Медицинская смекалка

На часах три часа ночи. Всё спокойно. На полу спальни разлилась дорожка из серебристого лунного света. Цветочный город спит. Тюлевые занавески развивает лёгкий ветерок. Но тут в этой тишине раздаётся скрип старой пружины матраса и сдавленный стон. Из-под одеяла показывается бледное лицо Знайки, а его яркие фиолетовые глаза отражают лунный свет, струящийся из окна. Он садится, держась за урчащий живот и тихонько выдыхает. — «Ох… Чего ж тебя то так крутит? Всё же так хорошо было… Так, ладно, сейчас схожу в туалет и всё пройдёт» — решил он, тяжело поднимаясь на ноги, и поплёлся к двери в противоположной стене, где у него находилась личная ванная комната. Щёлкнул выключатель, слегка ослепив близорукого малыша яркой белой вспышкой. Он недовольно промычал, потерев заспанные глаза тыльной стороной ладони и захлопнул за собой дверь. Через пятнадцать минут он смог наконец-то подняться с «белого трона». Облегчение наступило настолько же резко, насколько до этого его схватил спазм, оставив после себя лишь небольшое покалывание. Учёный подошёл к раковине, включил воду и на несколько секунд замер у него, всматриваясь в своё сонное выражение в зеркале, бледность его кожи, глубокие мешки под глазами, растрёпанный ирокез, который он так и не привёл в порядок после прогулки сквозь заросли. — «Эх… Значит так, придётся ещё раньше встать, чтобы вымыть их от остатков геля и лака, а потом заново уложить… Так, сколько у нас там часов осталось на сон? — он быстренько помыл руки и вышел из ванной, не забыв выключить свет, а затем взглянул на часы. — Угу… Два часика. Ну, что ж, неплохо. Главное, что кишечник бунт прекратил и, надеюсь, навсегда, а тревога была ложной. Ладно, нужно, действительно, поспать оставшееся время, иначе я ни слова своим коллегам донести не смогу из-за дезориентации и зевания… — от этих мыслей он как по команде широко зевнул и потянулся, хрустнув слегка затёкшей от долгого сидения на унитазе поясницей, после чего направился к кровати, лёг, накрылся одеялом и посмотрел в окно на виднеющиеся сквозь тонкую полупрозрачную ткань занавесок россыпи серебристых сверкающих жемчужинок звёзд. — Утро вечера мудренее… Доброй ночки» — пожелал он сам себе, прежде чем сомкнуть веки и погрузиться в безмятежную страну сновидений.

