Старая знакомая

Ева жила с бабушкой с младенчества. Мать у неё пропала без вести после того как её бросил парень из-за того, который не был готов к детям. Бабушка была достаточно милой и доброй, но только до того, как Ева пошла в школу. Опекунша посадила её на домашнее обучение и каждый день, без выходных сидела с ней над учебниками. Тогда бабушка стала хуже тирана. За любую ошибку или некрасивый подчерк Еве прилетала оплевуха. Из дома её не выпускали, раз в пару недель она выходила с опекуншей в магазин. В общем, общения со сверстниками у неё не было, абсолютно никакого, одна лишь бабушка, да врачи в городской поликлинике. Ева была там частым гостем из-за своего невроза. Неврологи и психиатры постоянно её осматривали, хотя бы раз в два месяца стабильно. И по гадалкам её таскали, и по врачам, ничего не помогало излечить недуг. Поэтому каждый раз стоило начаться нервному тику, так ей доставался очередной удар по ноге или руке. Синяки с её бледной кожи не сходили. Ева росла зашуганной девчонкой, которая понятия не имела в том, как общаться с людьми,в особенности с ровесниками. В тот день ей должно было исполниться тринадцать. С бабушкой они спали в одной кровати и ежедневно подъём был в пять утра, но тогда Ева проснулась от солнечного луча, пробившегося сквозь прозрачный тюль. Стрелки были на девяти часах. Ева испугалась, что сейчас опять придется терпеть ругань и рукоприкладство, но бабушка лежала рядом с ней. Кожа была слегка синеватой она не дышала. Ева зарыдала навзрыд. Бабушку она боялась, но она не знает, что делать, куда бежать, куда её отправят. Опекунша запугивала её тем, что общество это все злые люди, которые желают только зла, если ты хоть как-то отличаешься, она навязала ей установку, что нужно быть как все, а иначе сожрут с потрохами и не подавятся, поэтому никуда Еву и не пускали. Как-то она додумалась до того, что нужно об этом кому-то сообщить. Побежала к соседке, которую видела несколько раз в подъезде, когда они с бабушкой ходили в магазин. Ева еле объяснила всю ситуацию. Вызвали скорую, констатировали смерть от инфаркта, а Ева отправилась в детский дом. В то самое жестокое общество. Она итак шугалась от одного замаха руки, а теперь избиения терпела минимум раз в неделю от соседок по комнате. Алиса её пыталась защищать, так они и сдружились, потом и с Игорем. Он не был изгоем, его просто мальчишки не до конца понимали из-за мягкого характера, но почти не издевались. Так, прикалывались. Образ бабушки как жестокой старухи Ева уже не забудет никогда, она буквально её объекта на долгие попытки в социализации. И вот, у Евы самой появился ребенок. Может и не совсем желанный, но она все равно боялась стать такой же как и её опекунша. Все было куда проще, ей было плевать на дочь. Детский плач сводил её с ума. Итак хлипкая нервная система треснула напополам. Ева четко помнит как в один зимний день, когда на дворе уже встемнело она уложила дочь спать. Её взор упал на огромную аптечку на полке. Ева взяла её и ушла в ванную. Аптечка практически опустела, вокруг валялись пустые блистеры из под таблеток, она оперлась на стену. Её невозможно тошнило, было ощущение, что её вот-вот вырвет, а потом потеряет сознание и все. Все кончится, наконец-то. Больше не будет страха, больше не будет боли, не будет воспоминаний, не будет слышно тот громкий плач. В последний момент, когда зрение было размытым перед ней предстал Игорь. По его лицу было видно, что он напуган. — Ева.. Подожди.. Я.. Я сейчас! - Игорь побежал за телефоном, чтобы вызвать скорую помощь. Спустя несколько мгновений он сидел рядом с ней на полу, обнимал и просил держаться. Ева чувствовала как конечности слабеют с каждой секундой, но она гладила его по спине. — Не оставлю тебя, не переживай. - все что она смогла ответить, не понимая, что говорить. Темнота перед глазами. Похоже получилось. И стало так тревожно от этой сплошной тьмы. Не уж то это и есть та жизнь после смерти. Не рая, не ада, не перерождение, а просто пустота.                                       *** - Нет.. Нет, нет, нет.. - Ева резко поднялась на кровати, из глаз полились слезы, все было не так, она четко помнит. Она схватилась за голову и только сейчас обратила внимание, что комната ей не знакома, после этого условила звук как кто-то около неё копошиться и кряхтит. - Ева, ты чего? - мягкий женский голос Нори было так неожиданно услышить. Ева посмотрела на неё, только собиралась что-то ответить, как почувствовала объятия. Вот то что ей было нужно. Она прижала к ней, у Нори возникло ощущение, что в этот миг у неё сломаются рёбра. - Нори.. - прошептала Ева, утыкаясь в её шею. Руки подрагивали, но чувствуя тепло от тела Нори она начала успокаиваться. Ева точно больше не там, а здесь. В одной постели с возлюбленной. Все то о чем женщина так мечтала. Голова побаливала у обоих, поэтому как Ева перестала, они начали искать аспирин, найдя его спустя минут пять в какой-то коробке из под другого лекарства и потопали на кухню. Оттуда послышалось пару матов на всю ивановскую. - Блять! - это был голос Узи. - Да не ори ты, сейчас их разбудишь. - Долл говорила значительно тише, чем подруга. Женщины зашли на кухню. У приоткрытого холодильника распологалась табуретка, рядом с ним Долл, держащая подружку на руках, а у Узи в руках полупустая банка малинового джема, купленная несколько дней назад. - Я думала ты меня уронишь.. - Узи сначала чуть не навернулась с табуретки, а теперь её крепко держит на руках куколка. Лицо залилось румянцем, когда она заметила, что в дверях в кухню стоит мама и Ева. Стало как-то неловко. - Ты лёгкая такая, тебя хотя бы кормят? - Долл стояла спиной к двери, поэтому никого не видела. - Кормят, не переживай. -  Нори подошла ближе. Долл ойкнула, чуть не выронила Узи, в итоге поставила её на пол. Похоже все таки разбудили обоих. Хотели просто бутербродов  с джемом, после того как не спали всю ночь, а играли в компьютер. - Доброе утро. - в унисон произнесли девчонки. - Доброе, омлет будете? Одними бутербродами не наешься. - Нори часто его готовила. Долл с Узи переглянулись и положительно кивнули. Им все равно, что есть на завтрак, а омлет любят обе, в особенности если он с сыром. - Ладно, я пока яйца разобью, ты сыр натрешь. - Нори взглянула на Еву, которая лениво потирала глаза. - Пока пару бутербродов можете съесть. - девочки с довольными лицами сели за стол. Белок с желтком, перемешанные с большим количеством сыра шкворчали на сковороде. Ева облакотилась на холодильник, наблюдая за готовкой возлюбленной. - Помнишь как ты меня готовить учила его? - Нори толком лет до четырнадцати и не пробовала яйца, лишь в детском доме мерзкий якобы омлет в склизкой жиже с консервированным горошком, зато в студенчестве Ева показала как приготовить нормальный съедобный омлет. - И ты тогда практически сожгла нашу единственную сковородку, а я отошла всего на три минуты покурить. - Ева внимательно смотрела за тем, как та готовит. - Мы так сковородку и не отмыли. - невольно вспомнилось, как они ту сковороду в окно выкинуть желали после трёх часов попыток её оттереть. Через несколько минут все сидели за столом. От свежеприготовленого завтрака шёл лёгкий пар и вместе с ним приятный аромат. Прошел почти час Долл собирались уходить, Еве самой пора бы домой, поэтому решила пойти вместе с ней. На улице было прохладно, небо заполонили серые тучи. Ева поправила красный берёт на голове, а то напялила как зря. Снова во дворах не души, максимум два человека. - Мам.. - Долл подняла на маму глаза. - Почему ты раньше меня не замечала, словно меня не существовало?.. - она стыдливо отвела взгляд, не понимая зачем задала этот вопрос, боясь, что матушка ничего не скажет, может отчитает её и уйдет, опять оставив одну. Ева не ожидала такого вопроса, того короткого зрительногл контакта. Она не знала, что ответить. Перед