Макулатура

      Больше никаких будильников.       Нил Джостен — довольно пацифичный парень и ненавидел в жизни всего три вещи: сельдерей, своего отца и будильники. Но эти всадники апокалипсиса почему-то находили его снова и снова, ставя на колени и напоминая, что он в этом мире — никто. Помешанность всех на правильном питании доводила его до белой горячки, как только до носа долетал этот запах из любого более-менее овощного салата.       Отец — отдельная полоса в его жизни. По модному, «13 причин» Нила — и все связаны с отцом.       А будильники… будильники ненавидит добрая половина человечества, с этим ничего и не поделать. Поэтому Нилу и осталось только проскулить и отключить, перевернувшись на другой бок. Но буквально, ему так показалось, через минуту он зазвонил снова, напоминая, что если кто-то не проснется, то точно опоздает. Спалось Нилу отвратительно, за прошедшую неделю он еще не привык к новой съемной квартире. Кровать казалась неудобной, воздух горячим, а соседи, слушающие mindless self indulgence, чересчур шумными.       Догнав, что, если не встать прямо сейчас, можно лишиться рабочего места, Нилу пришлось соскочить с кровати и резко начать приседать, чтоб окончательно проснуться телом тоже. Раз, два, три… на четвертом разе он уже кряхтел, а к десятому вообще прижался спиной к стене и тяжело дышал, ненавидя всё каждой клеточкой тела. Бегать ему было проще, но просыпаться позже нравилось сильнее.       Несмотря на плохой сон, квартира Нилу нравилась. В ней было достаточно светло и просторно, может быть даже чересчур для одного человека, но это лучше, чем ютиться. Так как сам дом, как он понял, был построен не так давно, ремонт был свежим — всё в светлых тонах, ни таракана, ни мошки.       Наскоро умывшись и позавтракав хлопьями, Нил крутился у зеркала, примеряя то одну рубашку, то другую. Все висели, потому что он сильно похудел от стресса после того, как уехал от отца. Кое как выбрав более менее нормальную, он последний раз посмотрел на себя, поправил волосы (ему так казалось) и кинул взгляд на часы на комоде — пора выдвигаться. Волнение било током в ладони и заставляло желудок сворачиваться до размеров атома. Сколько бы Нил не говорил сам себе, что это всего лишь работа, всего лишь место заработка денег, перестать волноваться у него не получалось.       Ехать до работы пришлось на общественном транспорте: ключи от машины Нил покорно оставил в кабинете отца с мыслями «мне такие подачки не нужны». Но сейчас он за такое себя ненавидел, потому что прижимался к людям так, как прижимался только к унитазу после первой и последней крупной попойки.       Вспотев, как мерзкая вонючая пиявка, он вывалился на остановку и быстрым шагом пошлепал к офису, то и дело бросая взгляд на часы — до начала работы оставалось минуты три, как он дошел. У входа в бизнес-центр уже стояла Элисон, с кем-то активно разговаривая по телефону.       Здание представлялось 25-этажной свечкой, примерно с десятого этажа обычные окна сменялись на панорамные. Во время прогулки по этажам Элисон упомянула, что большую часть офиса они сдают в аренду другим организациям, сами же занимают только пять последних. Производство располагается недалеко — вереница заводов, КПП, машин — это было видно из окна 23 этажа. Как предполагал Нил, все офисники были на машинах, и им было гораздо проще доскрести себя до производства в случае необходимости. Но даже подобный факт, даже утренняя давка в транспорте ни за что бы не заставили его ползти к отцу за ключами от машины.       Увидев Нила, Элисон что-то сказала собеседнику на другом конце телефона и поспешно убрала его в карман маленькой сумочки.       — Здравствуй, Нил, — она улыбнулась ему. — Доброе утро, — выдавливать улыбки Нил терпеть не мог, тем более, когда уже почти навалил кучу от стресса, но сейчас, очень постаравшись, смог улыбнуться Элисон в ответ. От нее сегодня пахло другим ядерным парфюмом, но выглядела она по прежнему с иголочки, как будто вся одежда была только-только из дорогого магазина, где на модели даже дышать нельзя. — Пока проходи со мной, пропуск тебе дадут сегодня безопасники после трудоустройства, — Элисон открыла стеклянные двери, приглашая Нила внутрь. Подходя к турникетам и охранной будке, она достала сложенный вдвое лист бумаги из сумочки и протянула его в окошко охраннику. Потом, пройдя через турникеты по пропуску, она остановилась на другой стороне, дожидаясь Джостена. Тот, заметив, что после новоиспеченной коллеги всё ещё горит зеленая стрелочка на турникете, тоже поспешно прошел через него, чуть не запутавшись в собственных ногах. — Идём, в пятницу весь офис на ушах стоял из-за тебя. Кажется, это не то, что Нил хотел бы услышать, потому что липкий комок волнения в желудке свернулся еще плотнее. Где тут, мать твою, туалет? — Почему? — он очень надеялся, что голос не дрогнул. Всего лишь работа. — Новичков у нас берут раз в столетие, и то, с большим подозрением. А у тебя — идеальное резюме и портфолио, даже Ваймак… то есть мистер Дэвид Ваймак очень тебя ждёт. Но пока что ты будешь помогать Кевину снабжать наш офис и склад всем необходимым, потом возможно мигрирование в другой блок. Так периодически делают у нас. После турникетов располагался просторный холл, с одной стороны располагались два дивана и столик между ними, возможно, что-то типа «переговорки». С другой стороны — аппарат с кофе, два больших кулера и стойка-стол администраторши. В пятницу ее Нил не увидел, но сегодня она сидела на месте и, завидя Элисон и Нила, поздоровалась с ними. В конце холла толпились люди у лифтов, ожидая, когда хотя бы один из двух приедет. Кое как втиснувшись, все молчали, и в такой гробовой тишине Элисон и Нил доехали до своего 23 этажа. Всё это время Нил разглядывал чью-то макушку перед собой и боялся вздохнуть. Выйдя из лифта, он глубоко вздохнул и вздрогнул, когда Элисон напомнила о себе цоканьем каблуков. — Идём, Нил, — она шла немного впереди, давая время Нилу осмотреться и вспомнить, как теперь выглядят его будущие родные стены. Немного пройдя от лифтовой клетки, они вошли в матово-стеклянную дверь. Все уже сидели на своих местах и слушали-смотрели, как грозный мужчина, их босс, ходит взад-вперед. «Имбицилы», «сделка сорвана», «еще секунда твоей лыбы, Ники», что-то такое слышалось всё-таки. Нил замер, когда дверь за ними скрипнула, и мистер Ваймак замолчал, повернувшись прямо к Элисон и Нилу. Все сотрудники на этаже повторили за ним, и на Нила уставилось очень-дохера-много чужих глаз. Возможно, надо делать ноги прямо сейчас. Элисон, сразу же включив телефон с 8:59 на циферблате, закатила глаза. — Рейнольдс, а я чета не понял… — Мы не опоздали, мистер Ваймак, — понятно, почему она включила дисплей сотового. — Всем привет, — пройдя к своему месту, она как будто забыла о Ниле совсем. Тот всё ещё стоял, замерев и боясь вздохнуть. — Пример хреновый подаешь, — видимо, Ваймак что-то хотел сказать еще, но передумал. — Ладно, приду наваляю вам позже, — босс щелкнул пальцами, привлекая внимание сотрудников. Сегодня их было значительно больше, чем в пятницу. Видимо, комнаты отдыха вмещают так много людей. — Работайте, негры, солнце ещё высоко. Дэн, Мэтт, без обид. Нил Джостен, идёмте оформляться. Рейнольдс, через 15 минут зайдешь ко мне. Босс