Рождение Души

Глава 5

Небо и Земля

«<…> упоминая Грехоподобных, необходимо описать их среду обитания – Разрывы. Ангелам до сих пор не удалось выяснить, что находится за пределами небесных трещин, есть ли там жизнь, или это дорога в бесконечную тьму, так как ни один доброволец не вернулся обратно. Ученные мужи предполагают, что Разрыв, как и сами Грехоподобные, не имеет источника силы, а потому поглощает дух, расщепляя его на энергию. Появились Разрывы еще у истоков Первого Эдема, положив конец перемирию двух божеств и их детей. Разрывы нельзя закрыть, со временем большинство только растет, трескаясь и создавая вокруг себя искажение реальности на обоих уровнях. Земные создания не могут видеть Разрывов и Грехоподобных, но ощущают гниль на подсознательном уровне, что крайне негативно влияет на окружающую среду и ментальное здоровье. Разрывы излучают чистое зло, заполняя разум рядом стоящих душ тьмой, оттого Светлейший Совет постановил ежемесячно менять отряды в аномальных зонах.» – Анатомия войны, том второй, переиздание, Светлейший Варшалам

Вжух! Я едва успела пригнуться и древко просвистело над головой. Арье сделал шаг назад, скомандовал: – Слишком медленно, ускоряйся! Стараясь не выплюнуть легкие, я перекатилась в сторону. С моих посиделок в тайной пещере минуло два месяца. Как и обещала Селестия, инициация помогла примирить ангелов с моим присутствием. Нет, Кария не оставила едких высказываний, так и норовит укусить побольнее, но остальные косятся на меня гораздо меньше. Зато, с легкой руки Флегона, мужская половина Грозового Гнезда стала интересоваться моим происхождением. Последний раз, когда мне удалось вырваться в пещеру, очередной крылатый придурок вздумал проверять, нет ли у меня хвоста под хитоном, благо Кадмиель оказался рядом! Колкости Мала и жестокая прямота Арье, после подобного внимания, стали цениться на вес золота. Что же наставник? Как и обещал, Медноволосый не давал мне расслабиться ни на секунду. Если мышцы болели настолько, что не могла тренироваться, то он забрасывал меня книгами, которые заставлял пересказывать и объяснять. Если справлялась с книгами – Арье корчил из себя Бецалеля и выжимал из меня крупицы стихийных способностей, которых, к слову, оказалось совсем мало. На исходе второго месяца я видела наставника чаще собственного изображения, даже привыкнуть успела и перестала дергаться каждый раз, как огненная голова появлялась в поле зрения. Разумеется, с таким расписанием об отдыхе можно было забыть. – Сдашь экзамены и делай что заблагорассудиться, а сейчас сосредоточься на подготовке, – холодно нравоучал Арье, когда я в очередной раз пыталась выбить себе выходной. Громкий шлепок по ягодицам выдрал меня из задумчивости. Я ойкнула, обиженно потирая ушибленное место. – Не спать, артси! – Арье убрал палку за спину, готовясь к следующему нападению. – Опять в облаках витаешь. Невыносимый! Я встала в стойку, покачнулась из стороны в сторону, стараясь предугадать откуда прилетит следующий удар. – Почувствуй опору, – мужчина кивнул на мои ноги. – И прекрати скакать, как пьяная мантикора! – Такие бывают?! – короткое движение и палка снова бьет меня по ягодицам. – «Меньше болтать», я помню! Арье хмыкнул. Пришлось