***

Солнечные лучики плавно ложились на крыши домов улицы Колокольчиков, а у дверей медпункта уже стояла толпа заспанных коротышек, которые оживлённо переговаривались слегка дрожащими голосами, т.к какими бы смелыми каждый из них не хотел казаться, в глубине души они все ещё были детьми, даже грозный Винтик, который стоял во главе очереди и держал за плечо своего младшего брата, который дрожал как осиновый лист и бегал зрачками по сторонам, выискивая возможные пути отступления. — Шпунт, ну что опять начинается, а? Мы же с тобой столько раз уже это обсуждали! Ничего страшного там происходить не будет, ты же знаешь. Ну, кровь возьмёт он у тебя на анализ и что? Ты курс витаминных инъекций болючий выдержал, а тут, смешно просто, секунда времени потерпеть и всё! А он тут уже весь исстрадался… — старший механик закатил глаза и тяжело вздохнул. — А… Тебе что ни капельки не страшно? Я же вижу, как у тебя у самого коленки трясутся… — огрызнулся младший, сбрасывая со своего плеча руку братца и отворачиваясь от него. — Стекловата, сейчас договоришься у меня… — пригрозил он ему, но трогать его больше не стал, т.к услышал позади тихий заговорщицкий шёпот знакомого голоса и навострил уши на всякий случай. Незнайка, на удивление, пришёл вместе со всеми, ещё и притащил с собой сонного Гуньку, якобы в качестве группы поддержки, а на деле же для того, чтобы друг ему помог осуществить его «грандиозный» план. — Гунидзе, слушай меня внимательно. Сейчас Пилюля удостовериться, что я тут смирненько в очереди стою, как порядочный и послушный малыш, и потеряет бдительность, а я в это время как раз таки и улизну. Подвал в домике Пончика — это просто райское местечко! Просторный, с большим окном, через которое будет удобно вести наблюдение, ещё и столько вкусностей, можно оттуда и не вылезать вообще! — с упоением посвящал «соломенный» друга в детали предстоящей выходки с его стороны. — Незнайка…*зевок* А я тут зачем? Что от меня то требуется? — Гунька широко зевнул и поочерёдно моргнул своими заспанными карими глазками, которыми он недоуменно глядел на этого авантюриста в голубой шляпе. — А ты, мой дорогой товарищ и союзник, основная часть плана «Б»: как только Касторка заметит моё отсутствие, тебе просто нужно будет направить его по ложному следу и держать язык за зубами по поводу моего местонахождения, усёк? — А… Если доктор Пилюлькин мне не поверит? Что тогда? — засомневался в своих навыках убеждения малыш. — А ты сделай так, чтобы поверил! Ох, Гунька, всё тебе разжёвывать надо, как маленькому! А ещё меня дурачком называют… — но тут он заметил на себе зоркий взгляд старшего механика и поспешил прикусить язык. — Так, ладно, надеюсь, ты всё понял и не подведёшь меня, дружище. Я на тебя надеюсь — шепнул он Гуне на ухо, после чего просто встал, как ни в чём не бывало, заложив руки за спину и начав тихонько посвистывать себе под нос «Кузнечика». Винт отвернулся, но отметил про себя, что лучше держать ухо востро насчёт этого нарушителя общественного правопорядка. Но тут вдруг по толпе прошёл рокот, т.к на другом конце улицы сначала появилось облако пыли, а за ним раздался топот чьих-то ног в лаковых туфлях. Знайка мчался по дороге, спотыкаясь под тяжестью двух папок с расчетами, которые он нёс в руках, и длинного тубуса с чертежами, что был перекинут через его плечо. Учёный всё же проспал и опаздывал на поезд, вот и мчался сломя голову на вокзал мимо своих друзей, знакомых и соседей, которые провожали его удивлёнными и сочувствующими взглядами. Все, кроме Незнайки, который при виде их вечно серьезного и грозного лидера в таком не типичном для него состоянии, не смог упустить такого уникального в своём роде момента и крикнул ему вслед. — Давай-давай, Знайка, быстрее! Я верю в тебя! — заулюлюкал он, начав хлопать в знак «поддержки». — Скоро финиш! Поддай газу, вот так!!! Знайка! Знайка! Знайка! — но тут он уже получил тяжёлую оплеуху по затылку и чуть не улетел на землю от такого сильного удара, т.к подлетевший к нему Винтик поспешил прекратить эту клоунаду. — Ай, да за что? — возмутился «соломенный», потирая ушибленное место и пытаясь разогнать пляшущие перед глазами звёздочки. — За всё хорошее… Знайка и так нервничает, а ещё ты тут со своими издевками. Постеснялся бы хоть раз! — обжёг его ледяным взглядом голубых глаз механик, возвращаясь в начало очереди. — Да я же наоборот поддержать его хотел, только и всего! А ты сразу драться… — обидчиво протянул малыш, но украдкой, всё же, успел показать Винтику кончик языка, который поспешил сразу же спрятать обратно. — Поддержка выражается иначе, а не так, как ты это делаешь… — начал было отчитывать его механик, но тут раздался щелчок и дверь медпункта распахнулась. На пороге возникла коренастая фигура в белом халате. Пилюлькин обвёл толпу внимательным взглядом своих строгих серых глаз, явно выискивая кое-кого определённого, но заметив Незнайку, он заметно расслабился и, даже, коротко ухмыльнулся. — Братцы, добрейшего утра! Всем спасибо, что пришли. Быстрее начнём — быстрее закончим, как говорится. Пойдём традиционно по списку… И так, Авоська, прошу внутрь — толпа расступилась, пропуская названого вперёд, но тот не спешил приближаться ко входу в обитель боли и страха, а возмущённо воскликнул. — А чего опять то по алфавиту? Может, хоть раз с конца пойдём, а? Авось, так честно будет! — он стал вертеть головой в поисках поддержки, но все остальные смотрели с едва скрытым недовольством, что он тут воду начинает мутить и задерживать всех. Пиль лишь тяжело вздохнул и отрицательно покачал головой. — Нет, так мы делать не будем. Это долго и муторно. Давай, хватить там языком трепать, заходи поскорее — он чуть отодвинулся, жестом приглашая одного из близнецов в помещение. Авоське пришлось смириться и на дрожащих ногах начать медленно подходить, с осуждением и недовольством глядя на всех, кто его не поддержал. — Ускорься, пожалуйста. Ты всех задерживаешь… — терпению Пилюлькина пришёл конец, поэтому он схватил малыша за руку и рывком затащил его в кабинет, захлопнув за собой дверь. Все же остальные остались ожидать в гнетущей тишине той же участи, которую невозможно было избежать никаким образом и прислушивались, что же происходит за этой страшной белой дверью с красным крестом…

***

Знайка выбежал на платформу станции «Цветочный город» ровно за две минуты до отправления поезда в Солнечном направлении. Из трубы состава уже вовсю шёл дым, а гул стоял такой, будто целый хор кузнечиков собрался и затянул свою вечернюю песнь. — Знайка, твою ж рельсу, давай поскорее! И так ради тебя уже на минуту задержались! — из дверей вагона высунулась растрёпанная светлая макушка в фуражке. Это был Свисток — старший проводник Солнечной железной дороги и, по совместительству, хороший знакомый учёного. Знайка добежал до вагона и проводник помог ему подняться на подножку, сразу же отобрав у того весь багаж, и понёс его на нужное место у окна. — Спасибо, Свист. Как всегда выручаешь — поблагодарил его запыхавшийся учёный и поспешил плюхнуться на своё место, т.к после такого марафона на короткую дистанцию, его живот недовольно заурчал и в очередной раз в нём неприятно кольнуло, только уже намного сильнее по сравнению с приступами, что были накануне. Но учёный опять смёл это на всё на то же переедание, поэтому просто принял решение сегодня вообще не есть и ждать, когда же кишечник полностью освободится от всего лишнего. Поезд тронулся, начав плавно набирать скорость. Знайка опустил висок на спинку сиденья и упёрся лбом в оконное стекло, начав медленно поглаживать уже успокаивающийся животик. У него впереди был ещё целый час на то, чтобы восполнить недостаток сна, и он не стал упускать такой прекрасной возможности, прикрыв глаза и начав дремать уже через пару минут после начала их движения.