Исключение

      После горького и поучительного случая, лишившего его иллюзий и веры в сладкие сказки, секс для Брока выглядел так: перепихнуться в увеселительном заведении или покувыркаться дома, выставив использованный объект за порог к подъехавшему такси. Сейчас, наоборот, хотелось растянуть время, проводимое вместе; хотелось дурачиться и нежничать; а самое страшное - язык явственно зачесался пооткровенничать. В этом месте Брок здорового человека одним пальцем уже открыл бы приложение для вызова машины, но нынешний раскисший моллюск внезапно воспротивился:       "Может, это последняя встреча? Или предпоследняя? Максимум, в субботу увидимся, а потом он все равно изобразит, что пора уезжать. Когда я ещё так классно потрахаюсь?"       "Впрок не наебёшься, - бубнили из неведомой глубины остатки здравого смысла. - А ты начал залипать! И не ной потом!"       "И не буду!" - огрызался Брок сам на себя, поливая раскрытую и подставленную межбулочную ложбинку смазкой. И снова наступало затмение.       За утренним кофе выяснилось, что пооткровенничать захотелось не только ему. Очередную байку со службы прокомментировали очень неожиданно: - И что, все в курсе твоей ориентации? И ты так... Спокойно себя ведёшь? - Да. А что? Я всегда был таким. Специально не выпячиваю, но и не стесняюсь. Двадцать первый век на дворе! Почему ты спросил? В Королевстве другие порядки? - Да нет, - пожали плечами. - Просто я сам не уверен... Не был уверен... Я как-то раньше больше по девушкам... После школы встречался с одной... Ну, всякие мысли в голову приходили... Я их отгонял. Они возвращались во снах... А потом по пьяни пересеклись с одним однокурсником. Мы с ним всегда были в контрах, и потом совсем разошлись, а потом вот, неожиданно... И я понял, что мне и правда нравится, когда мужчина меня... Трогает. - А потом? - Потом мы встречались несколько раз... Пробовали разное. Дошли до... Всего, - брови нахмурились. - И? - Я пока варился в своих эмоциях, по поводу... Интересных открытий в себе... Он оделся и сказал с ухмылкой: "Ну наконец, Поттер, я тебя поимел не только фигурально!" И ушёл.       "Как только земля носит таких уродов? Насрут в душу, а потом мальчик встречает нормального мужика и целую неделю думает, дать или не дать!" - А сейчас? - Да ничего... Так... Захочешь девочку - идёшь в клуб для девочек. Захочешь мальчика - идёшь в клуб для мальчиков. А ты? - Я? Ну, у меня была большая и чистая, как помытый слон, любовь. Мы даже съехались. А потом я вернулся домой пораньше без предупреждения, хотел сюрприз сделать. Сюрприз однозначно получился! Правда, немного другой. Но это было давно, я не парюсь. Иногда на сайте кого-нибудь выцеплю, иногда в клубе. Но я хожу только в те, что для мальчиков!       Ужасно не хотелось услышать неправильный или лживый ответ, но изображать счастливого страуса и правда глупо: - Когда планируешь домой?       Глаза распахнулись, запястье щекотнуло: - В... Субботу...       "Ф-ф-ух-х!" - Вечером.       Они провели вместе конец пятницы и почти весь следующий день, и Брок удивлялся, что его не напрягает такое длительное присутствие чужого человека. Скорее его напрягает приближающееся отсутствие. В конце концов Гарри оделся в самый последний раз и запустил руку в карман; Щит загудел, Брок отработанно сократил дистанцию и зашептал в волосы: - Я тут подумал, я сто лет не был в отпуске. Весь долг сразу из начальства не выколотишь, и с понедельника никто не отпустит... Но, допустим, через неделю и на неделю я могу прилететь к тебе. Ну, не прямо к тебе, конечно, в отель. Гулял бы по Лондону, пока ты занят, а потом бы мы встречались... Как тебе такая идея?       Его обняли обеими руками и с чувством сказали: - Гениально!       Бурная переписка следующих дней логично привела их к сексу по видео. Брок мазохистки записывал эти сеансы, а потом внимательно просматривал на предмет каких-нибудь улик. Особо ничего не нашпионил, разве что потолок в лондонской спальне оказался предположительно вдвое выше, чем в нью-йоркской. Щит не работал через цифровую связь, и пара ночей, проведённых в одиночестве, осталась на совести самого занятого "спасателя" Англии, Шотландии, Британии, Ирландии и Уэльса.       В такие моменты возникал соблазн воспользоваться артефактом не по прямому назначению, тем более что материала для качественной иллюзии накопилось более, чем достаточно. В тот первый и единственный раз Щит показывал ему монтаж из воспоминаний о предыдущих партнёрах с приклеенным лицом Гарри. Брок понял это, увидев оригинал без одежды - чуть другое телосложение, чуть иная форма стоп, а на пояснице - три родинки треугольником. Сейчас, имея доступ к пополненному видеоархиву, волшебная приблуда наверняка бы порадовала стопроцентно достоверным фильмом. Что и пугало. Если ты, уж будь честен, залип на человека, который тебя, возможно, и за человека не считает, не стоит дополнительно подкидывать в уже горящее пламя взрывчатых веществ. Подсесть на красивое тело и яркие эмоции - это естественно, и это одно. Подсесть на имитацию реальности, в которой волшебник ведёт себя, как ты придумал - это совсем другое. Нет, нет, и нет!       В воскресенье они с чемоданом радостно поскакали в аэропорт. Обычный реактивный самолёт - какая скукота по сравнению со сверхзвуковыми джетами и мгновенными порталами! Брок отсидел всю жопу и после приземления, несмотря на свои габариты, изловчился проскользнуть первым на выход. Его встречали, и нахлынувшая эйфория стёрла всю усталость.       Они поехали в отель, а про дом ему невнятно наврали о ремонте и "сам пока у друзей". Спасибо Щиту, поддерживавшему восторженно-ровный эмоциональный фон, потому что Брок ухнул вниз даже не на качелях, а на аттракционе свободного падения.       "Что у него там? Жена? Муж? Головы маглов на стенах? Ненавижу!"       Ещё несколько вечеров и ночей вместе, и стало понятно, что эти отношения не стоило начинать. Но кто же знал, что он так прикипит? Что будет смотреть без отрыва на профиль, на улыбку, на то, как Гарри ест и пьёт. На то, как эти красивые глаза, пронзительные и насмешливые, иногда заглядывающие прямо в душу, теряют фокусировку от наслаждения, и смотрят на Брока с восторгом и обожанием. На брендовые пижонские шмотки, так красящие их владельца. Смотреть и понимать, что все это - замок из песка и карточная пирамида, что это - ложь, основанная на лжи и заправленная ложью. Понимать, что он - всего лишь развлечение, планируемое на ночь-две, и, только его усилиями, растянутое на три недели. Понимать, что в их песочных часах шуршат последние песчинки, а человек из другого мира, в которого он влюбился, живёт по законам другого мира и ничего не собирается менять. К концу недели даже пришла мысль приказать Щиту не отражать Обливиэйт. Приедет из отпуска весёлый и выспавшийся, с очередным магнитом и байками про местные пабы. Ни тебе разбитого сердца, ни боли, ни злости, ни сожалений.        И правда, ге-ни-аль-но!