сконцентрироваться. Наставник двигался нарочито медленно, позволяя мне привыкнуть к собственным маневрам, а потом резко менял тактику. Бесконечные синяки и удары, и я наконец заметила эту особенность. Древко ткнуло меня в живот, но я отбила его ребром ладони. Наставник повторил удар, резко шагнул вперед и я проскочила под его пустой рукой. Арье потерял равновесие и покачнулся. Я так растерялась своему успеху, что не заметила подножки и улеглась на лопатки. Солнце – редкий гость за последние месяцы – слепило глаза, очерчивая силуэт наставника. Он наклонился надо мной, пристально вглядываясь в лицо. – Цела? – Жить буду, – я вымученно улыбнулась. Миг, и я стою, а Арье стряхивает с моей формы налипшую траву. – Немного лучше, но за ногами по-прежнему не следишь, – спокойно сказал наставник. – Завтра поработаем с повязкой, будешь учиться слушать противника. Разумеется, он не может просто удовлетвориться результатом! Однако слышать «лучше» от Арье настоящий комплимент. Пусть я расшибу себе завтра лоб, но тело окрепнет еще чуток и появится реальный шанс сдать экзамены. Нагрузка постепенно становилась чем-то привычным. Я выдохнула, стараясь успокоить сбившееся дыхание. Сначала мы убрали снаряжение и только тогда двинулись к замку. Арье молча шел рядом, жмурясь на солнце. Каждый раз, когда тучи пропускали его теплые лучи, волосы наставника становились подобны ожившему пламени. Интересно, какие они на ощупь? – Готова к спуску? – хрипловатый голос парня звучал спокойно. – Правила помнишь? С ранней тренировкой я совсем забыла какой сегодня день! Экзарх Суламифь посчитала первокурсников готовыми к первому путешествию на Землю. К Разрывам нас, конечно, даже близко не пустят, но для первокурсников имелся свой участок, который полагалось патрулировать. Я готовилась к спуску усерднее, чем ко всем остальным экзаменам, надеясь, что Земля поможет воспоминаниям вернуться. – Не совать руки в человеческие души? – Следовать по пятам за старшим группы, никуда не отходить, постоянно держать Шлис наготове, при виде Греха бежать в противоположную сторону без единого писка, – Арье скосил на меня взгляд. – Так, мне посоветовать экзарх исключить тебя из группы? – Нет! – я выскочила вперед, дернула его за форму. – Я все помню! «Вот», —протянула ладонь с сияющим синевой ключом. – Шлис хоть сейчас могу зажечь! – Так-то лучше. Боишься? Наставник ухватил меня за локоть и помог выстоять, когда нога поскользнулась на мокром от дождя камне. Каждый раз, когда подобное происходило, Арье уже даже глаза не закатывал, лишь молча ставил на место. – Скорее волнуюсь. Нас спустят в безопасный район. – Хессиль, на Земле нет «безопасных» районов. Будь очень аккуратна, незачем подвергать себя бессмысленной опасности, – это что, забота?! Я скосила глаза на наставника, когда он добавил. – Я слишком много нервов на тебя трачу, чтобы так просто лишаться подопечной. Кто бы сомневался! Я мысленно показала ему язык, боясь снова получить посохом по мягкому месту, и ускорила шаг. Чем быстрее я окажусь на Земле, тем лучше! – Эй, артси! – окликнул наставник, когда я почти добежала до входа. – Переход требует много энергии. Отдохни после спуска. Я кивнула, пряча улыбку в уголках губ.

