Тайный эксперимент

      Чонгук уже успел пожалеть, что согласился на этот странный и необычный эксперимент, который перевернул его жизнь на сто восемьдесят градусов.              Это случилось около недели назад. Чонгук как обычно тренировался в зале до изнеможения и готовился к бою, который должен был пройти через пару дней. Но осложнялось все тем, что в прошлый раз он вывихнул лодыжку, и хоть вывих вправили, а Чонгук уже заметно и не хромал, тем не менее нога еще немного болела и требовала отдыха и покоя. К сожалению, времени на выздоровление у парня не имелось, так как ему срочно нужны были деньги, а приз за первое место обещали хороший. Тренер знал о его плачевном денежном положении, и хоть Чон был немного покалечен, но все равно рвался на ринг, чтобы заработать неплохую сумму. Поэтому господин Ли допустил парня до боя, но предупредил, чтобы тот все равно больше отдыхал в свободное время.              Чонгук не мог себе этого позволить. Совсем недавно он узнал, что долг его отца-лудомана перекинулся на него, и мафия города требовала от него приличную сумму денег. Усложнялось все тем, что помимо основного долга накопился еще и процент, и если Чонгук не станет отдавать деньги хотя бы по частям, то за ним придут. Чон умирать не хотел, поэтому выживал как мог, отдавая последние воны мафиози.              Сам Чонгук родился в маргинальной и неблагополучной семье. Мама ушла из жизни, когда мальчику было всего двенадцать лет. Отец после ее смерти начал играть на ставках, надеясь заработать. Но, конечно же, проигрывал и терял большие деньги. Под конец он заложил даже их квартиру и проиграл ее. Им пришлось переехать в коммуналку, где условия существования были ужасными, но терпимыми. Как только Чонгук закончил школу, в связи с отсутствием финансовых средств дальше учиться не пошел. А начал зарабатывать: сначала был грузчиком, потом курьером, кассиром, кладовщиком. Парень не воротил нос от любой работы, предпочитал браться за все, что предложат и где будут платить. Вот и зажил он более-менее нормально, начал снимать небольшую квартиру, обзавелся отношениями и друзьями. У него даже имелись грандиозные планы на будущее.              Но все разрушилось в один момент. Отец повесился от отчаяния, и тогда мафиози пришли к нему, к Чонгуку, требуя приличный долг, который мужчина успел занять под конец жизни. Чонгук остался единственным родственником, и если уж требовать, то только с него. Долг был такой огромный, что обычный среднестатистический человек вряд ли смог бы его потянуть, а Чонгук тем более, у него даже образования нормального не было. Пришлось срочно искать другую работу. И неожиданно ему предложили поучаствовать в боях без правил, заметив его хорошую мускулатуру. Платили за бои неплохо, как раз можно было безбедно жить, да и долг получалось выплачивать. Но вместе с этим пришли новые проблемы — Чонгук стал много времени проводить в зале для тренировок, часто драться и получать травмы. Поэтому его девушка вскоре ушла от него, а Чон переехал в квартиру поменьше, чтобы не так много платить за жилье.              И теперь все его внимание крутилось возле зала тренировок и различных боев. Так прошло около полугода, и особых успехов у Чонгука не наблюдалось, так как он был еще новичком в этом рискованном спорте, но потенциал у него, определенно, имелся. Правда, мысли о долге все не покидали его голову, коллекторы преследовали по пятам, бывало угрожали, а иногда избивали за то, что в день оплаты у него не находилось денег. Поэтому, когда Чону предложили поучаствовать в эксперименте за пятьдесят тысяч долларов, он сразу же согласился и подписал все необходимые бумаги. Ему было неважно, в чем именно он будет участвовать, главное, что это продлится всего неделю и ему по итогу хорошо заплатят.              А ведь Чонгук как вчера помнил этот странный вечерний разговор. У него только прошел неудачный бой, где он проиграл. Парень сжимал кулаки, чувствуя, как пот стекал по спине. Зеркало в раздевалке отражало его усталое лицо, синяк под глазом и перебинтованные костяшки пальцев. Все говорило о том, что бой был серьезным.              «Еще один бой, еще один шаг к деньгам» — думал он и терпел боль.              — Эй, парень, — раздался грубый голос за спиной.              Чонгук резко обернулся и увидел в дверном проеме незнакомца в дорогом костюме-тройке. Мужчина ухмыльнулся, подошел ближе и остановился, осматривая побитого парня.              — Слышал, ты в трудном положении. Деньги нужны?              — А вам что от меня надо? — настороженно буркнул Чон и прищурился.              — Есть особый проект, — твердо произнес мужчина. — И ты для него подходишь просто идеально. Всего неделю надо потерпеть, и за это ты получишь достойную оплату.              — Что за проект?              Незнакомец снисходительно усмехнулся.              — Эксперимент, но он достаточно специфичный. Мы исследуем животные инстинкты и то, как они могут воздействовать на людей. Ничего сложного на самом деле. Побочных эффектов не будет, остаточных явлений — тоже. Всего неделю полежишь у нас в больнице, поучаствуешь в опытах, и все — получишь столько денег, сколько тебе и не снилось. И сразу выплатишь свой многомиллионный долг.              — И сколько вы предлагаете? — напрягся Чонгук.              — Если выдержишь, получишь в десять раз больше, чем за любые свои бои. Пятьдесят тысяч долларов.              Когда мужчина назвал сумму, Чонгук почувствовал, что у него буквально поплыли глаза. Это в десять раз больше, чем то, что он успел заработать за всю свою недолгую жизнь, считая работу до боев. Больше, чем все его долги вместе взятые. Тогда Чонгук задумался. Голос в голове шептал, что это плохая идея, но красивые цифры заставили сердце биться чаще.              — Пятьдесят тысяч… долларов? Реально? — переспросил он и пораженно засмотрелся на незнакомца.              — Да.              — Но почему так дорого?              — Потому что есть определенные риски, но они не смертельные, не беспокойся. По итогу все с тобой будет нормально.              — Точно? — нахмурился боец.              — Да.              — Тогда… хорошо.              Мужчина улыбнулся, вытащил визитку из кармана и попросил Чонгука, чтобы через неделю тот пришел по адресу, указанному в карточке. И Чонгук, конечно же, пришел, ведь за такие деньги он был готов выполнить все, что угодно. Ему сказали, что побочек никаких не будет, и даже если про это красиво соврали, то он все равно бы согласился. Потому что надоело жить в страхе за собственную жизнь, быть постоянно избитым и покалеченным, недоедать, экономя на еде, одежде и жилье. Просто такая жизнь надоела, вот и все.              Чонгук прислонился к стене и лениво наблюдал за потоком людей, которые находились вокруг него. Они были разные — кто-то постарше, с усталыми глазами и глубокими морщинами; кто-то молодой, но уже сгорбленный под невидимой тяжестью. Кто-то нервно теребил документы, кто-то уткнулся в телефон, стараясь не думать о том, что ждет его впереди. И все они были мужчинами. Все они, как и Чонгук, пришли попытать удачу и попробовать попасть на этот эксперимент. Почему-то изначально Чон думал, что его позвали индивидуально, но оказалось, что он был лишь одним из множества.              — Расступись! — потребовал кто-то в толпе, и некоторые недовольно забормотали.              Чонгук решил посмотреть на того, кто осмелился так дерзко вести себя перед толпой явно неспокойных мужиков. Он подошел ближе и мгновенно обомлел. Молодой парень выделялся среди этого невзрачного сброда, будто случайно забредший сюда король. Плечи его были расправлены, взгляд лениво-презрительный, на губах виднелась едва заметная усмешка. Это был не просто человек с улицы, нет. Это Ким Тэхен — звезда боев без правил и стопроцентный победитель. Точнее — Ви, такое было его прозвище, под которым он выходил на ринг и громил соперников. Человек-легенда, человек-скала, человек-сила, которого еще никому не удавалось сломить. Он хорошо известен в своих кругах, поэтому Чонгук тоже знал его и был о нем наслышан. Неудивительно, что одним своим появлением тут Тэхен заставил кого-то съежиться, а кого-то, наоборот, нервно выпрямляться, стараясь казаться круче. Что Ким делал в этом месте? Неужели такому человеку, как Тэхен, нужны деньги?              Неожиданно Тэхен повернул голову в сторону Чонгука и замер. Чон же прищурился и слабо усмехнулся. Хищные глаза, привыкшие читать страх в соперниках, теперь пристально буравили Чонгука, будто пытаясь что-то выяснить в глубине его души. Воздух между ними наэлектризовался, и кто-то из очереди нервно кашлянул, отходя в сторону, как если бы почувствовал надвигающуюся грозу. Чонгук специально не отводил взгляд, не желая показывать свой страх и смирение. Нет, он тоже не из робкого десятка.              — Ты чего уставился? — голос Тэхена прозвучал спокойно, но так, что мурашки пробежали по спине. Не вызов. Не угроза. Нет. Игра! Да, это была она.              Чонгук медленно выпрямился, чувствуя, как что-то внутри него закипало.              — Интересно, — его собственный голос прозвучал спокойнее, чем он ожидал, — и все.              — Че? — приподнял проколотую пирсингом бровь Ким.              — Ничего, — ровно ответил Чон и сложил руки на груди. — Или смотреть запрещено?              Неожиданно из кабинета для обследований вышла женщина и назвала номера нескольких мужчин, в числе которых был и Чонгук. Имена говорить запрещено в целях анонимности, поэтому у всех присутствующих имелись обычные номерки. Кто-то из очереди неловко кашлянул и сдвинулся с места, отчего момент накала между двумя бойцами разрядился. Тэхен медленно и нарочито небрежно перевел взгляд в сторону, будто Чонгук был просто частью интерьера, а потом пошел дальше. Но Чон заметил, как уголок его рта дернулся. Это была то ли насмешка, то ли вызов. И Чонгук почувствовал, как по спине пробежал знакомый и липкий холодок.              Чонгук вошел в холодное, стерильное помещение, где его встретили врачи в белых халатах. В воздухе витал резкий запах антисептика и лекарств, а яркий свет ламп и белое пространство слепило чувствительные глаза. Сначала он заполнил анкету, где спрашивали его имя, возраст, вредные привычки, хронические заболевания и все остальное, чем обычно интересовались врачи. После у него взяли анализ крови, сделали ЭКГ, измерили давление и проверили пульс. Холодное прикосновение датчиков заставляло его слегка вздрагивать и с опаской следить за всеми процедурами. Но Чонгук мирился и ничего не говорил. Потом он встал на весы, затем подошел к ростомеру, после у него проверили объем легких и кислород в крови. Последнее, что сделали доктора — осмотрели тело и проверили задний проход, прямо как в тюрьме. Было немного стыдно, но терпимо. Все проходило как обычно, словно обычный медосмотр, и что-то странное нельзя было заподозрить.              Но потом все изменилось. Один из врачей протянул парню маленький пластиковый стаканчик с двумя таблетками. Чонгук, сначала немного заколебался, но после послушно взял их. Он проглотил непонятные препараты, запивая их водой, и ощутил, как они проскользнули по горлу, оставляя после себя горьковатый привкус.              — Ложитесь, — сказал другой врач, готовя шприц с прозрачной жидкостью.              — Что это? — поинтересовался Чонгук и напрягся.              — Стимулирующее вещество, — ровно ответил мужчина.              — Для чего?              Но на этот вопрос доктор не ответил, лишь показал на кушетку и снова приказал лечь. Чон слегка замялся, но все-таки выполнил указания. Чонгук почувствовал, как внутри него все заледенело от страха. Он видел, будто в замедленной съемке, как игла вонзается в вену и неизвестное вещество медленно вливается в его кровь, смешиваясь с ней. Сердце бешено заколотилось, а холодный пот скатился с виска. Но парень решил терпеть и не реагировать негативно. Он сам согласился на это, поэтому должен выдержать. Перед глазами замаячили пятьдесят тысяч, и парень мгновенно расслабился и вздохнул с облегчением. Ему говорили, что все будет хорошо, поэтому он доверял врачам хотя бы немного.              После всех процедур их отправили в комнату отдыха, где они должны будут ночевать целую неделю. Чонгук осторожно переступил порог помещения, и его сразу охватил запах свежести и стерильной чистоты. Длинное помещение с высокими потолками было заставлено аккуратными рядами двухъярусных коек — тридцать, не меньше. Все они пока частично пустовали, лишь на некоторых сидели или лежали парни, похожие на него самого: растерянные, настороженные, но старающиеся этого не показывать. Чонгук медленно прошел между кроватями в поисках своего номера — двадцать пять. И только он нашел его, тот находился ближе к концу ряда, и захотел упасть на аккуратно заправленную постель, как вдруг сверху свесился парень с озорной улыбкой.              — Эй, привет! — его голос звонко разнесся по светлому помещению, заставив нескольких ребят обернуться. — Я Джи, буду твоим временным соседом. Тебя же взяли в проект?              Чонгук усмехнулся и кивнул, слегка ошарашенный такой открытостью.              — Других сюда не пускают, — произнес он и все-таки сел на постель.              — Ну да, так-то, — парень слез с койки и протянул руку Чонгуку. — А мне как к тебе обращаться?              — Джей, — натянуто улыбнулся Чон и пожал протянутую руку.              — Значит, тебе тоже кололи какую-то субстанцию?              — Ага, — коротко бросил Чонгук. — И таблетки дали.              — Мы тут как подопытные крысы, — протянул Джи и тяжело вздохнул. — На нас будут ставить опыты всю неделю.              — Да, но мы сами на это подписались.              — Пришлось. Я из-за долгов, а ты?              — Тоже.              Новый знакомый Чона сначала хихикнул, а после опустил уголки губ вниз:              — Похоже, тут все с подобной проблемой.              — Видимо, — обреченно сказал Чонгук и осмотрелся по сторонам. Главное выжить эту неделю, а там Чон уже будет смотреть по обстоятельствам.              Чонгук почувствовал, как по спине пробежали мурашки — кто-то пристально смотрел на него. Густой, тяжелый взгляд, будто физически ощутимый на коже. Чон медленно поднял голову и встретился с черными глазами темноволосого мужчины, койка которого была всего в десяти метрах от его. Он был одет так же, как и Чонгук — в белую водолазку и штаны, которые хорошо на нем смотрелись. Высокий, с прямой спиной, широкими плечами, крепкой мускулатурой и сильным телом, которое виднелось даже сквозь одежду. Он внушал собой уверенность и мощь, а черты его лица казались хищными и опасными. Но стоило им пересечься, как незнакомец отвел взгляд и отвернулся. Но Чонгук успел увидеть его номер на груди и запомнить. Сорок три.              Ночью Чонгук спал плохо, постоянно ворочаясь и периодически выскальзывая из сна в реальность. Его тело подрагивало так, будто у него поднялась температура, и озноб не давал чувствовать себя нормально. Чон пытался укрыться одеялом, но оно не спасало его, а наоборот, приносило дискомфорт, так как тело стало очень чувствительным и нежным. Оно реагировало на любое прикосновение, даже самое незначительное, заставляя парня вздрагивать и чуть ли не стонать. Но он осознавал, что находился не один, поэтому сдерживал себя и терпел.              Утром, когда их всех снова по очереди вызывали к врачу, Чонгук ощущал себя так, словно его переехал бульдозер. У них повторно взяли кровь, им снова дали таблетки и вкололи очередную дозу вещества в вену. В этот раз Чонгук ничего не говорил, послушно принимая препараты. Его удивило одно — Чонгуку дали анкету всех людей в комплексе, кто участвовал в эксперименте, и попросили ответить честно, кто привлек внимание и что парень испытал при этом. Отвечать нужно было честно и анонимно. Чонгук, подумав немного, вспомнил про номер сорок три и написал про него. Другие же не зацепили его внимание.              В столовой он опять столкнулся с Тэхеном. Тот стоял перед ним в очереди за едой, и поднос Чонгука случайно затронул его. Тэхен обернулся к нему и недовольно прищурился.              — Опять ты, — фыркнул боец, осматривая парня с ног до головы. После этого он снова остановился на лице Чона и замер на пару секунд. — Че надо?              — Ниче, — в той же дерзкой манере ответил Чонгук, ибо Тэхен своим поведением начинал его бесить. — Хватит вертеться, ты задерживаешь очередь.              — А че, похавать скорее собрался? — усмехнулся Тэхен. — Мальчик проголодался? Животик заболит у мальчика, если не покушает? — съязвил он.              — Тебя это ебать не должно, — продолжил Чонгук и прищурился.              — Точняк, — хмыкнул Ким и цокнул. — Мне похуй на тебя, реально, но выглядишь ты херово.              — То же самое могу сказать о тебе, — ехидно улыбнулся Чонгук, отчего Тэхен все-таки психанул и схватил его за одежду в районе груди, сжал и резко притянул к себе.              — Ты охуел?              — А ты? — впился в его яростные глаза Чонгук, почти не меняясь в лице.              Тэхен нахмурился еще больше, продолжая скалиться и чуть ли не рычать в лицо Чона, сжимая его одежду в крепкой и неразрывной хватке. Но Чонгук не был бы собой, если бы никак не отреагировал. Он прищурился, положил свою руку на хватку бойца и стиснул ее, продолжая смотреть в темные глаза парня перед собой. Все потому, что проигрывать Чонгук ему не хотел. Он знал, какое большое самомнение у Тэхена и как он превозносил себя над другими. Все-таки титул победителя к нему приклеился, не оторвешь. Но Чонгук не позволит смотреть на себя свысока. Нет уж, это не в его стиле.              