Письма для разбитого сердца (Венера/Марс)

«Сейчас я просто жду момента, чтобы признаться тебе в любви. Я лишь надеюсь, что она будет взаимной…» ★ — ♡・° • ◆ • °・♡ — ★ Венера не понимал, почему школьный двор был таким пустым. Казалось, будто это был закат — небо было окрашено в яркий оранжевый цвет. Бугенвиллии, украшавшие часть двора, свисали над его головой. Он сидел на скамейке, которая, несмотря на то что была деревянной, оказалась довольно удобной. Всё вокруг было тихо, в этом месте витала настоящая тишина и покой. Он сидел там, на скамейке. А Марс — прямо рядом с ним. Он не мог сосредоточиться на том, что тот говорил, слышал только обрывки слов. Всё казалось таким спокойным, что было даже красиво. Но в то же время — странно. Хотя это было неважно, потому что в глазах рыжеволосого Марс выглядел совсем иначе, почти нереально. Нереально — в том смысле, что он казался по-настоящему красивым. Может быть, дело было в закатном свете, играющем в его волосах и на веснушках, или в мягкости голоса, с которым он говорил, или в его тёплой улыбке… а может, во всём сразу. Да, он всегда казался ему таким. Но никогда — настолько, как сейчас. Он сглотнул. Его сердце забилось быстрее, но он ничего не сказал. Вдруг наступила тишина. Не неловкая, но напряжённая. Марс слегка повернулся к нему. Он был близко. Очень близко. Тот, что постарше, застыл, не зная, что делать. Затем рыжеволосый медленно поднял руку к его щеке и немного приблизился к нему. Мягким и тихим голосом он спросил: — Можно…? Венера не знал, как ответить. В тот момент в нём бушевала тысяча чувств. Поэтому он просто кивнул. Старший наклонился нежно, его свободная рука взяла за руку Венеру. Губы Марса слегка коснулись губ Венеры — всего на несколько секунд. Пока, наконец, не случился настоящий поцелуй. Поцелуй был медленным. Немного неловким и чуть неуверенным, но для Венеры — более чем достаточным. Их губы двигались мягко и нежно. По мнению младшего, казалось, что у Марса был опыт в этом. Старший закрыл глаза, не зная, как двигаться, но его тело сделало это за него: он слегка наклонился и отвечал с той же нежностью. Они не целовались долго, всего несколько секунд. Но каких желанных секунд. Когда они отстранились, Марс ему улыбнулся. Старший едва дышал. Он хотел что-то сказать, но у него ничего не вышло. И вдруг мир растворился. Всё стало белым. ♡ Венера проснулся с тяжёлым дыханием. Он был в своей постели, простыни спутались вокруг его ног, волосы были взъерошены. Его дыхание было сбивчивым и даже немного прерывистым. Капли пота стекали по лбу. Он поднёс руку к губам. Он ничего не чувствовал, но казалось, что поцелуй всё ещё там. — Ч-Что за хрень…? — пробормотал он всё ещё сонным голосом. Он снова рухнул на подушку, накрыв лицо руками. Остался так, в тишине. — Это был сон… — прошептал он, будто это было недостаточно очевидно. — «Зачем я это вообще приснилось? Я же не хочу, чтобы со мной и Марсом такое произошло…» Он не чувствовал страха или отвращения, просто замешательство. Замешательство и тёплое, сладкое чувство в груди. — «Ну… было не так уж плохо…» — подумал он, снова касаясь губ. — «Подожди, что? Марс — просто мой друг…» Потом он закрыл лицо руками, умирая от стыда. — «Как я теперь смогу с ним говорить, не думая об этом?..» В комнате было темно, так как плотные шторы не пропускали ни одного луча солнца, но настенные цифровые часы показывали 5:45. Хотя Марс уже был проснувшимся. Он стоял перед шкафом, застёгивая рубашку школьной формы. Его волосы были влажными — он только что вышел из душа. Он выглядел чисто и аккуратно, жаль только, что внешность не всегда совпадает с тем, что внутри. Он пошёл в комнату своих братьев и подошёл к двухъярусной кровати, где спали оба — он не хотел будить их слишком резко. — Доброе утро... — прошептал он ласково, поглаживая их по волосам. — Пора вставать, малыши. Фобос проснулся первым, укрывшись одеялом. — Уже? — пробормотал он. — Да, уже пора. Нельзя опаздывать в школу. Деймос зевнул с верхней кровати. — Ещё пару минут... — Я уже дал вам десять, — ответил старший, помогая ему спуститься. Оба мальчика встали с кроватей. Их старший брат уже подготовил форму — выглаженную и чистую. Он подал им одежду и помог одеться. Когда они были готовы, он причесал их перед зеркалом в своей комнате. Потом они спустились на кухню, и он налил им молоко с хлопьями, а себе сделал кофе. Он приготовил каждому по сэндвичу и положил их в ланчбоксы вместе с