Betrayal of the darkness | Предавая темноту

Драко

— Нет. — Но, это ведь хороший план. — Нет. — Но… — Нет! Мой голос был твёрдым и холодным, но он не произвёл никакого впечатления на Пожирателя смерти, стоявшего передо мной. Он не дрогнул, и я заметил, как его рот снова открылся в знак протеста. Прежде чем он успел что-либо сказать, я бросил на него предупреждающий взгляд. Он неохотно закрыл рот и глубоко вздохнул, когда я толкнул дверь в нашу комнату. Это был долгий день, и моё терпение было на пределе. Эти встречи выматывают меня. Холодные взгляды и крики. Мне никогда не бывает на них достаточно хорошо, как бы я ни старался. Но какое это имеет значение? Я ненавижу это место. Вот уже несколько месяцев мы проводим собрания здесь, в Малфой-мэноре. То, что раньше было моим домом, теперь стало моей работой. Нет, не моей работой. Мой дом — это место, где я теперь вынужден находиться. Когда-то безопасное для меня место превратилось в ад. Это больше не похоже на дом. Конечно, тут и раньше было холодно и уныло, но теперь здесь царит страх. Стены скрипят, а половицы стонут под моими ногами. Как будто они знают, что каждый день может стать для них последним. Я чувствую себя точно так же, как и этот дом. Я на грани срыва, жить в постоянном страхе — это ужасно. Стоит только скрипнуть одной петле, и я распадусь на части. Прямо как и этот дом. А Теодор Нотт как раз и есть та самая скрипучая петля. — Драко, я знаю, что это опасно, но если у нас получится, мы будем свободны. — Голос Тео звучит осторожно. Как будто он знает, что я могу взорваться в любой момент. Я игнорирую его и начинаю расстёгивать мантию. Внизу слышны несколько голосов, которые, по-видимому, что-то обсуждают. Вероятно, они пьют — так они обычно делают после длительных совещаний. И, честно говоря, я бы тоже не отказался от огневиски. Однако, только если у меня появится шанс сбежать от своих родителей и остальных Пожирателей смерти. Вот тогда-то я это и сделаю. — Драко, послушай меня, — Тео ходит по комнате с нахмуренным лицом, словно пытаясь найти способ убедить меня. Внимание, спойлер: такого способа нет. Я старался не обращать на него внимания, сосредоточившись на том, чтобы расстегнуть мантию. Однако мои руки дрожали от сдерживаемого гнева. Я не злюсь на него, я понимаю его план. Но я сержусь на своего отца за то, что он поставил меня в эту неприятную ситуацию. И теперь мне приходится иметь дело с этим требовательным Ноттом. Я действительно старался игнорировать его, но вы не представляете, как трудно быть собранным, когда тебя так отвлекают. Я пытаюсь сосредоточиться на пуговицах, но они не поддаются. Почему ничего не работает? Рука на моём плече и тихое «пожалуйста» были последней каплей. Я сердито обернулся и оказался лицом к лицу со своим лучшим другом. Хотя я не могу гарантировать, что после того, что я собираюсь сказать, мы всё ещё будем друзьями. — Закрой свой грёбанный рот! Мы не можем обратиться в Орден. Этого. Не. Будет. Они не хотят, чтобы мы были там! — Мой голос становился всё громче, но я не кричал, потому что тогда другие Пожиратели смерти узнали бы о плане Тео. И у меня больше не было бы лучшего друга. А я не смог бы справиться с этим в одиночку… — Знаешь. Тогда я пойду один. Если ты так против, то просто оставайся здесь. Надеюсь, ты умрёшь здесь от одиночества! — парировал Теодор. Большинство людей были бы оскорблены этим замечанием, но не я. Мне было всё равно. Это было не так уж плохо по сравнению с тем, что прозвучало это из его уст. Однако боль в его голосе заставила мою грудь сжаться. Тео смотрел на меня так пристально, что я не мог отвести взгляд. Мы стояли так некоторое время, освещённые лунным светом. Наши руки были сжаты в кулаки, пока мы неотрывно смотрели друг на друга. Я хотел проклясть его за все те разы, когда он доставал меня со своим планом, но слова застревали у меня в горле. Дерьмо. Тео первым нарушил долгое напряжённое молчание, проговорив: — Ты знаешь, что Дамблдор сказал тебе. Той ночью. Перед тем, как он умер. И перед тем, как ты повёл себя как идиот, отказавшись от его предложения. Драко, много лет назад я знал мальчика, который сделал неправильный выбор. Пожалуйста, позволь мне помочь тебе. Конечно же я помню. Я никогда этого не забуду. Эта фраза врезалась мне в память. Навсегда. Каждую ночь я всё ещё слышу, как директор произносит это. Он хотел помочь мне, но не смог. Он и говорил-то это только для того, чтобы я его не убил. Идиот. Он не смог бы спасти меня. Было уже слишком поздно. Я был безнадёжен. Но тихий голос в моей голове не даёт мне покоя. Он преследует меня каждую ночь, когда я пытаюсь заснуть. Что, если бы