Чертов извращенец.

Тэхен вытаскивает конфету изо рта, а потом улыбается. — Меня зовут Чонгук, так сложно звать по имени? — на Тэхене самые обычные вещи, впрочем, в этом университете было много таких людей, некоторые поступали исключительно благодаря хорошо написанным экзаменам. Поэтому Чон никакого негативного отношения к такому не имел, — не знают. И я очень рекомендую тебе держать язык за зубами, если не нужны проблемы. Чонгук не был открытым геем, дело не в его семье, его отец наоборот был из числа тех, кто поддерживает меньшинства, просто Чон не хотел быть в чужих глазах типичным голубым. Он крутой студент с татуировками, крепким телом, никто не должен знать, как ему нравятся большие мускулистые и харизматичные парни. — Прости, принцесса тебе явно больше подходит. — Все так же довольно улыбается студент, словно секундой ранее чужой тон его никак не смутил. Да в прочем, Тэхена мало что смущает, он вещи и похуже слышал в свой адрес, чем просто холодность. Не оттолкнул — уже хорошо, разве нет? — А тебе подходит быть шутом, которого я, будь у меня свое царство, повесил бы без задней мысли, — Чонгук фыркает, ему до чужих проблем с головой не должно быть дела, с такими людьми спорить попросту бесполезно, они только у себя на уме. Ему хочется толкнуть наглого парня, но в итоге просто смотрит на него с холодным любопытством. Отчего-то азарт не угасает, сколько бы любезностей не изрекал Чонгук, уголки рта ползли вверх, обнажая кромку зубов. Повешенный шут? Что-то новенькое. В голове запестрили образы Чона в пышном принцесском платье и самого Кима в шутовском наряде, как и сама сцена повешания, Тэхен пускает смешок в кулак. — А как же будет жить ваше королевское величество без смеха? — ничуть не меняя озорного тона интересуется Тэхен, а после прикусывает щеку изнутри, тупя взгляд в сторону. — Тебе с ними не скучно вообще? — А что, хочешь сказать, что с тобой было бы веселее? — Чон сложил все свои вещи в черную кожаную сумку и поднялся, ткнув Тэхена в лоб, словно тот назойливый ребенок. — отодвигайся, мне на следующую пару надо идти. — А не хочешь в этом лично убедиться, принцесса? — довольно улыбается Тэхен, явно игнорируя чужую просьбу, он говорит почти в самые губы, но, чтобы не отхватить удар по лицу, хотя, вряд ли такая белоручка в целом ввяжется в драку, не по статусу, но вот.. ударить надоедливого явно отщепенца, кажется, может даже принц уэльский, поэтому Ким делает шаг назад. — Воу, скалишь зубки? Но с ними ведешь себя, как шелковый. Лицо от кривых улыбочек не болит еще? — продолжает стебаться беззлобно Тэхен. Он в целом редко делал что-то с осознанным желанием кого-то задеть, как и говорилось, он просто прямолинеен, а не все готовы слышать его правду, предпочитая ложками потреблять сахарную лживость вокруг. И Чонгук был таким же лжецом, со всеми разве что, кроме Тэхена. — Да ладно, речь твоего отца о поддержке голубых и впрямь воодушевляющая, скорее представь какая у него будет крутая пиар-компания. Ким преграждает путь ногой, надеясь хоть немного задержать Чонгука в безлюдной аудитории, пока внимательно рассматривает беспристрастное выражение лица. Было в этом Чонгуке что-то необычное, кроме его странных фетишей, что-то глубже, на дне черных омутов глаз, которые смеряли маргинала равнодушным взглядом, на что тот лишь сильнее распалялся. — Ты знаешь что такое статус и авторитет? Хотя чего это я, вряд ли хоть что-то из этих слов и их синонимов к тебе относится, — Чон свое положение в обществе зубами вырывал, за ним всегда пристально следят не только другие студенты, но и сми. Его действия могут напрямую повлиять на сводки в новостях. Провел благотворительную акцию в Техасе? Акции отца вырастают. Был пойман в клубе пьяным и орущим на бармена? Привет, общественное осуждение от порядочных американцев. Тэхену об этом никогда не узнать и на себе не почувствовать, от его колких слов и действий в этой стране не зависит, собственно, ничего. — Ты понятия не имеешь, какой может стать жизнь сына сенатора с азиатскими корнями после каминг-аута. И судя по тону, тема эта весьма больная. Чон хотел бы однажды найти хорошие отношения, жить тихо и мирно где-нибудь у океана, воспитывать детей и