Неожиданно их отвлекли люди, которые любопытно за ними наблюдали, и Тэхен сам разжал почти что мертвую хватку. После этого он перевел глаза на охранников, которые тоже наблюдали за ними, и плотоядно улыбнулся.              — Еще раз будешь мне язвить — врежу.              Чонгук с ним спорить не стал. Не хотелось бы получить дополнительные травмы, к тому же, он и так неважно себя чувствовал после бессонной ночи. Поэтому за завтраком Чонгук уселся с безобидными парнями и предпочел ни с кем не разговаривать. Жидкость, которую ему вкололи с утра, вроде бы прибавила сил, но для чего она предназначалась Чонгук, конечно, не понимал. Он вообще ничего не понимал. Но вряд ли кто-то даст ему ответы на его вопросы.              После завтрака их отвели в другой зал, уже намного больше и просторнее, где находились всякие развлечения, чтобы не помереть от скуки в этом месте: и зона тренажеров, и читальный зал, и баскетбольная площадка, и столики с настольными играми, а также место, где можно полежать и отдохнуть перед телевизором. Все эти зоны разделялись белой решеткой и находились друг от друга на приличном расстоянии. Чонгук сперва пошел в зону с телевизором, где крутили какой-то сериал, но недолго задержался там, ведь Джи позвал его играть в карты.              Здесь оказалось не так уж и плохо, можно было по-всякому скоротать время и скорее даже нужно, чтобы не сойти с ума. Чонгук играл с парнями в карты и подружился с некоторыми из них, иногда посматривая на баскетбольную площадку, где находились другие. Сейчас там играл Тэхен и его недавно образовавшаяся шайка очередных подсосников, которая нашла лидера и теперь следовала за ним по пятам. Тэхен насобирал себе команду и теперь бегал с ними, размазывая соперников в чистую. Неудивительно, что Тэхен умел играть — он же должен быть номером один во всем.              В какой-то момент их взгляды вновь встретились. Тэхен высокомерно задрал голову и усмехнулся, словно спрашивая Чона: «Че пялишься?». Но тот не хотел будить и так разгоряченного зверя, поэтому проигнорировал Кима и отвернулся от него. Только вот почему-то тот продолжал периодически глядеть в сторону Чонгука, будто пытался вызвать его на бой. Нет, здесь никакие бои Чон не собирался устраивать. Хватит уже, и от них пора отдохнуть.              Так незаметно наступил обед, перед которым их привычно вызвали к врачу, как обычно дали таблетки и в очередной раз вкололи препарат. После этого укола Чонгука немного повело в сторону, и он поинтересовался у врача, что с ним происходит. Но доктор убедил пациента, что ничего серьезного не случилось и что такое бывает. С Чоном все хорошо и беспокоиться не о чем. В столовой Чонгук опять ни с кем не говорил, лишь слушал посторонние разговоры и ел безвкусную пищу. Голова у него прошла, тело восстановилось, и даже появился аппетит. Но единственное, что изменилось — запах. Чонгук начал чувствовать еле уловимый аромат виски, горького шоколада и молотого кофе. Откуда исходили эти запахи, он не понимал, как бы ни принюхивался. Таких продуктов и напитков в столовой, конечно же, не было.              После Чонгук захотел уединиться в читальной зоне, так как что-то другое делать ему не хотелось. Книгами он не увлекался и раньше их не читал, но в том зале было спокойнее и не так шумно, в отличие от других зон. И именно там, прямо в углу комнаты за небольшим столиком, он заметил читающего книгу мужчину. Номер сорок три. Опять он. Неизвестный поднял голову, встретившись взглядом с Чонгуком, и у Чона неожиданно дрогнуло сердце. Он вновь почувствовал тот самый аромат, который ощутил в столовой, только сейчас он был ярче, насыщеннее. Свежесваренный крепкий кофе, без сахара и жирных сливок. Чонгук этот напиток не пил, но запах ему определенно нравился.              — Добрый день, — вежливо произнес незнакомец и улыбнулся, и Чон мгновенно обратил внимание на симпатичные ямочки на щеках.              — Привет, — перешел на неформальное общение Чонгук. — Я не помешаю, если сяду рядом?              — Нет, конечно. Садись, — указал на свободное место незнакомец и чуть отодвинулся.              Чонгук ощутил непонятное смущение, которое ранее не испытывал никогда. И почему-то это стеснение появилось перед мужчиной, который, конечно, был симпатичным, но все же походил на Чонгука, при этом так же, как и он, участвовал в этом странном эксперименте. Чон не был геем, его интересовали только девушки, но этот парень… Было в нем что-то притягательное и заманчивое.              