Сквозь тьму

Весна в Хогвартсе не пришла внезапно. Всё происходило постепенно, почти как в стихах — когда снег медленно тает, уступая место мелким цветам и туманным утрам. Первые солнечные лучи больше не оставляли следов на снегу, но на улице и в коридорах всё ещё царила влажность. И тем не менее, для Гарри Поттера весна этого года была иной. Она приносила не просто изменение погоды, но и непростые перемены в отношениях, которые он в какой-то момент попытался просто игнорировать. Но было трудно. Он по-прежнему сталкивался с холодными взглядами. Он по-прежнему слышал шёпот за спинами, сны, которые не отпускали его даже во сне, и даже на уроках было непривычно гнетуще. За всё это время, что он жил в Хогвартсе, Гарри никогда не чувствовал себя таким чужим, таким не на своём месте. Особенно когда возвращался в Гриффиндор. Не от Рона или Гермионы, но от старших студентов. «Предатель», шёптали. «Подлиза, все знают, что ты только из-за Снейпа здесь, что теперь с ним живешь!» Ему не нужно было спрашивать, кто именно это говорил. Лицо Джеймса Томса, одного из старших студентов, светилось глухим презрением. В его глазах было столько насмешки и недовольства, что Гарри с каждым разом ощущал, как тяжело на душе становится. Гермиона была другой. Она не поддерживала его открыто, но была рядом, не делая лишних замечаний. А вот Рон… Рон молчал, и это молчание становилось всё громче. Гарри даже не знал, что теперь думать о своём друге, но понимал, что в один момент это начнёт раздирать его на части. Однажды всё перешло в открытый конфликт. --- — Поттер, ты снова тут? — резко спросил Джеймс Томс, как только увидел Гарри, подходящего к группе старшекурсников на пути к библиотеке. — Да, а что? — небрежно ответил Гарри, пытаясь не обращать внимания на улыбку, на которой не было ни капли дружелюбия. — Что-то ты всё время вертишься возле Снейпа. Вижу, тебе нравится его общество, а мы-то здесь просто с такими глупыми детьми, да? Можешь, наверное, поделиться с нами, каково это — быть питомцем профессора? Гарри сжал кулаки, но не ответил. Он знал, что стоит поддаться, и всё пойдёт только хуже. Однако Томс продолжил: — Ты ведь теперь не мальчик, который выжил, да? Ты всего лишь подлиза, работаешь на темные силы. Гарри буквально почувствовал, как изнутри что-то накатывает — поток гнева, отчаяния, чувства несправедливости. Он не мог позволить им так говорить. Не мог позволить унижать его и Снейпа. — Ты ошибаешься, Томс, — сказал Гарри, глядя прямо в глаза старшекурснику, — ты не знаешь ничего. И никогда не узнаешь. Ты даже не понимаешь, что значит быть в том, что ты называешь питомцем. Томс уже открыл рот, чтобы ответить, но Гарри продолжил, не давая ему перебить: — Снейп не видит во мне Поттера, мальчика, который выжил. Он не видит меня как легенду, как вы, — Гарри оглядел других учеников, стоящих вокруг, — он просто видит меня. Просто Гарри. Того, кто так же может ошибаться и так же может расти. И я не позволю никому, кто хотя бы словом попытается его оскорбить, пройти мимо. Ты понял, Томс? Слова полетели с такой яростью, что всё вокруг на мгновение замерло. Даже другие студенты Гриффиндора, молча стоявшие рядом, не осмелились вмешиваться. Гарри видел, как удивление и страх начали мелькать в глазах Томса. Тот открыл рот, но так и не нашёл слов для ответа. — Можешь продолжать не уважать меня, — сказал Гарри, — но если ты ещё хоть раз попробуешь сказать что-то подобное, я покажу тебе, кто здесь на самом деле носит кулаки. Томс нервно закашлялся, отвёл взгляд. Всё было так неожиданно — ни одна из драконьих, жарких стычек, что он пережил за эти годы, не была такой яркой. Внутри Гарри что-то разгорелось, а его слова, похожие на вызов, разнеслись по коридору, как вспышка. Когда Томс, наконец, неуверенно отошёл, Гарри повернулся и ушёл в другую сторону, не позволяя себе ослабить шаг. Он был прав. Он был прав — потому что защищал не только Снейпа, но и себя. Он, наконец, понял, что не обязан отчитываться за свои выборы. --- Прошло несколько минут. Гарри шёл к библиотеке, пытаясь успокоиться. Когда он уже проходил мимо одного из коридоров, который вёл к выходу, дверь в кабинет Снейпа распахнулась. Он увидел его в полутьме — Снейп, как обычно, сидящий за столом с книгами. — Ты был там, Гарри? — спросил Снейп, зная, что произошло. Он всегда знал. Это было его предназначением — защищать. Гарри не мог сдержать улыбку, хоть и не был до конца уверен, что сейчас происходит. Он подошёл к столу, опустился в кресло напротив. — Да, — сказал Гарри. — Ты прав, не всегда всё идёт, как хочется. Снейп отложил книгу и посмотрел на него. — Ты защитил меня, Гарри. — Я защищал нас обоих, — тихо ответил Гарри. — Никто не имеет права указывать, кто мы. Мы решаем, кто мы. Только мы. И никакие глупые разговоры в коридорах этого замка не могут это изменить. Снейп молчал, его глаза слегка сузились, но Гарри не видел в них осуждения. Он чувствовал только признание. Признание, которого всегда не хватало, которое он теперь наконец-то получал. Снейп встал и подошёл к нему, не говоря ни слова. Потом просто положил руку на плечо Гарри — не как наставник, а как тот, кто давно понял, что только такие моменты могут что-то действительно изменить в их отношениях. — Ты сильный, Гарри, — произнёс он, не обращая внимания на его взгляд. Гарри не смог ответить. Вместо этого он просто кивнул, осознавая, что несмотря на всё, что было сказано и сделано, здесь, в этом кабинете, всё было на своём месте.