Звезда в его руках

Рей стоял перед Докчой и без интереса кивал на его слова. — Ты хоть пару минут можешь не влезать в проблемы? — голос Докчи дрогнул от раздражения и усталости, отчитывая его за недавнюю выходку, которую вытворило созвездие.— Ты хоть знаешь, как я переживал?! Он стоял почти вплотную, напряжённый, словно струна, и глядел на Рея с тем выражением, в котором смешались злость и забота. — Да-да, я помню, — небрежно отозвался тот. — И в свою защиту скажу: я не ищу проблем, это они сами меня находят. Рей пожал плечами, будто речь шла о чем-то обыденном. На губах мелькнула тень улыбки — лёгкая, насмешливая, почти детская. Докча закрыл глаза, сдерживая выдох. Тяжёлый вздох наполнил пространство. Как бы сложно с Реем ни было, он всё равно не мог злиться по-настоящему. Этот упрямец сводил его с ума, но и заставлял сердце биться сильнее. — Пожалуйста, в следующий раз... постарайся никуда не попасть, ладно? — наконец выдохнул Докча, открыв глаза. — Конечно, — с неожиданным энтузиазмом кивнул Рей. Только вот тогда он ещё не знал, в какую задницу его затянет в этот раз. Стоя посреди заброшенной, затхлой комнаты, Рей чувствовал, как по спине ползёт неприятный холод. Воздух был густой, пропитанный пылью и чем-то гниловатым, будто дом давно забыл, что такое жизнь. Сквозь треснувшее окно едва пробивался слабый свет, отбрасывая неровные тени на стены. Он не мог найти себе места. Ведь он обещал — обещал себе не влезать больше ни в какие передряги. Но вот же чёрт… Он стоял неизвестно где и понятия не имел, как сюда попал. Чеееерт… и что мне потом говорить ему? Я же сам не понимаю, что произошло… Мысленно простонал Рей и, прикрыв лицо руками, опустился на корточки. В груди неприятно сжалось. — Я же просто стоял. Стоял и никого не трогал… — пробормотал он тихо, — так каким образом я оказался непонятно где?! Докча, милый, прошу, прости… Созвездие было готово заплакать — то ли от безысходности, то ли от осознания, какой скандал его ждёт по возвращении. Рей никак не мог решить, что страшнее: тьма вокруг или Докча в плохом настроении. Постучав по нервам пару минут и глубоко выдохнув, он всё-таки выпрямился. Другого выхода не было. Нужно искать дорогу обратно. Решимость, дрожащая, но настоящая, мелькнула в его взгляде. Он подошёл к единственной двери, что вела из комнаты, и осторожно потянул ручку. Петли жалобно скрипнули, и в лицо дохнуло холодом. За дверью простирался длинный, тёмный коридор. Мигающие лампы на потолке создавали ощущение, будто свет играет с ним в злую шутку — то загораясь, то снова тоня в мраке. Рей медленно выдохнул, чувствуя, как сердце сжимается в груди, и всё же сделал шаг вперёд. Тьма встретила его безмолвием.

***

Ким Соль Ым был слегка удивлён, когда их команду, состоящую из четырёх человек включая его, отправили в «тьму». Проблема была даже не в том, что это была недавно зафиксированная аномалия, требующая разведки. Нет, дело было в другом — он не знал, чего ожидать. Эта «тьма» просто не существовала в его собственных записях. Ни одного упоминания, ни намёка, будто её никогда не было. И всё же в архиве компании она значилась, да ещё и с отметкой «активна». Соль Ым нахмурился, ощущая, как внутри шевелится лёгкое беспокойство. Что-то здесь не складывалось. Слишком много несостыковок, слишком мало данных. Будто кто-то стер информацию, но оставил след, надеясь, что никто не заметит. Он на мгновение задержал взгляд на терминале, где тускло мерцал файл миссии. “Объект GATEFIELD / FOREST HOLLOW. Зона: G/FH. Уровень допуска — Уровень 3 и выше.” — Отлично, — тихо пробормотал он. — Прямо как я люблю, — иронично, но с тенью тревоги. Надеясь, что это окажется не слишком опасной аномалией, он всё же взял руководство по исследованию и начал читать. Бумага шуршала под пальцами, а за окном модуля гудели двигатели транспортного шаттла, унося их к месту, где свет, возможно, уже давно перестал существовать.

РУКОВОДСТВО ДЛЯ ПОЛЕВЫХ СОТРУДНИКОВ

Объект: GATEFIELD / FOREST HOLLOW

Классификация: Связанный слой / активная пространственно-временная петля

Доступ: Уровень 3 и выше

Последняя редакция: 22 октября 2025

Автор: полевой наблюдатель № 213 (после реинтеграции)

---

Введение

Если вы читаете это, значит, вы назначены на объект G/FH.

Поздравляем — либо вы лучший в отделе, либо на вас просто не хватило места в нормальных экспедициях.

Главное правило: не пытайтесь понять логику этой зоны.

Она не построена для людей.

Она использует человеческие мысли как строительный материал.

И чем дольше вы там находитесь, тем меньше в ней остаётся не вас.

---

1. Локация и доступ

Арка появляется в разных местах: у подножия перевала, в глубине леса, на просеке.

Вы её узнаете — не по виду, а по тишине.

Звуки в радиусе пяти метров глушатся, будто вы ныряете под воду.

Арка всегда ведёт в одно и то же место: деревню без времени.

