Старая знакомая

Время пролетело незаметно. Обе справили юбилеи, теперь обоим ровно по сорок лет. Ещё один летний вечер, они сидели на берегу той самой реки, возле той яблони. На безымянных пальцах красовались серебрянные кольца. Они официально не в браке конечно, но эти кольца были символом их связи, которая точно никогда не потеряется и не оборвётся внезапно. Она не оборвалась во время ссор, резких перемен и того расставания лет на двадцать и не закончится сейчас. Во всяком соучае женщины в этом уверены. Ева любовалась этим символом на безымянном пальце, голова покоилась на плече Нори. Возлюбленная наблюдала за заходом солнца над речушкой. В руке Нори сжимала банку теплого пива. Вдали слышались голоса дочерей, которые как мелкие девчушки носились по тропинкам в лесу неподалеку, не смотря на то что уже им по шестнадцать и они сдали огэ. Долл уже успела разодрать коленки из-за не самой лучшей координации, но ее это мало волновало. Они с Узи уже забыли о том, что в скором времени им поступать в колледж, как только их притащили матушки сюда на шашлыки. Мясо жарилось на дешёвом мангале над небольшимм языками пламени от углей, облитых жидкостью для розжига. Ева теребила край синей олимпийки, которая была надета поверх задрыпанной футболки. - Я в сотый раз убеждаюсь, что настоящее счастье.. - Нори хотела сказать что-то до ужаса якобы философское после второй банки охоты. - Спокойствие, разделяемое с любимым человеком? - Ева подняла на неё бледно-красные глаза. - Да.. Да! - воскликнула женщина, взмахнув рукой с жестянной банкой. Несколько капель хмельного напитка выскочило и полетело прямо на её джинсы, но было не до этого. Свободная рука легла на талию Евы, нежно сжав её. Из кустов будто дикие звереныш выскочили девчонки, которые все также носились, они и в правду были как сестры. Узи неслась к реке, первое на что взор упал, а долл за ней. Следующим кадром всплеск воды, громкий мат. Долл вновь оправдала своё имя неустойчивостью, а за собой утянула подругу. Как говорится, тонешь сам - топи другого. Смех Нори кажется слышали все, да и Ева ржала не меньше, пока куколка пыталась вытащить из своей белоснежной шевелюры не пойми откуда взявшуюся у берега водоросль, вдобавки ещё и колючую. Она прицепилась к ней чуть ли не намертво, в итоге догонялки были прекращены, теперь они сидели вчетвером на одном бревне. Нори ржала, Долл с Узи пытались не вырвать клок волос вместе с той водорослью, Ева успокоилась в разы быстрее поэтому теперь просто ждала того, чтобы этот ржач и слова о кикиморах прекратились. В воздухе веяло прохладой, средством от комаров и клещей, а ещё ароматом свежего горячего шашлыка, разложенного по одноразовым тарелкам. Колючка наконец-то валялась на песке, Долл была довольна, жуя кусок мяса. Шутки о существах с болот из русской мифологии так и не прекращались, они теперь ещё надолго, если Нори подхватила шутку, то говорить её будет до последнего, пока самой не надоест. Шумела вода, солнце практически совсем скрылось за верхушками деревьев на горизонте. Женщины уже делили четвёртую банку. - А все же ты мясо лучше меня готовишь. - Нори взглянула на Еву, держа в руках вилку, на которой был наколот большой кусок шашлыка, обмокнутым в кетчуп. - Спасибо. - уголки рта невольно приподнялись. - Это тебе спасибо, а то я бы его точно сожгла. - кусок опять лёг на тарелку, она быстро чмокнула её в щеку и все же принялась есть. Спустя час они все шли домой. Во всяком случае сейчас провожали Долл до дома, в руках она держала две тарелки, лежавщие друг на друге, между которыми было зажато три кусочка шашлыка, для папы оставили. Все таки Игорь все ещё женщинам близкий друг, поэтому и ему оставили немного, да и Долл об этом попросила. Вспомнив об Игоре, нельзя не упомянуть Алису. После того случая в баре она то ли окончательно ебнулась, то ли чтото ей белочка нашептала, ведь она преследовала его месяца три, а потом спилась окончательно. Нори и Еву не трогала, они ей стали не нужны. Им от этого не горячо и не холодно, зато никто не мешал их счастью. Фонарный столб тускло освещал тротуар около подъезда. Долл поставила те две тарелки на лавочку, сначала обняла Узи на прощание, а потом крепко прижалась к маме. Нори потрепала же её по макушке, после чего раздался громкий хлопок железной дверью, она скрылась в подъезде. Время близилось к одиннадцати, Узи опять закрылась в своей комнате, а вот Ева с Нори были на кухне. Электрический чайник визжал, как резаный поросёнок, давая понять,что вода достигла точки кипения, окно было открыто нараспашку, Нори стстоя,склонившись над подоконником с сигаретой между пальцев.Ева оперлась на неё, даже слегка приобняла одной рукой. Эти вечера, когда они делили одну сигарету на двоих заставляли вспомнить студенчество, когда обе вздрагивали от любого шороха, ведь если кто-то спалит, то их из общежития вышвырнут. Теперь не приходиться прислушиваться к каждому открытию двери,шагам в коридоре и на лестничной клетке. Они две взрослые дамы, но друг с другом могут спокойно могут об этом напрочь забыть, доставая следующую сигарету из пачки. На маленькой кухоньке развивался аромат фруктового чая, ещё не выветряшегося табака и почти не уловимый перегара после тех банок пива. С улицы слышался гул машин, завывание ветра между стареньких серых панелек, построенных когда-то тихо, не спеша и в квартире стояла умиротворенная атмосфера. Красные глаза не отрывались от голубых, полных нежности, по которой когда-то Ева так скучала, так желала увидеть их снова, а уже прошёл практически год с того момента когда они увиделись. Все ещё не до конца в это верилось, но кошмары о том, что это все нереально перестали преследовать её. Тревога впервые за её жизнь начала стихать и в последнее время совсем не мучала её, даже губы больше не были покрыты ранами, она смогла перестать их грызть. Нори же смогла наконец-то не пытаться быть сильной рядом с любимым человеком. С Евой не приходилось делать все в одиночку, она всегда придет на помощь, разделит беды и тоску, поддержит,обнимет. Нори в сотый раз понимала какой дурой была, когда повелась на "Альфонса" Хана, который стрелял своими серыми глазами в её сторону. Он никогда ей кажется и не был нужен, никто не был нужен кроме этой женщины с белыми волосами, которая никогда не пыталась слишком сильно привлечь её внимание. Нори сама тянулась к ней,как мотылёк к фонарю. Даже сейчас сидя за столом, водя по краю кружки длинными пальцами,пока женщина рядом вертела пряди белых волос. Нори повернулась к ней, ладони легли на бледные щеки. Губы слились в поцелуе, чувственном,долгом и ласковом. Им не нужно было фраз, точно не в этот момент, чтоб поцеловаться и как ни в чем не бывало пить чай. Все не совсем так как раньше, но те ощущения сохранились. - Люблю тебя.. - устало прошептала Ева. - Я тебя тоже. - еле уловимая улыбка показалась на её лице. Жизнь играла тёплыми пастельными красками, такими же нежными как их отношения, что тогда, что сейчас. Этот запах вишнёвых мальборо и чая не улетучился до конца, он преследовал их кажется всегда, застрял в носу. Наверное поэтому эти сигареты стали фаворитом Евы. И я вся эта тишина сейчас веяла покоем. Тем покоем, что останется навсегда, до конца их жизни точно.