глазами те воспоминания,а рядом дочь,ждущая её ответа. - Знаешь.. Я сама никогда не чувствовала материнской любви, да я даже мать родную в лицо не знала, жила с бабкой тираншей, она умерла, меня в детский дом отправили.. Прошло много лет, я снова встретила твоего отца, я думала, что буду готова к ребенку, боялась стать такой же как бабушка, но.. Но я оказалась не готовой. - Ева начала издалека, говорила все что думала, ведь мысли путались, практически не складываясь в предложения. - Мы не животные, мы люди и материнского инстинкта у нас нет. Я была слишком вымотана тогда.. И потом тоже. Так и не заметила сколько лет прошло. Как развелась, жизнь новыми красками заиграла, я почувствовала себя счастливой.. И лишь сейчас я и в правду осознала, что ты моя дочь. - она не стала сильно вдаваться в ещё большие подробности, из головы вылетели некоторые факты. Ева шла рядом с ней, слыша звуки машин в далеке и завывание ветра между домов, раньше и не замечала как громко они могут стоять в ушах, будто бы громкий гул самолёта. Молчание убивало. Неизвестно как Долл отреагирует, не хватало ещё потерять те хотя бы какие-то налаживающиеся отношения с дочерью из-за этой истории. - Я.. Была обузой?.. - Долл не повернулась к ней, других слов не нашла. - Нет.. Не обузой.. Ты ведь не мешала ничему.. Это я просто не была готова стать матерью, а тем более не знала, как быть хорошей. Рядом со мной в детстве не было никого и я не смогла быть опорой..- Ева глубоко вздохнула, потянулась в сумку за пачкой сигарет, ей не помешает сейчас покурить. - Мне всегда казалось, что ты меня ненавидишь, что я тебе не нужна.. - Долл думала так всю свою жизнь. - Это не так.. Никогда даже и мысли не было, что я тебя ненавижу.. Я просто поверить не могла, что у меня реально есть ребенок, мой, родной. - женщина зажала сигарету между губ, а потом зачем-то протянула открытую пачку Мальборо дочери. Словно знала, что та тоже курит. У Долл самой в глубине кармана куртки лежала пачка синего винстона. Долл заметила этот жест, но брать побоялась. Не дай бог отец узнаёт. Конечно, ей сильно не прилетит, но разочаровывать его не хочется, что она курит в таком возрасте. Но спустя пару секунд сигарету все таки вытащила,по принципу дают - бери, бьют - беги. - Не переживай, папе не расскажу. Кажется рано или поздно ты бы сама начала. - Ева подозревала то, что та не откажется и протянула зажигалку. - Ты знала? - Долл подпалила сигарету. - Скорее подозревала. - женщина говорила безмятежно, будто нет в этом ничего такого, сама начала курить в шестнадцать. - Я правда не была ненужной?.. - и опять возвращение к той теме. - Правда.. - очередная затяжка, не сказать, что курение успокаивало, но слегка приводило мозги в порядок, само ощущение тонкой папиросы между губ помогало. - А как вы с мамой Узи, ну, Нори, умудрились оказаться подругами? Я раньше вообще о ней не слышала. - этот вопрос мучал Долл со вчерашнего вечера. - Мы познакомились ещё в детском доме. И знаешь.. Мы ведь не просто подруги.. - Ева произнесла это как бы невзначай, хоть и странно это было вот так вот выдать. - Похоже счастливой ты стала не просто из-за развода. - Долл хихикнула, её тон сменился в миг, с серьёзного, на какой-то с постоянными усмешками. - Ты права. - хитрая улыбка на лице дочери заставила Еву и самой улыбнуться. - Мне тоже.. Девочка нравится.. - куколка об этом никому не рассказывала, но маме ладно, раз они можно сказать, в одной тарелке. - И как же эту девочку зовут? - женщина не ожидала этого, похоже дочь не только внешне на неё похожа. - Лиза. Мы с ней с самого детства дружим, а я дура возьми да влюбись.. Она точно мне откажет. Такая популярная девушка и я, гадкий утёнок по сравнению с теми, кто ей в любви признавался. - Долл пнула ногой камень, лежащий на тротуаре. - И она всем взаимностью отвечала? - Ева не думала, что однажды у них состоится такой разговор. - Нет, у неё отношений ещё не с кем не было.