Иногда её называют по-старому — Forest Hollow.

Дома стоят целыми, хотя их нет на спутниковых снимках.

Дым поднимается из труб, но не греет воздух.

Вы можете войти.

Выйти — не гарантировано.

---

2. Поведение пространства

Пространство помнит.

Всё, что вы произносите, записывается в саму среду. Через несколько часов вы услышите это снова — издалека.

Тропа всегда возвращает к колодцу.

Даже если вы двигаетесь в одну сторону, колодец всё равно окажется впереди.

Не пытайтесь идти по прямой. Это бесполезно.

Деревня — не декорация.

Она реагирует на ваше присутствие: чем дольше вы остаетесь, тем меньше домов остаётся пустыми.

---

3. Сенсорные эффекты

1. Слух: вы будете слышать, как вас зовут.

Голос будет знакомым — не отвечайте.

Это не человек.

2. Зрение: деревня «подстраивает» детали под ваше восприятие.

Если вы думаете, что видели кого-то — вы его действительно увидите.

Но только один раз.

3. Осязание: стены тёплые, даже если на улице холодно.

Если вы чувствуете пульс — это не ваш.

---

4. Протокол действий

Не используйте источники света.

Свет «привлекает». Неизвестно кого.

Все фонари снабжаются красными фильтрами — не снимайте их.

Не вступайте в диалог с отражением.

Оно может выглядеть, говорить и двигаться как вы, но оно не синхронизируется.

Если отражение двигается первым — уходите немедленно.

Никогда не называйте своё имя в голос.

Зона запоминает имена. Потом использует их как ключ для “возврата”.

Если вы увидели арку снова — не спешите проходить.

Возможно, это уже другая арка.

Она ведёт не наружу, а глубже.

---

5. Симптомы дестабилизации

Если у вас или у напарника проявляются следующие признаки — покиньте зону немедленно:

потеря счёта времени;

повторяющиеся сны о лунном свете или дыме;

ощущение, что кто-то идёт за вами с вашим дыханием;

желание остаться в деревне “ещё немного”;

чувство вины без причины.

Все эти эффекты считаются индикаторами частичной ассимиляции.

---

6. Возможные контакты

Местные жители — визуальные фантомы.

Их нельзя зафиксировать тепловыми датчиками, но можно услышать.

Они ведут себя как в петле — повторяют одни и те же действия.

Некоторые смотрят прямо в камеру, хотя не двигаются.

Один из них, по записям, сказал:

> “Вы тоже ждёте, пока свет вернётся?”

Не вступайте в диалог.

Любое подтверждение связывает вас с их циклом.

---

7. Примечания из полевых отчётов

Сотрудник № 347 вернулся с монетой в кармане, которую не мог удержать: через сутки она исчезла, оставив след ожога на ткани.

Один из наблюдателей видел самого себя, уходящего в арку — но запись показала, что в этот момент он стоял неподвижно.

После выхода многие сотрудники слышат слабый плеск воды. Даже во сне.

---

8. Последняя заметка

> Не пытайтесь быть героем.

Эта деревня не хочет вас убить — она хочет, чтобы вы остались.

Просто… не забудьте, кто вы.

Если забудете — она вспомнит за вас.

---

ПОМНИТЕ:

Если в центре деревни вы снова увидите луну —

вы уже не находитесь в том месте, откуда пришли.

Всё, что нужно сделать — не повернуться на зов.

Он моргнул. Казалось, даже руководство выглядело иначе — будто кто-то переписал его между строк. Но нужная информация была получена, а значит, пора было приступать к делу. Когда команда прибыла на место, объект найти оказалось несложно. Всё соответствовало описанию в отчёте: рядом с аркой стояла оглушающая тишина, настолько плотная, что в ушах звенело. Ни ветра, ни шороха — только собственное дыхание и редкий треск приборов. Стоило им пройти сквозь арку, как пейзаж изменился. Воздух стал вязким, тяжёлым, а небо — будто выцвело. По спине Ким Соль Ыма пробежали мурашки. Серая деревня, изломанные крыши, полузаколоченные дома — всё вокруг казалось чужим и мёртвым. Хоть внутри он и ощущал, как страх медленно поднимается из глубины груди, снаружи оставался всё таким же невозмутимым. Они двинулись вперёд, осторожно осматривая улицы. Деревня действительно соответствовала тому, что было в отчёте. Но с каждой минутой становилось труднее дышать — словно сама тьма сгущалась вокруг, проникая под кожу. — Тут… следы, — раздался крик коллеги. Ким Соль Ым обернулся. Женщина стояла у окна ближайшего дома, бледная, с дрожащим фонарём в руках. На запылённом стекле виднелись отпечатки — вытянутые, неестественно длинные, будто кто-то изнутри прижимался к стеклу, пытаясь выбраться. В груди что-то неприятно кольнуло. Настороженность, которая доселе лишь шевелилась внутри, начала перерастать в тихий, вязкий страх. Они собрались в центре деревни, возле старого, полузасыпанного колодца. Тусклый свет фонарей выхватывал из темноты покосившиеся дома и рваные тени, что будто шевелились на краю света. Команда обсуждала детали, сверяя данные, отмечая ориентиры и проверяя оборудование. Ким Соль Ым молча слушал, кивая, изредка вставляя короткие замечания. Он пытался сосредоточиться, но ощущение тревоги не уходило. Воздух вокруг словно густел, давил на грудь. И вдруг — знакомый, чуть насмешливый голос прозвучал прямо у сердца. — Я не хочу прерывать вашу интересную беседу, друг, — протянул его «добрый друг», — но тебе не кажется, что луна становится больше? Соль Ым медленно опустил взгляд на розовый брелок в форме кролика, что сидел в его нагрудном кармана. Ткань едва заметно дрожала, отражая слабый свет. Он моргнул и поднял голову. На небе действительно висела луна — огромная, бледная, слишком близкая. Она будто двигалась, распухала на глазах, наполняясь тяжёлым алым светом. Красное сияние расползалось по облакам, окрашивая тьму в кровавые оттенки. Ким Соль Ым застыл. Сердце пропустило удар. Мир вокруг будто задержал дыхание.