нарезанными фруктами и печеньем. — Марс, Деймос меня толкнул! — внезапно пожаловался каштановолосый. — Неправда! — Правда! — Нет! Марс устало вздохнул. — «Снова это...» — подумал он, прежде чем повернуться к детям. — Деймос, не делай так. Толкаться — плохо. Мальчик показал язык своему брату. — Он врёт! Я ничего не делал! Фобос ответил тем же жестом. — Не делайте так! — сказал рыжеволосый. Но братья продолжали ссориться, не обращая внимания на Марса. — Угх... — он провёл рукой по лицу. — Просто ешьте уже, пожалуйста. Не грубите друг другу. — Но Марс, это он виноват! — возмутился один из них. — Обсудим это вечером. А сейчас — поторопитесь с завтраком. Когда они доели, перед выходом Марс помог им надеть свитера, несмотря на протесты Деймоса. — Не хочу, чтобы вы заболели, — объяснил он. — Но жарко же! — Сейчас около 10 градусов, холодно, — ответил он сразу, с весёлой улыбкой, застёгивая одежду. Убедившись, что всё на месте, он повесил рюкзаки им на спины и пошёл с ними до детского сада — он был недалеко. Когда они пришли, Марс присел перед младшими, поправил им форму и поцеловал каждого в лоб. — Ведите себя хорошо, мои малыши, ладно? Я вас очень люблю, — нежно попрощался он. Оба улыбнулись и вошли в школу. Старший остался стоять у входа на мгновение. Он глубоко вздохнул, потом развернулся и пошёл в сторону старшей школы. У него было полчаса, чтобы дойти. И так он делал каждый день, с тех пор как его братья пошли в детский сад. Не говоря уже о том, что он заботился о них с младенчества. Утомительно, правда? После того как он пропустил пятницу, понедельник и вторник, дни отстранения подошли к концу. Венера пришёл в школу с лёгким неприятным волнением в животе — как он вообще сможет смотреть Марте в лицо после того, что ему приснилось? К его полному несчастью, он тут же увидел своего друга в нескольких метрах от входа. Тот улыбался — той самой улыбкой, что у него всегда. Одного взгляда на него хватило, чтобы рыжеволосый застыл на месте. — «Не pienses en el sueño. No pienses en el sueño. No pienses en el beso...» — повторял он про себя. Слишком поздно. Стоило старшему заметить Венеру, как он без колебаний подошёл к нему. — ПРИВЕТ!! — радостно поздоровался он. — Как ты? Венера сжал губы. Было ужасно странно и неловко видеть своего Марса и при этом вспоминать то, что ему приснилось. Потому что, конечно же, совершенно нормально мечтать о поцелуе с другом, правда? — «Как я себя чувствую? Как идиот и извращенец» — подумал он, прокашлялся и ответил: — Более или менее… Сердце у него колотилось. Противоположный ему парень улыбнулся и достал из рюкзака маленький бумажный пакетик. — Вот, вчера я ходил в булочную и решил купить тебе булочку… не знаю, понравится ли тебе, но всё равно. Венера слегка улыбнулся. — Ты всегда даришь мне какие-то странные вещи, но… спасибо, — сказал он, стараясь казаться как можно более нормальным, хотя, возможно, уже начинал потеть. — Я знаю, но это не важно. Главное, чтобы ты улыбнулся — для меня этого достаточно. Эти слова заставили младшего замереть, и даже немного покраснеть в щеках. — «ДА НЕ ГОВОРИ ТАКОЕ СЕЙЧАС, ЧЁРТ ТЕ БЕРИ—» Он чуть — «Он покраснел?. — удивлён«Почему? Неужели из-за меня?.. А если я ему нравлюсь?!» Между ними повисло неловкое — «Я не хочу строит — думал млад Вене — Ну… пойдём уже в кл В этот момент Увидев друзей — Доброе утро, — сказал он без особого энтузиазма. — Привет. А с тобой что случилось? — спросил его лучший друг. — Ничего. Просто плохо спал. — Понятно. Все трое вошли в здание и п Хотя Марс всё ещё продолжал думать о том, что произошло с Венерой. После окончания одного из уроков Венера подошёл к своему шкафчику за вещами, которые ему понадобятся. — «Будет ли сегодня ещё одно письмо? Надеюсь, что да...» — думал он, слегка улыбаясь. Открыв шкафчик, он увидел то, чего так ждал — новый конверт. Как и всегда, без обратного адреса, но аккуратно положенный. Рыжеволосый улыбнулся. Это было уже пятое письмо. Сначала он находил их неожиданно и сомневался, а теперь... ждал. Он взял всё, что нужно, убрал лишнее и, держа письмо, направился к ближайшей скамейке во дворе, чтобы прочитать его. Он достал лист и начал читать. Первая строчка сжала ему горло. Каждое слово его обволакивало, грудь сжималась, а пальцы напрягались. «Не знаю, любил ли тебя когда-нибудь кто-то молча. Так, чтобы не называть твоё имя вслух. Не говоря тебе "Я тебя люблю". Без страха. Я так люблю. И клянусь, это что-то