шел теперь к нему. — Здравствуйте, — промямлил Нил, на что Ваймак кивнул. Кажется, мало здесь кто был разговорчив. Тем не менее, все на этаже по прежнему разглядывали Нила. Дэвид Ваймак был высоким мужчиной с щетиной, копной темно-русых волос и татуировками на руках. Узоры покрывали все предплечья, Джостен весь этаж, который они проехали в лифте, пытался не пялиться, но взгляд так и опускался. Рукава белой рубашки как будто специально были закатаны для обозрения. Для целостности образа еще не хватало сигареты в зубах. Этаж администрации не особо отличался от остальных, разве что здесь было больше стеклянных кабинок-кабинетов с табличками на каждой. Они зашли в дверь, на которой на коричневой табличке золотыми буквами было выведено «Д.Ваймак, руководитель». Не генеральный директор, даже не просто директор. Конечно, в подчинении мистера Ваймака было много структурных подразделений, но вёл компанию не он. В кабинете, по всем офисным канонам, стоял большой дубовый т-образный стол с таким же большим мягким креслом. По бокам от стола располагались два черных стула с мягкой обивкой. Стеллажей никаких не было, только одна единственная тумба в правом углу, на которой стояла небольшая кофемашина и пиалка с конфетами. — Присаживайтесь, — Ваймак указал на один из стульев. — Кофе будете? — Нет, спасибо, — Нил уселся поудобнее, сжимая ладони в замок под столом. Нервозность пропала, но как будто бы не до конца. Что-то менять уже поздно. Босс присел за свою часть стола и потер переносицу так, как будто это был конец дня, а не его начало. — В пятницу мне не удалось спросить, но как Вам наш офис? В пятницу, когда Элисон и Нил дошли до кабинета Ваймака, он только и успел поздороваться, промчавшись пулей мимо них на совещание. — Как Элисон? Нормально справляется со своей работой? — Нил посмотрел на него недоуменно. — Она тоже не шибко долго работает, не так много приняла на собеседование коллег, — пояснил Ваймак и преподнес кружку с надписью «трудовы ебудни» ко рту. Только сейчас Джостен увидел, что она стояла на столе. До сих пор не поняв значения вопроса, Нил всё-таки ответил. — Элисон справляется, — вот и всё. Ваймак терроризировал его около 15 минут, как и собирался, но это было не совсем трудоустройство в виде подписания трудового договора и прочее, скорее, он просто устроил допрос, как на собеседовании, только тут еще мелькали вопросы из разряда «за какую команду по бейсболу ты болеешь» или «луковый суп — да или нет». Под конец, когда за дверью уже топталась Элисон, Ваймак сделал очень серьезное лицо, как будто пару секунд назад не пытался вытянуть из Нила информацию о его любимых бабушкиных пирожках. — Мои ребята не совсем приятные личности, но зато они очень толковые, им всем я доверяю, — звучало это как предостережение, таковым оно и являлось. — Если возникнут какие-то проблемы, пожалуйста, сообщайте мне об этом сразу. Эти бара… ребята… иногда не чувствуют границ, но это всё нужно просто перетерпеть. Эти слова Нилу очень не понравились, но времени на комментарии не было, Элисон ждала его снаружи. Почему-то он понял сразу, о чем говорит босс — возможно, его могут не принять, но потом всё стерпится и наладится. К такому Нил не привык, в том обществе, где он рос, нельзя было открыто проявлять агрессию в адрес друг друга, это испортит репутацию всем. На слова Ваймака Джостен никак не ответил, но возможно, тут даже важны были не слова, а взгляд, по которому возможно, тот что-то и понял. — Не переживайте если что, может, всё будет совсем не так. А теперь идите, Элисон проводит Вас до кадровичек, но Вы особо им в глаза не смотрите, они те еще Горгоны.

