Тень в вечности

Там, вдали от испорченного мира, я осталась одна на год, укрытая зелёными листьями и холодным дождем. Я нашла очень старую ветхую лачугу, в которой уже много лет никто не жил и облюбовала её. Спасибо моему отцу, за все те ценные уроки выживания что я получила, пока он был жив. Благодаря ему я умела охотиться, отличать ядовитые растения от съедобных и была способна добыть себе огонь. Я научилась жить с моими страхами, с ними и без них; каждый день я искала надежду, вела с природой беседы, но моё сердце всё помнило о том, какого ужаса я бежала. Люди, таящиеся за холмами, были все еще где-то там, но теперь они не могли меня достать. Иногда я заходила в деревни, чтобы обменять добычу на одежду и припасы и послушать новости о мире, но в основном, моим верным другом и собеседником стал лес и его жители. Время шло. Три года минуло с того дня, как чумные доктора сожгли мой дом, вместе с телами близких мне людей. Мне исполнилось 18 лет. В одну из вылазок к ближайшей деревне, я как обычно торговала на свободном рынке. Торговцы неподалёку от меня обсуждали, что чума отступает и жизнь возвращается на круги своя. Я тоже это ощущала, как будто тьма, сгрудившаяся над миром, стала понемногу рассеиваться и тоска, что окутывала любое поселение тоже сходила на нет. Я уже давно думала о том, чтобы посетить свой, некогда, большой и уютный дом, однако теперь решимости стало в разы больше. В этот раз торговля прошла особенно хорошо и я, даже, смогла купить себе коня. На нем и поскакала в свою родную деревню. Моё воодушевление быстро сменилось ужасом, когда я увидела, что осталось от моего родного края. Я медленно сжимала поводья, пытаясь упокоить свою лошадь. Она чувствовала мою тревогу. Чума унесла множество жизней, но именно пустота и разруха вокруг казалась мне особенно жалкой. Родные дома, где я провела своё детство, теперь выглядели как черные тени. Я соскочила с лошади и пошла пешком, чувствуя, как каждый шаг отзывается во мне болью. Мимо мест, где когда то стояли крепкие дома, я дошла к месту назначения. Печальное зрелище. Моя мама всегда сажала цветы в саду под окнами, сейчас от них не осталось и следа. Я вспомнила те тёплые летние вечера, когда мы смеялись с мамой над тем, как мальчишки бегают друг за другом возле дома. Где теперь эти воспоминания? Огонь выжег их, так же, как и мои слёзы. Остался только пепел. Я прошла к центру деревни, где старые дубы, некогда гордые и высокие, теперь валялись обугленные, потеряв свою мощь. Я наклонилась, чтобы потрогать кору – холодная и мёртвая, она не помнила ни детских игр, ни радостных праздников. Ноги сами меня опустили на траву среди этого хаоса. Моё сердце сжималось от боли и сожаления. Лишь одна церковь стояла невредимой, посреди этой черни. Красный кирпич, такой же каким я его помню. Это место еще помнило о любви и вере, которые объединяли нас в этих стенах. В церкви пахло восковыми свечами, как будто их не так давно зажигали. Это было странно, ведь в деревне не было жителей. Тем не менее, церковь не выглядела заброшенной. У меня холод пробежал по спине, от мысли что кто-то может жить тут, среди буквально, руин. Когда я вышла, солнце уже начало клониться к закату и мир окутался в золотистый свет. Я хотела окликнуть свою лошадь, но её нигде не было. Обычно, домашние лошади так не поступают. Я заподозрила неладное уже второй раз и хотела было рвануть в лес, как того требовали инстинкты, но путь мне преградил человек в сером плаще и капюшоне, закрывающим лицо. - Постой, Эдельвина! – услышала я голос, который показался очень отдалённо знакомым. Я определенно слышала его когда-то другой жизни. - Игнасио? – меня пробрала дрожь по всему телу.