настолько красивое, но одновременно и болезненное.» — «Красивое и болезненное», — повторил он. — «Да, я знаю, что это такое...» Он сглотнул. Хотя читал медленно, сердце начинало биться быстрее. «Я боюсь оттолкнуть тебя. Или что ты не посмотришь на меня так, как я на тебя уже много месяцев. Я боюсь, что не буду тем, кто тебе нужен.» Острая боль пронзила ему грудь. Потому что он тоже боялся. Его пальцы крепче сжали бумагу. Он действительно узнал себя в этих словах. «И если когда-нибудь это всё же случится, обещаю, я буду делать тебя счастливым до конца своих дней.» Рыжий улыбнулся, его губы мягко изогнулись. Возможно, потому что он очень хотел, чтобы определённый человек писал ему всё это. Но с последней строчкой… его грудь сжалась. «—М♡» Всего лишь одна буква. Инициал. Но и… возможность. Он почувствовал, как по его спине пробежал холодок. — «М? Марс?» — Это была его первая мысль. — «Он с самого начала?..» Его разум наполнился воспоминаниями о друге, который поступал так, как обещали письма. Когда он был рядом во время обморока, когда сопровождал его на каждую консультацию, как всё ближе приближался к нему, как был рядом и не осуждал, когда тот рассказал о своём прошлом. Забота в его поступках, нежность в его словах. — «А если это Марс?..» — подумал он. — Я хочу, чтобы это был Марс. Эта буква вселила в него надежду. Но в то же время — появилась тревога. — «А если нет? А если я просто строю иллюзии?..» Но в этот раз надежда была сильнее сомнений. — «А если это он, если правда Марс… значит, он любит меня так же, как и я его...» Он прижал письмо к груди. Он пока не мог быть точно уверен, что автор — его друг. Но что-то внутри него… хотело в это верить. В классе, как всегда, было шумно. Но Венера не обращал на это внимания. Он смотрел на него. На Марса. Тот стоял всего в нескольких метрах, болтая с Землёй. Его смех был тёплым и заразительным. Рыжеволосый не мог отвести от него глаз — не после того письма. Он перечитывал его уже несколько раз с тех пор, как получил. Настолько, что выучил абзац наизусть. «Иногда мне кажется, что ты уже знаешь, что ты замечал мои взгляды. Что ты подозреваешь, что это я…» И да, он подозревал. Очень сильно. Он опустил взгляд к своему рюкзаку, где письмо было аккуратно сложено между папками. — «А что если это действительно он? Что если я влюбился в парня, который уже любит меня?..» Он невольно улыбнулся. Это была глуповатая улыбка влюблённого подростка. Но вскоре выражение лица изменилось. Потому что за надеждой всегда следовал страх. — «А если нет? А если я просто вижу то, что хочу видеть?..» В горле образовался комок, он снова посмотрел на друга. И в его голове начала разворачиваться сцена: как Марс признаётся, что это он — автор писем. Он представлял, как тот слегка наклоняется, достаёт письмо и шепчет ему всё, что писал. Картина была настолько болезненно-прекрасной, что Венера опустил взгляд на парту. Он облокотился на неё локтями и прикрыл губы пальцами. — «Чёртова мать… как будто мне было мало странного сна, теперь ещё и это...» — он спрятал лицо в руках. Всё это было настолько неловко и стыдно, что казалось невыносимым. — «Я сойду с ума...» Он прикусил губу, а ноги нервно задвигались. Он больше не мог справляться с этим в одиночку. ☆ У них был свободный урок, и троица друзей пошла прогуляться по коридорам. Земля, как обычно, что-то рассказывал, а Марс добавлял свои комментарии. Венера шёл рядом, явно напряжённый. Внезапно они увидели Меркурия в наушниках, который спокойно шёл по коридору. — Меркурий! — позвал его Марс с улыбкой. — Привет! — откликнулся тот, снимая один наушник. Венера посмотрел на своего низкого друга. Может быть... можно рассказать ему. Да, чувства были настолько сильными, что даже идея поговорить с Меркурием казалась разумной. — Эй, коротыш, можно с тобой поговорить? — спросил он, отойдя от Марса. Этот вопрос озадачил остальных троих. — Эээ, да? Они отошли на несколько метров от группы. Остановились в уединённом месте. Венера сглотнул, а шатен встал перед ним, чётко показывая разницу в росте. — Что случилось? Венера уже начал сомневаться: стоит ли доверять Меркурию? — Эм... поклянись, что не скажешь тому человеку, о котором я сейчас буду говорить. — Чего? — Просто поклянись! — сказал он, делая шаг вперёд и слегка пугающе выглядя. — Ладно, клянусь. — Отступил на шаг — Так что случилось? Старший тяжело вздохнул. — Это... ну... у тебя бывало, что ты сомневался в чём-то, надеясь, что