Мальчики и девочки

      - Мама, что ты делаешь? – заинтригованно спросил Дэнни.       Амелия оглянулась на своего трехлетнего сына, увидела озадаченно нахмуренный лобик.       - Меня подгузник твоей сестренке, - с улыбкой объяснила она и застегнула ползунки.       - Потому что она еще не ходит на горшок? – подошел и Робби, внимательно наблюдая, что делает мать. Когда Амелия согласно кивнула, он задал новый вопрос: - Мама, а почему Меган – девочка, а не мальчик?       Амелия отвела взгляд от пятимесячной дочери и посмотрела на сыновей, взирающих на нее с непониманием.       - Я же мальчик. И Робби мальчик, и Томми с Люком тоже. Почему тогда Меган девочка? Почему она тоже не может быть мальчиком? – вопрошал Дэнни.       - А ты хочешь, чтобы она была мальчиком? – спросила Амелия, завернула малышку в уютное одеяльце и прижала к себе, видя, что та того и гляди заснет.       - Не знаю, - снова нахмурился Дэнни. Посмотрел на брата, словно прося помощи.       - Видишь ли, малыш, Меган девочка. Как мама. А вы, ребята, мальчики. Как папа.       - Но почему?       - Что ж… - задумалась Амелия, как объяснить разницу полов трехлетним детям. – Для начала, наши тела устроены по-разному.       Амелия попыталась как можно проще объяснить, чем отличаются мальчики от девочек. Она никогда не понимала стремления подбирать эвфемизмы вроде «пилотка» или «краник», поэтому использовала общепринятые термины. Впрочем, раньше ей не приходилось задумываться о таком: до появления Меган в доме были одни мальчишки, вопрос просто не поднимался.       - Мама, а когда Меган вырастет, у нее будет мальчик? – очень серьезно спросил Робби.       - Хм, - чуть не рассмеялась Амелия, - когда она вырастет – да, возможно.       - Но не сейчас, правда, мамочка? – добавил Дэнни, словно обеспокоенный перспективой. – Сейчас ей нельзя, да?       Амелия наконец засмеялась. У ее бедной дочери целая армия братьев и склонный к гиперопеке отец. У девочки никаких шансов завести отношения с мальчиком. Правда, она не ожидала, что об этом придется задуматься так скоро.       Меган крепко заснула к тому времени, как Амелия наконец опустила ее в колыбельку на дневной сон. Одним глазом присматривая за мальчиками, она начала готовить ужин, пока ждала Оуэна и старших сыновей.

***

      Оуэн нервно провел рукой по волосам. Сегодня был один из тех дней, когда все идет не по плану. Поток пациентов не прекращался, он еле урвал время перекусить. Что хуже всего, у него была назначена встреча с преподавателем из Университета Вашингтона – хирургом, которая рассматривала предложение о работе в травматологии.       Однако оказалось, что худшее еще впереди. Ему позвонили из детского сада, куда ходили близнецы, и попросили забрать детей. В саду отключили электричество, починка займет минимум несколько часов. Амелия поехать не могла, была на операции. Его мать находилась на физиотерапии – один из этапов восстановления после операции на мозге.       Оуэн умудрился доехать до сада и вернуться в больницу за полчаса, когда до встречи с доктором Деборой Уолш оставалось еще пять минут. Она была всемирно известным хирургом и отлично вписалась бы в команду травматологов, если бы приняла предложение Оуэна.       - Послушайте меня, ребята, - усадил Оуэн Робби и Дэнни на диван в комнате отдыха. Не было времени сдавать их в ясли, потому что пришлось бы заполнить тонну бумаг, даже если это всего на пару часов. А встреча была слишком важной, чтобы опаздывать. – Одна леди придет поговорить с папой, поэтому мне нужно, чтобы вы, парни, вели себя тихо, как настоящие солдаты. Договорились? – При слове «солдаты» мальчишки преисполнились важности и согласно кивнули. – Нельзя влезать в разговор, или спорить друг с другом, или баловаться, понимаете меня? – мягко, но непререкаемо объяснял Оуэн. – Ладно, вот вам карандаши и бумага. Нарисуйте что-нибудь вашей бабушке, а папа пока поработает.       Мальчики занялись делом, и Оуэн оставил их на диване. Когда доктор Уолш пришла в больницу, он пригласил ее в комнату отдыха и устроился за столом. Это была суровая женщина за шестьдесят, Оуэн с интересом слушал ее рассказ о преподавательской работе и о том, как она скучает по практике после почти десяти лет в университете. Она была очень серьезной и подчеркнуто деловой, так что Оуэн про себя молился, чтобы сыновья ничего не натворили.       - Думаю, доктор Уолш, вы – именно тот человек, который нам нужен, - радостно произнес Оуэн, уже думая о том, как она понравится ординаторам и интернам. – Если вы не против, я хотел бы показать вам приемный покой, а потом можем подняться в операционные.       - Пап, - перебил его один из близнецов, когда Оуэн уже поднялся со стула. – Пап, я писать хочу. Отведешь меня?       Оуэн собирался попросить кого-нибудь из медсестер присмотреть за ними, пока он проведет экскурсию для доктора Уолш. Он даже наивно думал, что они не привлекут внимания. На самом деле хирург сразу же заметила детей, но ни слова не сказала о том, почему двое малышей присутствуют на ее собеседовании.       - Да, Роб, сейчас. – Он попросил доктора Уолш подождать несколько минут и увел ребенка в туалет в этой же комнате.       Дэнни понял, что остался наедине с незнакомкой, которая неловко кашлянула, не зная, как вести себя с мальчиком. Типичный трехлетка, Дэнни внимательно оглядел ее, особенно долго таращился на седоватые волосы и очки.       - У моего папы есть пенис, - гордо заявил он. – А у вас есть вагина.       Из туалета Оуэн слышал своего сына, и смущение ясно читалось на лице, когда он вернулся в комнату. Ранее подчеркнуто профессиональная женщина теперь переводила взгляд с Дэнни на Оуэна, а последний гадал, кто больше шокирован – доктор Уолш или он сам.       - Мне очень жаль, - торопливо произнес он. – Это мои сыновья. Они… - Оуэн не стал продолжать, потому что понятия не имел, как объяснить то, что сказал Дэнни. – Мне очень жаль, доктор Уолш. Я сейчас найду кого-нибудь, кто останется с ними, а вообще они должны быть в саду, но… Неважно, дайте мне минуту, пожалуйста.       Оуэн подхватил мальчиков на руки и как раз собирался спросить, откуда Дэнни знает такие слова, когда увидел идущую по коридору Джо Уилсон.       - Джо! – позвал он. – Ты занята сейчас?       Сыну Джо и Алекса тоже было три, так что Оуэн спокойно мог доверить ей близнецов.       - Нет, мне надо проведать пациента, но…       - Можешь взять их? – перебил ее Оуэн. – Отведи эту парочку к их матери, хорошо? Она сейчас на операции, но должна скоро закончить.       - Конечно, - ответила Джо и взяла мальчишек за руки, как только Оуэн опустил их на пол.       - Спасибо, - произнес Оуэн, уже возвращаясь в комнату отдыха к ожидавшей его Деборе Уолш.