Чон взял какую-то яркую книгу с полки и уселся на предоставленное место, открыл ее и даже начал читать с первой главы, только вот мысли о том, что возле него сидел сорок третий, не давали покоя. Мужчина спокойно читал и, казалось, не обращал на Чонгука никакого внимания. А вот он на него очень даже. Аромат незнакомца не давал сосредоточиться, собраться с мыслями и вникнуть в написанную историю. Чонгук пытался, правда пытался, но получалось это с огромным трудом. Он даже не смог сдвинуться за десять минут с первой страницы на вторую, часто перечитывая одно предложение.              — Увлекаешься поэзией? — прервал тишину между ними сорок третий.              — А? — отвлекся Чонгук, взглянул на мужчину и лишь потом присмотрелся к книге. И залился краской еще сильнее. Он действительно читал все это время стихи. Какой же Чонгук идиот! — Ну… да. Это интересно.              — Правда? — поразился с улыбкой мужчина.              — На самом деле нет, — тоже заулыбался Чонгук и отложил книгу в сторону. — Не могу собраться с мыслями.              — Почему?              Чон пожал плечами и тяжело вздохнул.              — Наверное, это все из-за эксперимента.              — Понимаю, я тоже еле сдерживаюсь, — признался мужчина и задумчиво посмотрел в сторону. — Даже не знаю, зачем я на это согласился…              — Ради денег, — ответил с усмешкой за него Чонгук.              — Так и есть, — кивнул головой сорок третий.              — У тебя долги?              — Нет, мне просто нужны деньги. Мой бизнес прогорел, и, чтобы его восстановить, мне нужны средства. Меня позвали сюда и я, недолго думая, согласился. Все-таки такая сумма на дороге не валяется, — объяснился мужчина. — А у тебя что, долги?              — Ага, типа того, — коротко ответил Чонгук, не желая рассказывать свою историю и видеть жалость в глазах. — Сегодня только первый день. Надеюсь, мы продержимся до конца, — улыбнулся он, продолжая рассматривать незнакомца.              — Хотелось бы верить, но я не рассчитывал, что симптомы появятся уже в первый день.              — Какие симптомы? — любопытно поинтересовался Чон.              — Ты знаешь, что они тут устраивают? — слегка наклонил голову вбок сорок третий, впиваясь пронзительным взглядом в парня. Тот помотал головой. — Они хотят изучить влияние природных инстинктов на людей. У людей, как всем известно, их нет, но ученые хотят их воспроизвести. А именно — феромоны.              — Феромоны? — изумился парень.              — Да, феромоны. Конечно, у людей они тоже присутствуют, но незначительные, незаметные, неяркие. Их у нас почти нет. У животных они совсем другие. Так вот, они хотят усилить инстинкты настолько, чтобы люди чувствовали феромоны так, как ощущают их животные. Запахи входят в их число. Ты уже почувствовал запах от кого-нибудь?              — Да, от тебя, — признался Чонгук и ощутил, как мурашки побежали по коже.              — Я от тебя тоже, — улыбнулся мужчина. — Как я понял, запахи могут быть любыми, и это… поразительно. Вот ты пахнешь сладкой карамелью. Остальные я особо не почувствовал. Они блеклые какие-то, неинтересные.              — Карамель? — еще сильнее удивился парень и приподнял брови.              — Да.              — Я ее терпеть не могу, — усмехнулся он.              — Этот запах не зависит от того, любишь ты его или нет. Это то, как тебя воспринимают другие, — пояснил незнакомец. — То, как тебя чувствуют окружающие. Просто раньше этот запах не замечался, а теперь из-за стимуляции усилился. Или же наше обоняние обострилось. Что именно это означает, я не знаю. Нам же никто не раскрывал секреты этого эксперимента.              — Почему тогда он такой? Я имею ввиду, сладкий запах, как будто… девчачий.              — Не знаю, — пожал плечами мужчина. — Может, он не совсем такой, и это только я чувствую карамель. Я для некоторых тоже, может быть, пахну ванилью или розами, — хохотнул он. — Это же люди придумали, какой запах мужской, а какой женский. Для природы мы все равны.              — Может быть, — слегка кивнул Чонгук и шире заулыбался, — но все-таки тебе больше повезло с запахом.              — Почему? — искренне поинтересовался сорок третий.              — Ты пахнешь кофе.              — Оу, уже неплохо, — хмыкнул незнакомец. — Хорошо, что не полынью и не каким-нибудь дурманом или тухлым яйцом.              