Ночные рутины

      Спустя несколько минут после возвращения из портала Линч и Джон обнаружили себя на диване в гостиной первого и, лишь прикоснувшись к мягкой поверхности, уснули, облокотившись друг о друга в сидячем положении, не найдя в себе сил ни на что больше.       Несмотря на неудобное положение, этот сон был самым сладким за всё время с момента, как их ноги ступили в 2066 год. Сон оказал на парней целебное действие, однако Линч, проснувшийся первым и растолкавший Джона, всё равно чувствовал себя разбитым. Всё тело саднило и болело после пыток в плену у Морпеха.       Передвигаться было сложно, и весь день ушёл на то, чтобы смыть с себя всю грязь метро (на коже всё равно чудилось ощущение пепла, которым мазались реднеки), привести себя в более или менее приличный вид и съездить в больницу. Линч освободился первым и мучительно долго ждал в коридоре Джона, с пулевым ранением на плече которого врачам пришлось повозиться.       Вернувшись домой к Линчу, парни смогли только заказать доставку на ужин и вместе завалиться в кровать в спальне. Ночь прошла быстро, и проснулся Линч лишь ближе к четырём часам дня. Сил всё так же не было.       Второй день возвращения домой прошёл за разговорами на диване в гостиной. Сказать после путешествия было что. На полу начинала собираться небольшая горка пустых пачек из-под пиццы.       Когда стрелка настенных часов начала подбираться к полуночи, Линч принёс Джону постельное на диван в гостиной и, зевая, ретировался в свою спальню.       Рядом с Джоном его одолевала сонливость и накопившаяся за приключение усталость, но стоило только его голове коснуться подушки собственной кровати, сон как рукой сняло. Линч лежал на спине, уставившись в потолок, и сна не было ни в одном глазу. Напротив, перед глазами разыгрывались события последних дней. Старательно смаргивая видения, он сверлил взглядом потолок, ворочался, пытаясь найти удобное положение, но в груди поселилось неприятное, тягучее и тяжёлое ощущение, которое не получалось оттуда прогнать.       В очередной раз перевернувшись с бока на спину, Линч измученно потёр лицо руками, как вдруг из коридора раздались тихие шаркающие шаги. Линч на момент напрягся, а затем распознал знакомую поступь. Джон остановился в дверном проёме, с накинутым на плечи пледом и зажатой под мышкой подушкой, нерешительно топчась на месте. Нерешительность была ему не к лицу.       — Ты спишь? — прошептал он в тёмную комнату, переминаясь с ноги на ногу.       — Нет, — так же тихо ответил Линч.       Джон замялся на несколько секунд, неуверенно теребя в руках край майки.       — Можно я с тобой посплю? — в итоге спросил он немного раздражённо. Линч знал, что раздражён он своим же вопросом. Они взрослые мужчины, какое к чёрту «можно с тобой посплю»?       — Да, — незамедлительно ответил Линч, двигаясь в сторону и освобождая край кровати.       Джон лёг рядом, укрылся своим пледом и тоже уставился в потолок, сцепив руки в замок на груди. Линч заметил, что он без очков, и отвёл взгляд.       Присутствие Джона удивительным образом успокаивало. Кровать немного прогнулась под его весом, и от него исходило тепло — человеческое, живое. Хватило бы вытянуть руку, чтобы прикоснуться и почувствовать его. Давящая тишина вокруг так же развеялась, нарушаемая тихим дыханием сбоку. Так, вслушиваясь в это дыхание и это тепло, Линч не заметил, как его веки потяжелели и наконец-то сомкнулись.       А наутро Линч нашёл себя заключённым в кольцо чужих рук и со спутанными с чужими ногами.       Он резко вскочил, вырываясь из объятий, надеясь, что Джон ещё не проснулся и ничего не заметил. Его взгляд встретился со спокойными голубыми глазами, в этот раз не прикрытыми вечно поблёскивающими очками. Между ними повисло неловкое молчание, а щёки Линча потеплели.       — Всё нормально? — невозмутимо задал вопрос Джон.       — Да, — выпалил Линч. — Эм. Извини, не знаю, как я оказался на твоей части кровати…       — Ты имеешь что-то против? — поднял бровь Джон.       Линч прислушался к своим ощущениям. Вообще-то, поспал он отлично. Неужели они всю ночь так провели?       — Да вроде… нет, — неуверенно признался он.       — Ну вот и всё, — Джон сел на кровати и потянулся. — Что на завтрак?       День прошёл незаметно, почти идентичный вчерашнему. Парни почти не отходили друг от друга, что было не совсем типично для них, но никто и не думал отпускать какие-то комментарии по этому поводу. Оба прекрасно понимали, из-за чего это и что это нужно было обоим.       