***

Заполнив все бумаги, Нил спускался вместе с Элисон к себе до рабочего места. Он не очень любил публику, поэтому стрессовал, зная, как много взглядов к себе притянет. Новенькие — всегда причина посплетничать. А его внешность была еще более интересной — голубые глаза и медные волосы. — Кевин даже слегка распереживался, — Элисон сказала полушепотом, как будто в лифте были еще кто-то помимо них. — Ну, из-за тебя. Теперь девушка была более разговорчива и расслаблена, видимо поняв, что Нил полностью во власти компании. Она громко жевала жвачку и покачивала головой в такт музыке, звучавшей в ее голове. — Почему? — приехали. Нилу потребовалось пару секунд, чтоб вспомнить, кто такой Кевин. — Ну, он сам тут не так давно, и до этого у него был тоже наставник и более опытная коллега, но она уволилась. Теперь вот… главнюк в своем направлении он. Для него главное — чтоб ты расправил крылья и полетел сам… чет типа того. Но пока не бери в голову, самое главное, чтоб вы не переругались. Кевин, он специфичный. И снова слова о каких-то непонятных личностях. Нил постепенно начинает напрягаться. Конечно, в любой компании нужно трудиться над общением, но он тоже имеет свойство быть вспыльчивым, когда не очень-то и надо. Да и в принципе, друзей у него никогда не было, общаться с кем-то он может разве что в деловой манере. Меньше слов — больше дела. Они оказались перед дверью, ведущей из лифтовой клетки в рабочую зону, и Элисон резко остановилась и, находившись спиной к Нилу, развернулась, чтоб посмотреть ему в глаза. — Нил, мой тебе совет. Не говори особо ни с кем, пока не присмотришься, кто из себя что представляет. Есть коллеги, которые могут воспользоваться любым твоим словом против тебя. Угу? — Мгм, — промычал он, вопросов задавать не стал. Всё становилось подозрительней и подозрительней. В конце концов это просто работа, а не место брани. — Ну, собственно говоря, вот и всё, — девушка открыла дверь, пропуская Нила вперед. Как и предполагалось, как только они вошли, этаж замолчал настолько громко, что было слышно, как от ветра из открытой форточки в углу дергаются края бумажных башен на столах. Разговаривали точно о Ниле, он чувствовал это, но пока еще не улавливал, в плохом ключе или хорошем. В плохом и не должны, он ни минуты не проработал, но для осуждения иногда не нужно делать совсем ничего. — Че уставились? — грубовато пропыхтела Элисон за его спиной и прошла к своему месту. Ей тоже не нравилась вся эта ситуация, все как будто посходили с ума. — Ну, не будь злюкой, крошка Рейнольдс, — Нил метнул взгляд сразу в то место, откуда только что прозвучал. В пятницу оно пустовало, это он помнил точно. Как раз напротив молодого человека, который пожал ему руку. Сейчас там сидел парень, закинув ногу на ногу, почему-то усмехался. Его голос не нёс в себе явную злобу, но нотки какого-то презрения определенно были. Белоснежные волосы, как будто на них вылили тонну белой гуаши, черная рубашка с закатанными, как у Ваймака, рукавами, под которыми Нил смог своим быстрым взглядом заметить завитки татуировок. Косплей на босса что ли, пронеслось у него в голове. Очень мощные предплечья, да и телосложение в целом, Джостену с таким не потягаться, если вдруг тот захочет хорошенько его отлупить. — Тихо-тихо, — а вот этого парня Нил помнил. — Нил, привет! — он помахал ему и снова подскочил с места. Все постепенно начинали возвращаться к своим рабочим делам. — Это я, Ники, — точно. Теперь его волосы были собраны в маленький хвостик, а гавайская рубашка была совсем не к месту в этой тяжелой обстановке. — Привет, — Нил кивнул ему и поплелся к своему месту, где его уже дожидался Кевин, при этом чувствуя на своей спине очень много