Чертов извращенец.

Чонгук после пар не идет сразу домой, он, вообще-то, еще и староста своей группы, а так же член студенческого актива. Его послужной список перед преподавателями, да и университетом за три года обучения стал столь большим, что под конец учебы ему вместе с красным дипломом обязаны будут выдать несколько благодарственных грамот. Разве что только великим спортсменом не был, и то только по той причине, что времени на это уже совсем не оставалось, на первом курсе Чон представлял волейбольную команду, а сейчас периодически посещал занятия по большому теннису, иногда участвуя в местных столичных состязаниях. Многие люди в подслушано часто писали нечто вроде: «откуда у него столько энергии». Он действительно золотой идол. Что же на это ответил бы сам Чонгук? Тэхен не пошел на следующие занятия, посчитав, что его присутствия на двух парах уже было достаточно, чтобы он не был на грани отчисления. Ким седлает водительское сидение и включает себе музыку, странная смесь техно и рок-партий, что бьет басами, заставляя его машину дребезжать не только от включенного мотора. Музыка стала неотъемлемой частью в жизни Ким Тэхена, хоть сам он и не был музыкантом, даже никогда инструмент-то в руках не держал. Тишина была чем-то давящим, сковывающим и некомфортным. Район, в котором рос Тэхен всегда был изобилен разными звуками : разговор соседей, крики с улиц, иногда звук ломающихся костей, но никогда не тишина. Она стала оглушающей, вызывающей тревогу. Поэтому верными друзьями для юноши стали его потрепанные наушники и хороший плейлист из разношерстных исполнителей. Возможно, он просто бежал от себя или от мира вокруг. Он уезжает к побережью, своему любимому уголку на пересечении двух районов, где бедность контрастирует с изыском. Тэхен не принадлежал ни одному из миров, сам по себе он всегда был где-то между. Он открывает со скрипом окно машины, а после достает телефон, чтобы поменять песню, пока не натыкается на новый пост, удивительно, не о Чонгуке, а о нем самом. Тэхен разгорается интересом. Фотографии, видимо из столовой, когда он подсел к первокурснице с желанием познакомиться, не самый удачный ракурс, но куда интереснее было прочесть комментарии. И тут низкий баритон разливается смехом, то ли от части смелых представительниц слабого пола, что говорят, что точно бы ему дали, то ли от парирующих им предупреждениях о букете заболеваний в подарок. Забавно, что перед этим был пост с обсуждением Чонгука. Два несовместимых мира столкнулись даже здесь. Ким делает скриншот. Обычно, когда у него нет пар, точнее, они есть, но Тэхен их не посещает. Он предпочитает кататься по городу, а по вечерам заваливаться в бары, пока его снова не вышвырнут за его «отвратительное» поведение. Но сейчас ему было скучно. Хотелось чего-то или кого-то. Чон подходит к своему мерседесу, садится внутрь и сразу же затягивается электронкой, уверенный в том, что его не увидят. — Как же заебало, — тихо выдыхает. На самом деле ему нравится быль хорошим человеком, он действительно веселится, участвуя в студенческой жизни, но до выгорания у него как будто два небольших шага. Он читает сообщение от отца, отправленное час назад. «Приеду в Нью-Йорк на грядущей неделе, выступлю в вашем университете спикером, подготовь для меня презентацию» Конечно же, у сенатора нет на это времени, а сыну он доверяет. Но Чонгук нервно выдыхает, представляя, что его ждет, когда Чон Джинхэ приедет к ним в учебное заведение. Особенно, когда он выступит с докладом о том, почему важно быть политически активными гражданами и после разрешит задать себе любые вопросы. Чонгук возможно в некоторой степени нарцисс, но ему нравится читать о себе новости: плохие, хорошие, спорные – не так уж важно, самое главное, что к нему обращено это внимание. Но на этот раз