Ночью Джон сразу лёг к Линчу в кровать, даже не думая уходить на диван в гостиной. Линч вновь сверлил взглядом потолок, вслушиваясь в дыхание совсем рядом. Повинуясь необъяснимому желанию, он повернулся на бок, осторожно рассматривая профиль Джона, пока тот не встретился с ним глазами. Линч на пробу вытянул руку, кладя её поперёк чужой груди. Джон не предпринял никаких попыток её убрать, и тогда Линч аккуратно подполз ближе, перекладывая голову ему на грудь и обнимая руками. Через мгновение чужие руки сомкнулись вокруг него, и Линч наконец смог выдохнуть всё скопившееся внутри напряжение, расслабиться и закрыть потяжелевшие веки.       Живое, осязаемое и успокаивающее тепло совсем рядом, безмятежные движения вздымающейся от вдохов и выдохов грудной клетки под щекой, ровный стук сердца над ухом, сомкнутые в защитный круг руки, обволакивающие до боли знакомыми объятиями — всё это помогло наконец вытеснить из груди поселившееся там тяжёлое чувство, которое не получалось вымыть никакими горячими душами, проветрить никаким глубоким дыханием или вычесать ногтями из-под тонкой кожи. Впервые после возвращения из метро Линч почувствовал себя таким расслабленным, в такой безусловной безопасности, что сон поглотил его с головой за считаные секунды.       Спалось так хорошо и блаженно, что, когда его вдруг резко и грубо спихнули на матрас посреди ночи, Линч не сразу пришёл в себя. Сонно потирая глаза, он услышал громкое прерывистое дыхание сбоку. Удивлённо проморгавшись, он поднял глаза и наткнулся взглядом на Джона, сидевшего на своей части кровати, спрятав лицо в руках.       — Джон? — негромко позвал он, и названный подпрыгнул на месте. Глаза потихоньку привыкали к кромешной тьме, и Линч заметил, как плечи друга мелко подрагивали в слабом лунном свете, пробивавшемся сквозь плотные блэкаут шторы.       Джон встретился с ним взглядом, но больше никак не отреагировал; тогда Линч снова прошептал:       — Всё хорошо?       Громко сглотнув, Джон всё-таки смог сипло выдавить:       — Да, просто кошмар приснился, — и отвернулся, уставившись пустым взглядом перед собой и хватаясь пальцами за майку в районе сердца.       — Приятель, это был всего лишь сон, — мягко напомнил ему Линч, поднимаясь и усаживаясь сбоку, складывая ноги по-турецки. — Хочешь поговорить об этом?       — Нет, — хрипло отрезал Джон. Линч опешил, но ничего не сказал.       Секунды вдруг растянулись в фиолетовые часы; Линч нервно перебирал собственные пальцы, соображая, как помочь другу, когда тот вдруг протяжно вздохнул, разрезая звуком оглушительную тишину, смазано бросил заплетающимся языком:       — Ложись спать, я скоро вернусь, — и двинулся, чтобы встать с кровати, но Линч молниеносно положил руку ему на колено и спросил:       — Куда ты?       Джон замер. Линч рукой чувствовал его дрожь. Песком в воображаемых часах просыпалось ещё несколько секунд, но ответа так и не последовало. Линч моргнул несколько раз и убрал руку, не зная, что делать.       К счастью, Джон опередил любые его действия, со вздохом падая спиной обратно на кровать. Линч присмотрелся: друг явно пытался скрыть, насколько перепуган, но его с головой выдавали широко раскрытые глаза, мелко дрожащие руки, вновь сцепленные в замок на груди, и срывающееся неровное дыхание.       Решив отложить раздумья о том, куда и зачем хотел сходить Джон посреди ночи после кошмара, что не решился рассказать об этом лучшему другу, Линч придвинулся ближе к изголовью кровати, опираясь на него спиной и принимая полулежащее положение. Джон кратко глянул на него, и тогда Линч похлопал себя по груди, приглашая. Ответ на приглашение не заставил себя долго ждать.       Джон перекатился со спины на живот, в миг оказываясь рядом, и устроил голову на груди Линча. Его мгновенно окутало тепло, исходившее от разгорячённого тела друга; он даже на всякий случай приложил тыльную сторону ладони к чужому лбу, но нет — жара не было. Тогда Линч невесомо обвил одной рукой дрожащие плечи, а другую запустил в растрёпанные каштановые волосы, медленно перебирая кудряшки пальцами. Джон вцепился рукой в его ночной свитшот, а Линч укрыл их пледом, сразу после возвращая руку на прежнее место.       Постепенно Джон начал успокаиваться; его дыхание в какой-то момент синхронизировалась с размеренными вдохами-выдохами Линча, тело перестала бить дрожь, и он даже скользнул рукой под поясницу Линча, обнимая в ответ. Журналист не прекращал бережно перебирать вьющиеся пряди меж пальцев. Вскоре Джон тихонько захрапел, и только тогда Линч с облегчением выдохнул, сжал его покрепче и прикрыл собственные глаза.       Остаток ночи прошёл спокойно, а на утро Джон уже с немного напускной бодростью травил какие-то тупые анекдоты, с удовольствием отпивая кофе из своей кружки; Линч лишь улыбался в ответ, понимая всё без слов.