взглядов. Кажется, Ники был совсем не обеспокоен тем, что его новоиспеченный коллега пассивно отказался от рукопожатия, потому что, улыбаясь, плюхнулся обратно на стул. Нил надеялся, что этот аттракцион знакомств на ближайшие пару часов закончится, и он засядет с Кевином, потому что, судя по его лицу и бедной истыканной клавиатуре, сотрудником он был мощным. — Под клавиатурой лежит пароль от учетки, — вместо приветствия прошуршал Кевин, не открывая взгляда от монитора, на котором шла зеленой линией какая-то загрузка. — Ага, — и тебе привет. И это он был воодушевлен приходом Нила? Нил сомневался как никогда в своей жизни. Упав на свой стул, он поморщился — спина горела под теплым майским солнцем. Под клавиатурой валялась небольшая бумажка с Njos001 — User1234. Оригинально. — В первый день будешь пока изучать программы, — Кевин выглянул из-за монитора, впервые посмотрев Нилу прямо в глаза. Джостен замер. Чужие зеленые глаза светились от солнца, лучи которого падали прямо на них. Оказывается, у его коллеги были очень очерчены скулы, под правым глазом выглядывала пара веснушек, и… это всё, что он успел заметить, потому что Кевин спрятался обратно так же неожиданно. — А…ага, — Нил сглотнул и опустил взгляд. Только сейчас понял, что на столе уже лежат пара блокнотов, калькулятор, дырокол и прочая канцелярия, необходимая для работы. — Можешь разложиться пока, — где-то по любому была дырка, в которую за ним следил его сосед напротив. — Всю еду можно хранить в шкафу, но чтоб Ваймаку на глаза не попало, иначе прилетит так, что отца родного не узнаешь. — Да я б с радостью, — по инерции выдал Нил, но потом резко замолчал, когда голова Кевина снова показалась из-за монитора. Но он ничего не сказал, просто выгнул вопросительно бровь и скрылся. — Неважно, короче, — пробормотал через пару секунд молчания.

***

Следующие полтора дня Кевин вводил его в курс дела. На удивление, не было никаких личных вопросов, никаких разговоров о любимой бейсбольной команде, любимой колбасе и женщинах. Нил почти в шоке. Но и заинтересованности в нём как будто тоже не было. Как будто его коллега просто делает свои обязательства, ни больше, ни меньше. Порой Джостен чувствовал чужие долгие изучающие взгляды, но терпеливо выдерживал, не оборачивался и продолжал просто сидеть рядом с Кевином, глядя в его монитор и слушая монотонные пояснения. В обед тот неожиданно выдал: — Обедать с нами пойдешь. И после встал, достал из ящика стола зеленый контейнер с едой и нетерпеливо посмотрел на Нила. — Резче давай, а то огребём. Кто «с нами» и от кого «огребём» он конечно же не сказал, но, кажется, если бы Нил начал отказываться, первым бы огреб как раз-таки он. Вчера вместо обеда он ушел гулять, кушать не было сил. — У меня нет еды с собой. — Как? — Кевин злобно задохнулся. — Нам не нужны сотрудники, которые валятся с ног от усталости и не понимают как работать из-за состояния предобморока. Ники заказал еды, тебе повезло, но я настоятельно, — давление чувствовалось в его голосе, — рекомендую брать еду из дома. Этот фастфудный наркоман скоро умрет от него же. Но не мог же Джостен сказать, что умеет готовить только яичницу, потому что в доме отца было слишком много женщин, готовящих и убирающих за всю семью. Уходили Нил и Кевин под чужие взгляды, он даже успел быстро глянуть на Элисон, которая только поджала губы и пожала плечами. Больше всего Нил боялся увидеть там осуждение. Несмотря на то, что Элисон общалась с ним мало, только на собеседовании и в первый день, но именно она внушала доверие больше остальных, как будто молча была на его несуществующей стороне. Комната отдыха располагалась на этом же этаже недалеко от туалетов. Она делилась