Макулатура

      Нил нехотя вылез из автобуса. Всю дорогу он молился о том, чтоб быстрее приехать и выскочить из давилки, но когда в поле зрения оказались знакомые КПП, почему-то желание резко пропало, захотелось звать маму и вернуться домой.       Он достал из кармана брюк пропуск на специальной ленте и накинул на шею. Рядом топала еще парочка людей, и так они, бок о бок, но молча, почти дошли до офиса. Погода была чудесная, а высокая свечка ощущалась как самая злостная и страшная тюрьма в мире.       Проходя по полузабитой парковке, Нил краем глаза увидел то, что заставило его остановиться прямо посередине дороге и прищуриться. Черная ламборгини плавно катилась рядом с ним, по ушам из нее била they wanna fuck, а тонированные окна не давали рассмотреть водителя.       Ламбы он видел часто, у людей из его окружения такие машины не были редкостью, но дело в том, что точно такая же модель, точно такого же цвета стояла в гараже его отца, а ключи валялись, возможно, где-то в мусорном ведре. На мгновение Нил замер. Что, если его отец решил наведаться к сыну, узнав о том, где тот начал работать? Тогда позор и казнь. Но судя по тому, как машина ровно припарковалась, музыка резко стихла, а из-под откидной двери показалась блондинистая макушка, приехали явно не за ним.       Эндрю лениво потянулся, широко зевнул и закрыл дверцу машины. Он был в солнечных очках, черной рубашке и льняных штанах, его расслабленный офисный стиль заставлял Нила еще в прошлые дни кусать локти и ненавистно оглядываться.       Джостен, видя, что его коллега зависает в телефоне и не очень спешит, резко срывается с места и большими шагами идет до второй проходной. Напоминая безумца, он распахивает дверь и прикладывает пропуск к турникету, но, как назло, с первого раза не срабатывает, а получается только после гневного шипения и поднятых в удивлении бровей охранника.       Он бросает администраторше приветствие и почти бежит к лифтам. Ехать вместе с Эндрю ему не хочется, целых 22 неловких этажа испортят его день еще в самом начале. Все люди, которые шли с ним от остановки, почему-то быстро ушуршали. Миньярд не разговаривал с ним после их знакомства в комнате отдыха, а Кевин больше не звал обедать. Из их компании только Ники пытался завести с Нилом беседу, но получал тотальный отказ (пепелящий взгляд). Аарона вообще редко было видно и слышно, он как будто постоянно исчезал с этажа и возвращался только на оперативки. Иногда Нил ловил давящий взгляд Эндрю, бросавший его в спину брату, скрывающемуся (в очередной раз) за дверями этажа. Кажется, как будто он был недоволен таким раскладом дел, однако никогда ничего не говорил.       Яростно нажимая на кнопку вызова лифта, Нил тяжело выдыхал воздух из ноздрей. Никакого Эндрю с утра пораньше. Его всегда равнодушное выражение лица бесило, потому что Джостен знал, каким наглым оно было, когда тот спрашивал о «папаше». Его-то, Нила, не пронять. Может он действительно начнет вынюхивать что-то, тогда пиши-пропало. Все вряд ли его поймут и в принципе станут слушать, если вдруг появится информация о том, что Нил — сын владельца главной компании-конкурента.       Лифт приехал через полминуты, на этаже он был один, поэтому выдохнул, когда двери стали закрываться. Но, находясь в двадцати сантиметрах друг от друга, они вдруг остановились и начали двигаться в обратную сторону. Черный носок от берца между лифтовыми дверьми мог означать только одно.       У Нила начинался очень плохой день.       Эндрю зашел в лифт, насвистывая себе под нос. Очки всё ещё были на переносице, а руки засунуты в карманы брюк. Он не поздоровался, просто встал рядом и наслаждался коллегой, лицо которого было лучше любых субтитров. Конечно, придурком он не был и прекрасно понимал, какие чувства вызывал у Джостена. Ему нравилось, когда его боятся и уважают, но тут было нечто особенное, как будто он не чувствовал ни того, ни другого, но постоянно был готов к встречной атаке. Нил представлял для него очень интересную личность.       