это правда, но боясь, что нет? Меркурий наклонил голову. Что именно имел в виду Венера? — Хмм, зависит от ситуации. Это про кого-то? Венера не ответил, просто посмотрел на него и слегка покраснел. Низкий друг тут же улыбнулся. — Тебе кто-то нравится? Молчание и румянец всё сказали за него. Он опустил взгляд и чуть заметно кивнул. Меркурий едва сдержал радостный вздох. — Марс? Венера поперхнулся собственной слюной и закрыл лицо руками. — НАСКОЛЬКО ЖЕ Я ОЧЕВИДЕН?! — воскликнул он в отчаянии, стыде и нервозности. — Ну, ты же не особо общаешься с другими... — начал он — Вряд ли тебе понравится кто-то, с кем ты не проводишь время. Я — точно не вариант, Земля — тоже. Венера, дело не в том, что ты очевиден. Это просто... очевидно. Венера опёрся о стену — он был действительно нервным. Если Меркурий понял за секунды, сколько времени потребуется Марсу? — Эй, успокойся, — сказал Меркурий, видя его состояние. — Обещаю, я не буду смеяться. Сколько это уже длится? Рыжий задумался. — Не знаю. Наверное, уже несколько недель... но я это отрицал. До недавнего времени. — Он отвёл взгляд и стал теребить локоны волос — Просто он... он так много делает для меня, у него такая потрясающая личность, он милый... по какой-то причине я ему полностью доверяю. И мне кажется, я ему тоже нравлюсь. Меркурий слушал очень внимательно, пытаясь скрыть, насколько он был в восторге от этих признаний. Конечно же, он нравился Марсу! Как Венера до сих пор этого не понял? — Но... с другой стороны, мне страшно надеяться, верить, что он любит меня, когда, возможно, он видит во мне только друга. Хотя... я всё равно хочу верить, что он любит меня так же, как я его. Меркурий кивнул, стараясь выглядеть понимающим. Хотя в душе ему хотелось дать Венере пощёчину и крикнуть, что Марс влюблён по уши. — Сказать ему или нет?.. — размышлял он. — Лучше нет... Может показаться глупым, но Меркурий считал, что сказать правду Венере сейчас — значит испортить шанс на достойное признание с обеих сторон. Но поддерживать друга он точно не откажется. — А что если он тебя действительно любит? Венера посмотрел на него, сбитый с толку. — А что если всё это не иллюзия? Рыжий не ответил. Потому что в глубине души он хотел, чтобы это оказалось правдой. — Тебе стоит сказать ему. Но когда будешь готов. Не торопи себя. Было бы жаль, если бы ты держал всё это в себе, ведь есть шанс, что Марс чувствует то же самое. — Ты правда так думаешь? — спросил он немного неуверенно, но с проблеском надежды. — А если нет? — Венера, будь смелым. — перебил его Меркурий. — У тебя есть шанс быть счастливым. Как ты этого не видишь? Перестань бояться. Ты влюблён в лучшего человека, которого я знаю! — подбодрил он его. Старший опустил голову, но на лице уже была лёгкая улыбка. — Спасибо, рынок… за то, что не смеёшься и всё такое… посмотрим, что я буду делать. — Спасибо тебе, что доверился мне. Обещаю, я не скажу Марсу. — ответил он быстро. Но через секунду осознал, что только что сказал Венера. — Как это — «рынок»? Старший рассмеялся, хоть и оставался немного покрасневшим. Едва началась перемена, а Меркурий уже мчался по коридорам второго курса с одной-единственной целью: Луна. Он дошёл до его класса и стал ждать, когда тот выйдет на перерыв. Увидев его, тот, кто был выше ростом, остановил друга с широкой улыбкой. — Луна! — позвал он. Тот обернулся, удивлённо. — Что случилось? — он тут же улыбнулся, увидев друга таким взволнованным. — Ты не представляешь, что я только что узнал! — он схватил его за руку и потащил к клумбам. — Эй! — пожаловался Луна, смеясь, едва не споткнувшись. Когда они дошли до места, Меркурий не стал сдерживаться. — Венера влюблён! — выпалил он, глаза сияли. Луна моргнул и прикрыл рот рукой от удивления. — ...ЧТО? — ВЛЮБЛЁН, ГОВОРЮ ЖЕ! Младший тоже взволнованно улыбнулся — радость не заставила себя ждать. — Пожалуйста, скажи, что это Марс! Кареглазый тут же закивал. Сереброволосый издал восторженный писк, засмеявшись. — Я ЗНАЛ, ЧТО ЭТО СЛУЧИТСЯ, Я ЖЕ ЗНАЛ! — Подожди! — засмеялся и Меркурий — ты весь на эмоциях! —ЗНАЮ! Ничего не могу с собой поделать! Меркурий улыбнулся и снова взял его за руку, чтобы усадить рядом. — Я даже сам так не радовался, Луна, ты чего. — пошутил он. Тот начал немного успокаиваться, но глаза всё ещё светились от счастья. — Потому что я всё знаю! — его друг приподнял бровь — Смотри, Марс всегда рассказывает почти всё Земле, а он рассказывает это мне! Ты не