Мои

Она медленно поднималась поцелуями от острой коленки, по нежной коже бедра. В абсолютной тишине комнаты сбивчивое, быстрое дыхание её дочери казалось удивительно громким. Получаемое девушкой удовольствие отдавалось той, что дарила это удовольствие, такой удивительной сладостью, что не хотелось даже прикасаться к себе. Только гладить, целовать, облизывать, слегка прикусывать, ласкать и слышать тихие стоны. То, что малышка не девственница, не значит, что с ней можно быть грубой. Её милая девочка заслуживает океан нежности. Стоит лишь слегка коснуться больших половых губ, как девушка вздрагивает. Женщина чуть отстраняется, больше не касаясь светлой кожи, но оставаясь достаточно близко, чтобы дочь чувствовала её дыхание на своей вульве. - Моя принцесса испугалась? – ласково уточняет мать, не скрывая собственнических ноток в голосе. Она имеет на них права. Сейчас уверенность в этом казалась чем-то незыблемым. - Нет. Я… - фразу прерывает сладкий вдох. Женщина бесшумно, но резко выдохнула, услышав «нет» и после столь долгой прелюдии, налившийся кровью клитор счёл это чувствительной стимуляцией. Это плюс длинных игр. Тело знает что будет и становится чувствительней в нужных местах, а от того даже пёрышко или ветер могут принести удовольствие. – Я просто представляла, как ты могла бы взять меня и это оказалось так возбуждающе, - призналась девушка. Мать улыбнулась и сдвинулась на кровати выше, ласково проводя рукой от колена по бедру, потом впалому животику, между грудей, ключице, плечу, шее, скуле и, наконец останавливая руку на щеке дочери. - Я бы с удовольствием сделала бы это, для моей милой принцессы, - женщина шепчет это в приоткрытые нежные губы, но пока не касается их. Девушка сама поддаётся вверх, начиная поцелуй и, наверняка, чувствуя довольную улыбку матери. - Моя славная девочка, - шепчет женщина, когда они на мгновенье отрываются друг от друга. Она ходит в спортзал много лет, да и ростом будет повыше, так что в объеме лёгких превосходит дочь. Пока дочь пытается отдышаться, мать оставляет мягкие поцелуи на скуле, неспешно продвигая от губ к ушку. Чуть прикусывает его, вырывая у подопечной, судорожный вдох. – Моя сладкая малышка, - шепчет женщина, испытывая такой кайф и трепет одновременно. - Твоя, - коротко, будто смущённо отзывается девушка, не понимая, что делает. От одного слова, сказанного таким знакомым голосом, кровь, приливает так резко, что мать сладко стонет. Как же давно она хотела услышать «да» в ответ на проявление собственничества. – Пожалуйста, сделай что-нибудь, - просит дочь и тут же получает желание. - Конечно! Конечно, милая, - мурлыкает женщина, прижимая колено к промежности своей любимицы и тут же слыша, ласкающее слух «Ах!». Теребя пальцами левой руки розовый сосок дочери, она напористо целует пухлые губки, исследуя языком нежное нёбо и ровный ряд зубов. Сколько денег, терпения, сил и времени она вложила, в то чтобы лежащая под ней девушка была такой прекрасной. Генетика, профилактика, диспансеризации, забота, родительский контроль, воспитание, брекеты, стоматологи и другие врачи. Так что эта великолепная девушка плод её и только её усилий. Она имеет право наслаждаться сотворённым её руками великолепием. - Мама, - рвано выдыхает дочь, явно приближаясь к пику. Женщина отзывчиво ускоряет движение коленом, чуть усиливая нажим и сильнее сжимает пальцы на налившейся кровью горошине, чуть оттягивая сосок и наслаждаясь новыми стонами. Пока девушка не кончает с протяжным «Ахммм!» на устах. Изящное тело изгибается от удовольствия и это так красиво, что хочется остановить время и зациклить момент. Мать любуется зрелищем с удовольствием запоминая результат очередной своей работы. Отдышавшись после оргазма, дочь открывает глаза и смотрит всё ещё мутным взглядом полным благодарности. И одна эта благодарность почему-то приносит больше удовольствия, чем любая стимуляция клитора. - Могу ли я теперь сделать тебе приятно? – горячо шепчет девушка, приподнимаясь на локтях и невесомо целуя женщину в шею. Её мягкие тёплые губы так нежно ласкают кожу. - Да, - шепчет мать, кусая губы от мысли о предстоящей разрядке.