Спина ныла от царапин, оставленных журналистом, но по всему телу разлилось такое удовлетворение, которого Генри не испытывал уже очень долгое время. Такое, которое накрывает только при завершении личного проекта, лелеемого до глубины души и очень давнего. Секс с Линчем – долгострой Лэмбтона, наконец доведённый до конца.

Идти в душ вместе после приключений уже давно вошло в привычку. Рутина, чего греха таить. Как и то, до чего порой доходил совместный душ.

– Я хочу сделать глупость, – прошептал Джон прямо в губы Линчу. На языке горько выплясывало послевкусие выпитого алкоголя, заставляя слова путаться и сливаться воедино. //Или же пропущенная сцена в фильме "Карантин".

По спине Линча пробежали мурашки. Ему нравилось, когда всё в его жизни было под его контролем, в том числе и в постели. Однако, сидя на водительском месте в машине и разглядывая наручники, пока Джон ушёл заказывать ужин, он пришёл к мысли, что отдать контроль человеку, которому он доверял больше всего, может быть вполне интересно и будоражаще.

После событий в метро будущего Линч предложил Джону пару дней пожить у него, и тот сразу же согласился. На протяжении этих дней, пока они восстанавливались, оба почти не отходили друг от друга – никто из них даже не делал едких комментариев по этому поводу – и спали в обнимку; это было одновременно дико неловко и безумно успокаивающе: слышать под ухом биение живого сердца, дыхание и тепло тел друг друга.