Меня точно отвергнет, а тогда общаться перестанем. - затяжка, ещё одна, никотин немного успокоил нервы. - А мне кажется наоборот. Я вот тоже думала, что с Нори все невзаимно, может вовсе неправильно.. Но в один вечер она сама пришла ко мне с цветами. Поэтому не упусти шанс, действуй пока не поздно. - женщина положила руку ей на плечо. Они дошли до подъезда. Окурки кинули на серую плитку тротуара. В тот момент у Долл зазвонил телефон. - Это она.. - куколка взглянула на экран телефона, она почти сразу взяла трубку. - к тебе? Да, да, приду, жди.. - звонок был короткий. - Денежку на цветы дать? - Еве то и не трудно, ещё и видя огонек в глазах дочери так точно. - Да не надо.. - Долл шокированно глянула, на тысячу рублей. - Бери, на несколько розочек хватит. - зарплата совсем скоро, так что можно и отдать ей эту тысячу. - Спасибо! - куколка кинулась её обнимать. - Мамуль.. Ты оказывается такая хорошая.. - она была такой счастливой сейчас. Ева тоже её обняла, после этого они разошлись, перекинувшись ещё несколькими фразами. Она пошла к той панельке, в которой снимала квартиру. Хозяина квартиры ранее предупреждала, что в скором времени возможно съедет, так что за это можно не переживать. Электрический чайник закипел, в кружке было насыпана ложечка растворимого кофе. Ева собирала свои вещи. Хотелось перед этим выпить кофе, её любимый напиток. Желательно очень крепкий без молока и без сахара. Она сидела за столом, в коридоре находилась сумка. Телефон лежал на столе экраном вниз и резко затрезвонил. Звонящим был Игорь. Стало любопытно, что ему надо. - Ева, тебе Алиса не звонила?.. Она похоже совсем с катушек слетела.. - голос был заспанный, похоже он только проснулся. - Не звонила. Что она там наговорила тебе такого? - Ева считала, что Алиса больше с ними общаться не будет. - Начала мелить, что вот, как мужик я тряпка, но она бы хотела выйти за меня, спасти от холостятской жизни, мы ведь с ней ьак долго знакомы.. Я спросони это, как бред наркомана в приходе слушал.. - Игорь услышал дикий хохот на том конце трубки. - Боюсь представить, что она мне наговорит. - женщина еле успокоилась, смех тяжело было сдерживать. Разговор не продлился долго, как вспомнишь говно, вот и оно. Номер Алисы появился на телефоне. Ева не стала отвечать. Решила не устраивать себе нервотрёпку в такой хороший день. Пусть лучше дальше Игоря терроризирует,хотя ей его даже стало жаль. Алиса за последние несколько лет очень изменилась. Медицинский она не закончила, вышла замуж, развод, новый брак, беременность, ещё один развод. Алиса гонялась за мужским вниманием, даже отдала сына в детский дом, чтобы вновь пожениться. Она начала много пить, не раз уходила в запои. Её судьба могла бы сложиться по другому, но Алиса выбрала тёмные дебри в своей жизни, а не стабильность. До неё уже нет дела, больше она не подруга. Кружка была вымыта. Ева накинула куртку и надела берёт. Прохладный воздух обдувал лицо, в проводных наушниках играла какая-то мелодия. В голове пустота, но приятная. Нет всяких раздумий, приносящих какую-то тревожность. Третий этаж,шестая квартира. Пальцы нажали на звонок. Дверь открыла Нори и сразу затащила её в квартиру. Сумка упала на пол с глухим звуком. Нори оттолкнула сумку ногой. Поцелуй, короткий, ласковый. За ним еще один. В коридоре они только вдвоём. Прошло минут двадцать, тридцать. Вещи были разложены в шкафу. Женщины сидели на кухне с двумя кружками чая. Вновь вместе, вновь смотрят друг другу в глаза. Их не волнует больше ничего. - Знаешь, там в ванной немного краски осталось. Вот тоже хочется, как и дочь в фиолетовый шлифануться. - с каким-то придыханием сказала Нори, ставя пустую кружку на стол. - Поможешь прокрасить нормально? - она снова посмотрела на неё. Ева не стала отказывать. Ванная в серо-синих тонах. Маленькое помещение достаточно. В зелёной миске с неотмытыми следами краски для волос появились