Ошибка . .

✧•⁠◝ . . . . ⁠◜⁠•✧

      Лололошка не мог отойти от того видения с ним. Он не мог понять, что же значило это "удачи", не знал, как сражаться с этими галлюцинациями, как снова вернуться к своему стандартному миру и, как бы странно ни звучало, стандартным настройкам.       То, что происходило с лисом, довольно-таки пошатывало его психологическое состояние, каким бы "пустым" местом оно ни было. Все давило и сжимало его невидимыми и узкими стенами, готовыми разрушить его и оставить лишь плоскую и подавленную пустышку.       Может, шатен уже и был ею? Он не знает... То, что он думал обо всём совершенно один, без другого лица с поддержкой, было уже не далеко от схождения с ума — уж точно.       Все было так неудобно, словно его заперли в совершенно маленькой коробке без воздуха и свободного пространства для его мыслей — только проблемы и переживания, которые он не может решить, и они только умножаются и становятся всё больше.       После той ночи парень всё подходил и подходил к окну, старался снова поймать тот силуэт, образ своих же чувств, которые проявились в его подсознании с помощью обладателя главного и сладкого чувства новелльного — симпатии и любви.       Но его не было. Как бы он ни старался повторить ту встречу, звёздного образа всё нет и нет. Кажется, русый лис должен был сам додуматься, о чём же говорили его собственные мысли.       Всё же страдания, с одной стороны, были равны и, с другой…

* . . . . . *

      Глен не был в центре всего этого театра чувств и раскопок в подсознании Ло. Ему было всё равно на него, но тот первое время заметно его бесил. А выгнать его блондин и не мог — глюки Лололошки продолжали играть на его стороне и телепортировали его обратно в квартиру.       Стример продолжал заниматься своими делами в первые дни после прибытия новелльного парня к нему. Просто играл в свои стандартные игры до ночи и вёл стримы. Конечно, не обошлось и без проблем с тем, что он не заходил в новеллу, из которой к нему пришёл лис.       Зрители спрашивали его об этом в чате, а реальные или интернет-друзья писали в личные сообщения с тем же вопросом. Они не хотели этим сделать ему хуже, но делали, даже не осознавая, как это стало раздражать, а позже и задевать.       Игроман не мог ни в чём признаться, как бы ни хотел. Может, ему действительно стоило это сделать, но кто знал, какой будет реакция? Это делало его в собственных глазах маленьким ребёнком, который не может справиться с этим сам, хотя он уже взрослый.       Геймер не должен просить помощи, да и не у кого было её просить. Это было ужасное чувство, но терпеть приходилось. Он не мелкий и знает, как решить это, даже если нужные мысли приходят не сразу. Точнее, должен знать...       Интроверт никому не отвечал, отмахиваясь, что не может сказать или что игра просто глючит. Он молча продолжал вести стримы, не говоря об этой проблеме.       Глен в кадре оставался таким же весёлым, с лёгкостью в голосе шутил привычные шутки и вставлял свои фирменные фразочки, дополняя прохождение и оставаясь собой.       Он снова забывался в игре, перестав носить свой типичный ярлык "интроверта-задрота", и вёл себя привычно. Снова не спал ночами, общаясь с чатом. Всё должно быть в норме, ведь всё было так же, как и прежде, хорошо... но есть и обратная сторона его эмоционального лица.       Блондин замыкался в себе, выключал запись экрана и отключал веб-камеру. Без стрима он снова становился одиноким интровертом — с огромными, тёмно-фиолетовыми мешками под глазами, неухоженными волосами и потёртыми, утратившими свой шарм за годы наушниками.       Он просто лежал на кровати без цели, ожидая, когда бог-художник раскрасит небо своими тёплыми, утренними оттенками и заставит белые, нежные капли растекаться по небу, словно летающая сахарная вата из парка аттракционов.       Это была пытка. Это была жизнь без цели, к осознанию которой он вновь пришёл, но постоянно пытался забыть о ней, пытался придумать и убедить себя, что его жизнь не бессмысленна. Ведь его смысл — стримы, да?...       Но в очередной раз его "смысл" заканчивался, а вечно серый потолок становился единственной картиной в этой, казалось, огромной галерее. Ведь сны были безграничны... Но их не было ни в одном глазу.       Перед глазами мелькали всё те же картины. Никаких ярких огоньков привычного монитора, никаких разноцветных красок типичных аниме-игр, никакого другого цвета из стрелялок. Ничего.       Просто серый цвет и ничего более. Даже голову было лень повернуть, чтобы увидеть другие оттенки этой серой комнаты. Один лишь потолок.       Со временем игроману стало противно видеть, как постепенно проявляется солнце, знаменуя новый день и конец ночи. Он не дружил с солнцем, которое постоянно заставляло его думать, что реальность его квартиры не серая, окрашивая небо цветами, в отличие от луны, которая, казалось, полностью принимала реальность. Его реальность.       От этого становилось только хуже. Геймер вёл стримы исключительно ночью, а это означало, что с наступлением утра ночь уходила от него, оставляя его наедине с недружелюбным солнечным светом.       Поэтому он и принял решение закрывать шторы, задерживая их с каждым наступлением ночи. Хоть ему раньше нравилось смотреть на луну, но сейчас он не мог уследить за тем, когда именно станет светло, поэтому пришлось пожертвовать любованием своей любимой белоснежной подругой.       Как бы это ни убивало его дальше, хоть так стало чуть лучше. Шторы спасали, хоть и могли предавать тем, что были полупрозрачными и пропускали в вечную тьму свет, как в дворце вампира. Он избегал окон с такими шторами, думал, что точно купит новые, когда будет возможно.