***

Рей шёл по тёмному коридору, мысленно проклиная каждый шорох, каждый непрошеный звук. Тишина здесь была неестественной — вязкой, живой. Ему казалось, что он идёт не по обычному дому, а по какому-то подземному тоннелю, где воздух пахнет пылью, сыростью и забвением. С каждым шагом это место всё больше напоминало ловушку, и с каждой минутой ему всё меньше хотелось узнавать, что скрывается впереди. Неожиданно где-то сбоку — в одной из комнат — раздался звонкий стук, будто что-то упало. Рей подпрыгнул на месте и сжал зубы, силой воли удерживая поток непечатных выражений. Сердце колотилось где-то у горла. Он сделал глубокий вдох, потом выдох. Это пипец как страшно. Никогда не думал, что буду бояться тупого звука... Мысль пронеслась в голове, как жалкая попытка пошутить над ситуацией. Но даже сарказм не помогал. Он медленно, почти неслышно, подошёл к двери, откуда донёсся шум. Пальцы дрожали, когда он взялся за холодную ручку. Петли жалобно скрипнули — звук прозвучал оглушительно громко в этой тишине. — Ну, спасибо, — выдохнул он сквозь зубы, — идеально тихо, ага. И в тот же миг, как только дверь приоткрылась, что-то с силой врезалось ему в лицо. Тёплое, липкое, и, кажется, живое, — зацепилось за его волосы и плечо. Рей, снаружи всё ещё сохраняя маску спокойствия, внутри заорал так, что, будь он человеком, оглох бы сам от собственного вопля. Он поднял дрожащую руку и осторожно снял существо с лица. На мгновение дыхание всё ещё сбивалось, сердце колотилось, но стоило взглянуть на находку — напряжение будто отпустило. В его ладони лежала мягкая игрушка — крошечная, но детально проработанная копия Сунь Укуна. Шерсть на ней была пыльной, а одна пуговица-глаз чуть расшатана, однако выражение лица оставалось задорно-боевым. Рей выдохнул с облегчением и чуть не рассмеялся. Смех, правда, прозвучал больше как нервный выдох — смесь облегчения и усталости. Он даже позволил себе сесть на пол, чувствуя, как напряжение уходит из тела. Перед глазами внезапно вспыхнуло знакомое голубое окно системы:

[Созвездие {Узник золотого обруча} радо вас видеть]

Мягкая игрушка дёрнула своими короткими конечностями, будто подтверждая слова. Рей невольно улыбнулся краем губ. — Я тоже рад тебе, — тихо сказал он. Он поднялся, держа игрушку в руках, и медленно огляделся вокруг. Комната всё ещё оставалась погружённой в тусклую тьму, и лишь слабое мерцание системного окна придавало ей немного жизни. — Но что ты тут делаешь? — голос его прозвучал тише, чем он хотел.

[Созвездие {Узник золотого обруча} говорит, что не знает, как оказался здесь, и почему находится в такой форме]

Рей нахмурился, взгляд стал серьёзнее. — Ты тут один… или есть кто-то ещё? — уточнил он, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. Игрушка будто задумалась — её голова чуть наклонилась, а потом лицо приобрело печальное выражение. Маленькие плечи безвольно опустились. Рей медленно кивнул. — Понятно, — тихо произнёс он, выдыхая. Тишина вновь наполнила комнату. Теперь она казалась не такой враждебной, но всё равно… тревожной. Рей ещё немного постоял, прислушиваясь к тишине. Казалось, дом снова застыл, наблюдая за ними. Воздух был неподвижным, тяжёлым, но не таким давящим, как раньше — словно само присутствие Узника немного разрядило обстановку. — Ну что ж, друг, — пробормотал Рей, поправляя игрушку в руках, — раз уж мы здесь, нужно разобраться, что к чему. Он направился к выходу из комнаты, ступая осторожно, стараясь не задевать ничего вокруг. Каждое движение отзывалось тихим эхом. Лампочка в конце коридора всё так же мерцала, а тени между вспышками света будто сгущались, удлиняясь. Рей открыл ближайшую дверь. За ней оказалась узкая спальня: сломанная кровать, разорванные простыни, пыль, осевшая на каждом предмете, как пепел. Всё выглядело так, будто хозяева исчезли в одно мгновение. — Никого, — тихо сказал он, скорее самому себе.

[Созвездие {Узник золотого обруча} просит тебя быть осторожнее. Здесь странная энергия.]