больше внимания привлек пост чуть ниже, где была пара фотографий Тэхена. Интересно, кто его осмелился так в открытую фотографировать и выкладывать пост с таким содержанием? Самое интересное, что о дрянном характере известно всем, но как и в любом универе, всегда найдутся любители «плохишей». Такие девочки обычно мечтают о том, что ради них он исправится и станет самым лучшим. Но жизнь – не фанфик, Чон уверен, что этого парня из Бронкса даже могила не исправит. Поебаться бы. Чон заметил плюс одну подписку на своем канале, вообще-то каждый день кто-то новый приходит, но эта его внимание привлекла. И судя по юзернейму это тот самый Ким Тэхен. Внезапно Чонгуку кажется, что написать ему не такая уж плохая идея. «Следишь за мной теперь, Ким?» «С каких пор тебя интересуют фальшивые мальчики из Манхэттена?» И этот «кто-то» написал ему сам. Тэхен проводит языком по нижней губе, ухмыляясь. «Каждому новому фолловеру пишешь для поддержания имиджа? Или я один удостоился внимания его величества?» «С каких? Хм.. Наверное, с того вечера, когда мой член упирался в твое горло.» — Ким заводит мотор, кажется, сегодня бары останутся без шумного посетителя в его лице. «Подумал над моим предложением?» И тем не менее, Чон быстро читает сообщение от Кима и криво улыбается, умеет же этот гаденыш слова выбирать. Тэхен, кажется, спит или проверка сводки новостей заставила разум жестоко над ним поиздеваться. Поведение Чонгука днем словно расставило все точки в их не успевших начаться отношениях. Они из разных миров и ближе, чем на двух постах в ленте они не могут быть или все-таки? Ким кусает палец в ожидании сообщения, пока музыка в салоне меняется с индастриал техно, на фонк из песни «Halsey - Balenciaga», ремиксы Тэхен не любил, но этот звучал неплохо. Он отвлекается на то, чтобы повысить громкость, как музыка в колонках затихает дважды, сообщая о новых уведомлениях в чате. Тэхен, кажется, никогда не ждал так сообщений, как сейчас. Да и, если говорить честно, контактов у него в телефоне можно пересчитать по пальцам обеих рук, а тем кому действительно можно позвонить — хватит и одной. «А что если каждому подписчику? Будешь ревновать?» «Я знал, что после такого горлового ты бы не остался равнодушным ко мне» Чонгук обдумывает следующие слова, на самом деле ему себя хочется обругать, но он устал настолько, что ему просто необходимо качественно расслабиться с тем, кому глубоко насрать на его замашки голубых кровей. «Как я могу ревновать, принцесса? Или тебе так хочется, чтобы я ревновал? :) » «Мне скучно играть в бильярд одному. Если хочешь, то компанию можно составить по этому адресу: Манхэттен, Нью-Йорк, 217 West 57th Street» Чонгук жил в чертовой CENTRAL PARK TOWER, квартиры в которой стоят от 9 миллионов долларов. Конечно, личной квартиры там у парня не было, отец не настолько щедрый, но на съем жилья в таком элитном месте раскошелился. Сам Чон не хотел бы здесь оставаться, потому не выпрашивал жилье в этом небоскребе. Он мечтал о своем доме, где будет тихо и безопасно. Ким потирает переносицу указательным и большим пальцем, впервые чувствуя себя придурком, что не умеет общаться с людьми. Хотя, он ведь отчасти и вправду не умел, по крайней мере так думали все. Маргинал даже не обидится, если после этого его кинут в черный список, но следующее сообщение заставляет уверовать в высшие силы или кому стоит молиться, если идеальный мальчик зовет тебя к себе домой? «Поиграть в бильярд» — конечно, — Тэхен смеется вслух. — Погонять шары или разложить Чона на бильярдном столе? — говорит сам себе. «Просто так тебя не пропустят. Если приедешь – напиши, я дистанционно открою ворота в подземку» Юноша вбивает адрес в навигатор и присвистывает, жалея, что сегодня не надел парадное белье. Возможно, он окажется сегодня в этом районе в