***

Нас обязали одеться в легкие доспехи, специально созданные для спуска на незараженные территории. Блестящая белоснежная броня, невесомо обнимала тело, как и вся ангельская сталь, легко подгонялась по размеру. Возле храма столпилась целая орава студентов. Светлый Эфраим давно разбил нас по группам, учил в случае необходимости биться в четверках. Мне повезло, Селестия выпросила возможность отвечать за меня, а Малкиель увязался исключительно из желания поиздеваться над нами по дороге. Мое общение с арсти имело переменные успехи. Мал то и дело впадал в никому непонятные приступы отвратительного настроения и хамил без разбору, чаще всего это происходило, когда рядом оказывался его наставник, а временами становился вполне адекватным. С нами должна была быть Руфия, но ее, кажется, наказали, так что четвертым поставили Лавана. – Задание предельно простое: спускаетесь на Землю, отчитываетесь Светлому Еремии, получаете участок патрулирования и ровно через два часа возвращаетесь, – Эфраим обвел нас грозным взглядом. – Не позорьте меня перед Светлым! – Хорошо, что алтарь починили, а то пришлось бы вас на своем горбу вниз тащить, – шепнула Селестия, когда наша группа дождалась своей очереди. – Если бы несравненная земная не снесла их своим появлением, ничего чинить бы не пришлось, – Малкиель разглядывал собственные ногти. Судя по всему, наш красавчик был не в духе. Неужели опять от Флегона досталось? – Простите, не рассчитала радиус посадки, – парировала я, потом обращаясь к Селестии спросила, – Можно я открою портал? Арье велел тренироваться. Храм Порядка всегда казался мне жутковатым местом. Огромные своды венчались острыми пиками, направленными вниз, и казалось вот-вот рухнут на прихожан. Тут всегда царил полумрак и странно пахло влажным холодом. Пол и стены не украшали привычные замку фрески, лишь острые выступы. А еще огромная замурованная по грудь статуя Ордо, с раскинутыми руками вызывала острую панику. Казалось, он вот-вот сомкнет руки и прихлопнет тебя за малейшие прегрешения. Единственная статуя, чье грозное лицо можно было разглядеть. Полумесяц алтаря находился в центре, перед взором Порядка. На нем не осталось швов, говорят лучшие мастера спускались со столицы, чтобы собрать его обратно, а до тех пор с Гнезда приходилось спускаться на крыльях. Светлейший Закум по обыкновению следил за каждым спуском, читал короткую молитву-напутствие, прежде чем направить студентов. Когда мы остановились возле алтаря, Первосвященник сжал тонкие губы. – Он делает так каждый раз, когда видит тебя, – шепнул Мал, наклоняясь к самому уху. – От большой и чистой любви! – Ага, как же! – Я смотрю ты сегодня в настроении, – Селестия вклинилась в разговор. – Хочешь спускаться с нами, оставь гонор в Гнезде, будь добр. Я победоносно ухмыльнулась нахмурившемуся Малкиелю. Ключ на ладони загорался, стоило о нем подумать, но, чтобы поддерживать силу нужно было концентрироваться. Шлис не направлял в пространстве, лишь открывал уже имеющиеся порталы. На земле их сложно было найти, ангелы создали специальные знаки, каждый из которых вел либо к основным Вратам в порту, либо к храму в академии. В высшие уровни попасть можно было только через Грозовое Гнездо. – Кто открывает портал? – грозный голос Первосвященника нарушил торжественную тишину храма. Мы переглянулись. Желания тренировать свои таланты поубавились. Я сделала мелкий шаг вперед, стараясь не скукоживаться под пристальным взглядом Светлейшего и протянула ему подписанный экзарх свиток. – Селестия, ты доверяешь подобную роль артси? – холодно спросил он. Закум скривился бы, если бы не считал это проявлением эмоций недостойных бывшей земной души. Селестия кивнула, сославшись на веление экзарх сделать меня как можно более самостоятельной в кратчайший срок. Только тогда Первосвященник взял из моих рук свиток. – Попросим Порядок уберечь нас от последствий, – процедил Закум и вывел нас к центру. – Делайте, что велено. Я закрыла глаза, вспоминая рисунок Шлиса на ладони. Причудливая спираль послушно проявилась, озаряя лицо мягким светом. Так, теперь приложить его к выемке на алтаре и вложить силу. Сероватый камень холодил кожу, когда я опустила ладонь на маленькую впадину у основания. Первые секунды ничего не происходило и я умоляюще поглядела на Селестию. Девушка кивнула. Руны на алтаре вспыхнули, обращаясь к моей силе. Мурашками она пробежала от ладони к сердцу и обратно. Шлис все делал сам. Алтарь исчез в холодном небесном свечении, полукруг стал аркой, ведущей в яркое нечто. Сначала в мой портал вошла Селестия, потом Лаван. Малкиель бросил «не дай Порядок со мной что-то случится, я тебя из-под земли достану» и последовал за