Рей нахмурился. — Да я уже понял. Тут всё странное. Он собирался закрыть дверь, когда почувствовал лёгкое движение в ладони. Игрушка, которую он держал, вдруг напряглась, её взгляд застыл, направленный куда-то за его спину. Рей медленно обернулся. Коридор, освещённый мигающей лампой, выглядел пустым… но лишь на первый взгляд. На стене, чуть дальше по коридору, появилось нечто вроде тени. Не от света, не от предмета — просто силуэт, без источника. Тень словно дышала. Рей почувствовал, как волосы на затылке встали дыбом. Игрушка в его руке дрогнула и, едва заметно, сжала его палец крошечной лапкой. — …Да, — выдохнул он почти неслышно. — Кажется, веселье только начинается.

***

Команда разведки укрылась в одном из домов, решив не рисковать и переждать внутри, пока аномалия не стихнет. Дверь за ними захлопнулась с глухим звуком, и в комнате сразу стало тесно от тишины. Ким Соль Ым стоял у стены, внешне всё тот же собранный и хладнокровный, каким его знали. Но внутри царил хаос — холодная, давящая паника. Такого в протоколах не было. Никаких инструкций на случай этого. И отсутствие информации пугало больше, чем сама тьма за окном. Единственное, что удерживало его от того, чтобы потерять самообладание, — присутствие коллег… и едва ощутимое тепло, исходящее из нагрудного кармана, где прятался его «добрый друг». Луна за окном теперь полностью окрасилась в алый. Даже не глядя, Соль Ым чувствовал её свет — будто он сочился сквозь стены, прожигая воздух. Ради безопасности было решено не смотреть на неё. Но от её присутствия становилось только тревожнее — казалось, дом пропитывается этим красным сиянием, как ткань кровью. — И что теперь? — голос коллеги прозвучал глухо, дрогнув на последних словах. В ответ один из членов группы лишь пожал плечами, не находя слов. Командир же стоял у окна, спиной к остальным, внешне спокойный, но его пальцы невольно сжимались и разжимались. С того момента, как на небе появилась эта луна, всё изменилось. Воздух стал плотнее, звуки — тише, даже собственное дыхание отдавалось гулом в голове. Казалось, сама «тьма» сменила ритм — перестала быть просто безмолвным пространством и начала жить. Прошло, наверное, минут десять. Время будто застыло — они сидели в полумраке, каждый погружённый в свои мысли. Только редкое потрескивание дерева нарушало тишину. — Слышите? — тихо спросил кто-то из команды. Все напряглись. Снаружи, за стенами, будто что-то двигалось. Медленно, неуверенно — словно тени пробовали ходить. Гулкий, неровный звук шагов перекатывался по улице и глох где-то у колодца. — Это ветер, — быстро ответил один из членов группы, будто пытаясь убедить не их, а себя. Но ветра не было. Воздух стоял неподвижный, вязкий, как перед грозой. Ким Соль Ым сжал кулаки. В груди снова появилась та самая тяжесть, как тогда, когда они впервые прошли через арку. Только теперь она ощущалась в разы сильнее. Он взглянул на своего «друга» — брелок в кармане слабо вибрировал, будто реагируя на что-то. Соль Ым почувствовал, как по коже пробежал холод. Он медленно перевёл взгляд на командира. — Снаружи что-то есть, — тихо сказал он. Командир поднял руку, призывая к тишине. Все затаили дыхание. И тогда — из-за закрытого окна — донёсся скрип. Протяжный, будто по стеклу кто-то провёл ногтями. Коллега, сидевшая ближе всех, резко отпрянула. — Что это… На стекле проступил след — длинная, смазанная тень, похожая на отпечаток ладони. Но только пальцы у этой «ладони» были слишком длинными. След оставался даже после того, как алый свет луны дрогнул и осветил улицу. Ким Соль Ым не отрывал взгляда от окна. Он не знал, что страшнее — то, что что-то стояло прямо за стеной… …или то, что оно знало, что они его видят.

***

Рей бежал, ощущая, как холодный воздух коридора будто липнет к коже. Каждый его шаг гулко отдавался эхом, сливаясь с чьими-то тяжёлыми, неторопливыми шагами позади. Сердце колотилось в груди, как будто само пыталось вырваться наружу. В голове звенело — не оборачиваться, только не оборачиваться. Игрушка, вцепившаяся в его плечо, дрожала вместе с ним, и казалось, будто её маленькие пальцы прожигают сквозь ткань его рубашки. В темноте мелькали смутные очертания дверей и окон, но все они тянулись мимо, словно повторяющийся кошмар. — Чёрт... — выдохнул он, резко сворачивая за угол, почти теряя равновесие. Коридор, казалось, не имел конца. Но вот — впереди дрожащий прямоугольник света, спасительный контур двери. Рей, не задумываясь, рванул к ней и со всего размаху врезался, проламываясь наружу. Мир сменился резким порывом холодного ветра. Он кубарем вылетел из дома, перекатился по влажной земле и остался лежать, распластавшись, чувствуя, как адреналин постепенно сменяется тупой усталостью. Он невольно рассмеялся — нервно, надрывно, как человек, которому просто повезло остаться в живых. Но смех быстро оборвался. Над ним раскинулось небо, неестественно тёмное и будто живое. Облака исчезли, а посреди бескрайней черноты висела луна — огромная, налитая кровью, пульсирующая, словно сердце. Её свет медленно разливался по земле, окрашивая всё вокруг в алые тона. — Бляяя... — простонал он, прикрывая глаза рукой. — Вот только не это. Ветер усилился, проносясь между домами и принося с собой тихий, едва различимый шёпот, словно сама тьма перешёптывалась у него за спиной. Игрушка на плече вздрогнула — и тихо сказала через систему:

[Созвездие {Узник золотого обруча} советует тебе не смотреть на луну.]