представляешь, через что он прошёл и что чувствовал! А теперь, когда Венера отвечает ему взаимностью... — он снова пискнул — я просто счастлив! И вообще, Марс рассказывал мне кое-что, чего даже Земля не знает. Его собеседник удивлённо кивнул. По сути, Луна вот-вот узнает обе стороны истории, даже не будучи особенно вовлечённым. — Как ты узнал? Марс в курсе? — спросил он, опираясь подбородком о ладони, будто слушая лучший сплетничок в жизни. — Ну, он отвёл меня в сторону и сам сказал. Очень нервничал, даже не знал, с чего начать… — Ай, я щас умру ХАХАХА — он сиял — это меняет всё, но знаешь, кто реально умрёт, когда узнает? — он хихикнул. — И самое смешное… — добавил Меркурий — Венера думает, что просто увлёкся, как и Марс! Младший взглянул на него, задумался… и улыбнулся — у него только что появилась идея. — Ну, долго они так думать не будут… Его друг наклонил голову, не понимая. — Что ты задумал? ☆ Венера, Земля и Марс сидели на своём обычном месте, болтая и перекусывая. Влюблённые сидели рядом, их руки иногда соприкасались — и этого было достаточно, чтобы оба начинали нервничать. Рыжий украдкой косился на товарища, а старший пытался вести себя как обычно. Для Земли же напряжение было очевидным. — "Чёрт, я реально стал третьим лишним…" Но вдруг к ним подбежал Меркурий, волоча за собой своего лучшего друга. — Привеет, — поздоровался оранжевоволосый. — Привет, мы одолжим Землю на минутку, — сказал младший, схватив синеволосого за руку. — Эм, окей? — Ну, пока! — попрощался он с озорной улыбкой, чуть не волоком увлекая за собой друга, пока Меркурий шёл следом. Венера и Марс проводили их взглядами. — И это что было? — Понятия не имею. ☆ Оказавшись в сторонке, Луна остановился. Меркурий скрестил руки, а Земля выглядел максимально сбитым с толку. — И что случилось? — спросил он, приподняв бровь. — Мы только что узнали нечто очень важное! — с волнением сказал Луна. — Что именно? Кареглазый вздохнул, но улыбнулся. — Венера сказал мне, что ему нравится Марс. Выражение лица синеволосого моментально изменилось — он был в шоке. — ЧТО? НЕ МОЖЕТ БЫТЬ, СЕРЬЁЗНО? — вскрикнул он. — Да! — воскликнули друзья одновременно. — Марс должен узнать это немедленно! — Нет-нет, есть идея получше! — перебил Луна — Я кое-что придумал. Оба уставились на него. — А что если... мы устроим так, чтобы они признались друг другу в один и тот же день? Меркурий приподнял брови. — Как? — Слушайте, — младший уже весь загорелся — Ты, Земля, подталкиваешь Марса к признанию, ты ведь его лучший друг, он тебе всё рассказывает. А ты, Меркурий — Венера, скорее всего, продолжит с тобой говорить и делиться своими чувствами, вот и подбодри его, поддержи, посоветуй признаться. — Его друзья улыбнулись — А я спланирую, как пройдёт их признание — день, место, всё. Мы трое знаем, что всё должно быть идеально. Они этого заслуживают. Земля скрестил руки, довольный. — Мне нравится эта идея! — Может получиться очень мило! — добавил кареглазый — Они оба сильно продвинулись вперёд. — А Марсу это просто необходимо, — сказал Луна уже мягче — Он уже слишком долго ждал, он сделал так много для Венеры… И он мне рассказывал ещё кое-что. Поверьте, это — лучший вариант. После этого воцарилась тишина, в которой трое переглянулись. — Значит, делаем? — Конечно! — тут же ответил самый высокий. — Погнали! — добавил Меркурий. Венера и Марс сидели вместе под тем самым деревом бугенвиллии. Вместе. Когда Земля ушёл, напряжение между ними стало ещё сильнее. Чтобы не чувствовать себя таким нервным, старший достал телефон и проводные наушники. — Хочешь снова послушать музыку? Рыжеволосый немного поколебался. Он хотел сказать "нет", предпочёл бы не делить наушники, ведь не смог бы вынести быть так близко к своему однокласснику. Или, по крайней мере, не думая о сне, об инициале в письме и о совете, который дал ему Меркурий. Тем не менее, он не смог не кивнуть. Его друг протянул ему один наушник, и тот, что выше, взял его. Его пальцы слегка дрожали. Оранжевоволосый пролистал свои плейлисты в поисках чего-то, пока не выбрал самый спокойный и красивый. Сначала всё было нормально. Их немного смущало быть рядом друг с другом, но они старались это игнорировать и продолжали есть. Всё изменилось, когда заиграла более особенная песня, романтическая: "Can't Help Falling In Love." Венера застыл, как только её узнал. — Почему ты слушаешь одни такие слащавые песни? — спросил, не глядя на него. — Не знаю… они красивые. — Он