Двери медленно закрылись, оставляя в этой железной коробке всё напряжение еще двадцать три этажа офиса. Как назло никакой канонной офисной лифтовой музыки — только давящая тишина. Но, как будто бы, так было только для Нила, Эндрю казался совершенно незаинтересованным.       Когда цифры на табло показывали «10», Миньярд поднял очки с переносицы и вдруг повернулся к Нилу, сузил глаза и по прежнему молчал. Тот ощущал себя солдатом при рапорте командиру, стоял по стойке смирно и уже был готов приложить руку к голове. Так они проехали пять этажей, пялясь друг другу в глаза, а потом Эндрю надул шар из жвачки и с громким звуком лопнул.       — На автобусе катаешься?       — Да, на личном, — огрызнулся Нил, не ожидая такого вопроса. Только не больная тема с машиной. Он то и дело вспоминал о своей малышке, но с болью в сердце откладывал эти мысли.       Коллега смерил его насмешливым взглядом и снова надул жвачку. Он окинул его взглядом с головы до ног. Лифт всё ещё не хотел останавливаться.       — Ненавижу галстуки.       Сука.       На Ниле была белая рубашке и синий галстук — настоящий офисный сотрудник, готовый к бою с клиентами и поставщиками. Но никак не с сотрудниками своего подразделения.       — Спасибо за информацию.       Остальные этажи они проехали молча, Эндрю как будто резко потерял в нем интерес, а он сам молча молил о свободе.

***

      — Да дранная машина дьявола, — девушка яростно ударила по крышке принтера и очень громко вздохнула. Она провела рукой по кудрявым волосам и начала вводить какие то буквы на сенсорной панели. — Нет, ну вы только посмотрите…       Нил с листком реестра товаров стоял сзади и пытался не пикать, не выдавать себя и не попасть под горячую руку. Ему всего лишь нужно было отсканировать документ и отправить его Кевину. Но влезть между принтером и девушкой казалось делом очень сложным и даже опасным. На этаже стояло два МФУ, но на одном красовался приклеенный скотчем листок со словами «НЕ-РАБОТАЕТ-ПРОСИМ-ПРОЩЕНИЯ» и маленькая недовольная рожица в углу листка, нарисованная черным маркером. По неофициальным данным там была устроена попытка нарисовать то, что рисуют все школьники на партах, но рядом появился Ваймак, и что там дальше — умалчивается.       — Ой, Нил, это ты, — кажется, все зовут её Дэн, но Нил за это не ручался. У него была хорошая память на лица и совершенно ужасная на имена.       — Ага…       — Представляешь, не хочет копировать, козлина.       Нил окинул взглядом принтер и тяжело сглотнул. Страшно будет ей сказать о том, что в нём нет бумаги.       — Там э… — он замер. — Можно я быстренько отсканю?       Дэн отступила в сторону и жестом пригласила его пройти. Нил честно пытался сделать всё как можно быстрее, он натыкал на сенсорной панели своё имя, отправил скан на почту и суетливо выхватил его из-под крышки.       — Как тебе компания? — Дэн спросила как бы между делом. Она отряхнула несуществующую пыль с бежевого пиджака и посмотрела на Нила. Вообще, Даниэль выглядела так, как будто боссом в этом помещении была она, а не Ваймак. От нее исходила аура подчинения, и Джостена это очень напрягало. — Всё хорошо?       — Ага, — он попытался улыбнуться одной из тех улыбок, которым учили его подчиненные отца — та, которая не терпит возражений и ставит точку в разговоре. Почему-то разговор с ней ощущался очень натянутым, как будто из вежливости, и эта категория была самой ненавистной, потому что окружала парня с самого детства.       Дэн ожидала более развернутого ответа. Она привыкла оставаться за главную, привыкла наблюдать за всеми и получать обратную связь, если дело доходило до каких-либо вопросов.       — Кевин не достает? — Дэн оперлась ягодицами об тумбу, на которой стоял принтер, и скрестила руки на груди. — С ним довольно сложно работать.       — Кевин, как бы это сказать… — Нил увидел, как загорелись глаза Даниель, которая с радостью обсудила бы о каждого и каждую коллегу в своем подразделении. — Ну требовательный, но мы вроде как сработались.       Это было немного неправдиво.       — Зачем ты опять им написал, Джостен, — Кевин злобно проворчал и порвал счет на оплату. — Они — отвратительные поставщики, я же тебе говорил. Нил нахмурился.       — Нет, ты говорил про других, — и прошептал злобно в ответ. — Не надо меня газлайтить, пожалуйста, Дэй, — периодически Нил называл его по фамилии, потому что Кевин отказывался учить и проговаривать его имя.       — Нет, я говорил про этих. У них цены, как крыло от самолета, ты вообще цифры различать разучился? И как ты проверил УПД-шку, там всё не сходится, — я-тебя-убью — читалось между строк.       Нил был взбешен. Да, он хреново проверил, но это был первый раз, все его мысли были заняты машиной, похожей на отцовскую, которая стояла в соседнем дворе. В этот день светило солнце, а на пороге стояли выходные, которые можно было посвятить ничего не деланию и субботней скидочной пицце из PizzaHouse. Конечно, ни о какой УПД и речи не было.       Кевин выглянул из-за монитора. Он тоже был недоволен. Вместе с выходными у двери поджидал еще и скандал, а возможно даже горящий офис.       — Ты тупишь.       — Нет, не туплю.       — Так, засранец,…       — Парни, у вас всё нормально? — Николас привстал со своего места, чтоб его было лучше видно. Нил по прежнему особо с ним не разговаривал, и тот, кажется, растерял всю пылкость заводить с ним беседу.       Их слышать не могли, потому что им принадлежал отдельный небольшой стол, к тому же, шепот явно был неразличим.       — Ага, — ответили оба в один голос и засунули языки в задницы, перепалка продолжилась онлайн, с их стороны были слышны только очень быстрые звуки ударов пальцами по клавишам.       — А-а-а, — протянула Дэн и кивнула. — Сработались… — по правде говоря, ей не верилось, но она сделала вид, что всё понимает.       — Ага, — Нил чувствовал, что от него ждут какого-то ответа. — Но по правде говоря, еда в столовке слегка не очень.       Девушка улыбнулась и начала кивать головой. — Это правда, но недалеко от КПП стоит ларек с булочками, там обалденные синнабоны. Мне кажется, я килограмма два набрала только на них, — но расстроенной она точно не была. — Не выйдешь со мной на перекур? Сранный принтер, наказан, — она повернулась к МФУ и слегка ударила по нему кончиками пальцев.       — Да, конечно, — этикет Нилу не позволял отказать, поэтому он смиренно пошел за Даниель в небольшое помещение, располагавшееся на лестничной клетке на этаже, выход на которую был рядом с лифтом. Оно пропахло сигаретами и женскими духами (здесь однозначно какое-то время назад была Элисон).       Дэн встала у большого панорамного окна к мусорке и достала из кармана сигарету и автоматическую зажигалку, прикурила, глядя в окно, за которым сновали работники близ находящихся заводов. Казалось, они совсем никуда не спешили.       — Вообще, курю только по праздникам, — девушка затянулась и выпустила струю дыма, не дождавшись вопроса «а какой же сегодня праздник?», она посмотрела на Нила. — А ты откуда? Местный?       — Местный, — вообще, небольшая ложь. Его семья приехала из Джорджии, когда ему было три года. Отец построил свою корпорацию через год, и после этого они и осели во Флориде, хотя мать периодически звала его в Калифорнию, к Тихому океану. — Вернее, мама из Германии вообще, а папа вот, отсюда.       — Из Германии? — Дэн приподняла брови и сделала еще одну затяжку. — Ничего себе, значит, немецкий знаешь?       — Немного.       Нил пытался расслабиться. Даниэль наверняка не хотела выведать все его секреты и вывести на чистую воду. По крайней мере, пусть от нее и несло чем-то подозрительным, но она казалось довольно искренне вовлеченной.       — Вау! Миньярды и Ники понимают немецкий тоже. Кстати, ты знал, что они все кузены?       — Эндрю и Аарон? Не знал, что они как-то связаны, не похоже.       Дэн рассмеялась и покачала головой. Её волосы смешно запрыгали по плечам.       — А ты откуда? — Нил ради вежливости спросил её, наблюдая, как чужие пальцы сжимают сигарету.       — Я из Техаса, приезжала сюда на учёбу, когда еще училась в университете. Потом вот, встретила Мэтта… Вернее, мы учились вместе, но на разных курсах, а потом… ну, в общем, мы… мы подружились, и я обосновалась тут, — Дэн потушила недокуренный бычок об мусорку. — Как вчера было, помню, как мистер Ваймак пришел нам в универ рассказывать об этой компании. У него тогда половина штата сбежала, тяжелое время было, — она улыбалась, очевидно, начиная погружаться в воспоминания. — А ты как нашел это место?       — Сайт по поиску работы, — этот ответ уже был отточен и проговаривался на интервью. — А сколько тебе лет? — он решил перевести тему, потому что поинт о его резюме волновал, кажется, каждого второго.       — Некрасиво спрашивать женщину о ее возрасте, — шутливо сказала Дэн и показала кивком головы на выход. — Не хочу уходить, можем еще постоять?       Честно говоря, Нил тоже особо возвращаться не хотел. Слишком много работы и недовольного лица Кевина — перегруз, который выдержать без перерыва невозможно. Его коллега был педантом и ненавидел глупые вопросы, а Нил, хоть и хорошо соображал, на этой работе часто позволял себе отвлекаться и расслабляться, забывая о том, что нужно всегда нестись только вперед.       — Мне 26, — Даниэль в очередной раз напомнила окружающему миру, в том числе и себе, сколько ей лет. — Я знаю, что тебе только 23, — она не дала Нилу и слова вставить, хотя он не то чтоб пытался. — Знаешь, к 26 годам родня становится более требовательной. Я работаю в этой компании уже достаточно, чтоб назвать себя карьеристкой, но у родителей как-то… изменились приоритеты, что ли, — она устало потерла переносицу и окинула взглядом Нила. Он явно слишком непонимающе моргал, поэтому в конце ему прилетело: — Детей они моих нянчить хотят.       — А-а-а, — протянул Джостен. Была у него особенность: все душевные разговоры так и клеились к его рту, хотя он не просил об этом. Жить по принципу «меньше знаешь — крепче спишь» ему нравилось больше всего. — Ну, перехотят, значит. Наверное…       — Знаешь, мистер Джостен, ты мне нравишься, — Дэн улыбнулась и хлопнула его по плечу своей крепкой рукой так, что Нил почти присел.       — Спасибо, — чувство опасности снова появилось на горизонте, заставляя брови едва-едва нахмуриться, а внутренности сжаться. Темы, которые лучше не затрагивать, всегда были ощутимы, как только начинали зарождаться.       Но девушка, не нарушая этикет по полной программе, всё-таки не стала спрашивать о мнении его родителей и про родителей в целом, настроение Нила бы испортилось, а история, выдуманная за три секунды, через пару месяцев бы не сошлась. Она хотела ещё о чем-то спросить, но в помещение зашли еще два парня с экономического направления, поэтому Дэн только кивнула в сторону выхода, они все перездоровались и наконец вышли.       — Мда, не получилось долго профуфыжить, конечно, ну да ладно, давай пойдем работать, — Даниэль как будто ещё хотелось поговорить с Джостеном, он был явно не настолько плох, как говорил Кевин в те моменты, когда тот не мог их слышать, однако она сдерживала себя.       Они прошли к своим рабочим местам, коллега Нила по духу сидел, вперив взгляд в монитор компьютера и точно думал не о радуге и пони, его выражение лица как всегда говорило всё за себя. Джостен приземлился на кресло, окинул взглядом стол, заваленный бумагами, и тяжело вздохнул.       — Крупная поставка? Считаешь позиции?       — Пишу претензию, — Нил только раскрыл рот, в того прилетела раскрытая ладонь. — Не мешай и займись делом, лучше разошли счета менеджерам, можешь лично ножками сходить.       — Слушай, а давай-ка ты… — ему надоело, что с ним обращаются, как с собакой и пинают туда-сюда. Да, Кевин был ему наставником, но должности были практически одинаковые.       — Какие-то вопросы? — только чудо спасло его от вздрагивания, потому что на горизонте резко появился Эндрю. Он, как и всегда, был в рубашке с расстегнутыми сверху пуговицами и закатанными рукавами. Встав позади Кевина и приподняв бровь, он ждал ответа.       — А ты что, мамка его что ли? — еще один тип, раздражающий Нила.       Джостен готов работать, готов выкладываться на все сто и не отвлекаться, но когда за тобой вечно наблюдают и пытаются вывести на словесную перепалку — напрягает. Эндрю же выглядел всегда так самодовольно, что, казалось, ему очень даже доставляет удовольствие наседать.       Рабочая иерархия соблюдается всегда. Когда ты новичок — необходимо подчиняться и улыбаться всем, чтоб закрепиться на месте. Изначально твои труды оценивают, но в первую очередь — умение настраивать контакт. У Нила с этим было не очень в порядке, ни с кем общаться ему не хотелось, за каждым разговором в детстве следили, болтать без толку было запрещено. Отец будто лишил его обычного будущего. Но, несмотря на это, рабочую связь настроить было не трудно, он даже умел улыбаться формально. Однако с белобрысым менеджером, который ненавидит галстуки, такое не прокатывало.       — Тебе помягче ответить?       — Так, молчать, — Кевин выставил руку вперед и немного отодвинулся в сторону от Эндрю. Он нахмурился еще больше и устало потер переносицу. — Надоели. Вы мешаете мне сосредоточиться, закройте рты.       Мимо проходящий Ники остановился. Он, как и все последующие рабочие часы, каждые полчаса ходил до туалета, засунув руки в брюки и что-то насвистывая. По началу Нил считал его немного странным, но позже это «немного» сменилось на «капец как много».       — Я просто много пью, — всегда объяснял Ники и пожимал плечами. — Не только воду, — и подмигивал.       Если бы можно было описывать людей двумя словами, то Николас Хэммик — чепуха и шило-в-жопе. Возможно, он был очень умным пройдохой, раз дослужился до топ менеджера, но пока что Нил увидел в нём только засранца, который никогда не моет кофемашину и постоянно бегает на другой этаж и в туалет. Казалось, что он никогда не работает, но на оперативках Ваймак всё равно за самые крупные сделки хвалил именно его. Вечные гавайские рубашки, очень громко орущее радио из корпоративных наушников для созвонов и Леди Гага на рингтоне — всё настолько подходило Ники в образ самого себе на уме, что когда однажды он пытался засунуть на одном из корпоративов бокал с грузинским вином в штаны, и в итоге тот лопнул под напором руки, а вино пролилось прямо в карман, никто не удивился. Аарон, кажется, засыпает каждую ночь, смотря это видео.       — Ты медитируешь над одним предложением уже полчаса, — любезно подсказал всем Ники, а после под свирепый взгляд пошел дальше с довольным выражением лица и скрылся в туалете.       У Ники и Кевина были очень странные отношения. Обычно задирающий всех Хэммик практически не лез к Дэю, только легонько высказывал какие-то саркастичные вещи, как будто прощупывал почву, как это делает человек, неожиданно оказавшийся с выключенным светом и знающий, что в темноте что-то есть. Кевин же в свою очередь, не всё недовольство высказывал ему, словно сдерживался. Нил особо не понимал, да и в подробности не вдавался. Главное, что все они крутились вокруг Эндрю, который был единственной причиной плохого настроения.       Он, увидев, как Ники улыбается, вдруг успокоился и засунул глубже свою тираду о том, что Нилу нужно фильтровать свой базар.       — Ладно, Джойстик, я сегодня добрый. А ты, — он почему-то редко называл Кевина по имени, — подойди ко мне после трех, разговор есть, — и, не дав никому опомниться, развернулся и пошел до своего рабочего места.       Кевин снова спрятался за монитор, как бы говоря, что разговор закончен. Нил тяжело вздохнул и принялся разбирать счета, всё-таки Дэю ему не было что предъявить.