Цена молчания

Уже месяц Се Лянь жил в аду, месяце насилия, навязанного Баем. Он избегал Небеса, словно чумы, затворился от духовной сети, лишь бы не слышать вопросов, которые и так терзали его при каждой случайной встрече с небожителями вне дворца. Но и в четырех стенах не усидишь, а каждый выход в мир оборачивался встречей с обеспокоенными богами войны, жаждущими помочь своему. Даже в Призрачный город, к Хуа Чену, Се Лянь не находил в себе сил прийти. — Гэгэ, неужели я чем-то тебя обидел? — в голосе князя демонов слышалась неприкрытая тревога, когда им все же удалось пересечься. — Нет, Сан Лан, все в порядке, — Се Лянь смотрел в любимые глаза, и сердце сжималось от невыносимой боли лжи. — Просто… у меня много дел на Небесах. Но как только я со всем разберусь, обещаю, никуда от тебя не денусь. В небесных чертогах Му Цин и Фень Син уже били в набат. — Говорю вам, — Наньян обвел взглядом всех присутствующих в духовной сети, — с Се Лянем что-то случилось! — Вы явно преувеличиваете! — возразил кто-то из богов, но тут же был атакован гневным взглядом Му Цина. — А мне кажется, что с Се Лянем явно что-то произошло! Кто из вас помнит, когда он в последний раз заходил в сеть? — Сюаньчжэнь, на удивление, не спорил с товарищем, а поддерживал его. Се Лянь был им как брат, и его отсутствие не ускользнуло от их внимания. — Ой, да мало ли у наследного принца Сяньлэ дел? — прозвучал чей-то равнодушный голос. К счастью для смельчака, Му Цин и Фень Син не были рядом, иначе он точно был бы избит до полусмерти. Лин Вень одарила его гневным взглядом. Она и сама переживала за Се Ляня, но ничего не могла поделать. К тому же ей приходилось заставлять владыку заниматься его бесконечной бумажной работой, поэтому времени, чтобы выяснить, что с богом войны земель Сяньлэ, у нее просто не было. – Дела ли, не дела, а из дворца он словно затворник, носа не кажет, на личные послания – ни ответа, ни привета, а если и улучишь момент на улице, норовит улизнуть, будто тень, – Цинсюань, доселе хранивший молчание, не выдержал и поделился своим нарастающим беспокойством. – По-моему, вы тут на ровном месте бурю в стакане поднимаете, – беспечно отмахнулся первый смельчак, уверенный, что Му Цин и Фэн Синь лишь нагнетают обстановку. Боги тут же разделились на два лагеря, вступая в жаркие споры. Большинство склонялось к мнению, что эта троица сеет панику без причины: дескать, случись что, Се Лянь непременно поделился бы, а раз молчит, значит, и тревожиться не о чем. Но тут уже не выдержал Пэй Мин. – Замолчите! – рявкнул он, словно хлыстом рассекая повисшую в воздухе самонадеянность. – Се Лянь что-то скрывает! Вчера я заметил, как он прихрамывает. На мой вопрос, что случилось, отмахнулся неловким падением и ноющей болью в ноге. При его-то даре переносить любую боль, словно ее и нет! – Пэй Мин опустил взгляд, словно устыдившись собственных слов. В зале воцарилась тишина, тяжелая и зловещая Тишина эта давила на плечи, словно тонны камней. Взгляд каждого бога был устремлен на Пэй Мина, словно ища в его лице подтверждение худшим опасениям. Даже самые ярые скептики теперь притихли, осознавая, что за молчанием наследного принца что-то скрывается. Что-то, что он не желает или не может разделить с ними. Фэн Синь, обычно грубый и прямолинейный, сжал кулаки так, что побелели костяшки. Му Цин, напротив, сохранял внешнее спокойствие, но легкая дрожь в пальцах выдавала его внутреннее напряжение. Оба знали Се Ляня слишком хорошо, чтобы поверить в случайное падение и боль в ноге. Он никогда не жаловался, а если и получал раны, то скрывал их до последнего. – Мы должны выяснить, что происходит, – наконец