Hallownest Tales (Сказания Халлоунеста)

      Вечный дождь падал на тело маленькой летучей мыши, раздражая ее еще больше.             Дурацкая вода, которая погасила ее огонь! Она так долго ждала, чтобы обрести свои способности, а теперь выясняется, что они были слабыми и бесполезными во влажной среде. Зачем ей понадобилось столько усилий, чтобы принять участие в ритуале своего отца, если она собиралась получить лишь жалкие крохи? Из-за того, что ей было больно есть первое пламя, она почувствовала, что ее усилия того не стоят.        Она увидела насекомых, которые бродили по площади, и решила попробовать что-нибудь сделать. Она тихонько спряталась за столбом для вывесок, и когда сверчок приблизился к тому месту, где она была, она внезапно издала самый ужасный рев, который только смогла издать.        Сверчок немного испугался внезапности этого действия, но позже это чувство было преодолено, уступив место растущему любопытству к странному существу, появившемуся впереди, которое, хотя и было странным, не выглядело опасным.        Она с разочарованием увидела, что насекомое, похоже, не боится ее, хотя она изо всех сил старается выглядеть устрашающе. Затем она перелетела и спряталась в другом углу, чтобы повторить действие с тем же результатом.        Что бы она ни делала, никто ее не боялся, на нее смотрели только с удивлением, любопытством или нежностью, и с каждым разом она все больше расстраивалась. Она не должна была быть хорошенькой! Она хотела внушать ужас, как и ее отец, быть королевой огня, той, перед кем все преклонялись бы и трепетали, а не той, кого все хотели приласкать (хотя она не собиралась отрицать, что ей нравилось).        Внезапно, скорее инстинктивно, чем по какой-либо другой причине, она почувствовала чье-то присутствие, оглянувшись через плечо, она увидела, что ее "мать" стоит там, посреди дождя, в своем вечном молчании, которое она так хорошо знала, и внимательно наблюдает за ней. Он протянул к ней руки и попросил вернуться с ним.        Летучая мышь сердито посмотрела на него. Он действительно думал, что сможет все исправить одним объятием? Конечно, нет! Но она всё равно спокойно подлетела к Холлоу. Теперь, когда малыш увидел, что его "дочь" вернулась вместе к нему, он успокоился и стоял, раскинув руки, ожидая ее. Однако, когда существо уже почти добралось до него, вместо того, чтобы позволить обнять себя, она бросилась на рога Холлоу и начала кусать один из них, выражая свое раздражение.        Укусы паразитов не причиняли боли, но от движения маска Холлоу начала сползать, если бы она упала, его тень вырвалась бы, а вокруг было бы так много насекомых, что это было бы нехорошо, поэтому он начал отчаиваться, пытаясь поймать летучую мышь.        Со своей стороны, девочка лишь на мгновение забыла о проблемах, которые могли вызвать ее действия, пока внезапно не почувствовала пару рук, которые обхватили ее тело и крепко сжали, возможно, слишком сильно, почти больно.        Наконец она отпустила Холлоу и повернулась к незнакомцу, который сжимал ее, собираясь зарычать на него, но, встретившись с разъяренным взглядом Хорнетя, не смогла ничего сказать.        "ЧТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, С ТОБОЙ ПРОИСХОДИТ?", - закричал на нее воин.        “Г-г-гьяарг?”        "Верм! Никогда больше так не убегай! И не кусай Холлоу, он ничего тебе не сделал!", - маленькая девочка опустила глаза, напуганная возмущённым тоном Хорнет, - "Серьезно, сегодня ты действительно плохо себя вела".        "......."        “Верм хочет быть устрашающей? И какого черта ей нужно что-то подобное?”        Если бы маленькая летучая мышь была более искусна в словах, она бы объяснила, что хочет внушать уважение и изменять мир, потому что с самого раннего детства отец прививал ей эти идеи. Ее воспитывали как королеву огня, которую все боялись бы, чьи желания были бы приказами для всех окружающих. Но из-за отсутствия языка она могла только отвечать.        "Я... Я буду как папа"        “Быть похожим на своего отца...”, - вздохнула Хорнет, немного успокаиваясь, - “А быть похожим на своего отца - так здорово?”        