немного опустил взгляд. — Ага… Затем тишина овладела моментом. Потому что, хотя они старались вести себя как обычно, оба в глубине души знали — ничего не было спокойно. А песня всё играла, младший слушал её и чувствовал, как его сердце бьётся всё быстрее. Это было тёплое, но болезненное чувство — когда чего-то слишком сильно хочешь. Марс чувствовал то же. Хотя для него эта песня была ещё одной попыткой признаться в том, что голос не решался сказать. Потому что, как сильно он себя в ней узнавал, так же сильно она его и выдавалá. Они не смотрели друг на друга и не разговаривали, но это было и не нужно — им было достаточно просто быть рядом. Они знали, что не одни. Что слушают одно и то же. Что чувствуют одно и то же. Хотя и делали вид, что нет. Но настал особенный момент: "Take my hand" Возьми мою руку "Take my whole life too" Возьми и всю мою жизнь тоже "For I can’t help…" Потому что я не могу не… "Falling in love with you." …влюбляться в тебя. Оба знали, что значит эта песня. И оба одновременно опустили взгляд. На свои руки. Они лежали у них на коленях. И на секунду пальцы чуть-чуть сдвинулись. Как будто хотели приблизиться. Потому что им хотелось приблизиться. Им хотелось сказать друг другу всё, что они чувствуют. Им невыносимо хотелось это сказать. Жаль, что страх оказался сильнее, и никто так и не сделал этого. Они просто снова посмотрели вперёд и немного улыбнулись. Так и просидели до конца песни. Но момент был прерван началом следующей. "Reggaetón Champagne" Венера резко снял наушник. — ЭТО ЧТО ЕЩЁ ТАКОЕ?! Старший, немного смущённый, посмотрел на телефон и сменил песню. — Я сам не знаю! У меня её нет в плейлисте, клянусь! Рыжеволосый посмотрел на него — и рассмеялся. — И тогда почему она включилась? — спросил весело, с юмором. — Да я откуда знаю?! Алгоритмы! — пожал он плечами, краснея. Они оба рассмеялись. Это был нервный, напряжённый, но счастливый смех. И пусть момент уже прошёл, никто из них не забудет его ещё долго. Потому что он был настоящим. Он был тем, что есть они: Два влюблённых мальчика, не знающие, что делать со столь сильным чувством. Уже была ночь, и в его комнате стояла тишина. Перед Венерой лежал чистый лист бумаги и карандаш. Он взял его и тяжело вздохнул, думая о том же, о чём думал весь день. Марс. Ему вновь вспомнился утренний сон, его губы всё ещё помнили поцелуй, а грудь — то спокойствие, что он тогда почувствовал. — «Интересно, каково это — поцеловать его?..» А потом он возненавидел себя за этот вопрос. Затем он вспомнил письмо, которое у него было, — то самое, которое он не переставал перечитывать. «М» — «Хочу, чтобы это был он...» — он желал этого всем своим существом. Но его чёртов страх всё портил. Страх того, что это окажется лишь иллюзией, что Марс отдалится, как только узнает о его чувствах, или произойдёт что-то ещё катастрофическое. — Угх, ненавижу всё это, — простонал он, обессиленный. Он вновь посмотрел на лист бумаги и написал имя своего возлюбленного. — «Я могу написать ему письмо...» Он смотрел на надпись. Всего одно слово — а уже так тяжело. Но он зачеркнул её, скомкал бумагу и взял новый лист, пытаясь начать заново. Но ничего не выходило. — «У меня ничего не получается», — подумал он с раздражением. Он отложил карандаш и лёг в кровать. Но его взгляд остановился на цветке, который он нарисовал несколько дней назад. Его первая картина за долгое время. Он смотрел на неё несколько секунд, а потом прошептал: — А если я нарисую для него что-то?.. Эта мысль удивила его. Он был уверен, что хочет это сделать? Ведь в прошлый раз всё закончилось ужасно. Но в этот раз он точно знал, что может доверять Марсу. Он того стоил. — «Да, я нарисую ему кое-что». Он встал и пошёл к своей коробочке с красками. Осторожно её открыл. Он увидел, что красок осталось совсем мало. И тут вспомнил. — Точно… у меня же нет холста. Вот дерьмо. Почти не осталось кистей. Ни лака, ни пространства, где можно было бы рисовать, не устроив бардак. Он откинулся на спинку стула — с лёгким раздражением, но и с какой-то тёплой усмешкой. — «Придётся копить деньги и всё купить». Раньше это бы его разозлило. Но не теперь. Потому что теперь у него была причина создавать что-то красивое. И у этой причины было имя, красивая улыбка и глазки, которые смотрели на него так, будто он был чем-то ценным. — «Марс...» Он слегка улыбнулся. И в этот самый момент пришло сообщение. ——————★—————— Чат с Марсом Марс: Венусс Ты не спишь?

