Лучи тёплой любви

Лик запылал так, как никогда ранее: полностью, без какого-либо остатка. Было тяжело глядеть в глаза Бенкендорфа под давлением стеснения, которое, надеюсь, скоро уйдёт прочь и позволит страсти встать на своё законное место.       Внезапно оголённую ключицу пробрал холодный ветерок,доносящийся откуда-то со стороны, отчего та покрылась мелкими, еле заметными мурашками. Пришлось поддаться ближе, чтобы ощутить тепло пальцев мужчины,что почти коснулись их. Персты надавили на кожу мягко,хотя весьма ощутимо,после чего медленно двинулись по кости к плечу.-у вас точно не болит ничего?-всё так же молвил на ухо Александр.-я уже говорила,что всё в порядке.-правда залилась в уши любовника, словно мёд, который заставил забыться полностью.-отрадно.-услышать тихий глас было довольно сложно, ведь разум был доверху забит белёсым туманом желания. Слегка ступив назад, повела за собой и мужчину, чьё дыхание — в каких-то моментов даже хриплое — стало намного чаще прилетать на покров, приятно грея его.-вы не против,если я вас буду назвать Сашей?-проведя ладонью по закрытой мундиром шее, коснулась ланитой мягкой щёки генерала-адъютанта,после чего он ласково ответил взаимностью, подталкиваясь, словно кот, ликом в бок,то бишь ко мне.-да.-твёрдый,но такой короткий ответ отразился эхом в думе. Ещё один шаг назад мне не удалось сделать из-за застывшей руки мужчины.- в чём дело?-ладонь того осторожно переместилась на мокрое (из-за мытья локонов) место под волосами.-а вы хотите упасть в лохань?-Бенкендорф звучно усмехнулся. -в превеликим удовольствием.-отвечая голосом, полным сарказма, прижалась ближе. Переминаясь на месте, хотела что-то сказать,но не успела.-пойдёмте.-в какой-то степени требовательно сказал тот, аккуратно взяв за локоть.       Некоторое развратное предвкушение бушевало ураганом внутри груди, голова кружилась от страсти, а руки даже слегка тряслись. Неловко засмеявшись, перебирала ногами, стараясь не запнуться об свой же подол иль же просто напросто лодыжку.

***

Спальня возлюбленного вышла просторна, однако весьма темна из-за накрывшего её вечернего, а точнее, уже ночного мрака. В ближнем углу стояла широкая, двуспальная кровать, накрытая, по виду, довольно тяжёлым, однотонным покрывалом; а в дальнем было расположено еле заметное глазу из-за мглы бюро. Свеча, вставленная в одинокий канделябр, освещала лишь стол да малую часть помещения, потому не было видно даже глаз мужчины. Внезапно в голову явилась неожиданная мысль, которая несколько секунд действительно терзала.       Слегка отклонившись от ласк Бенкендорфа, стоявшего сзади, промолвила:-но ведь слуга же дома,-понятия не имея как же зовут того мужика, называла его просто.-я не сильно имею желания делиться моментом с ним..-поджав всё ещё влажные от поцелуев губы, из за плеча посмотрела на любовника. -он был уволен.-раскрыв глаза, слегка повернулась станом.-оттого, что он позволил мне выйти?-предложение больше было похоже на некое возмущение и укор, чем на обычный вопрос, потому, дабы оставить всю пылкость в нас, смягчила зрак. -не только. Антип был довольно плохим работником, хочу вам сказать. Никогда не выполнял свои обязанности до конца, обращался с пришедшими гостями своеобразным образом, иногда мог себе позволить нахамить. Лишь когда я услышал как он вас зовёт, тогда и принял решение об увольнении.-усмехнувшись, сказала:-но почему же сразу не выгнали? -и недели не проработал, а со всеми проблемами с бунтовщиками совсем не до этого было. Под новыми действиями Александра платье слетело до бюста, а рукава до предплечья. Я стыдливо схватилась за спавшую ткань, прикрывая новые обнажённые места.-зачем же?-проговорил тот, стараясь убрать или застывшие длани. Передразнив, чуть морща лицо, ответила:-а как же мне реагировать? Неужели стоит самой оголиться пред вами, чтобы показаться какой-нибудь распутной девкой из любого кабака? -прекращайте паясничать, ни кем вы не будете казаться.-расслабившись, я позволила возлюбленному взглянуть на нагую грудь. Его дыхания явно участилось, что было ощутимо. Огромное желание прикрыться не переставало вертеться в мыслях, однако после внезапного прикосновения к плечам заставило опомниться и выгнать его. Персты самовольно потянулись к золотым пуговицам мундира, распахивая его от воротника до низа. Стало виднеться белое исподнее, до которого я, к сожалению, дойти не успела. Бенкендорф медленно подвёл к кровати, попутно шепча просьбу вытащить из наряда руки, что я вскоре и сделала. Одежда пала.       