      Но в последсвии это перестало помогать...

      Парень снова стал недосыпать, мучаясь сильнее, чем тогда, снова и снова глядя в потолок. Самое страшное, что успело случиться, — блондин стал забывать что-либо сделать, в том числе и зашторивать окна.       Поэтому иногда он страдал вдвойне, тогда как с другой стороны стены другой обитатель мог рассматривать небо и расслабляться, открывая невидимый замок в своих мыслях...

* . . . . . *

      Очередная бессонная ночь для обоих жителей этой квартиры. Лололошка смотрел в окно с грустным лицом, думая о той злосчастной встрече с его любимым, пока Глен снова играл в какой-то шутер, не желая заканчивать ни стрим, ни само времяпровождение за компьютером.       Они оба были подавлены, хоть это и маскировалось разными проявлениями чувств, как в театре с кукольными актёрами и картонными масками. Оба были отстранены и не обращали внимания друг на друга, словно находились в разных мирах, хотя на самом деле их разделяла лишь обычная тонкая стена и простые комнаты.       Блондин спокойно хихикал с чатом, нацеливаясь и убивая очередного игрока в игре, тем самым выигрывая. Чат тут же заполнился похвалами, и стример вновь забыл, какое же будет его состояние без всего этого.       Это было только начало, поэтому такие мысли даже не успевали зародиться в его голове, а если и появлялись — он сразу их выкидывал, убеждая себя, что ещё далеко не конец, чтобы переживать о таком.       А шатен глядел в найденное им окно, которое снова оказалось забытым и не зашторенным. Может, хозяин этой квартиры забыл или же это было окно со "шторами-невидимками". Но для лиса это не имело значения.       Он снова разглядывал всю красоту этих, казалось бы, чёрно-белых цветов, за которыми мог видеть целые картины оттенков, настолько неизведанных, что они не имели названий.       Звёзды искрились, создавая своим свечением невероятный пейзаж, который не могли передать ни фотоаппараты, ни камеры, ни краски самых искусных художников.       Эта картина была доступна лишь ему и никому другому — ночное время и отсутствие силуэтов у окон делало её приватной. Запечатанное в его памяти изображение, закрытое на специальный замок без способов открытия, чтобы не забыть и не выкинуть его из головы.       Новелльный помахивал хвостом и слегка дёргал ушами, будто слыша что-то в этой неисправимой тишине, словно у неё были свои звуки, как бы это ни звучало со стороны глупо.       Тем временем Глен, устроившись в кресле удобнее и крепко сжимая мышку в руке, снова старался попасть во врага, выстреливая и пытаясь нацелиться. Но это не удавалось.       Компьютер резко выключился при очередном выстреле, как и сам стрим. Прошло всего двадцать минут с начала трансляции — и вот такое! Парень нахмурился, резко выпуская мышку из рук и чуть не ударяя рукой по столу, вовремя остановив себя. — Да блять! — не выдержав, ругнулся он, пробегаясь взглядом по потухшему монитору. — Что в этот раз?!       Стример отпустил бедную мышку и принялся проверять весь компьютер, заряд и блок питания. Оказалось, что он просто отключился по непонятным причинам — не было ничего, что могло бы привести к такому сбою.       