***

      Позже тем же вечером Амелия помогала мальчикам с домашней работой, а Оуэн готовил ужин. Меган смеялась над сидящими на полу близнецам лежа в коляске, а Лукас и Томас читали за кухонным столом.       - Мне надо рассказать тебе кое о чем, что сегодня случилось, - прошептал проходящий мимо Оуэн Амелии, и мальчишки тут же навострили уши.       Глянув на младших, Амелия поднялась и пошла вслед за мужем. От стола для готовки ей все еще было видно детей, а они слышать взрослых не могли: слишком далеко.       - Что такое? – спросила она.       Оуэн заметил, что она устала. Это была первая неделя после выхода из декрета, и ей было нелегко. Малышка находилась в яслях в больнице, так что Амелия регулярно кормила ее, а остальное время разгребала горы бумаг, накопившиеся за несколько месяцев ее отсутствия. И оперировала, конечно.       - Я сегодня встречался с Деборой Уолш, - начал Оуэн, и его серьезный тон не остался незамеченным.       - Она что, отказалась? – обеспокоенно спросила Амелия, отлично зная, кто такая эта женщина и какой репутацией обладает. Оуэн очень хотел нанять ее с тех пор, как узнал о ее желании вернуться к практике.       - Дэнни, - произнес все еще не оправившийся от унижения Оуэн, - очень вежливо объяснил ей, что у нее есть вагина. Этими самыми словами.       Амелия заметила выражение ужаса на лице мужа и не сдержалась. Ее хохот эхом разнесся по кухне, привлекая внимание детей. Наконец отсмеявшись, она спросила:       - Как это случилось?       - Я не знаю, ты мне скажи! – воскликнул Оуэн, не зная, то ли смеяться, то ли смутиться еще больше. Было очевидно, что Амелия знала больше, чем он, слишком уж веселой она выглядела. И он даже не особо удивился этому.       Амелия пересказала мужу события вчерашнего вечера, когда мальчишки расспрашивали, чем отличаются мальчики от девочек. Амелия объяснила им основы анатомии, и с тех пор они показывали на всех вокруг и говорили, «он» это или «она», а также объясняли, женские или мужские у них половые органы.       - На самом деле это просто великолепно! – произнесла Амелия.       - Это великолепно, потому что не ты стояла перед доктором Уолш после того, как Дэнни ей сказал, какие у нее гениталии, - раздраженно ответил Оуэн.       Амелия знала, насколько серьезно Оуэн относился к работе, каким профессиональным и собранным всегда был. Уход с поста главврача никак не сказался на его преданности делу. Ему было важно, чтобы коллеги уважали его, как было еще с армейских времен.       - Милый, мне жаль, что ваше собеседование прошло не очень хорошо. Может, попытаешься убедить ее по-другому? – Произнеся эти слова, Амелия опустила раскрытые ладони ему на грудь, ласково провела ими вверх, к плечам.       Оуэн расслабился под ее ладошками, посмотрел вниз и улыбнулся, поняв по лицу жены, что у нее на уме какая-то шалость.       - И как же мне это сделать? Что ты предложишь? – присоединился он к игре, медленно обхватывая ее талию ладонями.       - Ну, - дразняще начала Амелия, стараясь сохранять серьезность, но губы сами собой растягивались в улыбке, - ты всегда можешь сказать доктору Уолш, что ты не только отлично знаешь анатомию, но еще и сам можешь служить наглядным пособием, - засмеялась она неприличному подтексту.       - Ага, потому что после этого она меня зауважает, - усмехнулся и Оуэн.       - Знаешь ли, ты очень хорошо сложен. – Ее руки скользнули с мужской груди на спину, там спустились к ягодицам, сжали их.       - Так ты предлагаешь продемонстрировать мое телосложение доктору Уолш? – самым пошлым тоном поинтересовался Оуэн и вопросительно поднял бровь, одновременно наклоняясь поцеловать жену.       - Нет, - засмеялась Амелия, когда он прижался губами к ее шее и щетина защекотала кожу. – Ты даешь только индивидуальные уроки анатомии. Исключительно для меня.       