Увидев, с каким отвращением посмотрела на нее маленькая девочка, она поспешила добавить:         "Я его не знаю, но просто не могу себе представить, что хорошего в том, чтобы тебя боялись? Никто не захочет подходить к тебе или играть с тобой, они все уйдут и не будут с тобой разговаривать. Быть страшным нехорошо, поверьте мне, я доказал это на собственном опыте"        Маленькая девочка посмотрела на нее не совсем убежденно, но она предположила, что та не может ее понять. Они не знали, каким великим был ее отец, они никогда не поймут, почему она хотела быть похожей на него. Но она решила не жаловаться, тетя Хорнет тоже была страшной, когда сердилась, только вот элегантности ей не хватало.          В этот момент, несмотря на непрекращающийся дождь, они заметили переполох, который нарастал с каждой секундой. К ним приближалась целая армия тараканов, которые беззаботно расталкивали прохожих, проходивших мимо. Брату и сестре больше ничего не мешало просто отступить - они уже вернули Верм. Им больше нечего здесь было делать.        Они бежали не слишком долго, пока их не остановило ворчание летучей мыши.        "Что случилось, Верм?", - спросила Хорнет, увидев, что маленькая девочка не двигается с места, - "Нам нужно идти".        “Гьяр-гьяр-гьяр-гьяр!”, - Верм странно зарычала.        ".......", - Холлоу быстро понял, что происходит, и с помощью жестов быстро объяснил это.        “Один из тех жуков с фонариком, о которых ты мне рассказывал? Холлоу, у нас нет на это времени. Нас преследуют силы общественного порядка, и в другой раз, когда мы уладим недоразумения, мы вернемся за пламенем".          К сожалению для Хорнет, этих объяснений было недостаточно для Верм. Для нее было важнее съесть следующее пламя. Поэтому, не обращая внимания на старших, она развернулась и полетела прямо через орду тараканов. Очевидно, поскольку проблемы у них были с Хорнет, а не с ней, они проигнорировали ее.        Воин в отчаянии схватилась за голову. Если бы это зависело от нее, она бы бросила существо, но она уже знала, какие осложнения могут возникнуть, если с той что-то случится. Так что у нее не было другого выбора, кроме как бежать навстречу своим врагам.        Хотя поначалу тараканы были воодушевлены их количеством, и Шершень убегала от них, как испуганный щенок, как только они увидели, что она изменила свое отношение и приближается к ним без страха и сомнений, они сразу же испугались и застыли на месте, полагая, что ужасный зверь из слухов собирается их убить. Все закрыли глаза и обнялись, желая утешиться в последние минуты своей жизни. Но секунды шли, а ничего не происходило, Шершень прошла мимо них, даже не взглянув, а они ничего не сделали, чтобы остановить ее: они были довольно неумелыми охранниками.        "Когда босс узнает об этом, она нас всех убьет", - заскулил один из тараканов.        Однако они больше не теряли времени даром и снова побежали за девушкой в красном.          Млекопитающее летело по городу, очень внимательно прислушиваясь к своим ощущениям, в поисках источника силы, которую оно ощущало. Она не могла ошибиться, Гримм обучал ее обнаруживать пламя ритуала почти с тех пор, как она научилась летать. Она огляделась вокруг, но не нашла никаких следов жука, которого искала, хотя, немного поразмыслив, решила, что, вероятно, носитель пламени находится внутри здания, ведь, если бы он попал под дождь, пламя погасло бы.        Она сделала еще несколько поворотов, пока не заметила красное свечение в окне здания, которое и было сигналом, который она искала. Поэтому без дальнейших проволочек она влетела в здание. Холлоу и Хорнет успели увидеть, как она влетела, и холодок пробежал у них по спине: место, куда направилась Верм, было не чем иным, как библиотекой, местом, где было много материалов для сжигания, и именно туда отправили Дэна работать.          Они вошли в здание и в холле отряхнулись, чтобы избавиться от излишков воды. Почти в каждом здании в городе было помещение, где посетители могли вытереться. Они не слишком задерживались с этим, они торопились, поэтому с них все еще капало, когда они вошли.        Когда они вошли в большую комнату, где полки были заставлены книгами, первое, что они увидели, был библиотекарь, который в образе мухи летал по комнате, гоняясь за летучей мышью с метлой.        “Верм, иди сюда!”, - крикнула Хорнет.        Как только та услышала её голос, маленькая девочка бросилась к ней в поисках защиты, но сила, с которой она это сделала, была такова, что она практически столкнулась с Хорнет и повалила её на землю. Со своей стороны, муха подлетела к ним, разъяренная шумихой.        “Вон отсюда! Это место не для игр!”        “Хо-хо, Хорнет!”, - произнес голос в вышине.        На втором этаже библиотеки был открытый коридор, откуда открывался прекрасный вид на первый этаж. Дэн как раз в этот момент убирал верхний этаж и, услышав знакомый голос, выглянул наружу. Он не ожидал застать там воительницу и хотел мыслить позитивно - возможно, она уже помирилась с его матерью и теперь пришла навестить его, поэтому он с радостью приготовился спуститься вниз, однако, прежде чем он направился по коридору к лестнице, на его пути встал некий подозрительный субъект.        Перед ним появилось странное насекомое в маске, несущее огромный факел, пылающий красным огнем. Дэн испуганно отпрянул от этого жука, в его глазах было пламя, что вызвало у него нехорошее предчувствие: в этих глазах было слишком много злобы, и то, как он размахивал факелом, казалось угрожающим. Он старался не делать резких движений, чтобы не раздражать насекомое, но оно не нуждалось в провокации, он был здесь, чтобы повеселиться, а нет ничего веселее, чем сжигать насекомых.        Огонь факела разгорелся сильнее, и Дэн бросился бежать, спасая свою жизнь, но далеко не убежал, потому что единственная лестница, ведущая на второй этаж, находилась как раз с той стороны, которую загораживал культист. Маленькая мокрица была загнана в угол и не имела выхода, а нападавший собирался его сжечь. Он закрыл глаза, опасаясь того, что последует, и как раз в это время звук бьющегося стекла возвестил о появлении кого-то еще.        Квиррелу каким-то необъяснимым образом удалось пролезть через окно второго этажа как раз вовремя, чтобы встать между ними и спасти Дэна.        “Квиррел!”, - крикнул Дэн, пораженный тем, что тот держит в руках гвоздь. Дэн был одним из тех, кто был убежден, что мокрицы не могут быть воинами. Однако Квиррел доказал обратное.        Дэн увидел, как старшая мокрица сражается на дуэли с огненосцем, который также использовал факел в качестве оружия, с мастерством и скоростью, о которых он и не подозревал. Оба были настолько быстры, что за ними было трудно уследить взглядом. В комнате был слышен только звук ударов, в то время как восхищение юного насекомого росло все больше и больше. Квиррел делал все, чего, как ему всегда говорили, он никогда не сможет достичь, Дэн всегда ненавидел быть мокрицей из-за ограничений, которые были у его вида по сравнению с тараканами, но теперь, когда мы видим ситуацию, возможно, их было не так уж много.        Призрачное насекомое, которому уже наскучила эта затянувшаяся битва, решило воспользоваться огнем, который оно несло, и начало швырять его в книжные полки. Два из трех языков пламени, которые он запустил, вспыхнули на мгновение, а затем погасли, однако третьему удалось разгореться и вызвать большой пожар в одном из книжных магазинов. Муха-библиотекарь начала истерически кричать из-за надвигающегося пожара.       Однако в этот момент их спасла летучая мышь, которая проявила оккультные способности, приблизившись и втянув в себя пламя, нейтрализовав уже возникающий пожар.        Культист с некоторой обидой смотрел на маленького зверька, на это капризное и избалованное отродье, которое всегда делало то, что ей хотелось, и плакало по любому поводу. Он знал, что не переживет этого и что его судьба - быть поглощенным ею, такого было условие ритуала, вот почему это последнее шоу должно стать величайшим в его жизни, как и хотел бы мастер, полным огня, сюрпризов и неожиданных атак.        Он бросился на маленькую девочку, которая еще не была способна так быстро реагировать, однако его остановила Хорнет, которая метнула в него свою иглу. Ему едва удалось увернуться. Он взглянул на воительницу и после недолгой оценки решил, что справиться с ней еще сложнее, чем с недавним противником        Как раз в этот момент вошла группа тараканов, которые некоторое время преследовали их. Факелоносец злобно рассмеялся, это были новые добровольцы для его самого зрелищного выступления, огонь разгорался, подпитываемый ужасом его жертв, и мастер гордился бы его жертвой.        