Венера: Нет, я уже уснул

Марс: Siok ХАХАХА Ну ладно, прости, что захотел с тобой поболтать

Венера: Никто ж тебе не говорил, что надо переставать

Марс: Ладно, как скажешь JSJSJS А что делаешь?

Венера: Ничего, собирался уже спать

Марс: Ой, извини Лучше иди спать

Венера: Да не, всё норм Всё равно не сильно хочется спать

Марс: Точно?

Венера: Ну, немного да Но с тобой говорить приятнее Ты мне поднимаешь настроение

Марс: АЙ Правда? 🥹

Венера: Ну да

Марс: Это одно из самых милых, что ты мне говорил Я тебя очень люблю 💗

【Венера выдохнул и улыбался. Хотя в чате всё выглядело как шутка, сердце у него билось быстрее.

Потому что это правда — он обожал говорить с Марсом. Слишком сильно】

Венера: Я тоже, я же тебе уже говорил Но не становись слащавым, я это терпеть не могу

Марс: JAKSKAS Как скажешь

【Марс ел фрукты с йогуртом, но не мог удержаться от улыбки】

Марс: Нет, серьёзно

Венера: Что?

Марс: Правда, я тебя очень люблю Ты для меня очень важен

Венера: Ой Ты чего?

Марс: В смысле?