Оуэн притянул ее еще ближе к себе, губы исцеловали шею, поднялись к лицу. Только после горячего поцелуя он отпустил жену посмотреть, как дела у детей.       Они провели тихий спокойный вечер с малышами, оставшись в гостиной после ужина. Оуэн играл с лежащей у него на коленях Меган, когда Амелия присоединилась к ним на диване. Малышка тут же потянулась к ней, вцепилась пухлыми ручками в рубашку.       - Аппетит настоящего Ханта, да? – ласково погладила Амелия дочку по волосам, неотрывно глядя в кристально-голубые глаза дочери, пока кормила ее.       Оуэн посмотрел на то, как Меган глаз не сводит с матери, в то же время положив ладошку ей на грудь, словно охраняя источник пищи. Он на своем опыте знал, что маленькие дети очень привязаны к матерям. И хотя Меган смеялась и гулила каждый вечер, когда он приходил с работы, ее связь с Амелией была чем-то особенным.       - Похоже, папа влюбился, - весело сказала Амелия Меган, глядя, как он рассматривает пятимесячную дочку, а в глазах светятся любовь и ласка. Их малышка был счастьем, они никогда не смогут наглядеться на нее.       Оуэн обхватил жену за плечи, чтобы лучше видеть их обеих.       - Мама абсолютно права, - поцеловал он Меган в лобик и взял Амелию за подбородок, повернул ее лицо к себе. – Папа и правда влюблен, - добавил он, глядя Амелии в глаза, чтобы она поняла, что он говорит не только о дочке, а потом поцеловал в губы.       Когда Меган наелась, Амелия прижалась к мужу, опираясь на его грудь.       - Если это демоверсия того, что нас ждем в будущем, - вновь заговорила Амелия о близнецах и докторе Уолш, - то меня полностью устраивает настоящее, - сказала она, глядя на играющих с конструктором мальчишек.       - Меня тоже, - вздохнул Оуэн.       - Хорошо, что новых вопросов об этом не возникнет еще несколько лет, - успокоила Амелия. Сыновья были еще слишком маленькими для пчелок и птичек, до подросткового возраста пока далеко.       На ум пришло, какой она сама была в шестнадцать лет, и Амелия тут же постаралась выкинуть эти мысли из головы. Она была ужасным подростком. Вечно со всеми спорила, ни на что не соглашалась, ее невозможно было заставить что-то сделать. Просто чудо, что она выросла нормальным человеком.       Тут она снова подумала, что ее сыновья еще слишком маленькие. У них счастливая семья. Поддержка родителей. Вряд ли они будут такими проблемными, когда вырастут.       Постаравшись запомнить эту мысль, она поднялась с дивана и отдала Меган Оуэну, готовая отвести мальчиков в ванну перед сном, когда Лукас неожиданно заговорил.       - Мама, а откуда берутся дети?       Мальчик смотрел на свою сестренку. Он помнил, что сначала у мамы вырос живот, так что знал, где растут малыши. Но чего он не мог понять, так это как они туда попадают.       - Мам? – повторил Лукас, увидев удивленное выражение на ее лице.       Амелия с Оуэном обменялись взглядами и засмеялись иронии. Она наклонилась к дивану, взяла Меган на руки.       - Знаешь, малыш, - сказал она Лукасу, потрепав его по волосам, - я уверена, папа будет счастлив ответить на этот вопрос. Он же специалист в этом деле, столько раз сделал твою маму беременной, - добавила она, явно наслаждаясь ситуацией. А у Оуэна в глазах застыл ужас.       Он взглянул на Амелию, то ли веселясь, то ли злясь на нее, но жена уже поднималась по лестнице. Перевел взгляд на терпеливо ждущего ответа сына.       Оуэн провел рукой по волосам, не зная с чего начать. Лукас сел прямо перед ним, готовый слушать. Оуэн задумчиво почесал лоб, стараясь понять, какое объяснение подойдет для семилетнего ребенка. После инцидента с близнецами было трудно что-то придумать, но он знал, что должен ответить. Это часть отцовских обязанностей.       Сегодня был долгий день. Но вечер, похоже, будет не лучше.