Сил снаружи, а что внутри?

Удачное время настало ребят. День, яркое солнце светит, согревая своими лучами землю.

Это совсем обычный день. Джон без какой-либо спешки идет по коридорам учебного заведения, треща о своих разработках, какой он крутой и лучший. А рядом его «пешки» поддакивают, восхваляя Харриса, словно бога. Пару девчонок нарочно лезли под руку оранжевого, стараясь оказаться как можно ближе к своему возлюбленному. Да вот только 18-летний никак не хотел этого всего. Отталкивал, противился, шипел на тех, давая понять, что к нему лучше не прикасаться вообще не стоит. Внешность того была и в правду очень привлекательная. Каштановые, слегка закрученные волосы, что аккуратно плясали с движениями человека. Белая, поглаженная рубашка, галстук в клеточку, цвета которого были черный и оранжевый. Свободные темные штаны, что приятно скользили по телу гладкой тканью. Белые кроссовки, и на этом конец обычному луку того. Но к этому можно добавить парочку деталей. На рубашке, где находится сердце, прицеплен значок мандаринового оттенка, где была небольшая надпись — «лучший парень». Он соорудил это сам, ведь принимать подарки рода такого с чужих грязных рук вовсе не хотелось. Всё же иначе кто он? Главный красавчик школы, или лузер, что с добренькой улыбочкой встречает каждого, молча выслушивая, как губка, которая впитывает разное дерьмо. Конечно нет, тот не такой, в отличие от своего врага Лололошки. Ло ничем не примечательный школьник, который всегда спешит помочь людям, и неважно каким. Тянется к свету. Полная противоположность Джону. Его одежда состоит из черной водолазки, что нежно обтягивает его тело, показывая изящные изгибы Уильяма. Сверху белая, короткая, с голубыми линиями на талии, а также на рукавах, кофта на молнии, что добавляла эффектность. К этому черные перчатки без пальцев и черные спортивные штаны, что прекрасно выглядели на нем. Шатен, волосы той же структуры, что и у его «альтер-эго». Харрис не теряет шанса и подходит к Лоше, перед этим сказав пешкам рядом с ним не высовываться. В это же время голубоглазый спокойно слушал своего опроменивого собеседника. Рыжеволосая активистка, которая и не думала захлопывать рта, тараторила о своих планах, пока парень со скромной улыбкой внимательно вникал в разговор, хотя больше в монолог Дженны, чем нормальный диалог между двумя людьми. — Красавчик, привет, как поживаешь? — игриво спросил Джон, положив одну из рук на свой бок, опираясь корпусом на левую ногу, презрительным взглядом осматривая оппонента напротив. Волонтерша ойкнула, увидев на горизонте оранжевого, сразу извинилась перед Ло и быстрым шагом ушла с места событий. Троечник же выдохнул, сматерившись себе под нос, наконец поднимая собственный взор на персону рядом. — Чего тебе опять? Свали, пожалуйста. Очень прошу. — сдержанно ответил он, хотев уйти от этой рожицы, но нельзя. Пока что нет. Не должен так быстро сдаваться. — Ну чего ты такой, симпапусик. Давай поговорим, не будь злюкой, ути пути. — рассмеявшись заявил Дейви, которого так смешит недовольное лицо врага. — Отвали, Харрис. Маячишь пред глазами постоянно, бесит. Иди своим ш-общительным, расскажи о своем уме, который, кажется, не такой уж и гениальный, раз тратит время на меня. — выдает Ло, сжимая кулаки и складывая руки на груди, немного падая назад, упираясь спиной в стену, и отстранено смотря в сторону, даже уже нехотя слушать бесполезные слова «гения». Джон в свою очередь о чем-то активно говорил, жестикулируя руками, но заметив, что примат не обращает на него никакого внимания, взбесился, ведь как такого шикарного, великолепного самого Джона Дейви Харриса могут игнорировать и пропускать слова мимо ушей. — Милый, а ты знал, что это неуважительно? — с нотками пронзительности молвил он, положив руку в карман штанов, подняв одну бровь. — Знал бы как мне посрать на это. Тем более с обезьянами не разговариваю. — ехидно проговорил Ло и даже уже собирался уходить, как его окликивают. JDH ни в коем случае не хотел так просто отпускать свою «наживку». Слишком этот паренек интересный, не может оранжевый просто враждовать, чтобы дни проходили одинаково. И он нашел цель, за которой будет рваться, как за последний шанс выделится из этой тесной суеты. — Стоять, Лоля, ты интересная игрушка, но я знаю, что ты что-то скрываешь. Я разрушу эту маску, поверь мне, сладкий. — говоривший выполнил колесо, улыбнувшись во все 32 зуба. Никто даже, кажется, не заметил странное коверканье имени Лололошки, ведь было не до этого. Лицо, к которому обращались, исказилось в легком удивление. Его наполнили странные чувства. Кто этот такой, чтобы лезть в душу Дейвесона. — Ты явно что-то путаешь. Не приставай ко мне даже, выскочка. — сквозь зубы процедил он и поспешно ушел в класс, оставляя одного юношу, который довольный собой давил лыбу. Мысли JDH — Хехе. Глупый мальчишка. Правда думает, что отвяжется от меня так легко? Не тут-то было. Я сделаю всё для этого. Своих стремлений я добиваюсь. Ты знаешь это. Конец мыслей JDH Дальнейший учебный день прошел скудно. Больше парни не встречались. Раздумья гения были переполнены различными идеями о том, как создать идеальный план покорения правды о своем враге. Каждый шаг должен быть аккуратным и неспешным. Стоит всё продумать. Неверное движение, и доверие будет потеряно. Но для начала, конечно, нужно вообще зародить это мнимое доверие, которого пока что между ними нет. Конечно же, это не надолго. Вечером в полной тишине квартиры раздавались лишь шуршание бумаг. В комнате «безумца» происходил полный хаос. Джон стоял на голове, пока под ним валялся блокнот, в котором были нанесены наброски, иллюстрации, пару записей. Это он расписывает замысел, что желает воплотить в жизнь. Сценарий простенький, но в исполнении будет не так быстро и оперативно. Обладатель статуса «краш всей школы» не стремится к отношениям с этим, лишь разгадать тайну, поиграть и бросить, как и делал десятки раз. Не посмеет тот, чтобы его железное сердце заставили стучать так громко, играя мелодию любви. Ни за что, никак, никто. Зачем ему кто-либо? Фанаты рядом, деньги имеются, пара друзей и всё. Больше ничего не надо. Останется один навеки, до самой смерти, другие пусть идут на хрен. По таким взглядам на мир жил Дейви. Ассоциировал он себя в сторону ароэйса. Понял это примерно в 15 лет, когда после своих отношений с Молли не чувствовал ничего, кроме мерзости и пакости в сторону той.