очередные капли той же фиолетовой краски. Нори сидела на табуретке перед зеркалом, которое висело над ванной. На его поверхности тоже было пятно синей краски, бог знает как оно туда попало. В принципе, ничего уметь и не надо, чтоб покрасить кого-то, только вот у Евы как всегда руки потрясывало, просто так, без причины. Она обмокнула кисть краску, часть из неё упала на пол из-за того, что дрогнула рука. - Ничего страшного. - Нори всегда было непонятно отчего у возлюбленной так часто дрожат руки, это походило даже на какую-то глупую привычку. После этого тремор сошёл на нет. Прошло чуть больше часа, Нори с лучезарной улыбкой вертелась у зеркала. Цвет её волос был похож на сирень в конце апреля. - Может тебе тоже покраситься? - Нори взглянула на неё. - Да не знаю даже.. Я ж уже не девочка-подросток, чтоб волосы красить. Да и что люди скажут. - хотя, Ева бы была не против, ей бы хотелось сменить имидж, да и с натуральным цветом,люди считают что она крашенная, так что особой разницы нет. - Не забывай, когда мы были девочками-подростками мы цветную краску для волос в глаза не видели. А люди многое говорят. - это "что люди скажут" Всегда её раздражало, темперамент у неё такой, что ей не жарко, не холодно от чужого мнения. Ее матери было также абсолютно наплевать на мнение общества, вот и Нори тоже, но Ева росла в другой семье. Где общественное мнение важнее своих желаний. - Ладно, в жизни нужно попробовать все. - может кто-то и осудит, но уже какая разница, хочется посмотреть как она будет выглядеть. Опять ванная, Ева сидит на этой же табуретке, у Нори руки не трясет, поэтому не капли краски для волос не упало на кафель. Когда краску смывали она поняла, что уже поздно, что-либо говорить против. В любом случае, она смоется через три недели. Пальцы Нори зарывались в синие пряди,желание возразить пропало напрочь. Ева в лёгком шоке глядела на себя в зеркало. Она не понимала идет ей или не идет. Женщина так и сяк вертела прядки на своих пальцах. - Ты стала выглядеть ещё лучше. - шепнула Нори, стоящая за её спиной. Именно тогда Ева посмотрела на это под другим углом.На коротких волосах цвет реально неплохо смотрелся. Засчет очень светлых волос оттенок был особенно ярким. Объятия сзади, теплые руки легли на талию ,Нори потерялась своей щекой об щеку Евы. Сейчас их никто не видит, можно спокойно проявлять к друг другу ласку. Звонок в дверь. Узи вернулась с прогулки. Она знала, что с ними будет жить та мамина знакомая, но думала, что не сегодня. Хотя бы это не какая-нибудь младшая сестра, так что особо ритм жизни не поменяется, поэтому ей до фени. Больше она ахринела, когда Ева дала ей шоколадку. - Спасибо. - Узи не ожидала этого, хоть ничего такого в этом нет, но было приятно. Девчушка ушла в свою комнату, в явно приподнятом настроение из-за шоколада. - Ты теперь мачеха, в хорошем смысле. -Нори усмехнулась. - Ну, жить же не только с тобой, с ней тоже. Думаю, стоит выстроить отношения как будто родная дочь. - ну и не могла Ева не купить чтото в духе шоколадки или любой другой сладости для дочери Нори. - Ты получше её родного отца будешь.. Он ей даже не разу шоколадку не подарил.. - интонация стала более раздраженной. - Для Долл я была такой же, как твой бывший для Узи. - Ева тяжко вздохнула, потерев переносицу. - Но ты сейчас меняешься, теперь стараешься стать хорошей матерью, а его все устраивало и так. Видишь разницу? - как говориться, не путай хуй, с трамвайной ручкой. - Наверное ты права.. - Ева снова вспомнила о дочурке, интересно как у неё там с тем признанием. А пока неизвестно как там все сложилось, зато она сама в данный момент стоит в коридоре рядом со своей возлюбленной. На душе хорошо, даже без алкоголя, к которому она раньше прибегала, чтобы закрыть пустоту в душе и все плохие мысли, не в таком количестве как Алиса, но факт оставался фактом. Теперь было ощущение, что Ева пьяна без вина, но разве это плохо.