первый и последний раз, но будет ли он жалеть о том, что поехал? Определенно нет. Но в глубине души есть тень сомнения, что все это — чей-то тупой розыгрыш. Пейзажи за окном сменяются один за другим и, чем глубже Тэ заезжает в район, тем сильнее выделяется, словно чужеродный объект, который не вписывается в пазл, но упрямый ребенок старается со всех сил вбить маленькую деталь в картинку. Он останавливается у больших ворот и присвистывает сам себе. А чего он ожидал от сына сенатора? Будто бы могло быть как-то иначе. «Открывай, принцесса.» — единственное сообщение, которое пишет студент, видя как ворота через минуту открываются, словно пропуская в эдемовские сады. Все слишком пафосное, вычурное, будто бы ненастоящее. — Надеюсь, что хотя бы за кислород здесь платить не придется. — заезжая на внутреннюю парковку, бубнит под нос Тэхен. Он зачесывает волосы назад, поправляет байкерку на себе и смотрится в зеркало заднего вида, после чего проверяет сообщения с этажом и номером квартиры. Кажется, в таких домах на каждом углу должны быть развешаны карты и указатели, а то от одинаковых дверей дико рябило в глазах. Но, скорее всего, просто маргинал слишком привык к своему району, где все дышит индивидуальностью и своей историей. Каждая трещина на стене — имеет за собой смысл, пока здесь выбеленные потолки и идеальный мраморный пол, что отчеканивает каждый шаг эхом. Он облизывает губы, занося руку для стука, но перед ним открывают двери, поэтому Ким быстро заводит ту за голову. К нему действительно приехали, Чонгук открыл дверь, встретив того, кого вообще не должно быть в этом месте. Тэхен на удивление.. не не вписывается, на самом деле если не знать его, то он бы просто сошел за любителя гранжа, сейчас это модно. Он просто не подходил светлой квартире Чонгука, в которой царила идеальная чистота. Но место это не было безжизненным, Чон заставил пространство растениями, в зале на полке внимание привлекала большая коллекция фигурок Марвел, а также отдельная полка с альбомами Kpop групп. — Разуйся, тут в обуви не ходят. Сам Чон уже был в домашнем, оверсайз футболка темно-серого цвета и шорты чуть выше колена, открывающие вид на крепкие ноги. Первое правило : всегда надевать свое парадно-выходное, вдруг такая возможность выпадет снова. Тэхен снимает обувь и, господи, перед ним стоят гостевые тапочки. Он точно не в отеле? По своей же квартире Ким редко ходит без обуви, порою даже в ней спит, но это все отголоски пьяных тусовок, после которых все, чего хочется — топить лицом в подушку. Он делает шаг вперед, рассматривая интерьер, хотя хозяин, честно, привлекал намного больше. — Это такой акт разрешения следить за твоей жизнью? Хочешь показать мне ее изнанку? — Тэхен засовывает руки в карманы куртки, пока взгляд скользит по татуировкам на правой руке. На вечеринке он не особо вглядывался в то, какой рукой ласкают член, сейчас хотя бы он может рассмотреть ее внимательнее. Он подходит ближе, вновь приобнимая Чонгука, но уже за талию. — Или ты и вправду соскучился, принцесса? — говорит он над ухом, обжигая кожу горячим дыханием. — Это просто желание хоть с кем-то поиграть в бильярд, у меня, может оно и не видно, но был паршивый день, — Чонгук мог бы позвать кого угодно, ему не откажет никто, потому что оказаться в этой квартире суждено далеко не всем, сын сенатора не устраивает вечеринки у себя дома, ходит только по чужим. И идея пригласить другого, в целом, хороша, но было одно большое, толстое, крепкое но. Чон хотел отпустить себя и натворить дел, при этом так, чтобы это не влияло на новости. Тэхен привычно хмыкает, мог ли он бросить колкость? Мог бы, но после слов о паршивом дне стебать Чонгука как-то не хотелось. Хотя, колкие шутки на грани похабного флирта порывались слететь с уст, поэтому Ким прикусывает губу, не