Он взмахнул факелом еще раз и на этот раз направил свой огонь на беспомощных тараканов, которые смотрели на существо, не в силах ничего сделать. Огонь пронесся по воздуху, пытаясь добраться до плоти насекомых, но как раз перед тем, как пламя достигло их, Хорнет вмешалась и приняла удар на себя.        К счастью, поскольку ее плащ, казалось, обладал своего рода магической защитой, ущерб был не так уж велик, но, несмотря на это, она все равно упала на колени от жара, пронзившего ее кожу. Она взволнованно задышала и увидела, как существо парит в воздухе, насмешливо хихикая. Было видно, что он отлично проводит время, ему нравилось наблюдать за выражением боли и ярости на лице Хорнет и за растущим страхом тараканов, которые были у нее за спиной. И поскольку он восхищался тем ужасом, который вызвал, он не смог заметить маленький сосуд, который забрался на книжный шкаф и подпрыгнул, чтобы нанести ему удар.        Удар причинил жуку сильную боль, но это было не самое страшное, самым ужасным было поднять глаза и увидеть разъяренное выражение на лице Холлоу. Малыш, которого сначала недооценили и приняли за слабого оказался более свирепым, чем он ожидал. Культист не знал, но он сделал для Холлоу самое худшее, что мог - причинил боль члену его семьи. Факелоносец уже знал, что умрет, он был готов к этому с самого начала, но он не хотел, чтобы этот опыт был таким травмирующим, поэтому, как только смог, он снова поднялся и сбежал. Конечно же, Холлоу и Верм последовали за ним.        В этот момент Хорнет, тяжело дыша от боли и все еще с дрожащими ногами, сумела встать и, прихрамывая, направилась в ту сторону, куда ушли остальные.        "Подождите, девушка!”, - закричал один из тараканов, - "Вы в порядке?"        Услышав вопрос, Хорнет остановилась и раздраженно посмотрела на них.        "Что ж, решай. Я тебе нужен живым или мертвым? Да ладно... Это не имеет значения. Сейчас я занят, позже мы сразимся на дуэли не на жизнь, а на смерть".        Она продолжала удаляться так быстро, как только могла. В тот момент она была слаба, но ни один таракан не осмелился попытаться остановить ее, ведь она пожертвовала собой ради них, что заставило их усомниться в коварстве этого существа.          Вскоре Квиррел спустился на первый этаж и помог Хорнет, позволив ей опереться на него. Дэн тоже хотел как-то помочь, но ему велели не путаться под ногами. Юное насекомое решило отправиться на поиски врача.        Мокрица и паучиха направились через библиотеку в подвал в задней части здания, ориентируясь как по направлению, куда, как они помнили, двинулись Холлоу и Верм, так и по некоторому шуму, который усиливался. Когда они наконец открыли дверь комнаты, где находились дети и последователь Гримма, битва между ними была окончена.          Пламя факела засияло ярче и поглотило его владельца, который корчился, пока огонь охватывал его. Это был сигнал, которого ожидала Верм: она глубоко вздохнула, зная, что последующее будет болезненным, но это было частью ритуала, она не могла разочаровать своего отца, она должна была это сделать. Она приземлилась на насекомое и начала пожирать его, пока оно еще горело. И снова ее охватила невыносимая боль, но, проявив мужественную выдержку, она продолжала есть тем гротескным способом, который так тревожил ее.        Хорнет наблюдала за происходящим, испытывая странный страх, как будто это было ей знакомо. Она приложила руку к голове, почувствовав острую боль. Затем в ее сознании начали возникать какие-то образы: слова ее матери о летучих мышах и их ужасных обычаях, кошмары, которые посещали ее в детстве, и ужасные истории, которые она могла найти в некоторых книгах в библиотеке. Наконец печать, наложенная бледным королем на ее воспоминания, исчезла, и Хорнет вспомнила свой страх, который усилился из-за сцены, которую она наблюдала: летучая мышь, пожирающая насекомое, охваченное пламенем - кошмарная картина, способная встревожить даже самых храбрых.        Наконец Верм закончила свое утомительное занятие и в изнеможении вздохнула, затем ее окутал алый огонь, и в ней проявилась ее сила. С резким криком она метнула маленький огненный шарик, который упал на землю и горел несколько мгновений, прежде чем погаснуть. Маленькая девочка закричала от радости, радуясь росту своих способностей.       