Битые пиксели

Болезнь словно сочилась под кожей, Лололошке постоянно казалось, что он пропитывается чем-то гадким. Когда он смеялся в горле отдавала боль и болезненный кашель вызывал отдалённое чувство тошноты. Такое гадкое, склизкое, ассоциация сразу идёт с той мерзотной мокротой, полной кровавых прожилок. Молодой человек поднимается с дивана, не отвлекая своих друзей от просмотра фильма, и торопится уйти в ванную, чтобы в очередной раз прокашляться и сполоснуть горло. Так странно осознавать, что сейчас на тебе растёт что-то инородное. Бесконтрольное деление клеток, результат которого всё это время зрел где-то в его гортани и сейчас наконец показал себя во всей красе. Ло разгибается над раковиной и глядит на своё отражение. Обводит контур поникших плеч и пустой взгляд, который теперь был с ним с того момента, как юноша услышал самый страшный в своей жизни диагноз. Если смотреть только на глаза, то даже покажется, что на него смотрит Дилан. И почему-то от этой мысли на лице растекается печальная улыбка. Лололошка ещё с минуту разглядывает себя, просвечивающие сквозь кожу вокруг его глаз вены, и возвращается обратно в гостиную, где пристраивается под боком у своего соседа. Дилан наблюдает, как истомленный и сонный Лололошка ластится макушкой к его руке, и становится чуть легче. Казалось, что мир подкосился на градусов так сорок пять, но в нём все же остались те маленькие радости, которые когда-то помогли студенту не растерять связь с реальностью. Даже если на мониторе расползлись битые пиксели, он всё ещё продолжал работать и показывать то же, что и раньше. Гогот Ричарда словно тянет за шиворот, вытаскивая обоих юношей из своих раздумий. Ладно, об этом всём можно подумать позже, сейчас лучше дать себе выдохнуть.

***

Когда выходишь на балкон всегда на секунду кажется, что ты в каком-то другом мире. Возможно, это те же проблемы Дилана с дереализациямм, но это ощущение хотя бы было вполне умиротворяющим. Лёгкая прохлада оставляет у него зыбкое ощущение покоя, помогает дышать полной грудью и оставить позади все навязчивые мысли. Дилан тянется к пачке сигарет на подоконнике, но его взгляд спотыкается о вставшего рядом Ло, и что-то неприятно щекочет внутри, словно иглой, вошедшей под кожу, поводили по кости. Молодой человек убирает руки в карманы, и просто устремляет свой взгляд в окно. Далёкие серые здания отсюда казались мизерными, размером с палец. И всё же за ними легко пряталось упитанное солнце. — Чего ты не спишь? — Тихо спрашивает Лололошка, притыкаясь плечом к другу. — А ты? — Без тебя не спится, — юноша не может сдержать улыбку, когда произносит эти слова, а сверкнувшая ласка в чужих глазах ещё сильнее его подбадривает. — Иди в постель, я покурю и вернусь. Нечего тебе этим дышать, — Дилан невесомо ведёт по каштановой макушке, взъерошивая чужие локоны, и тяжело вздыхает, когда к нему липнут с объятиями. — Ну пойдём, завтра ещё в уник вставать! Не хочется отказывать мальчишке, который и без того выглядел страшно потерянным большую часть времени. Вспоминая, с каким лицом он в последние дни заталкивает в себя еду, лишь бы не расстраивать друга, и как старается делать вид, что верит в наилучший исход, сразу хочется разрыдаться и сделать для него всё что угодно. Дать спокойный сон — самое наименьшее, что Дилан мог бы предложить Лололошке. Молодой человек только сейчас задумался, как много физического контакта в их дружбе — Дилан никому больше такого не позволял, исключая обоюдные подзатыльники и пинки с Ричардом. Это не казалось чем-то неправильным, но всё же почему-то хотелось придавать этому факту какое-то особое значение. Юноша тычется носом в висок Лололошки и устало улыбается ему в ответ, упиваясь лёгким трепетом в груди. — Диль, давай на выходных погуляем? — Озорные глаза Ло сверкают даже в темноте, когда выглядывают из-за края одеяла. — Куда ты хочешь? — Дилан ласково спрашивает, что уже означало, что он согласен. Как можно было вообще отказать? — Хочу на набережную. И мороженое. — В конце ноября? — Ну пожалуйста! Я надену шарф! — Ещё бы ты его не надел… — Вздыхает молодой человек, и гладит Лололошку в своих объятиях по затылку. — Хорошо. Спи давай.

***

Дилан потуже затягивает бант из шарфа Лололошки и подёргивает капюшон худи, чтобы морской бриз точно никуда не надул. Ло светится самым счастливым ребенком и вертится как матрёшка вокруг своего друга, в ожидании, когда светофор пропустит их на другую сторону улицы, где стоял продуктовый магазин, и это зрелище Дилана немного успокаивает. Он до сих пор ощущает определённый дискомфорт, находясь вне квартиры или университета, поэтому каждый раз держит Лололошку как можно ближе к себе, словно улитка тащит за собой свою драгоценную раковину. Он сплетает с ним мизинцы, прежде чем ступает на размеченный пешеходный переход, а потом торопится к дверям магазина. Пока его друг задумчиво сгибался над морозилкой с пестрыми упаковками мороженого, Дилан вспоминает, не закончилось ли у них что-то из продуктов. Ничего такого так и не всплыло, поэтому он только подхватывает банку RedBull'а и возвращается к Ло, который уже успел куда-то ускакать. Студент тцыкает и с самым ворчливым выражением лица в мире торопится прочесать все отделы супермаркета, чтобы в итоге найти Лололошку возле полки с зоотоварами. Сразу становится понятно, в чём дело. — Давно к родителям не заезжал? — Дилан знает ответ, но решает завести разговор именно с этого вопросами, приобнимая юношу с пачкой эскимо в руках за плечо. — Да… Я порой очень жалею, что не смог взять Персика с собой, — Дилан видит, как дёргается кончик чужого носа, и сразу тянется стереть с глаз Лололошки пелену слёз. — Ну что ты скис? После сессии первым рейсом в Глассгарф к родне, повидаешься, Персика своего увидишь. Немного осталось, не вешай нос. — А если не успею? — Этот вопрос бьёт под дых. Дилан и сам думать о таком боится, не смеет и мысли допускать, чтобы себя не раскрутить… Студент сжимает чужое плечо и мнёт губы. — Нет, времени ещё достаточно. Если бы было всё настолько плохо, то обязательно бы сказали. Пойдём на кассу, сейчас с тобой свежим воздухом подышим, прогуляемся, всё отляжет. И Лололошка послушно следует за ним, подтирает уголки глаз и глядит на полки с другими товарами, чтобы немного себя отвлечь. Действительно, чего он так растрогался?