Ланиты горели чертовски сильно, а в душе на место обычного пламени пришёл пожар. В ней словно поели косу из всех чувств, находящихся ныне во мне. Из любви, из страсти, из желание и возбуждения. Схватив меня за бёдра, мужчина усадил на постель,а после пододвинул дальше, к изголовью. Как только он встал у сомкнутых колен, то я блаженно прикусила губу, ожидая такого желанного продолжения. Ноги непроизвольно раздвинулись в стороны, давая генералу-адъютанту место для размещения. Возбуждение уже давно выпирало из-под брюк, создавая весьма заметный бугорок.-мне кажется,это уже не дело..-негромко сказала, глядя в глаза напротив.-вы до сих пор в одежде, а моё платье валяется на полу.-он ухмыльнулся,потянувшись пальцами к пряжке ремня. Самодовольно расплывшись в блаженной улыбке, даже как-то нерешительно коснулась дланью запахнутой рубашки. Подобравшись к пуговицам, осторожно стала их расстёгивать, стараясь не вызвать вспышку главенства со стороны мужчины,которое, возможно, могло и произойти. Слишком уж он любил пользоваться своим господствующим положением, приложенным ему вместе с чином и нашими взаимоотношениями. От волнения руки совсем не слушались, потому некоторые застёжки остались без внимания, удерживая одежду на плечах. Сглотнув слюну, с удовольствием глядела на раздевающегося Бенкендорфа, что с вожделением рассматривал моё ничем не прикрытое, абсолютно нагое тело.       Закончив, Александр пару раз провёл по члену, распространяя появившийся предъэякулят. Слова никак не выходили из меня,хотя они здесь, право, были излишне. Следовало молчать, взирать, и лишь иногда тихо молвить. Мужчина оставил краснеющее пятно на плече, причем прямо с тем, что оставил меньше четверти часа в другом помещении. Влажный кончик языка неожиданно прикоснулся к межключичной впадине, выводя из него разные узоры; усладно выдохнула, от удовольствия сжимая грудь левой рукой.-пожалуйста, Са..ша.-просить большего было невероятно неудобно и стыдно, слишком уж я смущалась своего желания и любви. Губы любовника уже дошли до сосков, нежно щекоча их своей сухостью. Улыбнувшись, томно простонала, как только уста втянули в себя некоторую часть чувствительного покрова. Казалось, что тот ощущает вместо обыкновенного и всеми известного вкуса кожи, сладость сильно нравившейся ягоды, которую было суждено попробовать лишь ему.             Ладонь залезла на затылок генерала-адъютанта, сжимая копну немного жёстких волос.-вы словно ёж.-улыбнувшись, запрокинута голову от внезапного наслаждения. Жар прилил к лицу и животу; пальцы Александра легли на низ, аккуратно массируя.-Бенкендорф!-раздался звонкий стон. Я невольно сжимала ноги, однако меня остановили крепкие руки,что легли на внутреннюю сторону бедра, придерживая.       Больше никого не существовало: ни Пущина (при всём уважении) и его ареста, ни Михаила с его истериками, ни полоумного Бартона с его глупыми желаниями о субъективной справедливости. Были лишь мы и этот интимный, близкий по всех смыслах, откровенный момент. Не было никакого повода думать о чём-то плохом, да и не у чему было. Головка прикоснулась ко входу, входя совсем на немного. Тело внезапно содрогнулось, а изо рта вырвался сладкий стон, который сразу же обласкал уши мужчины. С каждой секундой он входил всё глубже, при это выполняя это крайне осторожно.-Саш,-тихо промолвив, притянула того к себе, ухватившись за заднюю часть шеи.-я безумно вас люблю..-уста коснулись раковины, нежно целуя. Взамен словам, генерал-адъютант проник полностью, позволяя ощутить волну удовольствия.-ах!-самой насаживаться было уже никакой потребности, потому как Александр начал двигаться, попутно оставляя на моём плече влажную дорожку поцелуев. Словно впервые сблизившись с другим полом, я чувствовала небольшое волнение и смятение, которое, к счастью, не переросло в нечто большее. Нежелание или же вовсе душевное отстранение, к примеру. Никогда бы не подумала, что мимолётное склонность сердца может обратиться в такое. Тогда, ещё во время знакомства, то бишь в первый приход послов, я даже не всматривались в лицо его, не думая, что такое воспоминание когда-нибудь понадобиться; а сейчас не представляю жизни без этого человека. Странно, конечно. Словно очаровал али заколдовал. Ныне я знала (по крайней мере, очень хотела узнать) каждую морщинку, каждый мускул на лице и его выражение, каждую повадку (хотя, честно говоря, предсказывать последующие действия любовника было крайне сложно, ведь служба требует продуманности, чёткости и иногда непредсказуемости.