Геймер, недовольно вздрагивая от злости и тяжело вздыхая, встал со своего компьютерного кресла. После такого захотелось выпить воды, поэтому он вышел из комнаты и направился в гостиную-кухню, где уже находился названный гость.       Блондин оглядел тёмное пространство, в полумраке распознавая силуэт своего сожителя. Нехотя заходя в комнату, он налил себе простой воды, облокачиваясь на небольшой деревянный стол.       Лис, заметив появление парня, немного дернулся, не зная, чего ожидать. Позже он отстранился, наблюдая со стороны, как Глен пил свой обычный напиток, занимавший второе место в его тир-листе. На первом, конечно же, было кофе.       Парень провёл своим лисьим носиком, стараясь таким образом понять настроение главного жильца квартиры. Это действие всё так же оставалось бессмысленным, но его животная природа не могла не занять главную роль и не поддаться своим инстинктам.       Стример, в свою очередь, старался не обращать на него внимания, но в конце концов не смог сдержать взгляд при себе. Его сознание и мысли будто повернулись в другую сторону, словно открывая барьер в общении со своим новым "соседом". Может, это случилось из-за резкой смены обстановки или по какому-то отдалённому желанию его подсознания.       Парень, выпив холодной воды, подошёл к своему "нежеланному врагу", облокачиваясь на подоконник. — Тоже не спишь? — спросил блондин, не зная, как иначе создать более комфортную атмосферу.       Лололошка удивлённо посмотрел на него, перебегая взглядом то на парня рядом, то на окно с открытыми шторами. — Ну... — он неуверенно шевельнул хвостами, почему-то задумавшись над этим вопросом на пару секунд. — Да, тоже... — Понятно... — Глен лишь кивнул, снова поднеся свою любимую кружку с остатками воды к губам. — Погоди, а она разве... — Ло, удивлённый, разглядел кружку. Это была та самая любимая кружка хозяина квартиры, которая начала глючить в первый день его пребывания здесь.       Блондин, увидев такую реакцию, отвёл вещь от лица, даже не успев сделать глоток. — Да, это она, — с невозмутимым выражением лица сказал парень. — Но почему-то перестала глючить. Подумал, что чудо какое-то, — он повернул голову к шатену, слегка склонив её набок. — Ты ничего с ней не делал, чтобы она вернулась?       Лис снова дёрнул ушами, внимательно присматриваясь к поверхности кружки, словно анализируя её состояние глазами. — Нет, ничего подобного даже... — он замолчал, оставаясь с приоткрытым ртом, продолжая будто сканировать кружку невидимыми способностями. — Что с ней могло случиться?..       Геймер сдержал разочарованный вздох при себе — он надеялся, что новелльный парень ответит утвердительно, чтобы не приходилось снова рыться в своих мыслях в попытке объяснить то, что никогда не случалось с ним и вообще не должно было его касаться. — Мх, да как же это задрало... — тихо пробормотал парень, потирая переносицу и прикрывая глаза.       Двухвостый перевёл взгляд с кружки на него, на пару секунд сделав грустное выражение лица, осознавая, что не один мучается со своими проблемами. — Эм... Ты, то есть... — Ло, понимая ситуацию и осознавая, что может упустить шанс завести хотя бы нейтральные взаимоотношения со стримером, решил попробовать. — Я тоже... Меня тоже достали все проблемы, постоянные мысли о родном мире и о...       