собаку. Американская мечта. Но эта жизнь не для него. — Так расскажи мне, принцесса. — говорит мягче Тэхен, отчего родной голос кажется чужим. — Покажи мне свой мир, а? Неужели Тэхен задел за живое глупой шуткой? И, если раньше Ким бы отмахнулся, сослав все на свою справедливую прямолинейность, то сейчас было как-то не до этого. Что-то кольнуло его самого. Тэхен раскалывает конфету с трескающим звуком, а после встает с места и приобнимает Чонгука за плечи, сокращая их дистанцию до недопустимого минимума. Сейчас Ким больше был похож на щеночка, что хвостиком крутится вокруг хозяина, выпрашивая у того мяч, чтобы с ним поиграли. — Может у нас снова пара смешанная, сопроводишь до аудитории, господин Чон? Тэхен внезапно так близко, от него пахнет странно, но не неприятно, так пахнет от взрослых мужчин. Чон же.. пользуется довольно свежими и даже сладковатыми ароматами. — Может тебе еще отсосать на задних рядах? — Чонгук ладонью отпихивает Кима и обходит его наконец, направляясь к следующей аудитории. Сам факт их общения странный, никто не поймет, если увидит их рядом, они словно из совершенно разных вселенных, хотя живут в одной стране, учатся в одном университете. Но Бронкс никогда не приблизится к Манхэттену. — Можешь. — Отвечает утвердительно Ким, поправляя потрепанный рюкзак на плече. — На следующей паре или через одну? — Парень игриво ведет бровями, но дистанцию снова не сокращает, он понял, что стал чьим-то маленьким и не самым приятным секретом и, пока что, он обязательно поддержит легенду об идеальном Чон Чонгуке. Может быть Тэхен с Чонгуком из разных миров, но в Бронксе у людей свое понятие авторитета и статуса, которые олицетворяет отец придворного шута. Там никому нет дела до того кто ты: отброс общества или прима-балерина. Отношение и уважение к себе надо заслужить далеко не идеально выбеленной улыбкой и благотворительными фондами, надо быть полезным, изворотливым. Если Чонгука с детства учили сервировке столовых приборов, то Тэхена учили лгать и он, честно, заебался, поэтому сейчас говорит людям в лицо все то, что думает о них, не прикрываясь маской "хорошего парня". Ким сам показал свою бесполезность и ненужность обществам двух миров : Манхэттена и Бронкса. — До встречи, принцесса. — Тэхен выходит из аудитории первым и теряется в потоке снующих студентов, оборачиваясь на удаляющийся от него силуэт парня в дорогом комбинезоне, что стоит как половина, а то и весь гардероб самого Кима и отчего-то ужасно доволен тем, что он видит. Следующая пара казалась невероятно.. Скучной. Пару раз Ким даже проваливался в сон. Странно, что при всей своей неподготовленности, он не был тем человеком что пас последние строчки в табеле успеваемости, о таких обычно говорят «умный, но ленивый». А Ким особо и не старался показывать хороший результат, «удовлетворительно» — вполне его устраивало, главное, чтобы не выперли. и, если по началу преподаватели еще старались наставить его на «путь истинный» , то сейчас скорее просто смирились с этим существом, что не поддается никаким напутственным речам. *** На большой перемене, Ким, как и обычно, сидел на капоте своего черного Хендая, достав из кармана пачку сигарет. Он зажимает табачную палочку в зубах и открывает ленту новостей университета. Что-то вроде «подслушки», на самом же деле напоминает фанклуб Чонгука, так как посты через раз пестрят сообщениями о нем и, чаще всего, трусовыжимательного характера. — Да вы у нас завидный жених, господин Чон, — прикуривая сигарету, говорит скорее сам себе, пока за плечи его не обнимают худые бледные руки. — Старина, съебись нахуй. — смеясь, Ким обнимает парня в ответ. — Порнушку ищешь? — улыбаясь интересуется студент-айтишник, с которым Тэхен, можно сказать, ладит. Как-то давно этот длинноволосый брюнет помог Киму ломануть систему, чтобы удалить записи с камер одного бара, с тех пор они стали корешами, вряд ли близкими, но взаимовыгодными друг другу. — Ага, с тобой в главной роли. — Ларри заглядывает в чужой телефон, видя фотографии Чона на экране. — Тебя на азиаток потянуло? — Прыскает со смеху знакомый, а после благодарственно принимает сигарету из чужих пальцев. — Не твой уровень. — Кто знает. — выдыхая дым, заключает Тэхен.