Клубника в шоколаде

Арсений просыпается от боли в руке. А если быть точнее – в ладони. Он шипит, жмурится, а затем открывает глаза и видит около себя сидячего Антона, который как можно аккуратнее перебинтовывает ему руку. Вампир, услышав, что Арсений проснулся, переводит взгляд с руки и смотрит теперь ему в глаза. –Ты чего делаешь? – тихо спрашивает Арсений, моргая пару раз подряд. –Меняю бинты, – также тихо, будто виновато произносит Антон. Арсений тихо мычит, мол, понятно, и просто смотрит на то, как бинт ложится на его ладонь. Кровью пахнет пиздец. И тут Попов замечает, что глаза у Антона красные. Арсений хотел было одёрнуть руку, несильно дёрнув её, а после замер, чуть не до крови прикусив нижнюю губу. –Ты чего? – тихо спрашивает. –У тебя глаза красные..,– шепчет в ответ Арсений. Антон тихо матерится под нос и поджимает губы. Разматывает кровавый бинт на второй руке и берёт чистый, наматывая его на руку Арсения, а затем завязывает край, чтоб не развязался. Вампир тихо поднимается, берёт бинты в руки и чистый тоже, и идёт на кухню. Арсений сглатывает, надеясь, что его сейчас не съедят. Арсений поднимается и идёт за Антоном. Зачем – он и сам не знает. Тут он замечает, что тёть Майи нет. –А где тёть Майя? – зайдя на кухню спрашивает у Антона. –Она к твоей маме поехала. –К маме?! У Арсения начинается паника. Как это к маме? Она же его утром чуть ли не съела! Как это к маме?! Попов срывается с места и бежит бегом в комнату. Хватает телефон и начинает звонить маме. Та не берёт трубку. Гудки идут, но на звонок ответа нет. Антон забегает в комнату и в этот момент на звонок отвечают. –Алло? –Мам, тёть Майя где? –Тут, у меня, а что? –Мама, беги от неё! –Почему? –Она вам... Антон закрывает рукой рот Арсению, а другой прижимает к себе так, чтобы руки были прижаты к груди и он не мог выбраться. Телефон с рук падает и Арсений мычит, дёргаясь. –Что там происходит у вас? Попов мычит и дёргается, а Антон оттаскивает его к стене, сильнее закрывая рот рукой и прижимая к себе. С телефона слышится голос тётб Майи и Арсений начинает мычать громче, сильнее дёргаясь. Антон носом тыкает его в шею, показывая, мол, если будешь вырываться – укушу. С динамика доносится вскрик мамы, а затем... Тишина... Арсений мычит, дёргается, а глаза начинают слезиться. Он никак не реагирует на угрозу о возможности укусить его, а лишь мычит и дёргается. Звонок сбрасывается. Попов мычит громче, а слёзы начинают течь по щекам. Он жмурится и шмыгает носом, мыча Антону в руку и сжимая руки в кулаки. –Она бы съела тебя, но я её на улицу выпер... А она к твоей маме поехала... Я ничего не успел сделать...,– тихо, виновато говорит Антон. А Арсений его не слушает. Дёргается и мычит. Жмурится и дрожит. И совсем Антона не слушает. Не хочет. Ведь знает, что он мог её остановить, да не остановил. Попов перестаёт вырываться и буквально повисает на руке, которая держит его поперёк груди. Он опускает голову, а ноги подкашиваются. Слёзы продолжают течь по щекам, но Арсений уже не мычит и не дёргается. В голове целый ураган из эмоций. Ни однл предложение не складывается во внятный текст. Зато одному Арсению понятно, что он будет мстить. Зато одному Арсению понятно, что он убьёт тёть Майю. Зато одному Арсению понятно, что ему никто не помешает. Зато одному Арсению понятно, что его за это не посадят. Зато одному Арсению понятно, что он это сделает тихо и незаметно. И Антон не сможет ему помешать.