Чонгук сначала хихикнул, а после завороженно замер, замечая такой же изучающий взгляд незнакомца. Гул и шумы посторонних людей были теперь слышны где-то далеко. Чонгук не отводил взгляд, да и не хотел это делать. Никогда раньше он не чувствовал подобного: время остановилось, и в этот момент был только этот человек и его притяжение. Таинственный незнакомец в таинственном эксперименте. Его темные глаза, чуть прищуренные, будто изучали каждый изъян души Чонгука, каждую тайную мысль и каждую частичку тела. Мурашки уже не появлялись, ведь смысла в них не было. Незнакомец не двигался. Только его пальцы слегка сжались, словно сдерживая порыв.              — Я… — только успел сказать Чонгук, и незнакомец перевел глаза на его приоткрытые влажные губы. Но Чон не смог закончить мысль, так как его резко перебили: в их зону вошла толпа мужчин, чем отвлекла парня. Он дернулся, а потом резко поднялся с сиденья. — И-извини, мне надо идти, — бегло промямлил он, а потом, так и не положив книгу на полку, удалился.              Чонгука будто водой холодной обдало, и он осознал, какую глупость совершил — сидел и пялился на незнакомца, мужчину, которого видел впервые. Да ладно, если бы только это. Но нет. Он ведь наслаждался его запахом и чуть специально не приблизился, чтобы ощущать его еще сильнее. С Чоном точно не все в порядке. И происходило это из-за чертового эксперимента и субстанции, которую им кололи. Как сорок третий и сказал — эта сыворотка вызывала яркий выброс феромонов, заставляя их работать активнее. Так вот что означало «стимулирование».              На ужине Чонгук сел со своим соседом по койке и иногда безучастно переговаривался с ним, хотя на самом деле вообще не хотел ни с кем говорить. Он желал скорее доесть, пройти необходимые процедуры у врачей, а потом лечь спать. Его напрягали запахи, которые он остро ощущал, напрягала обстановка вокруг и странная дрожь в теле. Этими мыслями он поделился потом с докторами, но те, как всегда, не сказали ничего годного, ввели субстанцию в вену и опять попросили указать на человека, к которому парень неравнодушен. Чонгук вновь указал сорок третий номер и… теперь уже Тэхена. Почему именно его? Да напрягал он Чонгука, вот и все объяснение.              Уже перед сном Чон немного поговорил со своим соседом, мельком взглянул на сорок третий номер, но понял, что тот снова читал книгу и не интересовался посторонними вокруг. Чонгук поджал губы и улегся на кровать, укутавшись с головой одеялом. Зря Чон не повернул голову в другую сторону, ведь увидел бы, каким цепким взглядом смотрел на него Тэхен. Смотрел и крепко сжимал челюсть.              Чонгук снова не смог нормально поспать. Ворочаясь в постели, он чувствовал, как по телу разливается странный жар — не от температуры, а от чего-то другого, глубокого и тревожного. Он сжал кулаки, впиваясь пальцами в простыню, пытаясь заглушить это навязчивое тепло. Боже, за что ему такие мучения? И самое ужасное в том, что в этот раз перед глазами у него вырисовывался образ вовсе не прекрасной девушки, которая страстно его касалась, и даже не сорок третий, к которому успела проявиться симпатия. Нет. Это был Тэхен. Чертов Ким Тэхен касался его и прижимал к своему разгоряченному телу, заставляя кровь по венам течь быстрее. Чонгук не знал, как он еще не стонал в открытую, но спать после подобного, конечно, не мог.              На субстанцию утром он смотрел с огромным равнодушием из-за недосыпа и усталости. Жар лишь недавно прекратился, а на его место пришла пустота, апатия и неудовлетворенность. Врачи осмотрели его, проверили пульс, давление, но после отпустили и сказали, что все с ним отлично. На вопрос, почему он уже второй день подряд не мог нормально спать, доктора ответили, что такое случается и потом он привыкнет. Но привыкать Чонгук не хотел. Жаль, что это был всего-навсего второй день. Ему бы вовремя отказаться от эксперимента, прекратить эти мучения, но деньги получить хотелось. Пятьдесят тысяч долларов — это свобода от долгов, от мафии и коллекторов. Пятьдесят тысяч долларов — это спокойная жизнь без экономии и выживания. Пятьдесят тысяч долларов — это его спасение и путь к счастливому будущему. Поэтому он должен выдержать. Обязан!              Только вот и на второй день с самого утра все пошло по одному известному месту.              — Блять, да ты задрал! — закричал на парня Тэхен, когда тот случайно опрокинул на него поднос.              