Он запнулся, пытаясь правильно подобрать слова и не выдать лишнего. — Об одном важном лисе... Я совсем не знаю, как жить вашу человеческую жизнь и хочу вернуться назад, но понимаю, что шанс найти способ мал. Да и проводить эти "ночи" в сознании иногда невыносимо. Может, мы... Посмотрим на луну и немного узнаем друг о друге? — неуверенно задал вопрос голубоглазый, не зная, сработает ли его речь, но решив, что стоит попробовать.       Глен, выслушав монолог своего сожителя, задумался над его словами.       Страдания шатена походили на его собственные, и, возможно, они могли понимать друг друга — даже... помогать? Но точно не стоило отвергать друг друга и игнорировать, будто он саморучно закопал его в могилу.       Парень перевёл взгляд на окно без штор, снова за долгое время встречая свою подругу-луну.       Из-за постоянно закрытых штор в его комнате он успел позабыть, как можно любоваться ею часами напролёт.       Его взгляд скользил по её свечению, словно запечатывая изображение в памяти. Он мог переключаться на звёзды, пытаясь найти новые созвездия, но неизменно останавливался на Малой и Большой Медведице.       Он решился. — Почему бы и нет, давай. — На лице геймера появилась небольшая улыбка, которая спустя секунды скрылась за кружкой, когда он сделал последний глоток и оставил её на подоконнике.       Стример снова посмотрел на ночное небо, вновь проникаясь его красотой. Медленно, не отводя взгляда, он забрался на подоконник.       Лололошка удивился, не думая, что так можно, но повторил за человеком и тихо оказался рядом.       Оба парня смотрели и разглядывали это небо, которое привело их сюда. Оно уже успело за столь короткий срок запасть в невидимую душу шатена, но также снова открылось для блондина, который успел его позабыть. Для последнего эти ощущения были как впервые, тогда как для другого — и являлись таковыми.       Они рассматривали звёзды, тихо перекидываясь вопросами друг к другу и узнавая новое. Геймер, как только находил созвездие, указывал на него лису. Конечно, пришлось объяснить, что это такое, но после этого проблема решилась.       В ярко-голубых глазах Ло показались белые отблески и золотые блики звёзд, заполняя радужку совершенно новыми цветами. Глаза Глена, давно уставшие и страдавшие от бессонницы, тёмные, как и вся его квартира, смогли хоть немного заблестеть — будто перемещаясь на годы назад, во времена, когда он ещё не загнал себя до такого.       Всё остальное время они молчали, не зная, что ещё можно или нужно спрашивать, ведь всё, что хотелось бы узнать, уже было у них в мыслях. Простое наблюдение за небом завораживало, почти гипнотизировало, а лиса — даже усыпляло.       Незаметно его глаза начали прикрываться, и он облокотился на стекло и слегка на стену квартиры, впервые растворяясь и уносясь в сон. Хвосты голубоглазого успокоились и покоились около его ног.       Вскоре хозяин квартиры перевёл взгляд на заснувшего парня, слегка ухмыльнувшись впервые за долгое время вне стримов. Лис сейчас выглядел по-странному нелепо, а может, даже мило, хотя последнее не особо волновало Глена.       Но спустя пару минут тишины блондин кое-что понял...

Как Лололошка уснул, если у него нет реальных, человеческих чувств?...