ними. Последней шагнула я. Мир смазался, а через секунду превратился в серое дождливое небо. Тяжелый мокрый запах жухлых листьев заставил морщиться. В меня вошла чья-то раздробленная тень и исчезла в подворотне прежде, чем я успела завопить. – Они тут повсюду, – Лаван удрученно озирался. – Человеческие души. Я застыла. Земля оказалась совсем не такой, какой я себе ее рисовала. Мы стояли на мостовой, в сени двух сросшихся верхушками деревьев и смотрели на жилую улицу. Очертания домов, тени людей, мосты – все это выглядело чьим-то сном. – Тут так… серо! – Мы не дети Хаоса, чтобы попадать в человеческий мир напрямую, – пожала плечами Селестия. – Только через призму. Зато Грехи на этом уровне отлично видны. Пойдемте. Спустившись вниз по улице, мы оказались у единственного четкого здания в этом бедламе. Ангельский пост парил над зданиями, придерживаемый по обыкновению стальной цепью. Селестия велела ждать снаружи, сама взлетела на смотровую площадку. В первый спуск она взяла на себя регистрацию, чтобы избавить нас от бумажной волокиты. Мал принялся доставать Лавана, а я огляделась. Казалось, на Земле реальны лишь ангелы, все остальное походило на карандашный набросок, смазывающийся к краям. Ну же! Что я помню?! Я должна почувствовать хоть что-то! Ни дома, ни мостовые, ни тени – ничего. Голова отозвалась привычной болью, но я упорно вглядывалась в проступавшие очертания человеческого мира. Моего, хаос подери, мира! Попытки взломать голову ни к чему не привели. Наконец, сверху спустилась Селестия, изящно вспорхнув крыльями. Она повела нас в соседний квартал и велела выискивать аномалии. – Любые потертости, уплотнения, вибрации Духа, важно осмотреть все. – Да, давайте заниматься мышиной работой в незараженном районе! – Мал закатил глаза. – Мне скучно! – Развеселишь себя в процессе, – Селестия указала ему на один из домов. – Этот твой. Малкиель бросил пару ворчливых комментариев, но все же послушался. Пока они с Лаваном проверяли серые углы и подвал, подруга поравнялась со мной. Я ответила ей прежде, чем ангел успела задать вопрос. – Ничего! Мы точно на Земле? Селестия нахмурилась. Мы обошли группу теней, стараясь не соприкасаться с душами. – Совсем ничего? Мал говорил, он видит лица людских душ и чувствует местные запахи. – Черные тени и пыль, – я была на грани истерики. – Ладно, не расстраивайся раньше времени, мы только спустились. Мало ли что изменится! Как бы ни так. Я не отходила от Селестии и послушно следовала указаниям, но серость земли быстро надоела. По сравнению с Небесами люди, казалось, не живут, а существуют в бесконечных вихрях безрадостной графитовой действительности. До конца патрулирования я так ничего и не вспомнила. Время подошло к концу. Селестия заставила нас с Лаваном рапортовать завершение работ Светлому Еремии и повела обратно к порталу. Все в том же зеленом кусочке посреди домов, два тонких дерева склонились друг к другу, образовав арку. На коре одного виднелась крошечная спиралька. – Открывать обратно сложнее, нужно самому настраивать потоки силы, – пояснила Селестия. Она велела Лавану приложить ладонь к шершавой поверхности. Воздух вокруг ангела ожил, сметая приевшийся запах пыли, и портал открылся. – Я пойду первой, Лаван закроет. Когда Селестия исчезла в арке, на пороге задержался Малкиель. Он втянул воздух полной грудью и обернулся на город. В холодных голубых глазах застыла невиданная ранее грусть, но артси так ничего и не сказал, просто шагнул вслед за подругой. Я встала перед порталом, готовясь последовать за ним, когда голову пронзила дикая боль. Казалось, что в затылок вставили раскалённую иглу. – Хессиль… Я согнулась пополам и застонала. – Я ничего не вижу! Что происходит?! – испуганный голос Лавана с трудом пробился сквозь боль. Ангел придерживал ладонь на руне, пытался шарить вокруг свободной рукой. – Хесса, ты в порядке?! Говорить не получалось, челюсть попросту свело. Я скрипнула зубами и заставила себя подняться. У портала схватила Лавана за руку и потянула за собой. Мы ввалились в закрывающийся проход. Боль прошла так же быстро, как и появилась. Мы сидели на полу перед алтарем и приходили в себя. Лаван хлопал белоснежными ресницами и разглядывал свои руки. – Что здесь происходит?! – над нами нависла грозная фигура Первосвященника, а за его спиной перепуганная Селестия и раздраженный Мал. – Ничего! – в унисон гаркнули мы и переглянулись. Лаван добавил, – Споткнулись просто. На лице Светлейшего отразилось все, что он думал по поводу ангелов недоучек и болезненных артси, но Первосвященник лишь покачал головой. Радуясь, что Закум избавил нас от расспросов, мы поднялись с каменного пола и поспешили вон из храма.

