Изуку. Тепло и радость от принесённой пользы облегчали боль. (Это моё первое дело как линчевателя!) — адреналин схлынул, а на глазах начали наворачиваться слезы боли и радости. Зрение поплыло, но прохлада чешуи по пальцами слегка успокоила и заземлила. Кои что-то подтолкнул к ноге парня, как ласковый кот прижимаясь к хозяйской руке. Изуку сфокусировался на предмете и судорожно вздохнул. Это был кошелёк воришки. — Н-нет, Кои, мы не воры! Как ты такое мог предложить?! — тихо зашипел Мидория, отталкивая карпа и по стеночке поднимаясь на ноги. На это высказывание тотем выразительно посмотрел на потрёпанный вид парня и ещё раз подтолкнул кошель к Изуку. Возражения готовшие сорваться с языка прервало утробное урчание в животе видящего. Парень нахмурился. — Ладно ты прав, нам стоит взять деньги. Прости Кои. — Мидория извиняющимся жестом провёл по голове карпа. На это он нежно замерцал, это чувство сравнимо с мурчанием кошки, только беззвучно. Изуку подобрал кошелёк быстро запихнув к себе в карман, и услышав сирены приближающихся полицейских машин рванул на всей скорости подальше от того переулка.

***

Денег было не много, но они были и это главное. Мидория отдраил найденый контейнер, да так что тот аж пропах мылом, и перенёс своё гнездо и припасы под металлический покров. Во время уборки пляжа Изуку так же нашёл почти целую карнавальную маску демона-лисы на всё лицо. Маленькие щели для глаз не давали рассмотреть цвет или форму глаз. На деньги, что они с Кои получили, Мидория приобрёл новую кофту и штаны из плотной ткани со множеством карманов всё в тёмных тонах. Со сдачи лома удалось наскрести ещё на велосипедные перчатки без пальцев и на строительный пояс со множеством карманов на липучках, с креплениями под инструменты. В качестве оружия Мидория прицепил на пояс небольшую ржавую сковороду и железную трубу, которая раньше проводила газ по всей видимости. И вот с таким обмундированием Изуку вновь вышел ночью на улицы сонного Мустафу (хотя по сути он всегда на улице. Мда.). Вышел и… Замер по середине улицы. Его тотем завис где-то на уровне его макушки, на переферии зрения. (А что делать? Куда идти? Где может быть нужна моя помощь?) — тревога и напряжение всё сильнее скручивались в животе зеленоволосого. В прошлый раз он случайно наткнулся на злодея, и это произошло поздим вечером, а сейчас ночь. Мидория просто растерялся, пока его мозг яростно перелопачивал всё то, что он знал о ночных героях и линчевателях. Постепенно паника всё больше накатывала на рогатого юношу. Информации было катострофически мало, в сравнении с тем что он знал о дневных героях. (У дневных героев есть агенства которые и отправляют их на вызовы, или полиция лично обращается к герою, но… Как работают ночные герои???) — Мидория запустил руку под капюшон и потянул волосы. (Какого чёрта я полез туда о чëм вообще понятия не имею?!) — дыхание Изуку стало поверхностным, а на глаза навернулись слезы. Черт. Черт. Черт. Черт. Черт. ЧЕРТ! Руки мягко коснулась прохладная чешуя тотема. Это заземлило. Парень резко вдохнул и задержал дыхание. За маской не было видно, как покраснело лицо Мидории, но Кои этого и не нужно было, он прекрасно чувствовал эмоции своего друга. Изуку выровнял дыхание и обнял тотема как плюшевую игрушку, но он впрочем и не сопротивлялся. Если объятия это то что нужно подопечному для успокоения, Кои готов на это. Тело тотема мягко замерцало нежным светом и запульсировало в такт. Не разрывая объятий Мидория медленно ушёл в переулок, который вёл на Дагобу и уселся прямо на асфальт. Окончательно успокоившись только через пару минт, парень на последок погладил карпа по чешуе и отпустил. (Ну раз уж я не знаю с чего начать, прогуляюсь сейчас до сгоревшего дома, а завтра схожу в библиотеку и попробую найти что-нибудь о линчевателях и ночных героях.) — с долей смирения подумал остроухий. Поднявшись на ноги он медленно пошёл в сторону старого дома, Кои плыл впереди и указывал на более безлюдные переулки и улицы. Иногда слегка улетая вперёд, но всегда возвращаясь обратно. В целом их путь прошёл без проишествий, в уютной тишине, нарушаемой лишь далёкими звуками жизни ночного города.

***

Обгоревший и покинутый дом стоял среди ухоженых домиков, выделяясь как ложка дёгтя в бочке мёда. Его чёрная и хлипкая фигура возвышалась над Изуку. В свой прошлый визит парень как-то не заметил насколько страшным и покинутым сейчас выглядит его родной дом. Но сейчас… Тело покрылось мурашками от мертвецкой тишины из здания. Сжав потные ладони в кулаки Мидория аккуратно вошëл. Осмотревшись по сторонам и не заметив чужого присутствия (как живого, так и не живого) парень быстро направился в спальню. Опустившись на колени перед самодельным алтарём Изуку хотел было помолиться за души родителей, как вдруг заметил доску из-под которой что-то торчало. Кои тоже заметил подозрительный объект и уже подплыл поближе. Мидория подполз к доске и попытался её отодрать, но это ему не удалось. Тогда парень попробовал просто сдвинуть доску назад и на удивление та поддалась пусть и со скрипом. (Это тайник.? Но зачем родителям его делать?) Достав небольшую коробочку, Изуку открыл её, да так и застыл. В коробке лежало множество фотографий на которых были запечатлены его родители, а с ними тётя Мицуки и дядя Масару. (Они все выглядят на этих фото такими молодыми и счастливыми.) — Изуку нежно улыбнулся, но на его глазах уже снова скапливались слезы. (Какой-то день слез и рыданий, хах) — невесело усмехнулся парень. Зажав себе рот, чтобы не нарушать могильной тишины дома, Мидория свернулся в калачик, прижимая к своей груди дорогие его родителям ему фото. Вымотанный двумя истериками за день Изуку так и уснул на полу.