А ведь действительно, больше ничего не болело. Или же я просто не ощущала этого из-за затмения разума что более вероятно.

Глубокие толчки вытесняли из моей гортани услаждающие слух стоны, что так нравились Бенкендорфу.       С схватившись за затылок мужчины, который сейчас находился чуть выше лица, нырнула сначала кончиками, а потом и всеми пальцами в серебристые волосы, отражающие лишь лёгкий свет дальней свечи да сияние луны из за окна. -ох,боже..-издав необычный для себя самой звук, отвела взор, а после мимолётно закрыла глаза, слегка напрягаясь. Длань сама потянулась вниз, дабы доставить себе большее удовольствие, однако она была задержана Александром. Огорчённо промычав, сжала его волосы. -руки вам ни к чему.-несколько движений со стороны генерала-адъютанта и я поняла, что он всё-таки был прав. Они и правда не понадобятся. -Са..Саша,-молвив между томными вздохами, периодически пыталась сомкнуть ноги от нарастающей стыдливости, решивший явиться прямо сейчас.-я не могу..ах..больше..-переместив свободную руку на белую рубаху, которая до сих пор висела на плечах возлюбленного, медленно стянула её, оголяя крепкие плечи, причем,ни разу их ранее не видев. Глаза невольно застыли на раменах, оглядывая каждую выпирающую мышцу. Каждая родинка на коже – жемчужина тела, которое я поистине любила. Тот, видимо, заметил мой оценочный взгляд, отчего звучно усмехнулся и приподнял голову, всматриваясь.-мгм..вам интересно?-движения в миг стали неспешнее и резче, отчего я огорчённо простенала.-весьма. А вы против?-издавая неразборчивые звуки между словами, старалась кое-как держать лицо. Вместо обычного ответа Александр изволил лишь ускориться,а следом переложить ладонь с моей руки, что до сих пор находилась на его растрёпанных космах, на нежную кожу ягодицы.-ах, боже.. Раздался неожиданный шлепок, от которого я даже невольно отскочила, пододвигая поясницу выше.-что вы!-место несильного удара словно загорелось пламенем, до саднения опалявшее покров. Персты переместились на место чуть выше влагалища, аккуратно массируя.-мамочки!..-звонко вскрикнула, приподнявшись на незанятый локоть.       Неожиданный прилив восторга ударил в думу и в них живота, заставляя не только насаживаться на член больше,но и стонать при каждом случае. По дыханию и действиям генерала-адъютанта было понятно,что он вот-вот подберётся к долгожданному концу, оттого перешёл на действительно быстрый темп, а жесты снизу стали чётче и приятнее.-ещё немного..-пролепетала, чуть ли не скуля на ухо Бенкендорфа. Похоже, его это довольно раззадоривало.-тихие ругательства бесстыдно вылетали из моего рта,который периодически приятно накрывал своими губами любовник. Я всё глубже и глубже принимала возбуждение в себя с каждой секундой, позволяя Александру насладиться полностью. Он ощутимо укусил за плечо, оставив на нём слегка болючий след от зубов. Это стало последней каплей моего терпения перед оргазмом, накрывшего меня с головой. -ах, Саша!-лёгкие сокращения мышц живота и ног,похожие на судороги, принесли лишь сильное удовлетворение,но никак не боль.-как..как же..-мысли никак не хотели выходить в свет,путаясь постоянно. Мелкие звёзды в закрытых глазах кружились, танцевали, казалось, что даже бегали. Мужчина же,чувствуя,как я его изнутри сжимаю, сделал несколько глубоких и довольно грубых толчков, вышел, а после, резко проведя по стволу, излился на немного покрытый переливающийся влажностью живот с громким, хрипловатым стоном. Полупрозрачная жидкость каплями пала на нежную кожу. Тяжело вдыхая нагретый воздух в перемешку с приятным ароматом одеколона, проморгалась,а после повернула лицо в сторону генерала-адъютанта, пытающегося, видимо, прийти в себя.