Я тебя найду.

13:03 К этому времени Канаэ уже успокоилась, и вела Шинадзугаву дальше по коридору. —Вот, здесь было его рабочее место, может и найдёшь что-нибудь —Да, спасибо. Они оказались в небольшом светлом кабинете, на удивление, никакой пыли и грязи тут не было. —Тут кто-то убирается? —Да, это делаю я, он ведь был моим товарищем. —Тогда, можешь рассказать про него по-больше? Попросил Шинадзугава, садясь в холодное офисное кресло, некогда принадлежавшее пропавшему. —Да, конечно. Ведь лучше меня, не думаю что кто-то сможет это сделать.. —А вот тут поподробнее. На лице Шинадзугавы проскользнул немой вопрос. —Видишь ли, Гию был весьма молчаливым и даже, нелюдимым. Его многие недолюбливали, считали высокомерным. Но это было полной неправдой!... И ведь даже сейчас некоторые не осознают, что он просто был больным человеком, ему нужна была поддержка, а не упрёки.. На этих словах врач заметно погрустнела. —Что ты имеешь ввиду под "больным"? —Он страдал депрессией. Я ему диагноз и поставила. Я ведь была его врачом.. Кстати, он мне часто рассказывал про своё детство, он рос в детском доме, где его весьма недолюбливали, он туда попал из-за родителей—наркоманов.. Пока Кочо углублялась в рассказ, забывая основную цель диалога, Шинадзугава заметил одну деталь в столе Томиоки, фотография, старая и потрёпанная, на ней, по всей видимости, находился сам Томиока, будучи ещё ребёнком, и какой-то незнакомый мальчик, с большим шрамом на всю щёку, с широкой беззубой улыбкой и в нелепом свитере. —Канаэ, а он тебе рассказывал про этого мальчишку? —Да, чуть не забыла, это его друг детства, его Сабито зовут. Только вот, если ты планируешь опросить и его, то увы, он уже давно мёртв... —..Оу.. Ну, мне жаль. —В этот момент ему стало как-то неловко. Шинадзугава понял, что больше ничего полезного здесь не найдёт, и решил уехать обратно в офис. Попрощавшись с Кочо, он поехал в полицейский участок.