меняя своего положения, рука оглаживает чужую талию, проверяя свою дозволенность к прикосновениям. Взгляд скользит по очаровательной коллекции фигурок и Тэхен подмечает про себя, что нравятся им одинаковые герои франшизы Marvel. Может не такие уж разные? — Может быть, — отвечает, не отталкивая. Это другая территория, здесь нет тех, кто их за такую связь мог бы осудить. «Может быть.» — Тэхен вскидывает брови в удивлении, что за игры в "горячо-холодно"? Но Ким ведется на них, позволяя ладони скользнуть к сильным бедрам и чуть смять дорогую ткань на них. — Проигравший будет сосать буквально, что думаешь? Я очень хорош в бильярде. Ладонь ведет по еще прохладной кожанке, которая очень шла владельцу. В целом сегодняшний образ действительно, как написал аноним, очень горячий. Тэхену это шло. А Чонгук просто был скрытым геем с кучей фетишей и желаний. — Делаешь игру интереснее? А что если я хочу повысить ставки? — Он смотрит на губы сына сенатора с минуту, а после оставляет те без поцелуя, хотя хотелось бы прильнуть к ним, чтобы запечатлеть желанный вкус. Тэхен сам отходит, дает напряжению между ними возрасти. Между ними искрит, этого не заметит только слепой. Возможно, на той вечеринке, будь у них чуть больше места и времени, Тэхен бы покусился не только на чужой рот, который старался всячески уколоть, унизить. Забавно, что стоявший на коленях перед Кимом, Чон явно имел над парнем больше власти. И это ощущалось необычно, заводило, заставляя прокручивать в памяти взгляд ониксовых глаз, направленный снизу вверх. В закутке с бильярдом был даже небольшой миниатюрный холодильник, забитый колой и энергетиками. Чонгук открыл первое, он любил самую классическую, с сахаром без левых привкусов. Газировка сладостью оседала на язык. Тэхен не имел права прикасаться к богатой жизни, но, если выпадала возможность, то он брал от нее все. Он проходит к холодильнику, вытаскивает энергетик, открывает его, отчего та раздается характерным шипением, а после внимательно смотрит на Чонгука. В бильярде Ким не мог хвастаться успехами, хотя пару раз даже выигрывал с десяток баксов, вывозя на чистой удаче, оттого эта игра и была ему интереснее. Отсосать Чонгуку при проигрыше? Кмон, он сделает это даже если выиграет. Чонгук расставил шары в треугольник и начал растирать конец кия, причем рукой он водил так, словно хочет у этой деревяшки вызвать эрекцию. Кий хороший, отполированный, не слишком тяжелый и не слишком легкий, хотя и такие в арсенале имелись для любителей. Ким наблюдал за выверенными движениями студента, что готовился к игре, пока маргинал потягивал классический энергетик из жестянки. Не пиво, но вкус приятнее сладостной колы. Вряд ли у сыночка влиятельного отца может быть в квартире что-то крепче кофе. Но Тэ не мог не отметить, что на самом деле одна лишь бильярдная в чужой квартире по размерам была почти со всю жилплощадь маргинала. Интересно, сильно бы Чонгук потешался, если бы оказался в гостях у Кима? Чон наклонился над столом, выстроив линию удара: белый шар — ровно по центру, цель — передний шар в пирамиде. Левая рука легла на сукно, образуя мостик: пальцы слегка расставлены, упругий изгиб между большим и указательным. Кий скользнул в эту ложбинку, как в направляющую. Тэхен скидывает свою кожаную куртку, обнажая сильные загорелые руки, стоит Чонгуку улечься на стол. Первая мысль : подойти сзади и прижать к бархатистой поверхности своим телом, но он ведь не похотливое животное, хотя Чона бы явно такое несдержанное поведение позабавило. В воспоминаниях всплывает сладкий шепот о послушании, когда рот занимали пальцы. Возможно так прогибаться в пояснице, выставляя зад, было вовсе не обязательно. Да, Чонгук? Удар. Белый шар рванулся вперед, точно врезавшись в середину пирамиды. Шары разлетелись во все стороны, сталкиваясь