произнес Фэн Синь, нарушив гнетущую тишину. – Нельзя оставлять его одного с этой проблемой. Пэй Мин кивнул, поднимая взгляд, полный решимости. – Я согласен. И времени у нас не так много, как кажется. Его молчание говорит громче любых слов. Фэн Синь кивнул, соглашаясь с Пэй Мином. Му Цин молчал, обдумывая услышанное. И вдруг, словно в ответ на их слова, в духовной сети раздался долгожданный голос. – Простите, что так долго отсутствовал, – голос Се Ляня был хриплым, сорванным, словно он кричал или долго молчал. Все взгляды в духовном зале обратились к нему. Облегчение, смешанное с тревогой, волной прокатилось по сети. – Ваше Высочество! – Пэй Мин тут же подал голос. – С тобой все в порядке? Что случилось? Се Лянь замялся. В молчании повисла тяжелая пауза, заставившая сердца небожителей забиться чаще. – Все хорошо, – резко ответил Се Лянь, и в его голосе слышалось неприкрытое раздражение. – Просто много дел. Не стоит беспокоиться. Его тон был настолько нехарактерным, что заставил всех присутствующих насторожиться. – Все хорошо?! – Пэй Мин не поверил своим ушам. – Ты хромаешь! Твой голос… Ты уверен, что с тобой все в порядке? – Я сказал, все хорошо! – Се Лянь рявкнул, и в его голосе послышались стальные нотки. – Не стоит совать нос не в свое дело. После этих слов связь прервалась. В духовной сети воцарилась оглушительная тишина. Небожители переглядывались, не понимая, что происходит. Се Лянь никогда не позволял себе подобного тона. Что-то явно было не так. В этот момент в духовную сеть ворвался голос, наполненный властью и авторитетом. – Что здесь происходит? Это был Цзюнь У. Его голос, обычно спокойный и рассудительный, сейчас звучал с легким раздражением. Он явно был не в настроении. – Ваше Величество! – Лин Вень появилась в сети сразу за ним. – Приношу свои извинения за беспокойство. Тут небольшая… дискуссия. Она бросила быстрый взгляд в сторону небожителей, пытаясь понять, что происходит. – Дискуссия? – Цзюнь У нахмурился. – Надеюсь, это не мешает вам заниматься своими обязанностями. Лин Вень, доложите о состоянии дел. Лин Вень откашлялась и принялась перечислять неотложные вопросы, требующие немедленного решения. – Ваше Величество, у нас скопилось огромное количество документов, требующих вашей подписи. Также необходимо разобраться с отчетами о стихийных бедствиях в провинции… – Погоди, – Цзюнь У нахмурился еще сильнее. – Разве я не говорил тебе передать эти документы мне на подпись еще вчера? – Да, Ваше Величество, но… – Лин Вень запнулась, бросив виноватый взгляд в сторону Цзюнь У. – …вы были слишком заняты… другими делами. Цзюнь У вздохнул, понимая, что его хитроумные попытки уклониться от бумажной работы не удались. – Ладно, – сказал он, смирившись со своей участью. – Давай документы. Разберемся с этим как можно скорее. Лин Вень облегченно вздохнула. – Прекрасно, Ваше Величество. Тогда я жду вас в вашем кабинете. И, пожалуйста, – она подчеркнула последнее слово, – постарайтесь на этот раз подписать хотя бы половину. Цзюнь У вздрогнул. – Что будет, если я не успею? – спросил он с опаской. – Тогда, Ваше Величество, – голос Лин Вень стал ледяным, – я буду вынуждена запереть вас во дворце до тех пор, пока все документы не будут подписаны. Глаза Цзюнь У расширились от ужаса. Он представил себя, заточенного в четырех стенах, окруженного горами бумаг. Мысль об этом была невыносимой. – Нет-нет, – поспешно сказал он. – Я все подпишу. Обязательно. И, прежде чем Лин Вень успела что-либо ответить, Цзюнь У исчез из духовной сети, оставив небожителей в полном замешательстве. И только Лин Вень, вздохнув, последовала за ним, готовая к долгой и утомительной работе.