-Катенька,вы..вы безупречны. Я не могу найти в вас ни единого изъяна, и это, честно говоря, иногда сильно пугает. Неужели вы затуманили мне глаза?-проведя холодными перстами по линии талии, он едва сжал её,после чего я ещё раз погрузилась в экстаз, содрогаясь. Это чертовски доставляло удовольствие. -я в вас..тоже.-стараясь не простонать снова,прильнула к губам возлюбленного, несильно прикусывая их. Мокро, усладительно, божественно, рьяно, искусительно. Бенкендорф иногда проводил языком по верхнему ряду зубов, задевая чувствительные дёсна. На лбу выступил лёгкий пот от такой ласковой и тесной близости. Отстранившись, почувствовала, как уста любовника снова прилипли к груди, очерчивая ими сначала один,а потом и другой сосок.-ах, Саша!-я воскликнула его имя,как только другая рука до боли сжала мягкую плоть.-да?-словно издевается, Ей Богу.-переставайте уже.. Влажная отметина — только теперь уже на шее — заставила поддаться навстречу.-мг..-она была не последней из ласк, что доставлял Александр, однако заключительной из тех,что выполнялась с особой, неприкрытой страстью. Он,не убирая руки, лёг рядом.       О безграничной любви даже говорить не стоило. -секунду..-быстро промурлыкал тот,вставая. Я лишь провела взглядом по тёмному из-за полумрака стану, поёжившись. Мужчина опустился на колени пред лежащими на полу брюками, забираясь рукой в один из карманов.-решили меня ещё и в кандалы заковать?-цепочка мыслей быстро пробежала в голове,потому некий бред вылетел из уст без всякого просеивания сквозь здравый смысл.-несомненно.-сказал он, встав. Между пальцами показался сероватый платок. Ничего промолвив, Бенкендорф приблизился к животу, сначала оглядывая его,а после аккуратно протирая шёлком. Отведя лик в сторону, зажмурила глаза от появляющегося жара и смущения.-вы каждый раз будете зардеваться?-слова словно отпечатались во мне, сильно удовлетворяя.-пожалуй.. -не стоит,-ещё одно движение ладонью;почти ничего не осталось.-вы же раньше были очень даже раскованы уверены в себе, что же сейчас произошло?-ухмыльнувшись, тихо ответила:-вы уже это однажды спрашивали. -вы тогда и не ответили.-генерал-адъютант, закончив, вновь завалился на постель.-это..это мой платок что-ли?-засмеявшись, вновь оставила любопытный взгляд на ткани.-нет. Ваш у меня в кабинете.-коснувшись губами горячей, нежной шеи любовника, с наслаждением выдохнула, выпуская теплоту. Прильнув к подтянутой груди, скользнула дланью по ней. Тот неспешно наклонил лик, теперь встречаясь устало-нежным взглядом со мной. Искра будто пробежала между нашей кожей, пробираясь вглубь, до самого сердца, когда я осторожно прикоснулась кончиком носа до носа Александра.-I love you..-пролепетав, улыбнулась. Он, видимо, запомнил это фразу,отчего,не задумываясь,ответил:-Ich liebe dich auch. Слёзы невольно пролились из глаз на щёки, заставляя их чесаться да пощипывать. Ещё ни от кого я не получала таких искренних и чистых слов.-что..что случилось?-даже как-то растерянно промурлыкал Бенкендорф, бегая глазами по лику. Дотронувшись мокрыми губами до края уст мужчины, проговорила:-счастье любит смеяться и совокупляться, потому я действительно счастлива,-ухмыльнувшись, добавила:-вы мне всё это даёте. -какая пошлость, Катерина.-и вновь любимая и такая запоминающаяся улыбка.