друг с другом с глухими, громкими щелчками. Несколько из них с гулким стуком провалились в лузы, остальные покатились, замедляясь, пока не замерли в новых позициях. Тэхен прикусывает губу, прислушиваясь к звуку удара. За шарами он не то, чтобы следил, скорее ему нравилось наблюдать, как Гук сводит брови, оценивая свою работу. Недостаточно идеально, господин Чон? Чонгук медленно обошел стол, оценивая расклад. Один шар остановился в опасной близости от угловой лузы — легкий толчок, и он упадет. Один шар забит, а вот второй.. не вышло, пришлось отойти немного в сторону. И пожать плечами, мол, все бывает. — Твоя очередь, Ким. — Боюсь, что в следующий раз, если ты так же выгнешься, то мы будем играть в другие настольные игры, принцесса. — парирует Тэхен, беря тяжелый кий в руки. Разделения по весам Ким не понимал, поэтому взял первый попавшийся и обошел стол, бросив свою куртку на мини-холодильник. Высчитывание траекторий? Физика? Слепая удача. Тэхен подмечает удобно расположенный шар и не задумываясь, чуть наклоняется над бильярдным столом, примеряя угол удара. Он облизывает губы, повторяя выверенные Чонгуковские движения, но с меньшей плавностью. Было в нем что-то такое нетерпеливое, резкое, словно его поджимает время, которое вот-вот может закончится. И он тратит его на игры, выжидает, кто сдастся первым. Хотя, ответ заранее известен обоим. Тэхен. Благодаря точным ударам Гука, Ким отправляет шар в лузу, с одного удара, благо за ним следом не падает белый, получать «фол» — не входило в планы. Он пожимает плечами, смотря на не самое выгодное положение на столе. Хотя, какое положение может быть выгоднее, чем лежащий на столе сынишка влиятельного человека? Тэхен не знает. Чонгук сравнивал Кима с диким зверем, его движения резкие, торопливые, он не тратит время попусту на то, чтобы встать красиво, не держит интригу перед своими действиями и делает именно то, что хочет делать. Это все казалось в своем ключе привлекательным, потому что несмотря на такое поведение, Тэхен все равно выглядел сексуально, некоторым людям это просто дано. И с такой внешностью у него были бы большие шансы заработать признание в модельном бизнесе, если появился просто какой-то спонсор, способный обратить на него внимание брендов. Мышцы теперь не скрывала плотная кожанка, интересно, хватило бы у него силы, чтобы прижать к стене и вот так оттрахать прямо навесу? Чонгуку почему-то кажется, что да. Ким подходит к Чонгуку вплотную, вдыхая сладковатый аромат парфюма и мятного шампуня на волосах. — Не кажется ли тебе, что мы тратим время на какие-то игры, когда, я уверен, что мы можем заняться чем-то поинтереснее? — О чем ты? — он вновь повторяет этот жест, тыкает парня в лоб и разворачивается, нарочно наклоняясь так, чтобы вжаться подтянутой задницей в чужой пах. Чонгук любил играть грязно и пошло, он смотрит на шары, — с этого положения можешь попробовать даже меня обыграть. Он уступает место, но все равно знает, что Ким с такой техникой его не обыграет. В конечном итоге побеждает все равно сын сенатора, улыбается паскудно и откладывает кий на бильярдный стол. Детский тычок, а потом столь грязная позиция. Член отзывается на давление со стороны, начиная давить на ширинку джинс. Чонгук его дразнит, провоцирует. Чертовски сексуальный татуированный парень сейчас специально наклоняется перед ним так послушно, будто бы позволяет взять себя, но стоит Киму провести рукой про бедру, чуть склонившись над сильной спиной, как Чон, будто бы ни в чем не бывало выпрямляется, уступая Киму право на следующий удар. Злит, отчего попадание по шару ставит Тэхена в положение "пропускающего удар". И каждая подобная выходка со стороны студента лишь сильнее выводит прежде спокойного Кима. Маргинал не ведется на провокации, если они не от Чонгука.