Венера: Понятия не имею Ты какой-то странный

Марс: JSKDSD Ничего, просто захотел тебе это сказать — и всё

Венера: А, понятно Ну, я тоже Я тебя тоже очень люблю Спасибо, что остался рядом и всё такое 🫶🏼 Извини, я не умею хорошо выражаться

Марс: JSJSJS Не парься Этого более чем достаточно От тебя — это многое значит И я это ценю 💗

Венера: Ага Ну, я пошёл спать

Марс: Окей Спокойной ночи Пусть тебе приснится что-нибудь хорошее

Венера: Спасибо, морковка А ты сам спать не идёшь?

Марс: Неа Надо подмести в доме

Венера: В это время? Почти двенадцать, офигеть

Марс: Ну да Днём я делаю домашку, готовлю и всё такое

Венера: Ты так много всего делаешь А отдыхаешь?

Марс: Мало Но ничего, мне норм, я привык JSJSJS

Венера: Ну ладно Но если нужна помощь — я рядом

Марс: Сиси, спасибо

Венера: Ладно, тогда до завтра

Марс: Даа Спокойной ночи, милый

——————★——————

Марс, написав это, тут же выключил телефон. Не перегнул ли он палку? Насколько нормально т Он тут же начал жалеть. Чёрт, что он вообще Но сообщение уже было отправлено, и, скорее всего, его друг уже это прочёл. Пути назад не было. — «Что я творю?.. Я идиот», — ругал он себя. А в это время Венера, прочитав «милый», немного растерялся. Но его пальцы задрожали, а сердце сжалось. Он продолжал смотреть на сообщение. — «Что он хотел этим сказать? Я ему кажусь милым?» — думал он, краснея в пятый раз за день. — «Чёрт, чего он такой слащавый сегодня? Даже я...» Он прижал телефон к груди. Его надежда становилась всё сильнее. — «А вдруг я ему нравлюсь?..» Он всё больше нервничал. Бабочки в животе не давали покоя. — «Блин... я точно сдохну от этого». Уже было двенадцать ночи, и Марс заканчивал подметать гостиную дома. Телевизор всё ещё был включён, но с приглушённым звуком, чтобы не было так одиноко. Ведь его дом, каким бы большим и обставленным он ни был, всё равно казался пустым и тихим. Парень был крайне напряжён — он продолжал думать о том, что написал своему другу, и гадал, правильно ли поступил. Он уже собирался убрать веник, как вдруг телефон завибрировал на столе. Это был звонок с незнакомого номера. Он ответил, не раздумывая. — Алло? — Марс? — на другом конце была, судя по всему, девушка, но голос её звучал сухо и официально. С тем самым тоном, который никто не хочет слышать в такое время ночи. — Да? Кто это? — Марс начал напрягаться. Ему совсем не нравился этот тон. — Мы звоним из городской больницы. Вы указаны как контакт в экстренной ситуации для вашего отца. Марс застыл, его сердце на мгновение остановилось. — …Мой папа? — Да. К сожалению, и ваш отец, и ваша мать попали в автомобильную аварию примерно час назад. И вот тут мир рыжеволосого начал рушиться. — Ч-что?.. Они в порядке? Что случилось? — Ваша мать в стабильном состоянии. Предположительно, у неё одна-две перелома и несколько лёгких ранений, её уже осматривают. Но ваш отец в критическом состоянии... он не приходил в сознание, и, скорее всего, находится в коме. Глаза Марса начали наполняться слезами. — Нет… — он прикрыл рот рукой. — Нет, нет, нет... — Нам нужно, чтобы вы как можно скорее прибыли в больницу. Вы отвечаете за несовершеннолетних в доме, верно? У вас есть, с кем их оставить? После звонка я пришлю вам местоположение больницы. Марс не ответил. Он был в полном шоке, не знал, что и думать. Его родители были ранены. И что теперь? У мамы переломы. Папа, возможно, в коме. Помимо страха потерять их, была ещё одна ужасная мысль. Они вдвоём содержали его, Фобоса и Деймоса. Именно поэтому они так много работали. Поэтому у Марса всегда были деньги. Без них у него почти нет источников дохода. А это — огромная проблема. — Марс? Вы на линии? Он сглотнул, его голос начал дрожать. — Да… Я выезжаю. И повесил трубку. Он оставил телефон на столе и не смог сдвинуться с места. Он даже не знал, как доберётся в другой штат один и ночью. Не знал, с кем безопасно оставить братьев. И вообще — жив ли его отец или нет. Его глаза полностью затуманились. — Что мне теперь делать..? Он остался в полной тишине. Нужно было действовать быстро. И быть сильным, как он был все эти годы. Но теперь — перед лицом настоящего мира.