на две части: кухонная зона, где стоял кухонный гарнитур, обеденный стол, небольшой холодильник и микроволновка с чайником. В основном, как пояснила Элисон, тут кушали все, периодически даже Ваймак сидел вместе с ними. После этой половины дверь вела в другую: персиковые обои, окно на половину стены, большая плазма и куча пуфиков. В углу — стеллаж с парочкой книг, которые сами сотрудники сюда несли. Вообще, плазмы изначально не было, но кто-то из работников самостоятельно притащил и установил, имени Нил не запомнил. Когда Кевин и Нил вошли, в кухонной зоне никого не было. Не останавливаясь там, Кевин подтолкнул коллегу в спину, прямо напрямую в следующую комнату. Там на подоконнике сидел тот самый блондин, который вчера дал о себе знать. Его одежда была такой же: черная рубашка, идеально вычищенные берцы и наглаженные брюки на высокой талии. Рядом стояла его копия, только во всём белом: белая водолазка, белые джинсы и белые туфли. На мгновение Нилу даже показалось, что у него двоится в глазах. Парня в светлом он не видел раньше, возможно, он либо сидел где-то далеко, либо на другом этаже. В отличие от его, кажется, брата, его волосы были зачесаны и собраны в маленький хвост на затылке. Различить их было легко. Ну, и недалеко молча стоял Ники, переминаясь с ноги на ногу. Всё в своих излюбленных гавайских рубашках. Он неловко сцепил руки и смотрел в пол. Взглянув на вошедших, парень с подоконника кивнул в пустоту, и все вдруг начали выходить из комнаты. Последним покинул помещение Кевин, не взглянув на Нила, закрыл за собой дверь. — Ну привет, Нил Джостен. Нил не ответил, только обернулся, смерил взглядом закрытую дверь и скрестил руки на груди. — Даже не здороваешься, этикет не соблюдаешь, — парень спрыгнул с подоконника. — Я Эндрю. Главный топ-менеджер этой шарашкиной конторы. — И очень языкастый, — подметил Нил, но на него только холодно посмотрели. — Ты садись, я просто поболтать хочу, — Эндрю приземлился на один из пуфиков и закинул ногу на ногу. Джостен всё ещё стоял у двери. — Садись, — несло льдом и, возможно, попахивало дракой. Нил подошел и сел рядом. — Ну, болтай, — он демонстративно выгнул бровь, как Кевин утром, и снова скрестил руки. — Я поесть собирался так-то. — Вранье, — плечи Эндрю расслабились, и угроза как будто больше не исходила. — Странно, что ты такой чистенький и идеальный. Кто твой папаша? Просто вот, почву ощупываю, — а нет, показалось. Нил опешил. Такого начала разговора он не ожидал. Теперь уже напрягся он. Какие бы цели Эндрю не преследовал, хорошими намерениями тут и не пахло. Но, кажется, того забавляло то, как изменилось лицо Нила. — Что, испугался? Знакомая рожа твоя, только вот не могу понять, где и когда я тебя видел. Он испытующе посмотрел на Нила, обводя взглядом каждый сантиметр его лица. И правда, как будто где-то подобное мелькало на задворках сознания, только Эндрю пока еще не мог понять. Ему не нравилось, насколько идеальным в рабочем резюме был Нил, насколько хороши были его рекомендации, раз сам Ваймак лично захотел его в свои ряды. Не бывает таких идеальных сотрудников, на проведение подобной работы над своей карьерой необходима куча финансов. — Слушай сюда, — лучшая защита, это нападение, только вот в этом случае это не работало, потому что Эндрю очевидно и без доли секретности набросился на него, давил и не давал вздохнуть. Не дав сказать дальше, чужая ладонь закрыла его рот, а взгляд глаз напротив мгновенно стал равнодушным. — Нет, это ты послушай. Каждое твое действие оценивается, я не спущу с тебя глаз, ты понял? Нил оттолкнул руку, начиная негодовать, что в его личное пространство так нагло врываются. — Штаны свои, смотри, случайно не