***

Светлый Эфраим заставил нас писать отчет сразу же после спуска. Нудная бумажная работа вообще была излюбленным ангелами способом испытывать студенческие нервы на прочность, благо в этот раз ею занялась Селестия. Мы сдали броню и облачились в обычную одежду. Пользуясь тем, что Арье не станет гонять меня сегодня вечером, я натянула свободный хитон и перетянула талию тканевым поясом. Стекляшку с зала Проекций я не снимала даже когда отправлялась в купальни. Хоть что-то свое, пока нет воспоминаний… Я хотела поговорить с Лаваном до занятий, но стоило нам оказаться на Небесах, как бесцветный исчез. Его не оказалось ни на обеде, ни на занятиях у Бецалеля, так что разговор пришлось перенести. Сегодня мы практиковались поддерживать воздушные потоки и это у меня получалось в разы лучше, хотя блестящими успехами назвать было сложно. Светлый Бецалель отметил, что легкий ветер я уже поддерживаю лучше, и распустил класс. В приподнятом настроении я напоролась на Туриель и ее ручную мантикору. Кария расправила крылья, преграждая мне дорогу. Тури и несколько малознакомых мне ангелов стояли поодаль, внимательно наблюдая за процессом. – Кария, отойди, – устало произнесла я. – Как поживает твой наставник? О, я слишком хорошо знаю, чем заканчиваются эти вопросы! – Жив-здоров, уйди с дороги. – Какие мы смелые! – мелкая стала счищать с моего платья невидимые пылинки. – Уже не боишься? ­­– Было бы кого, – я попыталась убрать ее руки, но ангел схватила за грудки и дернула, проявляя недюжинную силу. – Ребят, мне кажется, или земная дрянь на меня огрызается? – Кария приподняла меня. – Тебе следует бояться, артси. Тебе и твоему проклятому наставнику! Ваши грязные души только место занимают! Болтаясь в нескольких сантиметрах над землей, я поглядела на Туриель. Аккуратное лицо казалось непроницаемым и лишь ярко горящий в глазах нимб выдавал ее восторг. Тури нравилось наблюдать за моей беспомощностью. – Признавайся, твоя мамаша продалась демонам? Или сама была их подстилкой? Флегон скоро лопнет от любопытства! – Кария обернулась на своих зрителей. – Думаю она что-то просит за свои услуги… Смешки за спиной мелкой заставили вспыхнуть. Я дернула ногой, пытаясь достать до пигалицы, но Кария закрылась крылом. Моя сандалия соскользнула по белым перьям. – Потаскуха, ты мне крылья испачкала! – рявкнула девица и отбросила меня к стене. – Теперь придется освященной водой поливать! Я непременно снесла бы статую архангела, если бы та не была защищена Духом. Спина отозвалась резкой болью. Кария бросилась ко мне, видимо желая продолжить битву, но услышала короткое «нет» от Туриель. Мелкая обернулась на свою предводительницу: – Но почему?! – Не сейчас, – спокойно отозвалась Тури. – Кто-то идет. Кария цыкнула и брезгливо вытерла ладони о платье. Проходя мимо, она вдруг подняла руки и мне на голову свалилась тяжелая ледяная сфера из ближайшего фонтана. – Не расстраивайся, артси, мы еще поболтаем!