Теперь она была еще страшнее, чем раньше, и если так пойдет и дальше, то скоро может добраться до своего отца. Она посмотрела на свою "мать", и это вызвало у “той” одобрительный жест, затем она перевела взгляд на Хорнет и обнаружила в ней то, чего никак не ожидала - страх.          В тот день, когда Верм встретила Хорнет, она увидела, как та кричит и плачет, сначала она не поняла такого поведения, но поскольку оно не повторилось, она не придала этому особого значения. В конце концов, благодаря совместному проживанию, она привязалась к той до такой степени, что стала называть ее "Тетя Хорни", потому что, хотя у девушки был жесткий характер, у нее также была мягкая сторона, которую она нечасто проявляла и которую Верм смогла обнаружить. Хотя Хорнет часто ругала ее, она была доброй, у нее всегда находился бутерброд, несколько слов ободрения, теплая ласка или даже время поиграть.        Это была тетя Хорни, которую она начала любить, поэтому ей не нравилось видеть ее испуганной. Верм хотела объятий и поздравлений, а не криков и выражения ужаса на лице. Она приблизилась к воительнице в красном, тихо мурлыча, пытаясь успокоить ее, но как только расстояние между ними стало слишком коротким, ей пришлось увернуться от иглы, которой Хорнет замахнулась на нее.        “Убирайся, чудовище!”        Это по-настоящему задело Верм, на глазах летучей мыши выступили слезы. Она была готова расплакаться, и Квиррел тоже испытывал стресс, но, безусловно, хуже всего было Хорнет, которая в этот момент рухнула и потеряла сознание.          Тихая мелодия, исполняемая мужским голосом, эхом отдавалась в ее сознании, это был знакомый голос, теплый и дружелюбный, который вызывал чувство радости и привязанности, а также достаточно успокаивал ее. Она чувствовала себя крайне измученной, но, несмотря на это, ее боевой инстинкт заставил ее двигаться, и она медленно открыла глаза, чтобы увидеть незнакомый потолок.        Хорнет растерянно огляделась: она лежала на кровати, застеленной белыми простынями, в большое окно лился нескончаемый дождь, а рядом с ней сидел её друг мокрица и тихонько напевал. Кроме того, рядом с ним были еще одна, более молодая мокрица, и Холлоу, который первым заметил, что она проснулась.        "Гьяааааарггг!", - от этого звука тело Хорнет напряглось.        До этого момента она не замечала, что на ней было маленькое черное существо с красными глазками, которые теперь выжидающе смотрели на нее. Хорнет задрожала от ужаса и чуть не расплакалась, когда заметила, что кто-то взял ее за руку. Она повернула голову и поняла, что это был Квиррел.        “Полегче, Шершень, она ничего не сделает”, - тихо проговорила мокрица.        “Но... Но это же летучая мышь...”        "Да, но она еще ребенок, и ты жила с ней больше недели, ты играла с ней, кормила ее, ты даже спала с ней. Тебе не нужно бояться".        Шершень начала вспоминать все, о чем упоминал Квиррел. Это правда, что до сих пор малышка никогда не представляла опасности, но она не могла понять, почему она не боялась ее раньше, а теперь боится. Он посмотрел на нее, пытаясь прогнать страх, существо выглядело безобидным, но затем она вспомнила сцену, когда увидела, как она пожирает это проклятое огненное насекомое, и занервничала.        Воительница дрожала все сильнее и сильнее, видя, как ее конечность приближается к этому опасному существу, в ее голове все больше и больше зарождалась мысль, что та собирается укусить ее, но как только она коснулась мохнатой шерсти летучей мыши, Верм удовлетворенно хрюкнула и нежно потерлась о нее. Затем, обретя больше уверенности, она придвинулась ближе к Хорнет и обняла ее, закрывая глаза, пока не заснула.        Последнее, о чем в то время думало млекопитающее, это о том, что, хотя бояться и уважать - это здорово, она предпочитает, чтобы ее любили, потому что больше всего на свете ей нравится, когда ее балуют. Отныне она не будет пытаться пугать людей, особенно тетю Хорни.        Хорнет немного успокоилась, но все еще была напряжена, затем посмотрела на своего друга и застенчивым голосом обратилась к нему с просьбой.        “Квиррел... Ты... Не мог бы ты спеть еще раз? Эту песню... Это просто ... Это заставляет меня чувствовать себя более спокойной"        “А, колыбельная”, - сказал Дэн, который до этого момента молчал, - “Я и представить себе не мог, что Квиррел тоже ее знает. Моя биологическая мать пела мне эту песню, когда я был маленьким, чтобы я успокоился, она также сказала, что этой песне научил её мой отец, когда я был еще маленьким, хотя я, конечно, этого не помню. Как ты думаешь, это традиционная песня всех мокриц?"        "Я не знаю", - ответил Квиррел, - "Я действительно не помню, где я этому научился, но иногда, когда я нервничаю, напевая это, я чувствую себя лучше".        Девушка покраснела и несколько смущенно отвела взгляд, в то время она чувствовала себя очень чувствительной, и все происходящее задевало ее. Со своей стороны, большая кошениль готовилась начать петь свою колыбельную, но в этот момент их прервал грохот резко открывшейся двери, а затем в комнату ворвалась целая армия тараканов.        Хорнет сразу занервничала и начала искать свою иголку, но обнаружила ее в другом конце комнаты, сразу за тараканами. Это было проблемой.        Затем группа насекомых начала освобождать дорогу более крупному таракану, матриарху группы, которая приближалась уверенным шагом и с серьезным видом. Этот таракан встал перед кроватью Хорнет и несколько секунд молча смотрел на нее. Когда девушка в красном собралась что-то сказать, тишину нарушил таракан.        "Большое вам спасибо за то, что спасли моих родственников, я не знаю, что бы случилось с этой кучкой идиотов, если бы не вы".        Хорнет, онемевшая от удивления, растерянно посмотрел на нее, не понимая, о чем та говорит. Затем она начала копаться в своих последних воспоминаниях и вспомнила тот момент, когда она встала между носителем пламени и тараканами, которые преследовали ее. Да, вероятно, это было то, о чем она говорила.        "Да не за что", - ответила девушка с некоторой застенчивостью.        "Ты защитила тех, кто был готов напасть на тебя”, - продолжал таракан, - “Такой человек не может быть плохим".        "Я же говорил тебе, мама!", - заговорил Дэн, - "Хорнет неплохая, но ты меня не послушала!"        “Молчать, когда старшие разговаривают!”        Юноша возмущенно скрестил руки на груди, но замолчал.        “Ну, как я уже говорила”, - парировала матриарх, - “Я признаю, что ты неплохая девушка, поэтому я позволю тебе продолжать дружить с Дэном, но, пожалуйста, не ставь его в опасные ситуации. Он неуклюжий и слабый, и, к сожалению, с ним постоянно происходят несчастные случаи. Он мокрица, а эти существа очень хрупкие "        "Это неправда, мама!", - снова вмешался Дэн, - "Мистер Квиррел только что провел захватывающий бой с огненным жуком, о котором я тебе рассказывал, и он дрался с ним на равных, используя гвоздь, а он ведь мокрица!".        "Ты преувеличиваешь”, - скромно заметил вышеупомянутый, - “Я не лучший воин или что-то в этом роде, на самом деле Хорнет превосходит меня. Я едва ли знаю достаточно, чтобы защитить себя. Хотя я должен пояснить, что мы не такие хрупкие, как вы думаете, возможно, у нас нет силы таракана или паука, но даже с тем, что у нас есть, мы способны на великие дела. Возможно, Дэн, не живя с себе подобными, не смог бы развить в себе какие-то навыки, которые бы ему очень помогли, но если вы согласны, я мог бы проинструктировать его в этих аспектах”        "Да! Это было бы здорово!", - воскикнул Дэн, взволнованный возможностью поучиться у насекомого, который вызвал у него столько восхищения.        “Ну...”, - матриарх задумалась, - “Не думаю, что у меня были бы какие-то проблемы с тем, чтобы ты научил защите и самообороне, но я не хочу, чтобы ты учил его чему-то, что связано с размахиванием гвоздем. В последний раз, когда Дэн пытался...”        "Мама, не рассказывай эту историю!", - запротестовало юное насекомое, - "Это позор!"          После этого последовала приятная беседа с семейными анекдотами и историями из жизни, в которой приняли участие все, кроме Холлоу, который, конечно, ничего не мог сказать. В целом он неплохо справлялся со своей немногословностью, но именно подобные ситуации беспокоили его, когда он чувствовал себя неполноценным. Вот почему он решил выйти из комнаты: если бы было что-то, что стоило бы запомнить, его сестра рассказала бы ему.        Он вышел в коридор, который в тот момент был пуст, но когда он пришел, фигура бледного короля предстала перед ним под воздействием Гвоздя из Сновидения, который он нес.        