спусти. Наверное, это задело эго Эндрю, потому что в следующую секунду, если бы Нил не отпрянул, то задело бы его голову. Но тот больше не пытался ударить, только встал с пуфика, сделал вид, что отряхивается, и пожал плечами. Кажется, его не волновало теперь ничего на свете. — Посмотрим, кто свои штаны спустит раньше. И он оставил Нила одного, точно не сам звал сюда, а наоборот. — Вот ж блядина, — пробормотал Джостен, когда остался один. Он развалился на пуфике и шумно выдохнул, точно пытался выпустить весь воздух из легких, загрязненных неприятной беседой. Фраза про отца явно была не просто так, наверное, Эндрю видел их рядом на каком-нибудь форуме. Однако, Натан Веснински не такой человек, который бы подверг себя подобной опасности. Его настоящее имя никогда не было открыто публике, а в глаза видели вообще только избранные, обычно вместо него везде появлялись его агенты, в последние года Нил бывал на подобных встречах пару раз. Отец никогда не растил в нем преемника, считал, что сын слишком неамбициозен и слаб для подобного статуса, вся фирма прогорит при нём. Нил особо не спорил. Видя, как работает отец, быть им каждый раз хотелось меньше и меньше. Тот и фамилию свою ему не дал, даже материнскую запретил. Фамилия принадлежала какой-то кузине со стороны маминой бабушки, но этих родственников никто никогда не видел. Если в подростковом возрасте это очень трогало Нила, он пытался добиться от отца признания, пытался выяснить, почему он такой нелюбимый ребёнок, но каждый раз сталкивался с каменной стеной, разбить которую не было возможности. Дверь открылась, прерывая вереницу воспоминаний об отце. В щели появилась голова женщины. Он ее не видел ни разу. — А… — кажется, она была расстроена, увидев его там. — А я думала тут эти опять… курят, — она открыла дверь шире. Женщина средних лет в синем комбинезоне и со шваброй в руке. Уборщица, кажется. — А ты чё тут расселся, медитируешь что ли? Нил опешил во второй раз за день, но потом мгновенно в голове пронеслись все уборщицы из офисных сериалов. В их генетическом коде заложена грубость и панибратство. — Нет, я… я ухожу уже, — он поднялся на ноги, забывая о всём, о чём думал. — Ну и тогда давай, на выход, я тут помою пока. В кухонной зоне никого не было, ни Эндрю, ни Кевина, ни того парнишки в белом, никого. Кевин вообще был предателем, он мог сказать, кто и зачем его ждет, вряд ли он не понимал. Хотя требовать от него Нил ничего не мог. Просто наставник. Просто коллеги. Он ненавидел это слово. «Просто». Слишком отдаленное, не конкретизирующее. Просто родственник. Просто знакомый. Просто мимопроходящий. За дверью его ждала Элисон. Нилу следовало отдаляться, не вестись на её провокации и какой-то слишком прямой взгляд. Следовало ненавидеть ядерные духи и одежду без единой складочки, но он не мог. Не мог чувствовать неприязнь к человеку, который сделал за полтора дня больше, чем все окружающие его люди за всю его жизнь. Рейнольдс действительно чувствовала ответственность за Нила, как будто это был ее подопечный, а не Кевина. Она раза три за день писала ему в битриксе, — сети для мгновенных сообщений на работе, — спрашивала, всё ли хорошо. — Миньярд улыбался, — сообщила она, и на вопросительный взгляд Нила закатила глаза. — Эндрю. Ты ему чего там наплел? — Ничего, — Нил равнодушно пожал плечами и засунул руки в карманы брюк. — Ты не обедаешь что ли? — Я уже всё, — Элисон, тем не менее, о смене темы поняла и больше не спрашивала, только раздраженно фыркнула. — Заточила батата с курицей еще до обеда. Хочу прогуляться, растрясти всё. Пойдешь со мной? Джостену делать было нечего, целый обед торчать в здании он не хотел. Разговор знатно его подпалил. — Пойду.