***

Арье открыл потайной отсек шкафа рядом с кроватью и стал просматривать оставшиеся запасы. Мутных зеленых склянок оставалось всего три, а последний приступ забрал одну целиком. Арье знал, что нужно делать, но легче от этого не становилось. Достав прогоревшие свечи, он закрыл тайник и вышел в гостиную. Нужно было задернуть все шторы, прежде чем… Дверь атаковали. Арье поспешил убрать свечи, но на несчастную дверь снова обрушился град ударов. Неужто нападение?! Срочная мобилизация?! Подопечную ранили?! Едва не выдрав створку с петель, мужчина распахнул дверь и замер. На пороге стояла мокрая подопечная. Синие капли, кажется, из окрашенного фонтана, струйками стекали с отросших черных волос, оставляя следы на хитоне. Свечи все еще на столе, значит нельзя впускать Хессиль. Арье закрыл дверь, прежде чем достать холстину и вернуться ко входу. Когда он снова открыл дверь, девчонка сжимала и разжимала кулаки, в разноцветных глазах застыло невиданное им прежде выражение детской обиды. – Какого Хаоса, что случилось?! Арье хотел обернуть ее в холстину, но артси грубо стерла бегущие по щекам слезы и пробурчала: – Упала. Ну, конечно. В ранние годы Арье приходилось не раз так «падать», правда его обидчики успели осознать свои ошибки и теперь боялись даже в порту появиться. Наставник догадывался, кто стоит за издевательствами, но не собирался вмешиваться, пока Хессиль сама не попросит. – Я хочу заниматься! – выпалила девчонка. – Тебе нужно восстановиться… – Нет! – крикнула она, тут же смягчилась. – Не нужно. У меня полно сил! Вот это удивило. Арье закрыл за собой дверь. – Ты мокрая, сходи хоть переоденься. – Нет, – повторила артси. – Научи меня управлять водой. Больше спорить не стал. Вести подопечную в синей воде на арену средь бела дня было плохой идеей и Арье завел ее подальше от замка, на поляну перед ангаром. В это время тут никого не было, даже химеры разлетелись. Хессиль понуро плелась следом. Через пол часа занятий стало ясно, что воду подопечная чувствует еще хуже обычного. Вода на артси не сохла и девчонка мерзла, но упорно отвергала холстину. Артси принялась пинать траву: – Хаосова стихия! Ничего не выходит! – Так не пойдет, – Арье покачал головой. Ну конечно, как же он раньше не додумался?! – Пошли! Арье открыл перед девчонкой дверь, но артси застыла в нерешительности. – Туда уже можно? Раньше ты ругался… – Раньше ты пахла смертью, химеры не переносят этот запах. Заходи. Хессиль потопталась у входа, но холодный порыв ветра заставил девчонку двигаться быстрее. Она протиснулась мимо Арье, с интересом озираясь. Посреди амбара, в углублении между булыжниками было зеленоватое озерцо с каменистым дном, больше похожее на пруд. Арье свалился в него, когда бегал от химер, еще в детстве. Светлейшая Наама едва не лишилась чувств, увидев расцарапанного мальчишку с проломленной головой. Будь он артси – точно погиб бы. Арье спрыгнул на камни, подал руку подопечной. Хессиль прекратила злиться, с интересом разглядывала темную гладь. Наставник присел на камень и велел артси садиться напротив. Она повиновалась. – Вытяни руку, – приказал Арье. Он приставил свою ладонь к ее, но так чтобы между кожей остался миллиметр зазора. ­– Опусти вторую в воду и закрой глаза. Глубже, артси, чтобы ладонь целиком была в воде! Девчонка хихикнула. – Щекотно! – на бледном лице мелькнула улыбка. – Вода здесь живая, она не замурована в фонтанах и плошках, а спускается прямиком с Нового Эдема. Ее не нужно звать, достаточно принять движение. Ты чувствуешь чистый Дух, поэтому щекотно, – Арье коснулся переливающейся поверхности, позволил потокам смешаться с силой. – Представь, что она слушает тебя и готова следовать указаниям. – Как бы не так… – артси