Попасть обратно

      Дверь. Стальная. Сталь хреновая. Очень. За дверью меня уже ждут…       Слегка расширяю свою чувственную сферу, начиная ощущать не только запахи и звуки, но и распределение массы, ее однородность и внутренние напряжения материалов. Это чувство Стихии. Ощущать её – один из базовых трюков, лежащих в основе любой магии.       В квартире четверо. Один стоит прямо перед дверью, второй за ней, третий… в шкафу спрятался, что ли? Отклик от него слабый, приглушенный, будто он не на полу стоит, а слегка над ним. Кто-то замер у внешней стены, еще один притаился на лестничной клетке этажом выше.       Хм. Я звоню. Дверь резко открывается. Потом… баллончик в рожу! Схватить меня за грудки с одновременным ударом в спину от спрыгнувшего сверху акробата? – да, вероятно, именно так всё и планировалось. В общих чертах, конечно. И могло сработать, окажись на моем месте кто-нибудь с меньшим боевым опытом…       Дверь. Стальная. Сталь хреновая. Лёгкий магический импульс заставляет дверь исчезнуть с громким хлопком и большим облаком вонючего дыма. Меня слегка обдает потоком расширяющегося воздуха, а стоящих за дверью… одного отбрасывает, другого впечатывает в стену. Оба в отключке. Вот что бывает, когда в сталь добавляют компоненты с различными магическими свойствами. Один импульс… Я перехватил в воздухе чью-то ногу, швырнул её обладателя на бетон, размягчив последний до кондиции глины, и вернул полу нормальное состояние, когда в нем завязла попа нападавшего. Мата было много!       Из квартиры вылетел, размахивая шокером, ещё один «засадник», видимо стоявший чуть дальше. Заставляю пол под его ногами разойтись и снова сойтись, когда он провалился в образовавшуюся дыру по пояс, замуровав на лестничной клетке. Наверняка занятная картина этажом ниже: с потолка свисают ноги мужика, рядом с которым торчит чья-то жопа. Смешно.       Захожу в квартиру Светкиной свекрови – в меня сразу летит какое-то заклятье… нет, проклятье. Не знаю, каков должен быть эффект, но первый из моих щитов даже не дрогнул, когда оно в него врезалось. О! Теперь пошла менталочка: мне попытались спутать мысли, потом внушить, что я не туда пришел, затем очаровать, чтобы пускал слюни, глядя в декольте. Я не удержался и в голос заржал! Ментальные атаки, особенно такие примитивные, против магов практически бесполезны: наш разум либо слишком хаотичен, либо слишком структурирован, чтобы на него подействовали подобные приколы. В первом случае – это всё равно, что бросить соломинку в стог сена, во втором – пытаться соломинкой пробить каменную стену. На магов действуют лишь высшие ментальные заклятия и то в половине случаев, за исключением… Мой смех резко оборвался, в квартиру я заходил уже полностью серьёзным.       Коридор – пусто. Комната. У окна стоит женщина лет шестидесяти. Как только вошел, она выбросила в мою сторону свою руку и что-то каркнула. Тут же я чуть не грохнулся, поскользнувшись на лежавшем на полу ковре; стоявшая на шкафу металлическая ваза решила упасть мне на голову, а одна из пластин ламината – выскочить из покрытия прямо на меня… Ваза улетела в потолок, после того как я кратковременно и локально изменил вектор гравитации. Ламинат растёкся каплями безвредной жидкости по моей ноге, а ковёр стал гранитной плитой.       На лице хозяйки квартиры появляется торжествующе-растерянная усмешка. Ощущаю, что от кончиков пальцев вверх по рукам начинают распространяться онемение и тяжесть. Бросаю на них короткий взгляд – кожа стала светло-серой и матовой. Ясно. Проклятье кожного окаменения. Ну-у… если это её предел… Поднимаю взгляд на женщину.       — Швыряться в мага ментальным мусором имеет смысл только в двух случаях: либо ослабить перед попыткой Изгнания Души, либо отвлечь от какого-нибудь мерзкого, но медленно действующего проклятья, — лениво начинаю разговор, наблюдая за появившимся на её лице ужасом. Понимаю её. Окаменение продолжает распространяться, но следом за ним камень начинает чернеть, в нём проступают прожилки, наполненные огнём, – красивое и ужасающее зрелище, довольно типичное для адептов Пламени Глубин.       Из коридора доносится вскрик, а следом звук удара тела о твёрдую поверхность, в данном случае потолка. Ага, это очередной подручный бабки попытался атаковать меня в спину, но теперь застрял в потолке, а его ствол стал дымом.       — Вижу, вы умом не отличаетесь, иначе уже поняли бы, что земля – одна из моих стихий и вибрации ощущать я умею. Есть что-то иное? Если нет, прекращайте тратить свои силы напрасно.       — Ты нарушил Договор, — хрипло бросила женщина, с забавной смесью страха и негодования на лице падая в стоящее у окна старинное кресло.       — Я его не заключал, а на чужие мне плевать, — отрезаю.       — Ты заключил его, придя на этот свет! — буквально выплюнула она мне в лицо.       — Наши имена – кривая строчка чернил на клочке бумаги. Они не имеют власти над нами, они дань истории и бюрократии, но не наша идентификация. Отвратительная ложь.       Женщина явно растерялась, не соображала, что происходит: привычный ей мир крошился на части.       — Рассказывайте, — я зажёг на ладони пламя, дожимая собеседницу, — кому и на каких условиях вы заложили свою внучку?       — Позвольте мне вставить пару слов, — тихо прошелестело из дальнего от меня угла комнаты. Я нахмурился, не понимая, почему не сумел обнаружить оказавшегося в нём старичка с «чеховской» бородкой. — Ваши поисковые чары просто отличны, а знания поражают глубиной…       — Ближе к делу! — бросаю ему, начиная подготавливать место для будущего боя. Сомнений, что передо мной демон, не было. Договариваться же с ними… мозги я ещё не растерял.       — Можете называть меня Ким. — Старичок поморщился, став похожим на высохший стручок гороха. — Я из клана наблюдающих. Меня невозможно обнаружить, пока остаюсь недвижим. И мне невозможно нанести урон, если я не атакую первым.       — Аморф, — фыркнул, ещё больше усилив свою защиту. Эти демонюги – мерзкие, хотя и не очень опасные твари, крайне хрупкие, кстати. Хорошие шпионы, но никакущие бойцы. Пламя в моей руке меняет цвет на золотисто-зелёный. — И ещё вас легко запечатать, засунув в бутылку и закрыв крышкой. Как джинна.       — Пламя Очищающее. — Старик, взглянув на танцующий в моей ладони огонёк, присел на диван. — Да, от него мне не защититься. А вот про второе, — демон опасно оскалился, — никто знать не может – демонологов не осталось.       Я наклонил голову. Это было интересно. Раз демонологов не стало, то когда-то они были. Понятно, для чего демон проговорился про это: он хотел вынудить меня гадать, какие из моих трюков против него бесполезны. Ну… зря. Бьющееся на моей ладони пламя сорвалось с ладони огненной птицей, в полёте превращаясь в цепь, обвившую Кима. Демон дернулся раз, другой, но стал показательно смирным, когда путы начали сжиматься, не нанося вреда одежде.       Хозяйка квартиры резко побледнела, уронила голову на грудь и обмякла в своём кресле. Вроде живая…       — Этого не может быть, — просипел аморф. — Ты не мог…       — …шагнуть в План Огня? В место, в котором нет ничего, кроме огня, предстать перед его Владыками и вернуться назад? Я это сделал, идиот, — фыркаю. — Дважды. А теперь я спрашиваю, ты же отвечаешь.       — Я буду, буду отвечать, — подозрительно быстро согласился Ким, сделав всего пару попыток сбежать из моих пут. Странно. Хотя… мозги у аморфов всегда были, да и вырваться из моих оков ему не светит.