Король выглядел странно: молчаливый, задумчивый и с выражением глубокой печали в глазах. Из того, что он заметил, призрак наблюдал за тараканьим семейством издалека, в частности за Дэном, хотя время от времени он также бросал украдкой взгляды на Квиррела, не меняя своего выражения лица. Что случилось со стариком, который вдруг стал таким сентиментальным? Холлоу решил подойти и спросить.        "......?"        "Со мной всё в порядке"        "........."        "Я говорю тебе, что это ерунда, серьезно, не волнуйся".        "..........."        "Нужно ли говорить, что вы не беспокоитесь обо мне? В любом случае, если вами движет простое любопытство, я не чувствую себя обязанным отвечать на ваши вопросы"        "........", - начал настойчиво дергать короля за плащ.        “Если я не скажу тебе, в чем дело, ты будешь беспокоить меня весь день, верно?        "......."        “И завтра тоже... Может быть, даже послезавтра... Ничего страшного”, - старый монарх выглядел раздраженным, - “Я просто подумал, что это печально, что Квиррел и Дэн никогда не узнают правду.        ".....?"        "Они отец и сын"        ".........?!"        “Откуда я знаю? Они уже дали мне достаточно подсказок”, - он вздохнул, - “Когда началась инфекция, племя мокриц было одним из первых, кто ушел, в то время я расценил это как акт трусости, но теперь я пришел к выводу, что это был скорее проявление здравомыслия. Все разбежались кто куда, и одним из немногих, кто решил остаться, был Квиррел. Мне сказали, что отцу Дэна пришлось задержаться в Халлоунесте для выполнения важной миссии. Сходится?"        "........."        "Да, это очень смутные доказательства, но мать Дэна звали Данира, как и жену Квиррела. Что ж, по крайней мере, теперь мы знаем, что она мертва. Квиррелу больше не придется бояться, что его будет искать старая любовь из прошлого".        "........?"        Мономон рассказала мне, что, помимо исследований, другой ее любимой темой для разговоров был ее ученик. Она всегда рассказывала мне о его достижениях. Она рассказала мне всю его любовную драму, когда он встретил Даниру, она рассказала мне о его свадьбе и о 10 яйцах, которые у них были... Я предполагаю, что, сбежав с Хэллоуина, Данира смогла спасти только одного из них, вот почему Дэн так дорог ее подруге таракану - это единственное воспоминание, которое осталось от Даниры".        "......."        “Да, и последний факт, который, как мне кажется, мог бы подтвердить мою гипотезу - это колыбельная. Насколько я знаю, у мокриц вообще нет народных произведений, в отличие от других видов, таких как сверчки или цикады. Среди них нет ничего похожего на традиционные колыбельные. Так что эту мелодию Квиррел, должно быть, сочинил специально для своей семьи"        Холлоу посмотрел вниз и начал понимать всю печальность ситуации: отец и сын, разлученные обстоятельствами и воссоединившиеся, не зная, кто другой, он должен был что-то сделать. Они должны были ухнать это! Он побежал в комнату, готовый рассказать все, что знал, но Бледный король преградил ему путь.        "........!"        "Что ты собираешься делать? Ты хочешь рассказать им правду? Не делай этого, они никогда не должны об этом узнать"        "........?"        "Потому что они ничего бы не выиграли, а это принесло бы только боль".        "........?"        “Подумай об этом. Квиррел потерял память, он ничего не знает о своем прошлом, у него сохранились лишь смутные воспоминания об учителе Мономон. Представьте себе его потрясение, если ему вдруг скажут, что у него есть сын, который даже не помнит, как был зачат, и, что еще хуже, представьте, каково это было бы для Дэна. Возможно, он начал бы упрекать Квиррела в том, что тот бросил его, возможно, если бы он был с Данирой, она бы не умерла. И как Квиррел мог защитить себя? Он ничего не помнит, он даже не мог поговорить с ним о своей матери, это было бы печалью для них обоих. Это никому не нужно. Квиррел смирился со своим отсутствием памяти о прошлом и способен с этим справиться, а у Дэна есть новая семья, которая любит его, и Квиррел ему не нужен. Поэтому лучше всего, чтобы они ничего не знали. Кроме того, понаблюдайте за ними, по крайней мере, потому, что они могут стать друзьями"        Мальчик оглядел комнату, где оживленно переговаривались тараканы, посмотрел на Дэна и Квиррела, которые, казалось, прекрасно ладили. Старик был прав, все и так было прекрасно.         Есть истины, которые лучше держать в секрете.