Рей нервно усмехнулся. — Спасибо, капитан очевидность... — и всё же отвёл взгляд, потому что что-то подсказывало: смотреть дальше — плохая идея. Он тяжело дышал, пытаясь успокоить сбившееся сердце. Тело дрожало, а ладони были в ссадинах — кровь смешивалась с пылью. Игрушка на плече шевельнулась и тихо прошептала еле слышно, будто опасаясь, что их могут услышать:

[Созвездие {Узник золотого обруча} советует тебе не лежать здесь.]

— Знаю… — выдохнул Рей, с усилием садясь. Всё вокруг выглядело неправильно. Дома, которые он видел днём, теперь словно выцвели — стены стали серыми, а окна затянулись чем-то похожим на мутное стекло. Воздух дрожал, как над огнём, и казалось, что само пространство слегка перекошено. Луна висела низко, слишком низко, будто собиралась упасть прямо на город. От неё шёл багровый свет, растекавшийся по улицам, будто густая кровь. — Не может быть... — прошептал он. В этот момент где-то позади раздался тихий шорох. Он замер. Шорох повторился — ближе, увереннее. Будто кто-то босыми ногами шёл по пыли. Игрушка резко дёрнула его за воротник, едва не уронив.

[Созвездие {Узник золотого обруча} кричит, чтобы ты не оборачивался.]

Но, конечно же, он сделал именно это. За его спиной тьма двигалась. Не в виде тени, не в виде человека — а как нечто живое, без формы, но с множеством глаз, мигающих в разных направлениях. Глаза медленно поворачивались к нему, и один из них, самый большой, моргнул. Рей резко вскочил, рванул вперёд, сжимая в руке игрушку так, будто от этого зависела жизнь.

[Созвездие {Узник золотого обруча} орёт, что побеждать надо не ногами, а головой.]

[Созвездие {Узник золотого обруча} предлагает тебе "левую сторону".]

— Что, чёрт возьми, значит «левая сторона»?! — выдохнул он, но уже сворачивал влево, не желая проверять, что будет, если ослушаться. Позади донёсся протяжный, низкий звук — будто кто-то тянул по земле цепи. Он бежал, не разбирая дороги. Воздух вокруг стал вязким, будто его можно было резать ножом. Каждый вдох отдавался в лёгких металлическим привкусом. С каждой секундой становилось труднее различать, где кончается улица и начинается что-то чужое — пространство переливалось, менялось, как вода под рябью. Рей почти не видел куда несётся. Просто — влево. Как велел он. Через несколько мгновений показалась старая пристройка — полуразрушенный сарай с обвалившейся крышей. Доски скрипели на ветру, но, по сравнению с тем, что оставалось позади, это место казалось раем. Он влетел внутрь, захлопнул дверь и опёрся на неё, тяжело дыша. Тишина. Только собственное дыхание и стук сердца. Он медленно осел на пол, чувствуя, как кости ломит от усталости. Игрушка, сползшая с плеча, слабо зашевелилась.

[Созвездие {Узник золотого обруча} говорит, что ты выбрал правильную сторону.]

[Созвездие {Узник золотого обруча} добавляет, что внутри всё ещё "нечисто".]

— Спасибо за предупреждение, блин, — пробормотал Рей, поднимая голову. Сарай был почти пуст. Только стол, на котором лежали обрывки бумаги, старое зеркало и кукла без глаз, прислонённая к стене. Он замер, когда заметил, что зеркало... дышит? От его поверхности исходил пар, будто кто-то изнутри выдыхал на стекло. Игрушка напряглась, её крошечные руки крепче сжались в ткань его рубашки.

[Созвездие {Узник золотого обруча} просит тебя не подходить к зеркалу.]

Но было поздно — на стекле проступило отражение. Не его. Кто-то стоял прямо за ним — высокая фигура, без лица, но с тенью, что дрожала в такт его дыханию. Рей медленно повернулся... и никого. Только пустота и шорох ветра за стенами. Он хотел выдохнуть, но в этот момент зеркало треснуло. Изнутри вырвалась тонкая чёрная струйка, похожая на дым, и заскользила по воздуху, будто змея.

[Созвездие {Узник золотого обруча} кричит, чтобы ты выбрался наружу.]

— Да я уже понял! — рявкнул Рей, вскочив на ноги. Он метнулся к двери, но ручка обожгла пальцы — металл был холоднее льда. За спиной что-то шевельнулось. Тень вытягивалась из зеркала, тянулась к нему.