фыркнула. – Слышала легенду о Первом? Не ожидавшая резкой смены разговора Хессиль распахнула глаза. – Закрой! Так слышала? Девчонка отрицательно качнула головой, отчего на сосредоточенное лицо упала седая прядка. Арье с трудом поборол желание спрятать ее за ухо подопечной. – Первую химеру звали Эрти. Был он по-настоящему огромен, но добр и нежен. Из воды и воздуха Эрти вышли почти все известные земные животные. Вместе с детьми Порядка он следил за садами Первого Эдема, служил на благо всего нашего вида, – голос Арье преобразился. Он старался копировать интонацию Суламифь, что без устали повторяла эту легенду маленькому потерянному мальчику. – Жаль, но мир царил недолго. Первый Разрыв лишил ангелов дома, заставил в ужасе бежать прочь. Желая спасти детей Порядка, Эрти взмыл в небеса и стал вымаливать божьей помощи ценой собственной жизни. Ордо сжалился над Эрти. Тело химеры стало первым парящим островом, а вокруг сердца выросла эта роща. Так родилось Грозовое Гнездо и был спасен весь ангельский род. Хессиль сидела завороженная. Она хотела что-то сказать, но запнулась. Вдруг ресницы дрогнули и глаза распахнулись. Вокруг пруда парил целый купол из крупных капелек. – Это ты делаешь?! Арье покачал головой. Девчонка отлично справлялась без его вмешательства, стоило отключить голову. Даже вода из фонтана отделилась от одежды и парила в воздухе вместе с остальными. Она вытянула руки, касаясь некоторых капель и бледное лицо озарила счастливая улыбка. Хессиль удалось настоящее расщепление. Звон колоколов сбил концентрацию и капли обрушились бы на них, но Арье успел поймать поток. Девчонка принялась извиняться. – Чтобы ни случилось, ты должна контролировать стихию, артси, – парень опустил дрожащие капельки обратно в ручей. – Поняла я, поняла, но ты видел?! – она повторила движение рукой и несколько водяных сфер отделились от воды. – Получается! Восторг артси оказался заразительным. Арье хмыкнул, пряча улыбку в кашле и поспешил встать. – Стоит потренироваться, и живая вода не потребуется, ­– он протянул девице руку. ­– Пора возвращаться. Скоро ужин. Дорогу до замка Хессиль молчала, разглядывая свои ладони. Думая, что Арье не видит, подопечная опускала руку к траве и пыталась выудить оттуда влагу. Ничего не выходило, но разноцветные глаза горели азартом. Оставив ее возле яблоневого сада, наставник уже развернулся, когда тонкие пальцы ухватили его за рукав. – Арье, спасибо. Надо же, артси впервые поблагодарила его! Арье не хотел признаваться, но признание болезненной девицы ему понравилось. Молча кивнув, он двинулся обратно к амбару.

***

Не успела я вернуться, как в комнату без стука ввалились Ру с Селестией. Сестры о чем-то громко переругивались, тыча пальцами в учебник Руфии. – В своей комнате ругаться надоело, решили сменить обстановку? – я взлохматила золотые кудряшки Ру. Наконец они обратили на меня внимание. Селестия закрыла дверь и велела мне сесть. – Мы тут такое… – начала было она, но Руфия отпихнула сестру и сунула мне в руки свою книгу. – Смотри, что я нашла! – на потрепанных страницах был изображен черный кожаный переплет. – Вчера, когда мы с Нинель обсуждали новые украшения, что завезли в порт, ты видела, что у них за ассортимент? Такая красота! Одних браслетов и серег на крылья сколько… – Ру, – одернула Селестия. – Да, да, забылась! Так вот, мы с Нинель заболтались, и Светлый Бецалель наказал нас… Каким же занудой он бывает! Я же научилась воду расщеплять, что он вечно… Мы обе не выдержали: – Ру! – Ладно! – Девчушка закатила глаза. – Он наказал нас, запретил спускаться с вами и отправил на дополнительные к Авигаиль. Я ее побаиваюсь, вечно ходит с кислой миной и смотрит так, словно душу твою съесть