Хотя, непонятно еще, случайно или нет, но Чон уж точно не являлся виноватым. Он взял свой поднос с едой и направился к своему столику, никого не трогая. Тэхен видел его краем глаза и понимал, что Чон пройдет возле него, поэтому подскочил со скамейки в тот момент, когда парень проходил мимо. Как итог — все содержимое подноса Чона свалилось на белую водолазку Тэхена. Тот не мог не психануть. Он привычно схватил Чонгука за одежду и стиснул на груди до скрежета.              — Я же тебя предупреждал!              — Отвали от меня, — вся усталость мгновенно испарилась, а на ее место пришли злость и некий… азарт. Головой Чонгук понимал, что лучше не выводить Кима из себя, но язык явно был его врагом. — Сам нарываешься, а потом психуешь.              — Че? Я нарываюсь? — осклабился Тэхен.              — Да, блять, ты, — усмехнулся ему в лицо Чонгук.              Тэхен все-таки накинулся на парня, больше не сдерживаясь и сбивая его с ног. До этого момента столовая гудела от разговоров, но в одну секунду все затихло. Чонгук и Тэхен сошлись в яростной схватке посреди зала, матерясь друг на друга и рыча, будто дикие звери. Стулья с грохотом опрокинулись, кто-то вскрикнул, но ни один из бойцов не собирался отступать или сдаваться. Тэхен был сильнее, крепче и каждый его удар пробивал воздух с такой силой, что казалось, будто он может сломать, что угодно. Но Чонгук знал, как действовать в подобном случае, так как выходил на бой с такими бойцами. Он был проворнее: уворачивался, скользил между атаками, отвечал резкими и точными ударами. Усталость от бессонницы как рукой сняло.              — Ты вообще берега попутал?! — прошипел Тэхен, отбрасывая Чонгука к столу, отчего тот больно ударился об угол и зашипел. Но обдумывать действия не было времени. Чонгук оттолкнулся, дыхание его сбилось, но в глазах все еще горел огонь азарта и адреналина.              — А ты? — дерзко усмехнулся Чон.       Он ожидал чего угодно: что Тэхен нападет на него и ударит кулаком, матерно выругается или больно пнет в живот. Но не его будущую выходку. Тэхен внезапно рванул вперед, поймал его за горло стальной хваткой, притянул к себе и впился зубами в шею. Боль пронзила все тело Чонгука, как раскаленное железо. Но парень не закричал, нет. Он ахнул от шока, почувствовав, как теплая кровь начала течь по коже. Вокруг поднялся крик, кто-то рванулся разнимать их, но Тэхен не отпускал — его глаза были дикими, почти нечеловеческими.              — Тэ… — Чонгук хрипло выдохнул, пытаясь вырваться.              И тогда Тэхен очнулся, вынырнув из сумасшествия. Он отпрянул, широко раскрыв глаза, будто только сейчас осознал, что натворил. На его губах алела кровь. Кровь Чонгука. Тишина повисла в воздухе, тяжелая и звенящая. Боль от укуса сначала была резкой и пульсирующей, но через секунду ее сменило другое ощущение. Это был жар, растекающийся по телу, словно кто-то поджег Чону кровь. Голова закружилась, ноги подкосились, и парень схватился за край стола, чтобы не упасть.              — Что… со мной?.. — непонимающе прошептал он, чувствуя, как сердце забилось слишком быстро и настолько громко, что раздавалось в ушных перепонках.              Тэхен стоял перед ним, тяжело дыша, его глаза казались неестественно яркими, почти горящими, а по пухлым губам медленно стекали алые капли. Он провел языком по зубам, словно пробуя на вкус чужую кровь, и странная, почти хищная улыбка тронула его лицо.              — Вкусно, — прошипел Ким, и голос его звучал таким чужим, низким, почти рычащим. — Карамелька…              Сердце, кажется, забилось еще быстрее после этих слов. Чонгук попытался отступить, но тело не слушалось — жар сжигал его изнутри, зрение затуманилось, а конечности продолжили заплетаться. Он чувствовал, как кровь сочится из раны на шее, пока Тэхен следил за каждым ее движением, как голодный зверь, который вырвался на волю. Это точно что-то ненормальное и не входило ни в чьи планы. Да, бойцы иногда кусали себя под действием адреналина, но никогда… так.              — Блять… Все, хватит! — Чонгук попытался вернуть себе прежний тон голоса, но вышло плохо, да и его слова, кажется, уже не доходили до парня напротив.              Тэхен сделал шаг вперед, облизываясь, и хорошо, что к ним подбежала охрана, потому что Чон не подозревал, что можно было ожидать от обезумевшего бойца. Но успокаивать ворвались не только Кима, но и его самого, потому что Чона начало нехило так выворачивать прямо при всех. Парню вкололи что-то вроде снотворного, и он отключился, напоследок заметив взволнованный взгляд сорок третьего.