***

— Итак, огузки… Аарон, телефон убрал быстро, пока Святой Дух с тобой разговаривает. — Я Эндрю. — Я так и сказал. Сегодняшняя сделка была очень удачной, — Ваймак потряс какой-то синей папкой и пару раз ударил ею по столу Нила, так как стоял прямо рядом с ним. Это ощущалось странно, потому что все взгляды этажа были направлены в его сторону. И несмотря на то, что он к такому привык, даже подбородок сам по себе тянулся вверх, всё равно было некомфортно. Джостен думал, что Эндрю будет лезть на рожон, но он был настолько безэмоционален, что Нилу показалось в моменте, что разговор был придуман им самим. Кевин молчал, дал только задание после обеда рассортировать бумаги согласно файлу, и больше ничего. — Да… сделка хороша… — повторил босс и замолчал, как будто резко задумавшись о чем-то. — Но не буду вам всем льстить, обойдетесь. Вместо этого, принесу отстойные новости со штаба. Кофемашина на первом этаже отправилась к Иисусу, помянем ее… Начальство сказало, ходить до соседнего сборочного цеха, там работает. Но вы сами знаете, работяги хлещут кофе еще больше, чем наша уважаемая бухгалтерия. Молчать, девочки, — он махнул в рукой в сторону стола бухгалтерии. Элисон рядом с ними не выражала никакой заинтересованности. — Поэтому предлагаю забыть на время о таком смертельном пойле. Далее — вы все знаете, что у нас скоро день рождения компании, сбор денег по двадцать долларов с каждого, но это я в чате потом продублирую. — Слишком много, — темнокожий парень с кудрявыми черными волосами закинул ногу на ногу. Кто-то с другого стола поддержал. — В прошлый раз по пять скидывались. — У тебя еще пятьдесят потом на алкоголь ушло, Бойд. Танцуй и пой, это входит сейчас в стоимость, ну и плюс резерв. Мы хорошо работаем в этом году. Ещё сказано было передать всем, чтоб курили в курилке, а не перед камерами у входа. Да ведь, Миньярды? Вы можете хотя б в наглую не смотреть прямо в их глаза? Я устал слушать уже об этом. Миньярды. Нил пришел к логичному умозаключению, что парень, все время ходящий в белом — брат Эндрю. Скорее всего, его близнец. — Это Эндрю. Голос шел с другого стола, во время знакомства Нил Аарона Миньярда не видел. — Вас там двое было, не может же быть раздвоение в глазах всех охранников, — Ваймак тяжело вздохнул и потер переносицу. — Ладно, это не главное. Чтоб все проверили файл в битриксе по задачам на следующую неделю. Не дай бог ты, Дэн, — девушка, сидящая недалеко от Нила, пожала плечами. — Не дай бог ты не скинешь мне то, о чем я тебя уже две недели прошу. Депремирую сразу же. Всё, свободны. После этого настала минутная тишина. Ваймак ушел, а все переваривали услышанное. Корпоратив, кофемашина, файл с задачами. Короткая оперативка все равно была какой то стрессовой, Нил сам не заметил, с какой силой сжал в ладонях ручку, и та сломалась пополам. Кевин ничего на это не ответил, только слегка приподнял бровь в немом вопросе, но не более. Они особо не разговаривали, Джостен по прежнему не верил своим ушам, глазам и себе в целом, что буквально во второй рабочий день на него накинулись так, как будто эта работа — ловушка дьявола, а не обычный прибыльный офис. Глаза сами по себе находили светлую макушку Эндрю, но тот как будто забыл о его существовании. Нил надеялся, что надолго.