***

В доме, где укрылась команда, стояла вязкая, почти ощутимая тишина. Воздух был тяжелым, пропитанным пылью и чем-то неуловимо металлическим — запахом, который не принадлежал этому миру. Снаружи всё чаще раздавались глухие, тянущиеся звуки — будто кто-то медленно скребся по стенам. Никто не решался подойти к окнам. Ким Соль Ым ощущал, как внутри у него растёт тревога, хоть внешне оставался всё тем же собранным, холодным профессионалом. Он ловил взгляды коллег — напряжённые, настороженные — и знал, что каждый из них думает одно и то же: это не просто аномалия. И вдруг — звук. Негромкий, но резкий шорох. Все замерли. Кто-то тихо передёрнул затвор оружия. Ким Соль Ым перевёл взгляд на тёмный угол, где громоздилась куча разбросанных вещей. Там, между обломками мебели и старой тряпьём, что-то шевельнулось. Из-под хлама медленно выкатилось… что-то белое. Небольшой комок мягкого меха, будто сделанный из снежного пуха, с крошечным рогом, сверкавшим в свете фонаря. Он нерешительно поднялся в воздух, покачиваясь, как пушинка, и завис на уровне их глаз. Существо склонило голову набок, будто рассматривая их — любопытно, но без страха. — Что это?.. — шёпотом спросила его коллега, почти не шевеля губами. — Похоже на... докэби. Только... крошечного? — неуверенно ответил Ким Соль Ым, медленно отступая на шаг. Остальные не произнесли ни слова — только следили за существом, затаив дыхание. Белый комочек, осмотрев всех по очереди, будто что-то искал. Его движения становились медленнее, взгляд — растеряннее. Он покачнулся в воздухе, а затем издал тихий, жалобный звук — почти всхлип. Ким Соль Ыму показалось, что это создание пытается не заплакать. — Эй... — тихо сказал он, чуть смягчив голос. — Мы тебе не враги. Существо вздрогнуло, подняло на него взгляд — и в его крохотных глазах мелькнула надежда. Но прежде чем кто-то успел сделать шаг, снаружи что-то ударило по стене дома. Свет лампы дрогнул. Белый комочек резко метнулся к потолку, затаился — и все поняли, что время спокойных разговоров закончилось. Удар повторился — громче, ближе. Доски дрогнули, осыпая с потолка мелкую пыль. Воздух мгновенно наполнился запахом сырости и старого дерева. Где-то за стеной что-то скреблось, будто кто-то огромными пальцами пытался «нащупать» вход. Белый комочек вздрогнул, тихо пискнув, и спрятался под перекладину крыши, едва различимый в тусклом свете. Ким Соль Ым медленно поднял ладонь, подавая сигнал молчать. Никто не дышал. Снаружи — снова тишина. Но она была неправильной. Слишком плотной, слишком живой. Такая тишина, в которой чувствуешь, что за тобой следят. Командир осторожно подошёл к окну и приподнял угол старой занавески. Стекло покрывалось тонким узором инея, хотя в доме не было и намёка на холод. Сквозь трещину виднелся двор — или то, что раньше было двором. Земля под ним будто потемнела, а от колодца тянулась длинная, искажённая тень. Слишком длинная. И что хуже — она двигалась против ветра. Ким Соль Ым почувствовал, как у него похолодело в груди. — Это... видите? — спросил он едва слышно, отходя от окна. Его коллеги переглянулись. Один из них шагнул ближе и тоже заглянул наружу — и побледнел. — Она… смотрит. И в тот же миг снаружи что-то щёлкнуло — как будто десятки суставов выворачивались одновременно. Тень вытянулась, почти коснувшись стены дома. Белый комочек пискнул громче, сорвался с места и залетел прямо к Ким Соль Ыму в руки, дрожа всем телом. Он чувствовал, как крошечное существо вжимается в него, как живой кусочек холода. — Чёрт... — выдохнул он, поднося палец к губам, — не шуметь. Ни слова. Но тень уже знала, где они. Она медленно поднялась по стене, заползая вверх, как дым по стеклу, пока её искажённая форма не оказалась прямо у окна. И тогда в стекле что-то постучало — изнутри.

***

Извилины Рея работали на пределе. Мысли мелькали, сталкивались, пересекались, пока одна — самая очевидная, самая идиотски простая — не всплыла на поверхность. Я ведь могу телепортироваться. Он замер, моргнул пару раз, потом с тихим стоном ударил себя ладонью по лицу. — Гениально, просто гениально, — пробормотал он, глядя куда-то в темноту. — Созвездие столетия, блин. Игрушка на плече наклонила голову, будто не до конца поняв, что происходит, но Рей уже собрался. Он сделал вдох, сосредоточился на знакомом ощущении разрыва пространства и тихо сказал: — Держись крепче. Он прижал к себе крошечное тело и в следующее мгновение — пространство словно дрогнуло. Воздух вокруг стал плотным, мир на секунду разорвался — и его вытолкнуло наружу. Он оказался возле колодца. Холодный ночной воздух обжёг кожу. Всё вокруг тонуло в алом сиянии — луна всё ещё висела в небе, огромная и нереальная, окрашивая деревню в кровавые оттенки. Но... было тихо. Ни шагов. Ни шорохов. Ни чужого дыхания за спиной. Рей впервые за последние минуты выдохнул свободно. — Хаа... тишина. Наконец-то. Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как пальцы дрожат от остаточного адреналина. Игрушка на груди тоже выдохнула — коротко, будто разделяя его облегчение. Постояв немного у колодца, Рей огляделся. Деревня выглядела почти так же, как раньше... и всё же — что-то было не так. Дома стояли чуть неровно, будто их подточила сама земля. Окна, где раньше отражался свет луны, теперь были чёрными, словно провалами. Воздух казался густым, тянущимся, как туман, а за каждым углом — ощущалось чьё-то присутствие. Он шагнул вперёд, осторожно, прислушиваясь. С каждым его движением вокруг будто что-то менялось — шорохи глохли, тени удлинялись, а сам колодец позади издавал лёгкое... эхо? Рей нахмурился. — Не нравится мне это место...

[Созвездие {Узник золотого обруча} предупреждает, что пространство вокруг нестабильно.]