хочет, как Грех… Селестия выдрала фолиант, не желая больше слушать Ру, но мелкая не растерялась. Пальцем она указала на крупное изображение чего-то чешуйчато-черного. На мрачной поверхности красовались неизвестные руны. – Это книга, называется «Хроника вечности» и в ней можно прочесть все твои воспоминания! – Что?! – кажется я подавилась собственным языком. Старшая ласково похлопала меня по спине. – Такая существует?! Почему вы мне сразу не сказали?! Сестры переглянулись. Ру захлопнула книгу и показала потертую надпись на корешке. «Реликвии Хаоса» гласила та. Само собой, разве со мной может быть все просто?! – То есть эта книга из Преисподней… Зачем тогда неслись сюда?! Селестия отложила талмуд на стол, присела рядом со мной на кровать. – Отец как-то обмолвился об этой книге. Ее привозили на праздник Проведения, а потом случилось то, что случилось, и никто не знает, забрали ли книгу обратно. В свое время Арье увлекался редкими артефактами и я подумала… – И мы подумали, что ты можешь спросить у него! – перебила Руфия. – Арье? Мой жуткий наставник Арье?! Пыльными книженциями интересовался?! – медноволосый гигант плохо представлялся старьевщиком-коллекционером. – Сомневаюсь. Селестия цыкнула и спихнула меня на пол. Смеяться с ушибленным еще утром задом оказалось не так просто. – Какая же ты артси, Хесса! – девушка проигнорировала мои проклятия. – Книги на небесах имеют особые свойства! В них может прятаться проклятие, чей-то портал или чужие воспоминания. Не хочешь спрашивать Арье, спроси экзарх, но она скорее заинтересуется корнем вопроса! – Я не стану лезть к Арье с такими вопросами, он же сразу все поймет! Сестры переглянулись. – Мы тут подумали… А что, если рассказать ему? Я рассмеялась, приняв предложение за шутку, но ни одна из них даже не улыбнулась. Судя по всему, девчонки говорили серьезно. – Селестия, ты сама твердила, как для Арье важен мой успех, так? – еще немного и начну злиться. Подруга кивнула. – И сейчас ты предлагаешь пойти к нему и рассказать об единственном дефекте несовместимом с жизнью на Небесах? – Этого я не предлагала, лишь хотела… – Насколько мне известно, Арье далеко не дурак. Он быстро просчитает свои риски и наверняка решит не в мою пользу, – я отошла к окну и уткнулась лбом в холодное стекло. – А я совсем не хочу снова терять себя… Сестры поникли. Впервые за их ангельскую жизнь не у кого было спросить совета.

***

Несколько дней подряд я умоляла Селестию спуститься со мной на Землю. Новостей по Хронике Вечности не было, но успех со стихией вернул толику надежды и я решила попытаться вспомнить все сама. К тому же, дико надоело слушать нападки бешеной Карии, без устали проходившейся по моей земной жизни. Видит Ордо, я докопаюсь до правды и без всяких Хроник! К концу недели Селестия согласилась. Она заставила меня самой заполнять соответствующие документы, позволяющие спуск вне классного времени, и к выходным мы были готовы. Первосвященник долго читал нотации, прежде чем позволить открыть портал. Серый людской мир встретил скучными городскими пейзажами, утопавшими в тумане. Пока Селестия активно строила глазки Светлому Еремии, я вышла наружу оглядеться, когда кожу груди обожгло. Мой кулон вспыхнул, замурованный под броней. – Да что это такое?! – прошипела я, дергая стальные пластины, но они не поддались. От боли в глазах потемнело. Я шагнула назад, дергая заклепки и споткнулась о торчащий из дороги кусок асфальта. Вместо ожидаемого удара тело утонуло в темной вязкой жиже. Раздался хлопок и меня выплюнуло во тьму пещеры. Стекляшка остыла, словно не пыталась прожечь во мне дыру мгновение назад. – Хаос… – Я здесь, дорогая, – низкий грудной смешок заставил кровь отхлынуть от лица. – Звала?