сквозь тепло рассвета

***

утро. летний ветерок дует на зеленые листья деревьев, заставляя их шевелиться. нежные, почти ослепляющие лучи солнца пробираются сквозь светлые, полупрозрачные шторы спальни, падая прямиком на два лежащих комочка, прижавших к друг другу под холодными одеялами, согревая друг друга теплыми телами. иван просыпается первым, потягиваясь с тихим вздохом, он взглянул на все еще спящего тилла, чувствуя, как уголки губ невольно приподнимаются в довольной улыбке. он прижимается сзади к младшему, оставляя краткие поцелуи на его мочке уха, спускаясь к чувствительной шее. рука ласкает его бок, пока другая опускается, чтобы сжать бедро. — просыпайся, я скучаю по тебе. - он тихо, но нетерпеливо шепчет тиллу на ухо, видя, как тот наконец слегка шевелится во сне, сонно потирая глаза, повернувшись лицом к ивану, часто-часто проморгав, чтобы сфокусировать взгляд на его парне. тилл непроизвольно льнет к прикосновениям ивана, поднимая голову, чтобы посмотреть на его красивую физиономию: черные, шелковистые пряди непослушных волос, павшие на его лоб и брови; глаза, наполненные нежностью и теплотой, какими он смотрит только на тилла. тихий, отстраненный иван - такой, каким его знают все, однако тиллу открывается совсем иная его сторона - ласковый, похожий на игривого щеночка. на розовых пухлых губах старшего заиграла едва заметная полу-ухмылка от пристального взгляда младшего, заставляя тилла прийти в себя и густо покраснеть. — дурак. - тилл недовольно бормочет, голос приглушен грудью ивана, в которую он только что уткнулся, чтобы скрыть свое смущенное выражение лица. — даже доброго утра не пожелаешь? - брюнет хихикает, нежно заправляя прядь младшего за ухо, дразня в ответ еще больше, что заставило тилла фыркнуть, ткнув его в грудь. — из-за тебя оно уже не доброе, идиот. - тилл снова фыркает, пытаясь звучать раздраженно и злобно, однако иван точно знает, что он говорит такое не в серьез и уж точно не имеет это в виду, просто скорее придерживается своей вспыльчивой манере речи, даже когда иван смог растопить его фасад. — вот как? ну, полагаю, я могу исправить твое утро. - прошептав с ноткой озорства, старший резко меняет их положение, положив тилла под себя, аккуратно кладя его голову на подушку, нависая над ним с хищническим выражением лица, закрепив его руки над головой, чтобы не дать выбраться. с любовью, иван наклоняется к подбородку младшего, мазнув губами по нему, постепенно, плавно припускаясь к шее, оставляя ярко-багровые метки, зная, что завтра тиллу придется замазывать их первой попавшейся тоналкой, постепенно спускаясь ниже к его нежному изгибу ключицы, не обделяя её вниманием, лаская губами кремовую, гладкую кожу под сопровождением тихих вздохов тилла, вдыхая его запах, перемешанный с клубничным мороженным и солнцем. спустившись еще ниже, он расстегивает пижамную, мятую рубашку своего парня, глядя на его грудь и плоский живот, обхватывая губами розовый сосок, быстро щёлкая по нему языком, дразня пальцами второй, сжимая и покручивая его, чувствуя, как тилл красиво выгибается, как кот, простонав что-то невнятное, похожее на имя ивана. младший пропускает свои пальцы в черные, словно уголь волосы, направляя голову ивана ближе к своей груди. старший касается тилла везде, выделив внимание каждой частички его тела, целуя, кусая, облизывая каждый изгиб, успокаивающе поглаживая его руки, спускаясь, чтобы схватить свободной рукой его тонкую ляжку, сжимая её. продолжая свои ласки, иван щекочет бока тилла, слыша его недовольные хныканья и видя, как он извивается, пытаясь выбраться из железной хватки брюнета, однако старший не прекращает, усиливая щекотку, задевая все эрогенные зоны тилла. — мфх..прекрати, придурок.. - он бормочет, задыхаясь в собственных вздохах, прикрывая глаза, веки трепещут, прикусывая нижнюю губу, откидывая голову назад, не видя, но точно зная, что иван по-дурацки улыбается. — только если хорошо попросишь. — даже не мечтай — тогда пеняй на себя. - старший дает свободу своим рукам, как тут же они стягивают с тилла шорты вместе с уже промокшим от естественной смазки бельем под простестующее мычание младшего, но уже поздно. иван любуется его возбуждением, поднимая взгляд, чтобы сохранять зрительный контакт, однако тилл стеснительно отводит взгляд. иван тихо посмеивается, обхватывая длинными пальцами его ствол, нежно поглаживая и сжимая, большой палец дразняще потирает головку и давит на нее, от чего тилл громко стонет и дергает бедрами, приподнимая их, пытаясь потереться об руку брюнета еще больше, несмотря на собственные пробормотанные слова о том, что иван извращенец. уже гладя член тилла двумя руками, иван убедился, что этого достаточно, чтобы свести его с ума от ощущений, двигая кулаком все быстрее и быстрее и ускоряя темп под уже бесстыдные вздохи и стоны лежащего. еще несколько толчков тилла в кулак ивана и он кончает, выплескивая белые струи на свой живот и пальцы старшего. вытерев свою руку, иван нежно прильнул губами к губам тилла, на что младший охотно отвечает, сминая его губы, обхватывая руками шею брюнета, отстраняясь, чтобы прошептать* — доброе утро.