— Да я уже чувствую, — вздохнул он, и взгляд его непроизвольно скользнул к небу. Луна — теперь казалась ближе. Слишком близко. Будто она медленно опускалась, наблюдая за ним. Улица встретила Рея гулкой тишиной. Свет алой луны уже не просто освещал, — он будто давил, заставляя воздух вибрировать. Вдалеке мелькнули тени — человеческие. Рей сразу напрягся. Люди? Он хотел отступить, но из темноты донёсся знакомый, тонкий звук — лёгкое, переливчатое «пи». Он узнал бы его из тысячи. — Не может быть... — шепнул он, всматриваясь. Из-за угла дома вышли четверо. Впереди — парень с короткими волосами и внимательным взглядом. На его руках — белое пушистое существо, чуть дрожащее от холода и настороженности. Бию. Рей на мгновение потерял дар речи. Мир будто перевернулся. Белое создание завозилось, заметив его, и издало радостный писк, потянувшись лапками вперёд. Ким Соль Ым удивлённо посмотрел на него, а затем — на фигуру в тени. — Кто вы? — холодно спросил он, чуть прижимая существо ближе к себе. Рей замер. Молчание повисло между ними, пропитанное напряжением. Он видел, как остальные сжимают оружие, как взгляд Соль Ыма становится всё острее. Они не знают меня. Но существо знало. Оно вырвалось из рук, плавно вспорхнув и закружив вокруг Рея, радостно пища. Рей осторожно протянул руку, и белый комочек ткнулся в его ладонь. — Тише... я тоже рад тебя видеть, — мягко сказал он, почти шёпотом. Этот момент доверия только усилил настороженность команды. — Похоже, вы знакомы с этим существом, — заметил Соль Ым, не сводя с него взгляда. — Объяснитесь. Рей посмотрел на него. Он не знал этих людей, но то, что они позаботились о малышке Бию, вызывало благодарность, лёгкую и почти забытое чувство тепла. Быстро окинув взглядом группу, он остановился на парне, державшем белый комочек. В мягком свете алой луны его лицо на мгновение показалось знакомым — те же усталые глаза, та же сдержанность, словно в нём было что-то от Докчи. Не сдержавшись, Рей чуть усмехнулся. Он хотел было что-то сказать, но знакомый импульс пробежал по коже. Тёплое свечение вспыхнуло на его плече, и перед глазами возникло сообщение:

[Созвездие {Узник Золотого Обруча} просит вас быть на стороже. Что-то приближается.]

Улыбка мгновенно исчезла. Воздух вокруг словно стал гуще, тяжелее. С улицы донёсся протяжный скрежет — будто кто-то царапал по металлу чем-то острым. Вдалеке мигнуло красное, отразившись на мокрой брусчатке. — Что-то приближается? — настороженно повторил Ким Соль Ым, перехватывая оружие. Рей сжал челюсть, чуть склонив голову. — Да. И если мой друг не ошибается… лучше бы нам всем укрыться. Малышка Бию, почувствовав напряжение, тревожно запищала, забившись у него в руках. Луна будто потускнела, сменив яркость на мертвенно-тёмный оттенок алого. Из-за дальнего перекрёстка донёсся низкий, почти звериный рык. Рей сделал шаг вперёд. — Поздно. Оно уже здесь. Из-за перекрёстка послышался шаг. Один. Потом второй. Но звук был какой-то неправильный — будто не человек ступал по земле, а нечто, чьи движения не принадлежали живому существу. Эхо шагов раздвоилось, отражаясь от стен, будто звук приходил сразу с нескольких направлений. Соль Ым напрягся, сжимая в руках оружие, но взгляд его невольно метнулся в сторону окна. Там, где раньше была улица, теперь отражалась только луна — огромная, ало-багровая, словно капля крови, растекшаяся по небу. Её отражение скользило по стенам, по полу, словно живое. Белая Бию жалобно всхлипнула и уткнулась носом в ладонь парня. В тот же миг тени на улице зашевелились. Созвездие сделало шаг к двери, не спуская глаз с того места, где пространство дрогнуло, словно зеркало, в которое бросили камень. Тонкая трещина прошла по воздуху, и из неё медленно, беззвучно выползла фигура. Сначала — лишь силуэт, вывернутый наизнанку, без лица, с расплывающимися очертаниями. Затем — глаза. Десятки алых глаз, загорающихся один за другим. Воздух вокруг завибрировал, а алый свет луны стал почти нестерпимым.

[Созвездие {Узник Золотого Обруча} предупреждает: это не существо. Это отражение.]