***

      — Такие вот дела. — Я откинулся на спинку дивана в доме Светы.       — Ничего не понимаю. — Подруга нервно отпила из кружки. — Как какой-то старый договор, заключенный, когда никого из нас не было в проекте, может превращать современных людей в чью-то собственность? Дикость какая-то! Должен же быть суд, в котором можно оспорить его положения.       — Да, занятная штука получается, — задумчиво протянул я, вспоминая рассказ Кима.       Оказывается, на Земле тоже когда-то были маги. Они и сейчас есть, просто практически поголовно являются собственностью демонов, их игрушками.       Долгое время на Земле царила магократия – абсолютными правителями стран были именно маги, могучие и умелые, в том числе демонологи, уверенно не дававшие демонам проникать в этот мир. Вот только в один момент магия стала не очень стабильной: испытанные веками чары отказывались работать, либо результат становился непредсказуемым. Магам-правителям какое-то время удавалось скрывать положение дел, но со временем правда вылезла наружу. Началось противостояние со жрецами.       Молитвы жрецов – тоже заклинания, только очень медленные, а результат зависит от множества факторов: к примеру, от силы веры и её глубины, от широты кругозора молящегося, публичности происходящего, уверенности в результате и так далее. С другой стороны, если молитва не сработала, она не сработала и всё, последствий никаких – ну, над проповедником поржут. А заклинание может рвануть так, что устроит знатный погром… и не только.       В результате маги, проиграв жрецам и толпе борьбу за власть, оказались загнаны в подполье. Увы, но жреческие молитвы с ритуалами не славятся скоростью да быстрой результативностью, а толпа – постоянством и терпением. Виноватый же в неприятностях нужен всегда, и магов стали обвинять во всех проблемах: от дождя до наступления ночи. Чтобы хоть как-то противостоять преследователям да и просто выжить, бывшие правители заключили сделку с демонами: любой родившийся маг или шаман становился собственностью демонов, которые выступали стабилизатором заклинаний. Толпа и ум – понятия несовместимые. Демоны воспользовались этим, внедрив в массовое сознание определенные идеи, значительно ослабившие специфические жреческие заклинания, лишившие святых подвижников главного оружия против демонов – паствы.       Сегодня мир фактически принадлежал именно демонам. Предавшая магов толпа повторила этот трюк и со жрецами. Как обычно.       — И что теперь будет? Ты тоже…       — Нет, — не дал договорить Светлане откровенную чушь. — Я под действие Договора не попадаю, потому как магии обучен, а не родился с этим даром. Плюс посещал Планы Стихий, Огня и Земли, даже Серые Пределы – мир мёртвых. Выжить там… тяжко, но возможно, а любые путы, наложенные в материальном мире типа тех же Договоров, там рассыпаются в прах. Правителям Планов чужаки совсем не нравятся, но если сумеешь оставить с носом их стражей да охотничьи группы, то они отпустят тебя живым. Другое дело, что такое путешествие не проходит без последствий и всегда оставляет шрам – Печать Признания.       — Тогда почему древние маги не воспользовались таким приёмом? — Светлана налила себе ещё чая и капнула туда успокоительного. Я поморщился. — Что? Извини, но для меня это слишком…       — Забей, — отмахиваюсь. — Главное, чтобы ты не уснула и мозг не затуманился.       — И что нам делать теперь? Отдать им Танюшку?       Я рассмеялся, до слёз.       — Отдать демону то, что он хочет, – верный способ вырыть себе могилу. Нет. Если встретил демона, который что-то от тебя требует, его надо развоплотить, а желательно вообще уничтожить.       — Как ты поступил с Кимом? — подруга нервно на меня посмотрела, но смогла сдержать упрёк.       — Именно. Есть у меня в общих чертах одна задумка.       — Поделишься?       — Когда-нибудь, когда-нибудь… Когда выясню, насколько велики возможности демонюг по вставлению мне палок в колёса.