ты сказал «да»? Что, если бы он помог тебе? Что, если бы ты не был таким глупцом и не отказался от его помощи! Ты, ублюдок! Теодор прав. И мне неприятно это признавать. Я расслабляюсь и сажусь на кровать позади себя. Упираюсь локтями в колени и роняю голову на ладони. Разочарованно вздыхаю. Он прав. Я действительно придурок, и мне следовало сбежать, когда у меня была такая возможность. Но вот я здесь, я снова упустил свой единственный шанс. Неужели я опять поведу себя по-идиотски, как это уже было в прошлый раз? Нет. Я снова яростно дёргаю себя за волосы, прежде чем поднять взгляд. Кивнув, я опять обретаю дар речи. — Как мы собираемся это сделать? — спрашиваю я решительно. Мне приходится подавить желание закатить глаза при виде торжествующей улыбки на лице Тео. Как я и говорил. Я ненавижу… ненавижу… ненавижу признавать свою неправоту. Это выходит за пределы моей зоны комфорта, но я бы сделал всё, чтобы выбраться отсюда. Даже если это означает следовать плану Теодора Нотта. По своему опыту знаю, что его планы не всегда хороши. Сидя на краю кровати, я наблюдаю, как он роется в ящике стола и достаёт письмо. Мгновение он смотрит на него, прежде чем бросить в мою сторону. Конверт с мягким шорохом падает на подушку рядом со мной, и я поднимаю его. Пергамент покрыт чернильными пятнами. Я открываю письмо и перечитываю его. Гарри, от Бродяги. «Я надеюсь, что в Хогвартсе всё хорошо. Орден очень занят. Мы считаем, что Хогсмид скоро закроют. Сейчас, после смерти Дамблдора, нам бы не помешала дополнительная помощь. На Площади Гриммо становится невыносимо. Не могу дождаться, когда смогу выбраться отсюда. Надеюсь, вскоре получу от тебя ответное письмо. И не отправляй свою сову каждый раз, они могут проследить за Буклей, и наше убежище будет обнаружено.» Я перечитал письмо дважды. Я уже видел его раньше. Когда Теодор нашёл его в совятне, он сразу же показал его мне. Это была ценная находка. Однако мы не могли понять, что происходит. Мы не знали, кто такой Бродяга. Единственное, что мы смогли узнать из письма, это то, что Орден скрывается в каком-то здании на Гриммо. — Хорошо, значит, нам нужно отправиться на площадь Гриммо. — Да. — И как мы туда попадём? Я понятия не имею, где это находится. — Я тоже. Но мы можем просто аппарировать. — Теодор пожал плечами, как будто это ничего не значило. Так оно и было. Аппарирования были для нас возможны, но опасны. Но был ли у нас другой выбор? Неа… — Ладно… — тихо пробормотал я. Тео уже сто раз рассказывал мне о своём плане. Я буквально мечтал об этом по ночам. Итак, сначала мы должны были добраться до Ордена, незаметно выбравшись из Малфой-мэнора. Затем мы должны были объяснить Ордену, что произошло, и только после этого мы смогли бы спрятаться там. Мы могли бы подкупить их информацией о Волдеморте или же пригрозить им этим письмом. Это и был план. Не самый лучший, потому что я мог представить с тысячу вещей, которые могли пойти не так. Но было ясно, что Тео хотел выбраться отсюда. И я как никто его понимал. Но если всё пойдёт не так… ох, блядь… — Ну что ж, вставай. Собирай свои вещи, и в путь, — весело сказал Тео. Если бы только это было так просто. Просто собрать вещи и отправиться в путь, как будто уезжаешь в отпуск. Внутреннее чутьё подсказывало мне, что всё пойдёт не так. Я остался сидеть на кровати. Я ещё не распаковал свой чемодан из Хогсмида. Так что я просто мог взять его с собой. Я роняю голову на руки и в отчаянии потираю лицо. Как я мог пять минут назад подумать, что это была хорошая идея? Думаю, это была просто безысходность. По крайней мере, Тео перестал ворчать. Чёрт возьми, всё шло наперекосяк. И как только я открываю рот, чтобы сказать об этом Тео, дверь распахивается. Мой отец. Он видит Тео, стоящего у наших чемоданов, и сразу же делает вывод. Мой отец — психопат и бессердечный ублюдок, но не глупец. Да даже такой недалёкий человек, как Уизли, понял бы, что мы задумали. Побег. Мой отец достаёт волшебную палочку и зовёт кого-то снизу. И через несколько секунд в коридоре появляются ещё шесть Пожирателей смерти. Я уже вскочил с кровати и вытащил свою палочку. — Ты никуда не уйдёшь. Ты слышишь меня? Никуда… — его голос был холоден, и я почувствовал, как в глазах потемнело. Я проигнорировал неприятную дрожь, пробежавшую по спине, и рискнул взглянуть на Тео. Он держал палочку перед собой, а его лицо ничего не выражало. Это бесстрастное выражение у парня получилось даже лучше, чем у меня. Отец вошёл в комнату, но я опередил его. Сделав три шага к Тео, я схватил его за руку. Он посмотрел на меня с решимостью, и прежде чем отец успевает меня оттащить, я выкрикнул: — Площадь Гриммо.