Рей знал, что это значит. Это нечто не имело собственной формы — оно просто копировало их страх, голоса, образы. Оно было их отражением, родившимся под этой кровавой луной. Тьма дрогнула, когда меч рассёк пространство. Взрыв света на мгновение ослепил всех, а потом тень чудовища с визгом рассыпалась пеплом. Рей замер, всё ещё тяжело дыша. Он узнал этот резкий, уверенный почерк удара, узнал холодное мерцание клинка — и сердце неприятно сжалось. Из пепла шагнула фигура. Белый плащ мягко колыхался на ветру, отблески алой луны ложились на знакомый профиль. — …Докча. — прошептал Рей одними губами. По спине мгновенно побежал холодный пот. Ну всё. Мне кабзда. Словно почувствовав его взгляд, фигура обернулась. Взгляд Докчи — острый, пронизывающий — скользнул по команде исследователей, а затем остановился на Рее. Тишина повисла, как перед грозой. — Лирей. — произнёс он, и от того, как он это сказал, у Рея внутри всё оборвалось. Полное имя. Без тени ласки. Это означало катастрофу. — Докча! — голос Рея дрогнул, и он неловко усмехнулся. — Ты не представляешь, как я рад тебя видеть! Представляешь, тут такое случилось... — Представляю. — холодно перебил тот, делая шаг вперёд. — Ты хоть понимаешь, что Уриель нам все мозги вынесла? Что ты пропал! Да ещё и с Бию. Каждое слово звучало тяжело, и Рей чувствовал, как земля будто уходит из-под ног. Он хотел отступить, но удержался — едва. Докча подошёл ближе, взглядом оценивая его с ног до головы, словно проверяя, цел ли, жив ли, не натворил ли опять чего. — А теперь, — выдохнул он, тон стал чуть мягче, — я нахожу тебя непонятно где, под красной луной. Радует, что хоть с Бию. Рей виновато отвёл глаза. Белый комочек в руках созвездия радостно пискнул, будто чувствуя знакомую энергию, и замахал лапками. Все четверо исследователей, наблюдая за сценой, молчали, не решаясь вмешаться — они вообще не понимали, что происходит. Докча тяжело вздохнул, чуть прикрыв глаза. — Ладно. Главное, что вы в порядке. — он махнул рукой, словно окончательно смирился с происходящим. — А теперь пошли домой. — Да-да, конечно… — пробормотал Рей, облегчённо улыбаясь, но мысленно уже готовился к долгому, очень долгому разговору. Ким Соль Ым моргнул, не до конца осознавая, что только что произошло. Белый плащ, клинок, сражение, разрушившее монстра одним ударом, — всё выглядело слишком быстро, слишком нереально. Воздух всё ещё дрожал от остаточной энергии, а алый свет луны играл на обломках вокруг. — Это… кто? — едва слышно спросила коллега, не сводя глаз с Докчи. — Понятия не имею, — так же шёпотом ответил Соль Ым. Исследователи молча наблюдали, как двое — человек и существо, не совсем человек — стояли под алой луной, будто вырванные из чужого мира. Бию, воспользовавшись моментом, выпорхнула из рук и подлетела к Рею, усевшись ему на голову. — Вот, видишь? Даже она со мной, — попытался шутить он, но Докча лишь тяжело выдохнул. Алый свет стал тускнеть. Тьма вокруг начала рассеиваться, словно подчиняясь воле одного из них. Ветер прошёлся по улицам, поднимая пепел и унося остатки кошмара. А потом — тишина. Как будто само пространство облегчённо выдохнуло. — …и они просто ушли, — с трудом произнёс один из исследователей, глядя, как два силуэта растворяются во всполохах золотого света. Соль Ым лишь кивнул, продолжая смотреть в пустоту. Бию больше не было, а в воздухе остался лёгкий запах озона и что-то, что невозможно было объяснить. Что-то, будто на миг здесь столкнулись два мира.

***

Комната была тихой, если не считать редких щелчков часов. Обычная гостиная, мягкий свет настольной лампы, запах чая — и тишина, от которой звенело в ушах после той ‘тьмы’. Рей сидел на диване, обняв подушку, и выглядел как человек, который уже морально готов к казни. Бию устроилась у него на коленях и посапывала, словно вся эта история с алой луной и монстрами была лишь дурным сном. Докча стоял напротив, скрестив руки на груди. Белый плащ он уже снял, но взгляд остался таким же холодно-внимательным, как и тогда, в ‘тьме’. — Итак, — начал он спокойно. — Хочешь рассказать, как именно ты оказался в несуществующей зоне под аномалией? Рей сглотнул. — Ну… там была дверь… и я просто… — Просто? — Докча приподнял бровь. — Просто стоял! — поспешно уточнил Рей, поднимая руки. — Стоял, никого не трогал, и бац — оказался в другой реальности. Докча прикрыл глаза и устало выдохнул. — Знаешь, ты бы хоть раз попробовал стоять без катастрофы, а? — Я пытался! Но катастрофы любят меня! — возмутился Рей, указывая на себя. — Они буквально преследуют! — Может, потому что ты им улыбаешься? — Докча сдержанно усмехнулся и пододвинул к нему чашку с чаем. — Пей. Тебе нужно успокоиться, пока я не позвал Уриель. Рей взял чашку и мрачно посмотрел на него. — Ты ведь не позовёшь её, да? — Ещё не решил. — ответил Докча, садясь напротив. — Но если ты снова исчезнешь — поклянусь, я поставлю на тебя маяк. — Это вторжение в личное пространство! — фыркнул Рей. — Это защита от твоих приключений. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. В комнате снова воцарилась тишина. Бию потянулась, сонно пискнула и свернулась клубком, излучая слабый голубой свет. Докча опустил взгляд на неё и вздохнул чуть мягче. — Хотя… ты хоть Бию нашёл. Это плюс. Рей улыбнулся краем губ. — Видишь? Хоть что-то я делаю правильно. Докча хмыкнул. — Ещё бы ты перестал вызывать апокалипсис каждый раз, когда скучаешь, — цены бы тебе не было. Рей, делая вид, что обиделся, уткнулся лицом в подушку. — Хочу отпуск. Без ‘тьмы’, без порталов, без тебя и твоих лекций. — Ха. Тогда тебе — точно ко мне. — Почему? — Потому что всё перечисленное ты обычно приносишь сам. Рей тихо застонал, а Докча, наконец, позволил себе лёгкую улыбку. За окном светало.